Часть 10

— Я просто не хотела, чтобы наши встречи прекратились. После её слов повисает тишина, которая длится практически несколько минут. За это время Эва почти не дышит, даже жалеет о сказанных словах и думает, как выкрутится. Она нервно смеется, пытаясь сгладить возникшее напряжение: — Глупо это, да? Я … Амен не дает договорить. Как голодный зверь он набрасывается на неё, повалив на кровать. Эва не успевает издать и звука, прежде чем его губы обрушиваются на неё. Жарко, жадно, неистово. Она охотно отвечает, будто только этого и ждала. Сама ведет себя не менее нагло, когда зарывается руками в его волосы, притягивая к себе ближе, не желая отпускать от себя ни на миллиметр. Околдовала. Она точно его околдовала, по-другому Амен не может объяснить её власть над ним. Он не может и не хочет сопротивляться, когда углубляет поцелуй. Женское тело отвечает с не меньшим желанием, при этом оставаясь мягким, податливым. Он уверен, что может сделать с ней всё что ему захочется. Когда его руки забираются под платье, сжимая кожу её бедер, двигает им нечто, что куда большее чем банальная похоть. Амен видит эмоции, мелькающие на её лице, но даже если бы оставался слеп, знал, что увидит лишь явное согласие и желание, не меньшее чем у него самого. — Я хочу избавить тебя от этого чёртового платья. — голос хрипловатый, без сомнений и Эва покорно кивает, даже не дослушав конец предложения: — Либо помоги, либо я его порву. Почему-то её пальцы дрожат, но она тянется к собственному корсету, в спешке развязывая шнуровку. Она снимала одежду с принцессы тысячи раз и сейчас справится и со своей. Видит, что Амен помогает, пытаясь сделать это быстрее. Платья ей лишиться вообще не хочется, ведь она знает, что угрозы эльфа не пустой звук. Быстрее, быстрее…чёртов корсет. Наконец она избавляется от него, но эльфу даже этого недостаточно. Он вынуждает её сесть, поднимая все юбки и стаскивая платье через голову. В один миг Эва лишается практически всей одежды оставаясь едва ли не голой. Её белье кажется ей несущественной преградой, но всё-таки преградой. Амен это понимает, но в этот раз уже не церемонится, рвет его, не жалея и избавляется от остатков ткани. Теперь Эва ничем не защищена. На ней осталось ничего из одежды и она спешно сводит ноги вместе, прикрывая руками грудь. Эльфу будто даже все равно. Он замирает, осматривая её тело целиком с нескрываемым вожделением. Ему не мешают женские руки, ему хватает видеть даже одни её изгибы. Он жадно сглатывает, впервые ощущая, что удержать контроль над собой ему не под силу. Эва краснеет, она стесняется. Одно дело видеть обнаженным кого-то другого, тем более того, кто тебе безразличен. К принцессе она питала теплые чувства, но её тело абсолютно не трогало эльфийку. Но почему-то она уже знает наверняка, увидь Амена обнаженным и равнодушной остаться у неё не получится. Но самой предстать перед ним без одежды оказалось гораздо сложнее. Где-то на задворках сознания продолжали крутиться мысли о том, что она недостаточно хороша, что её тело слишком похоже на человеческое, чтобы быть поистине красивым. Она надеялась поймать взгляд эльфа и увидеть ответы в нем, но Амен не находил в себе сил оторваться от созерцания её тела. Быть может она и впрямь была не похожа эльфиек, но его это не волновало, он хотел её куда больше чем кого либо. Зрение вернулось, может ещё не настолько острое, как раньше, но до этого момента его это даже не беспокоило. А сейчас вдруг стало раздражать, ведь хотелось видеть её лучше. Рука дрогнула, пальцы потянулись вперед, но остановилась, так и не дотронувшись. Амен сглатывает и наконец возвращает взгляд к её лицу. Эва выжидающе на него смотрит, так пристально, что он впервые отводит глаза первым: — Думал, ты меня околдовала. — бормочет он: — А ты просто слишком красивая. Её щеки вспыхивает и она неловко ёрзает на кровати. Слишком красивая? Он её такой считает? — Думаешь, у меня бы получилось тебя околдовать? — она говорит так же тихо, боясь спугнуть ту атмосферу возникшую между ними. Началось всё резко, страсть затмила глаза им обоим, но дойдя до дела, они оба стали понимать, что творят, ведь пути назад уже не будет. Амен хмыкает, ему даже хочется рассмеяться. — Я в этом уверен. Он тянется к собственной рубашке, но колеблется. Его тело в шрамах, может ей не хочется его видеть? — Хочешь, чтобы я тоже разделся? Эва смущается прямого вопроса, но согласно кивает. Лучше голыми будут они вдвоем, чем она одна. Да и к тому же ей тоже хочется на него посмотреть. Амен кивает и стаскивает рубашку через голову. Она уже видела его обнаженный торс, но в этот раз все ощущается иначе. В этот раз она понимает, что сможет до него дотронуться, не для того чтобы стереть кровь, а просто потому что хочет, просто потому что он позволит. Амен поднимается на ноги и избавляется от остальной одежды. Ему хочется сделать это побыстрее, соприкоснуться с ней, потрогать. Он видит её испуганный взгляд, который скользит ниже, видит, как она садится, всё так же прикрывая грудь, слегка отползая назад. Её испугали не шрамы, это он тоже понимает, а потому лишь подначивает её: — Не думал, что ты такая трусиха. Эва отводит взгляд от его вставшего члена. Ей хочется ответить колкостью, как она делает всегда рядом с ним, но поступает она иначе, ведь страх оказывается сильнее: — Он… — она сглатывает, вновь бросая быстрый взгляд вниз: — Будет слишком больно, может… — Будет. — соглашается эльф и натыкаясь на её удивленный взгляд, лишь мягко улыбается: — Я ведь тебе сказал, что никогда не врал, почему ты решила, что сейчас я это сделаю? Почему? Может решила, что захочет её успокоить, чтобы не было так страшно? Амен опускается на колени. Её ноги находятся близко, настолько, что он с легкостью может провести пальцами по голени, но трогать её он не спешит. Знает, чувствует, что собственная выдержка уже дала трещину. Эва вокруг ощущает разительную разницу от того, что было, когда её первый раз поцеловали в замке. Тот эльф убеждал её, что ничего плохого не случится, уговаривал решиться, а Амен даже не скрывает, что ей будет больно. Она сглатывает, вновь возвращая ему взгляд: — Но это ведь того стоит? Его глаза вспыхивают, тело едва заметно подается вперед, как будто он желает на неё наброситься, но удерживает себя в руках: — Уверяю, я сделаю всё, чтобы ты так считала. Она ему верит. Не смотря на все сомнения насчет магии, не смотря на то, что он убийца, она понимает, что все равно ему верит и кивает, позволяя ему действовать. Амен рвано выдыхает и подается вперед. Его руки скользят по девичьим ногам выше, останавливаясь на бедрах, чтобы погладить нежную кожу. С замирание сердца эльфийка следит за происходящим. Она понимает, что сама развязала ему руки и позволила делать с собой всё что ему захочется, но волноваться от этого не перестала. К удивлению, всё происходило не так, как она себе когда-то представляла. Амен с легкостью поднимает её ногу выше, закидывая себе на плечо. Эва едва не падает, но успевает опереться на локти. Повернув голову в бок, он покрывается поцелуями её щиколотку, но взгляд не отводит от девичьего лица. Рука же скользит ниже, опуская к бедру. Ему нравится, что он с легкостью за этим страхом видит не меньшее желание чем у него самого. Эва рвано выдыхает, когда понимает, что он вот-вот дотронется до нее там, но Амен будто нарочно этого не делает. Он покрывает поцелуями её ногу, пока не доходит до колена и тогда вновь возвращается к щиколотке. Словив её взгляд еще раз, он начинает действовать. Эва следит за всем внимательно, будто боясь что-то пропустить. Она видит, как он берет её ногу, убирает с плеча и медленно ведет ниже по собственному торсу. Видит большое количество шрамов, покрывающих его тело, видит напряженные мышцы живота и вздрагивает, когда её ступня дотрагивается до вставшего члена. Амен облегченно вздыхает, как будто даже этого ему уже достаточно. Эва чуть дергается, но ногу все-таки не убирает. Она с изумлением наблюдает за происходящим и даже сама не осознает, как сильно ей хочется узнать, что будет дальше. С помощью его ладоней, нога скользит по члену вверх и вниз. Эва ощущает мягкость его кожи, но не может быть уверена наверняка. Для неё это неожиданно, но ей даже нравится. Она опасалась, что всё будет происходить слишком быстро, что Амен заставит её делать что-то такое, чего она не умеет, но ему не было необходимости так поступать. Более того, был уверен, эльфийка бы на всё согласилась сама не смотря на очевидный страх. Пока Эва не отрывала взгляда от происходящего, Амен не отрывал глаз от её лица. Он видела, как она жадно наблюдает за его действиями, видел, как вздымается её грудь, несмотря на то что она прикрывает её одной рукой до сих пор, пусть и делает это не слишком и хорошо, наверняка просто забывшись. Он хочет её так сильно, что даже это касание подводит его к краю и вынуждает резко остановиться. Пальцы ещё раз проходятся по её ступне, поднимаясь выше, пока не достигают колена. Её тело наконец расслабленно и он легко отводит его в сторону, открывая себе доступ меж её бедер. Эва теперь тоже понимает что произошло. Машинально она пытается свести ноги вместе, но мужчина этого не позволяет. — От чего же ты волнуешься? Теперь твоя очередь. — Именно…именно поэтому и волнуюсь. — тихо признаётся она. — Но я ведь тебя уже трогал, верно? Она кивает: — Да, но…но это ведь по-другому. Тогда они не были обнажены, тогда она даже не знала наверняка, закончится ли всё чем-то подобным, а теперь знает. — Сейчас будет только лучше. Его пальцы проходятся по внутренней стороне бедра. Эва прикрывает глаза, она понимает, что трогать теперь будут её, но внезапно ощущает, что его руки поднялись выше. Нет? Она что-то не так поняла? Амен хрипло смеется, наваливаясь сверху, вынуждая Эву лечь на спину: — В самом деле, мне даже кажется что ты расстроена. Эва хмурится, злиться, что он подначивает её и из-за собственной уязвимости и напряжения пихает его в грудь. Амен ловко перехватывает её руку, заводя за голову. Тогда Эва делает это другой рукой, но и ту постигает та же участь. — Ну наконец-то… — он звучит слишком довольно, когда опускает глаза ниже. На секунду Эва пугается, понимает, что теперь её грудь ничего не прикрывает и корит себя за несдержанность и глупость. — Видишь? — он только хмыкает, наклоняясь к её лицу: — Я ведь даже тебя не просил, ты сама убрала руки. Эва дергает ими, за эти слова ей хочется попытаться ударить его ещё раз. Она даже не замечает, как из-за всех его уловок перестала бояться. Амену нравится как она сопротивляется, как пытается вырваться, потому его член призывно дергается и Эва снова замирает, тоже это ощущая. Она наконец понимает, насколько они на самом деле близко. Господи…он ведь между её ног. Стоит ему опуститься чуть ниже и он мог бы… Амен щуриться: — Опять боишься? Ответ ему не нужен, он ясно это видит и решает исправить это другим способом. Без труда схватив её запястья одной рукой, другую он перемещает ниже, оттягивая волосы назад, тем самым предоставляя себе доступ к шее. Вначале проходится носом, вдыхая её запах. В лесу полном цветом, пусть Эва пахнет так же сладко, все равно слишком от них отличается. Она не такая. Другая. Особенная. Эльфийка прикрывает глаза, когда ощущает губы, но резко распахивает, когда нежную кожу царапают зубы. Амен припадает губами, втягивая в рот место укуса, оставляя на ней свою метку. Эва дергается от неожиданных ощущений и выдыхается лишь когда он её отпускает. Он проделывает это ещё несколько раз, пока девушка под ним продолжает извиваться. Бросив на неё затуманенный взгляд, эльф опускает ниже. Он сжимает округлое полушарие, тут же целуя его. Эва вздрагивает, она думает, что с грудью он будет поступать так же как и с шеей. Вначале усыпит её бдительность аккуратными поцелуями, а затем сделает больно, играя на контрасте ощущений, но это не так. Мужчина лишь жадно её целует, пока не перемещается к соску, втягивая его в рот. Отовраться от неё ему теперь и впрямь слишком тяжело. Настолько, что он даже забывается и отпускает её запястья, чтобы обхватить вторую грудь. Он не успокаивается, пока не проделывает тоже самое со вторым полушарием, а Эва уже изнемогает в его руках. — Погоди, пожалуйста… — она даже не знает, о чём просит. Ей хочется, чтобы он остановился, но вместе с тем, чтобы продолжал. Тело горит словно в лихорадке и жаждет большего. Облегчение наступает лишь когда его рука опускается между её ног. Глаза Эвы буквально закатываются, когда мужские пальцы задевают пульсирующую от неудовлетворения точку. Амена подмечает иное. Она мокрая, даже слишком, от чего рот наполняется слюной. Эльф даже думает прерваться, вылизать её как следует, а потом уже сделать все остальное. Он двигает пальцами и вначале дарит Эве то, чего ей хочется. Потирает чувствительную точку до того момента, пока из её груди не врывается тихий стон. Она сама разводит ноги шире, прося, чтобы он трогал её и дальше. Амен смещает пальцы ниже, вводя в неё сразу два и Эва зажимается от неожиданности. Ей даже не больно, скорее непривычно. — Тише… — Амен говорит с ней как с ребенком, успокаивая, даже не подначивая в этот раз: — Не больно? Она отрицательно кивает и вновь пытается расслабиться. Это и впрямь не так и плохо. Эва видит, как он пристально на неё смотрит и неожиданно, со смущением, четко осознает, что ей нравится. На такую как она старались не смотреть, не обращать внимание, но Амен буквально не может отвести от неё взгляда, пожирая глазами. Его пальцы двигаются, медленно, но глубоко, по крайней мере так кажется самой эльфийке. Он подвигается ближе и отводит её ногу ещё больше в бок. Эва прикусывает губу, осознавая насколько он близко. — Расслабься. — командует эльф и она покорно прикрывает глаза, пытаясь выровнять свой пульс и дыхание. Не открывает их даже когда его пальцы выскальзывают из неё, даже когда он вновь потирает чувствительную точку. Выбивает из неё весь воздух первый, настойчивый толчок внутрь. Она широко раскрывает глаза и руками хватается за мужчину. Амен и сам рвано дышит, опуская взгляд вниз. Еду даже наполовину не удалось войти, потому что она была слишком узкой, даже не смотря на наличие влаги. Эва ощущает скорее не боль, а сильное растяжение. Настолько сильное, что она практически уверена, что ничего не выйдет: — Не поместится. — испуганно лепечет она. Амен поднимает неё взгляд и Эва четко видит, что он ни капли не согласен. — Уверена? — то что вопрос с подвохом она ощущает сразу, потому ответа не дает. Эва понимает, что Амен сделает всё, чтобы это проверить. Вопрос только в том, насколько это будет больно. — Ты ведь не такая, как другие, верно? — его голос звучит приглушено, низко, но в словах нет оскорбления или намека на её происхождение: — Ты ведь особенная. — сам Амен это давно понял и ему хотелось, чтобы поняла и она: — А значит должно получится, верно? Её тело действует быстрее чем разум и голова тут же согласно кивает. Эльф улыбается, хотя со стороны это было больше похоже на оскал. Он понимает, что лучше действовать немного иначе, выскользнув из неё, мужчина возвращается её ногу на место, лишь для того, что закинуть их себе на плечи, подтянув Эву за бедра ближе, он наклоняется немного вперед. Теперь войти в неё ему будет легче. Волнение не уходит, когда Эва вновь ощущает его горячую плоть у входа. Он подается вперед, вновь протискиваясь в её тело. С каждым сантиметром, девушке становится неприятнее, доходя практически до боли. Она выдыхает: — Ещё не все? Амен переводит взгляд вниз. Он вошел наполовину и кажется впервые ей врёт: — Да, почти. Пытаясь отвлечь, целует её ноги, гладит участки голой кожи, до которой может дотянуться. Нужно лишь потерпеть. — это они понимают оба. Он останавливается, давая ей передышку, ему и самому требуется минутка. В голове замутило, но не от слабости, а от ощущений. Она сжимает его так хорошо, что ему хочется задержаться в этом мгновении подольше и нестерпимо хочется наконец поиметь её как следует. Амен следит за её лицом. Почему-то вспоминается, как она отгрызается и ему хочется услышать, как эти губы буду не пререкаться с ним, а просить, чтобы он не останавливался. Эве эта передышка была жизненно необходима. Нужно было разобраться в своих ощущениях, привыкнуть к размеру мужчины. Она была уверена, что её ждёт лишь боль, но все оказалось куда сложнее. То, как её растягивал Амен было даже приятно. Временами она и чувствовала дискомфорт, граничащий с болью, но продвигаясь вперед она понимала, что становится только лучше. Вот значит в чём дело? Это испытывали все те люди в том переулке? Так всё происходит и у других? Как только женское тело привыкает и расслабляется, Амен медленно выходит практически до конца и толкается обратно. Слишком резко, но по другому он не умеет. Эва ахает, хватаясь за простынь. Удовольствие граничащее с болью пронзает как игла. Слишком сильно, но быстро. Тогда Амен повторяет свое действие и Эва испытывает это вновь. И ей это нравится. О размеренном темпе речи нет, они оба слишком этого ждали и хотели. Амен двигается слишком резко, пусть и не быстро. Он с удовлетворением отмечаете, что с каждым разом получается войти всё глубже. Щеки девушки раскраснелись, пальцы сжимаются в кулаки, потому что она не знает, куда деть руки. — Стой! Погоди…остановись! Она просит прекратить и Амен подчиняется. Эву это даже удивляет и она спешит объясниться, облизав пересохшие губы: — Не могу, это…это слишком сильно ощущается, я…. Как объяснить всё свои ощущения она не понимает, но Амену это и не нужно. Он выскальзывает из её тела, ухмыляясь: — Теперь лучше? Нет, теперь стало только хуже и Эва понимает это отчетливо, потому лишь отрицательно качает головой. — Значит делаем по-моему. Он убирает её ноги с плеч, более того, вынуждает перевернуться на живот и встать на четвереньки. Эва практически уверена, что станет только хуже , что это напряжение внизу живота никуда не уйдет. Амен проводит пальцами по её влажной плоти, зная, что теперь она перечить не будет, остается лишь довериться ему полностью. Направив себя рукой, он входит в её тело уже легче и Эва снова дергается от пронзивших её тело ощущений. Поцелуй между лопаток успокаивает. И чем выше продвигаются губы мужчины, тем ей становится легче. В этот раз Амен двигается быстрее, а Эва ощущает его глубже. Гораздо глубже, чем в самом начале. — Говрил же… — он дышит рвано, скользнув рукой между её ног: — Что у тебя получится. Эва вспоминает его член и невольно сглатывает. Она была практически уверена, что это невозможно и её посещает нелепая мысль, что её тело буквально создано для него. Мужские пальцы быстро находят нужную точку и действуют как раньше. Эльфийку разрывает на части. Поцелуи в спину нежные, аккуратные, такие, что она ощущает, будто её даже любят, будто это всё не отчаянное желание быть кому-то нужным. А толчки его бедер резкие и грубые, такие, как и сам эльф, но настолько приятные, что приходиться прикусывать губу посильнее. Ей ведь надо быть тихой, да? Вдруг их услышат. Амен хмыкает, он думает, что она делает это намеренно, чтобы его позлить. Его взгляд удовлетворено оглядывает шею, на которой красуются его метки и он толкается резче, чем планировал. Она ему не принадлежит и никогда не будет, но хотя бы сейчас, хотя бы сегодня. Хотя бы какое-то время его следы останутся на её теле, отвадив от неё остальных. Быть может он будет не единственным в её жизни, скорее всего так и есть, но по крайней мере первый раз она кончит на его члене, поэтому он усерднее двигает пальцами. Он запомнит каждую секунду этой ночи и хотел бы, чтобы запомнила и она. Оргазм настигает эльфийку неожиданно. Ей казалось, это томительное напряжение внизу живота бесконечным, потому она даже не успевает удивиться, когда её тело начинает трясти. Бедра Амен двигаться не прекращают, продлевая её удовольствие. Дыхание спирает, глаза закатываются и Эва буквально теряет контроль над своим телом, когда руки подкашиваются и она чуть ли не падает на кровать. Амен рычит, слегка замедляясь. Он сейчас точно кончит… Боги… Нет, не сейчас…она первая. Он дожидается, когда она затихает, когда вновь начинает дышать, когда её стенки перестают ритмично сокращаться и тогда говорит: — Умница. Знал, что ты справишься. Неожиданно она вновь его сжимает, откликаясь на эту похвалу и Амен довольно улыбается. — Нравится быть послушной? У него буквально поджимаются яйца от собственной фантазий, от того, как она могла бы ему угодить. Эва напрягается, желая это опровергнуть и Амен это знает, понимает, что слишком просто между ними никогда не будет, поэтому продолжает говорить: — Я отплачу тебе тем же, будь уверена, с радостью стану перед тобой на колени и сделаю приятно, а теперь… — Теперь…? — в голове крутится лишь озвученная эльфом фантазия и было стыдно признаться собой себе, но она звучала слишком хорошо. — Теперь моя очередь. В какой-то момент эмоции берут над ним вверх и он начинает двигаться так быстро, что Эва задыхается и скулит под ним. Амен наконец входит особенно глубоко, вынуждая её застонать и замирает. Теперь напрягается его тело, его глаза закатываются от удовольствия и Эва ощущается как его член пульсирует в ней. Он дышит так тяжело, будто бы слишком долго бежал, но всё равно наклоняется ниже, повернув её голову в бок. — Надеюсь, ты не забудешь этот вечер. Вряд ли бы у неё это получилось, даже при всем желании, но язык не в силах был послушаться хозяйку, потому эльфийка лишь кивнула в ответ. Амен нехотя выскальзывает из неё тела и ложиться рядом, притягивая её к себе. Тело ощущает приятную слабость, хотя он бы с радостью проделал всё это с ней и второй раз, но для этого Эва слишком устала, поэтому он лишь перебирает кудрявые волосы пальцами и наклоняется, чтобы втянуть её запах. Всё что у них осталось — эта ночь и он уже знает, она закончится слишком быстро. Они уже спали вместе, но даже в этом сейчас все отличается. Амен прижимает её слишком крепко, чтобы ощущать тепло её тела, мягкость кожи, чтобы запомнить и никогда не забывать. Эва боится, что как только она откроет глаза — всё окажется миражом и не замечает, как проваливается в сон. Несколько часов, Амен не позволяет себе спать, хотя его телу этого очень хочется. В полумраке он рассматривает черты её лица и почему-то с каждый секундой всё больше убеждается, насколько она красива. Почему при дворе этого не видят? Почему её вообще это волнует? Он отведёт её к камню, как и обещал, но лучше бы ей выбрать другое желание. Крылья сделают её похожей на остальных, кто-то даже станет считать её равной себе, но не защитят. Выбери она магию, сможет защититься от опасности, ведь сам эльф, был практически уверен, второй раз ему так не повезет и вряд ли получится выбраться живым. Ему даже эгоистично хочется, чтобы Эва осталась прислугой, чтобы ни один эльф не обратил на неё внимание, ведь она его. Должна быть его. Сожаление буквально душит и он одергивает руку от кудрявых волос. Может быть в другой жизни, а пока у них есть лишь эта ночь.