2. Ночные пчёлы - дневные мотыльки

С его пальца спорхнул мотылёк. Насекомое в поисках света прилетело на его палец. Пугод в удивлении округлил глаза. Что мотыльки делают днём? Парой лёгких движений шляпы, находящейся в руке, он отогнал от себя ещё десяток ночных бабочек. Спустя тик цилиндр вернулся на своё родное место, скрыв лицо юноши. Что за привычка – всегда скрывать лицо? –Ну и что вы здесь сейчас делаете? – негодующе спросил он у пролетающей мимо «стайки» мотыльков. Залитая светом долина, цветущая всеми возможными красками, была заполнена мотыльками. Они порхали облаком над цветами, сходились в танцах и расходились в смерти. Эта аномалия не ускользнула от глаз прочих животных, желающих поесть. –А, я, кажется, знаю, почему вы здесь! – Пугод с уверенной улыбкой шагнул к краю пропасти. Зияющая чистой чернотой бездна поглотила целый чанк Оверворлда. Её даже не остановил бедрок. Хотя, что такое бедрок в мире Майншилда? Он ломается, как хрусталь, и лишь стойкое убеждение в неломаемости админиума уберегает жителей мира от гибели. К сожалению, ни одна из систем не сбоила, когда Пугод увидел на экране ShieldHub’а эту дыру. Он с куда меньшей уверенностью прошёлся по периметру бреши мира, раздумывая, как её залатать. На время. Потому что ни своими силами, ни силами их троих починить ЭТО всё равно не выйдет. Неадаптара сюда надо, а он всё на Сабшилде пропадает, а Жираф вообще о какой-то Майншилд Академии говорил. И зачем объединять все свои миры одной идей, если никто из живущих в них не знает друг о друге? Они трое – не в счёт. Настроив себя на работу, Пугод быстро накидал план действий. Благо, все материалы он уже подготовил. Строчка обсидиана и пару стаков незеритовых обломков уже ждут, когда они займут своё место. А потом присыпать всё горкой любимого песка. –Ну, вперёд, работать, – с чистым интересом и ноткой веселья.

***

Вернулся он уже к закату. Отсутствие элитр и неудобный Незер морально убивали Пугода с самого начала Майншилда. Это же нужно было поискать такой мир – где жизнь есть, но просто отвратительна в своей дикости и экзотичности. К примеру, пчёлы Модди прямо сейчас едят чьё-то мясо. Прямо на клумбах. Пугод медленно закрыл дверь в пасеку, наблюдая за кровавым пиршеством до этого в его сознании милых пчёлок. А сам пасечник стоит около фонтана – в сторонке от банкета, что-то ища в тёмно-красном шалкере. –Это ведь определённо не людское мясо, да, Модди? – с отблесками смеха сквозь усталость пошутил Пакет. –Кто знает… – нагнал таинственности Чат, однако от юноши не скрылось веселье в его голосе. Пугод хорошо понимал людей. Всё-таки, это практически его работа. Мужчина, достав пару уже точно говяжьих куска мяса, закрыл шалкер и кинул их куда-то к пчёлам. Семеро полосатых насекомых ели как поймали говядину и утащили поближе к ульям, – так. Зачем ты пришёл? –Да, просто… тебе не кажется, что с миром что-то не так? У меня сегодня мотыльки днём летали, пока я ту дырку заделывал, – Пакет быстро обошёл тучку пчёлок не желая встречаться с их милыми испачканными моськами. Он шмякнул свою тушку на бортик фонтана, из-под шляпы наблюдая, как Чат неспешно садиться справа от него, увлечённо наблюдая за жрущими пчёлками. –Ну, вообще, – он с заминкой достаёт какие-то странные на вид часы. Не стандартные золотые, не механические. Пугод с трудом припоминает, что некоторые особо одарённые электричеством пользуются, и данные часы были ближе к устройству века так двадцать второго, – сейчас не вечер, а два часа дня, – абсолютно ровно сказал мужчина. –Эм, ты шутишь? –Вовсе нет, – он поворачивается лицом к юноше, – просто смена дня и ночи сбилась за эти две недели на семь часов, а никто и не заметил. Все всё равно неделями не спят, пока не отрубаются на ходу. Я даже намёков на какие-то подозрения не слышал. –А вот ты почти каждую ночь спишь, – Пугод тоскливо вздыхает. Где он, а где сон? Это параллели, – Пхе, даже завидую. –Да зачем этому завидовать?.. – бурчит Модди и отмахивается от подлетевшей пчелы. Пугод аккуратно заглядывает в потемневшие… нет, словно опустевшие от всякого глаза Модди. Делая заметку в голове, он привычно находит новую тему. Пока не стоит спрашивать. Скорее всего, тот закроется полностью, если Пакет сейчас полезет своими пальцами ему в голову. –А разве пчёлы не должны сейчас спать? – и обязательно добавить больше бодрости в свой голос. –Так тут та же ситуация, как и с мотыльками. Ну… они только начали есть больше. Из-за стресса, наверное?.. – полуспрашивает, а ведь Пакет находил десяток книг по пчеловодству, в стопках с прочитанными книгами. –Зачем им вообще есть мясо? –Ну, я им редко даю мясо… Задавать до невозможности тупые вопросы и поддерживать даже не беседу, а настроение человека на приличном уровне заставляло ощущать себя до невозможности зло. А потом этот кусок мяса, которого на этот раз звали Модди Чат, надо будет ещё достать из его психических проблем - на беглый взгляд их уйма. Процесс работы психотерапевтом невероятно выбешивал и изводил из Пугода всё то малое человеческое. А результат вынудит победно смеяться и гордо улыбаться. Разольёт инородное тепло по телу. Пакет махнул на прощание удаляющемуся на верх Модди и перетёк на улицу. Кристально чистое небо освещала псевдолуна со своими псевдозвёздами. Он утробно рыкнул и впечатал уродски кривую травинку в землю. Бесит. До этого ёбанного результата ещё дойти надо. Однако, пожалуй, это единственное, что действительно приносило в жизнь радость. Если переставать бегать от себя, возводить огромные проекты, которые потом сотрёт пустота. –Так-так-так, – успокаивающе бубнит себе под нос, – как я могу ему помочь?.. А пока – выдох, если повезёт, они действительно станут Пугоду друзьями.