Двадцать седьмая глава

Глава 27

Время неумолимо тянулось к Хеллоуину, окрашивая дни в тревожные, предгрозовые тона. Рико жил в состоянии постоянного, фонового напряжения. Его мысли крутились вокруг одной даты — той самой, когда в первом цикле Гордон, опорный полузащитник «Лисов», наглотался дряни и отправился к праотцам. Паранойя, грызущая его изнутри, оказалась не беспочвенной. Неделю назад, в тот самый роковой день, его внутренний будильник сработал с такой силой, что он, бросив все, в панике набрал номер скорой помощи в округе Пальметто. «###» —он уже не помнил что говорил тогда,но его голос был ровным, почти механическим, но пальцы сжимали телефон так, что костяшки белели. Он знал, что «эти рыжие гадины» обычно далеко от своего логова не отползают,разве что для поездки в другой штат,только зачем и почему доселе непонятно. Когда он ходил на совместные занятия с Жаном  до него дошли слухи, что Гордона таки спасли,хоть и отрицают факт того что он употреблял, Рико позволил себе облегченно выдохнуть. Очередной тяжелый, давящий камень свалился с его искалеченной совести позволяя чувствовать себя мение паршиво. В этой новой реальности он отчаянно пытался сбросить с себя груз прошлых ошибок, но чувство вины было коварным теневым игроком. Оно не уходило, а лишь меняло форму. Тогда его преследовали сны. Яркие, жуткие кадры, проигрывающиеся за закрытыми веками: серые, широко распахнутые глаза коротко стриженного парня. Сначала в них читался просто испуг, потом — животный, немой ужас. Зрачки резко расширялись, поглощая радужку, начинались судороги, изо рта вырывалась пена… а потом — тишина. И неподвижность. Каждый раз Рико просыпался с колотящимся сердцем, по спине бежали ледяные мурашки. Ему снилась чужая смерть, которую он когда-то допустил. И этот сон был куда страшнее любых кошмаров о Натане. [ СКРЫТЫЙ ДЕБАФФ: "НОЧНЫЕ КОШМАРЫ". ] [ ЭФФЕКТ: -5 к концентрации, -10 к эмоциональной устойчивости. ] [ СТАТУС: "ЧУВСТВО ВИНЫ" -> "ПОСТТРАВМАТИЧЕСКИЕ ВСПЫШКИ". ] Сидевший за учебником в их общей комнате, он машинально прикусил тыльную сторону ручки, его взгляд был устремлен в одну точку. Если он правильно помнит… должен быть Хеллоуин. Да, календарь подтверждал его догадку. Но эта мысль вызвала не предвкушение, а лишь новую волну растерянности. Хеллоуин. Что это вообще такое? Зачем он нужен? В его прошлой жизни, заточенной под экси и постоянную тиранию в «Гнезде», не было места для таких глупостей, как переодевание в костюмы и сбор конфет,что очень вредны для формы. Тэцудзи из того цикла считал подобные вещи бесполезной тратой времени и ребячеством,чего не позволял даже племяннику, это отвлекало от главного. Да и в этой жизни до недавнего времени его мир был ограничен кортом, учебным классом и спальней. Жан, заметив его задумчивый и слегка потерянный вид, отложил свою книгу. —Qu'est-ce qu'il y, a?(Что это такое,а?)— спросил он. —Опять не можешь что-то решить? Рико медленно покачал головой, выплюнув кончик ручки. —Не о учебе… Вернее, не только. — Он кивнул в сторону календаря. — Скоро же..Хеллоуин,да? — А, Halloween! — лицо Жана озарилось пониманием, а затем и озорным огоньком. — Наконец-то что-то веселое! Ты уже придумал, в кого нарядишься? Рико уставился на него с искренним непониманием,ведь он два цикла не знал,что этот праздник вообще имеет смысл. —Нарядишься? Зачем? Жан фыркнул, но в его глазах не было насмешки, скорее — легкое удивление и жалость. —Mon Dieu(Боже мой), Рико… Ты серьезно? Это же праздник! Все наряжаются в костюмы монстров, ходят по домам, кричат «конфеты или смерть!» и собирают кучу сладостей! Рико слушал это объяснение с таким видом, будто Жан рассказывал ему о законах квантовой физики на древнегреческом. Костюмы? Сладости? Кричать у чужих дверей? Это звучало абсолютно абсурдно и бессмысленно. К тому же сладкое в Гнезде изначально было запрещено и Рико придерживался старого устроя,что его побьют если поймают с чем-то не подходящим под рацион. — Зачем… кричать? — переспросил он, нахмурившись. — И зачем чужие люди должны давать нам еду? Это какая-то странная традиция попрошайничества. Жан рассмеялся. —Это не попрошайничество, это калядки! Все так делают! Дети, студенты… даже взрослые иногда надевают дурацкие костюмы и идут на вечеринки. — Он внимательно посмотрел на Рико. — Ты что, никогда не праздновал Хеллоуин? Рико лишь покачал головой, чувствуя себя не в своей тарелке. Еще один пробел в его опыте, еще одна часть нормальной жизни, прошедшая мимо него. Он был королем на корте, но полным профаном в простых человеческих радостях. [ ОТКРЫТО НОВОЕ ПОНИМАНИЕ: "КУЛЬТУРНЫЕ ТРАДИЦИИ". ] [ ЗАДАН ВОПРОС: "ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТЬ ПРАЗДНИКОВ". ] — Никогда, — тихо признался он. — Это… обязательно? Жан ухмыльнулся еще шире. —Для тебя, капитан, я думаю, можно сделать исключение. Но постараюсь сделать не скучно! Мы могли бы придумать тебе крутой костюм… — его взгляд стал мечтательным. — Например, вампира! Бледная кожа, темные круги под глазами… тебе даже грим не нужен! Рико скептически поднял бровь, потирая переносицу, которая все еще немного ныла. —Я пас. Лучше я останусь здесь. Или пойду на дополнительную тренировку. — Non! Никаких тренировок! — Жан вскочил с кровати, полный решимости. — Это требования твоего подчиненного! В этот день ты будешь бездельничать, есть конфеты, которые я как-то добуду, и смотреть фильмы ужасов на DVD! Или… или я буду так громко разговаривать на французском, что ты не сможешь сосредоточиться! Рико смотрел на него, и понемногу лед в его груди начал таять. Эта настойчивость, это желание Жана втянуть его в что-то нормальное, легкомысленное… это было ново. И не совсем неприятно. Возможно, один вечер без кошмаров и чувства вины того стоил. Даже если для этого придется нарядиться в какого-нибудь «вампира». —Жан,ты же знаешь,что нам нельзя сладкое?..—Жан насупился словно это было оскорбление его идей,но потом кивнул и улыбнулся так хитро,что даже Веснински старший так не умеет.—Но ведь от небольшого количества сладкого возникнет какая-то проблема? *** Через нескольколько дней, собравшись с духом, Рико подошел к Тэцудзи. Просьба далась ему с трудом — он был абсолютно уверен, что тренер, ярый противник любых отвлекающих гаджетов, даже слушать не станет. — Тренер, можно я…то есть мне взять у вас ноутбук? — выпалил он, глядя куда-то в район пуговиц на кителе Тэцудзи,он зажмурился словно ожидая удара,но его не последовало. Тот посмотрел на него с нескрываемым удивлением, но, к изумлению Рико, не стал ругаться. Вместо этого он прошелся к своему сейфу, покопался пару минут и извлек оттуда старый, но ухоженный ноутбук в строгом черном корпусе. — Побереги его, — Тэцудзи протянул устройство, и в его голосе прозвучала непривычная нота. — Все-таки твой отец мне его подарил в свое время. Тогда… многое тогда было проще..эх. Рико поднял напряженный взгляд, поймав на секунду что-то далекое и почти неуловимое в глазах дяди. Он не знал, что ответить, поэтому лишь закивал, как манекен, и, осторожно приняв ноутбук, словно это была хрустальная ваза, бесшумно скользнул в свою комнату. Розеток в спальнях, разумеется, не было — правило есть правило. Но через некоторое время Тэцудзи принес ему мощный power bank, кивнул и вышел, не задавая лишних вопросов. Рико не был силен в технике, если только она не состояла из девяти цифр как на телефоне или простейших символов. Он устроился на полу, прислонившись к кровати, и замер в ожидании, наблюдая, как шкала загрузки Windows медленно заполняется,он слегка погрузился в дрёму пока ожидал загрузки. Когда система наконец загрузилась, оглушительный приветственный звук заставил его вздрогнуть всем телом — он настолько расслабился в тишине, что забыл о мире вокруг. Осторожно, почти с благоговением, он провел пальцем по тачпаду, пытаясь понять логику управления. После нескольких неудачных попыток ему удалось открыть браузер и случайно создав две вкладки. В одной он набрал: «Лисы vs Черепахи». Прямой эфир матча как раз шел. Рико уставился в экран, всматриваясь в мелькающие фигуры. Сокомандники Нила были на месте, но Гордона среди них не было.—Наверное, он все еще на реабилитации после того..случая, — мелькнуло у него в голове. Затем он с силой хлопнул себя по лбу, стараясь отогнать эти мысли.—Прекрати. Тебе должно быть плевать. Он досмотрел матч до конца, так и не поняв, рад ли он победе этой рыжей шайки из девяти человек и одного нарика или нет. Лично он хотел выключить запись, думая, что дальше последует интервью, на котором кто-то наверняка отпустит какую-нибудь колкость в его адрес — о «раздутом самомнении» и «комплексе важности». Но липкое, противное любопытство оказалось сильнее. Он перемотал на конец. Сначала шли повторы лучших моментов. Броски были настолько филигранными и мощными, что у Рико внутри все сжалось от смеси восхищения и черной зависти. А потом началось интервью. К его глубочайшему облегчению, его имя ни разу не прозвучало. Рико выдохнул так громко, словно это он сам только что отыграл весь матч против «Черепах», а не «Лисы». Внезапно над его головой склонилась тень. — С каких пор тебя так интересуют эти эфиры? Ты ж никогда их не смотрел, — раздался голос Жана, который, придерживая учебник, с любопытством заглядывал в экран. Рико содрогнулся так сильно, что буквально сложился пополам. Резкий укол в сердце, волна холода, а затем жара — тело отреагировало на испуг быстрее, чем сознание. — Ой, прости! Не хотел тебя пугать, Рико! — Жан тут же отбросил в сторону учебник истории, как ненужную вещь, и обнял его за плечи. Рико стало душно и жарко. До того момента он вообще почти никогда не пугался так сильно. — Не… не подкрадывайся так больше, — просипел он, пытаясь вывернуться из его объятий. Прикосновения, даже дружеские, были для него испытанием. Его тело, привыкшее в прошлой жизни к холоду, голоду и сломанным вентиляциям, отзывалось на тепло паникой. — За что ты извиняешься, Рико?.. — тихо спросил Тэцудзи, когда Рико пришел возвращать тренеру устройство которое взял из низменного желания посмотреть за продвидением «Лисов» Он вернул устройство тренеру, стоя перед ним с опущенной головой. — Я… простите, что взял что-то такое дорогое для вас. Просто чтобы посмотреть игру. Правила же… я не должен был просить.—В этот момент он был похож на ребенка, который разбил вазу и в ужасе ждет наказания, пытаясь заранее загладить вину тысячей извинений. Тэцудзи молча смотрел на него несколько секунд, а потом… потрепал его по голове. Нежно, почти по-отечески.— Ты как ребенок, Рико, честное слово. После этого они разошлись. Рико, бредя по пустынному коридору, не опускал руку с макушки. Ладонь все еще чувствовала отголосок того странного, непривычного жеста. Легкий румянец пылал на его щеках. «Как ребенок?..» Слова эхом отдавались в его голове. А что он вообще знал о том, что значит быть ребенком? Если его «детством» были удары тростью по ребрам от этого самого человека, который сейчас смотрел на него с чем-то похожим на… заботу? Он отбросил эти мысли, словно обжигаясь. Нет. Это не может быть правдой. Наверное, это какая-то новая удочка. Хитрый ход, чтобы потом, когда он расслабится и поверит, ударить еще больнее. Так было всегда. Так должно быть и теперь. ​