Между правдой и молчанием. Часть 1

Задание пришло внезапно, как это часто бывает в последнее время: срочное сообщение от одного из информаторов в Минратусе. Подозрительные поставки через порт, странные ритуальные метки на складах и слухи о том, что кто-то активно скупает «особый материал» для магии крови. Порт Доктауна в этот час был залит тёплым золотистым светом — солнце ещё стояло довольно высоко, хотя уже клонилось к закату. Яркие лучи играли на поверхности воды, превращая волны в расплавленное стекло, подсвечивали старые каменные причалы. Даже несмотря на тяжёлый запах гниющей рыбы, соли, смолы и горячего металла, порт выглядел почти красиво — как старая, потрёпанная, но всё ещё живая картина. Луканис шёл чуть позади, Эммрик держался вровень с тобой. Ты первой заметила руническую метку на боку деревянной бочки и кивнула в её сторону. — Здесь. Луканис сразу подошёл ближе, присел и провёл пальцами по едва заметной линии. — Следы свежие, — тихо подтвердил он. — Совсем недавние. Эммрик наклонился рядом, внимательно изучая метку, и слегка поморщился. — И очень неряшливые, — добавил он с ноткой профессионального неодобрения. — Ни аккуратности, ни уважения к символам. В тот же момент где-то впереди, между штабелями ящиков, раздался приглушённый звук — будто кто-то резко втянул воздух сквозь зубы, а следом — тихое, но отчётливое бормотание. Воздух на мгновение потяжелел, наполнившись знакомым медным привкусом. В глазах Эммрика мелькнуло понимание — холодное и сосредоточенное. Луканис мгновенно подобрался и провёл ладонью по рукояти кинжала. — Венатори, — почти беззвучно выдохнул он. Воздух словно сгустился и в следующее мгновение всё сорвалось в хаос. Ты метнулась за укрытие, готовя заклинание. В тот же миг фанатик, размахивая изогнутыми клинками, врезался в Луканиса, и сталь зазвенела. Магия крови клубилась в воздухе, вытягивала из вас силы, оставляла металлический привкус на языке. Ты ударила лучом, вытягивая из противника жизненные силы, и горячая, пульсирующая энергия вернулась к тебе тяжелой волной, прокатилась по венам —кожа на мгновение покрылась мурашками. Тут же пришлось прервать поток: маг метнул в тебя заклинание, и ты едва успела призвать щит. Венатори наступали слепо, без жалости. Один ворвался в ближний бой, его лезвие скользнуло у самого плеча. Ты выдохнула, ударила его посохом в грудь, сбила с ног. Пока он падал, вонзила посох в землю — и круг заражённой зоны разлился под ногами врагов, липкий и вязкий. Венатори, оказавшиеся внутри, ослабли, их дыхание сбилось, будто воздух внезапно стал ядовитым. Ты двигалась на автомате: блок — удар — шаг в сторону, новое заклинание.  Впереди, чуть поодаль, мелькал Луканис. За спиной ощущалась холодная, сосредоточенная тень Эммрика; он чётко держал твой темп, и именно это не позволяло тебе замедлиться. Но тело уже сдавало. Мышцы горели, и каждый рывок отдавался ноющей болью. Усталость жила в тебе давно: череда заданий без отдыха, недосып, тревожные ночи, когда сон обрывался, едва успев начаться. Теперь всё это давило на мышцы, превращая движения в борьбу не столько с врагом, сколько с собственным телом. Посох в твоей руке словно налился свинцом. Каждый взмах отзывался болью в плечах, пальцы дрожали, будто хотели разжать хватку. Дыхание сбивалось, в груди неприятно тянуло, а в висках пульсировала тупая боль. Запах крови и гари резал ноздри, мешал сосредоточиться. Чтобы удержать дистанцию с бойцом венатори, внезапно появившимся за твоей спиной, ты сорвалась в рывке, откатилась в сторону, успела заметить, как Эммрик вытянул руку — и фанатик рухнул, обезжизненный, с пустыми глазами. Некромантия. Чистая, холодная, и в его исполнении — страшно красивая. Тут же осознала, что просчиталась, совершила ошибку и выбрала слишком открытую позицию, когда краем глаза увидела: огненная стрела мага мчится прямо в тебя, и сил уйти в сторону нет, как будто все рефлексы разом отказали. Ты не успела даже сделать вдох, чтобы призвать щит. Всё произошло за секунды. Ослепляющая вспышка, приближающийся едкий жар — и в тот же миг рывок в сторону, посох едва не выскользнул из пальцев. Эммрик. Его рука уверенно обвила твои плечи, резким, но точным движением он притянул тебя к себе, прижав так крепко, что на миг ты почувствовала, как сильно колотится его сердце. Он поднял руку с посохом — его жест был стремительным, выверенным — и резким, красивым движением сбил огненное заклинание мага, которое рассыпалось искрами, ударившись в невидимую преграду в каких-то сантиметрах от вас. В следующее мгновение венатори в отдалении захрипел, хватаясь за горло, вскрытое клинком Луканиса. Всё внезапно закончилось и тишина накрыла тебя сильнее, чем гул боя. Эммрик не отпустил тебя. Мир будто сузился до этого мгновения, до его рук и твоего бешено колотящегося сердца. Вы были слишком близко, так близко, что казалось, подними ты голову и отчётливо различишь рисунок радужки его глаз. Он слегка склонился к тебе, убирая свой посох за спину — обычное движение, но в этот момент его подбородок едва задел волосы на твоём виске. Почти случайное прикосновение, настолько лёгкое, что оно могло бы остаться незамеченным… если бы не внезапный укол тепла внутри, такой странный и непонятный. Ты зажмурилась и наконец позволила себе то, чего не разрешала раньше — полностью расслабиться в его объятиях. В этот момент ты признала то, что давно уже знала, но упорно отрицала. Сердце ёкнуло — не от внезапного открытия, а от того, что ты в конце концов просто перестала себя обманывать. Лбом уткнулась Эммрику в плечо, выдохнула дрожащий воздух и просто отпустила себя, пытаясь выровнять дыхание и угомонить биение сердца. Ты слышала, как мужчина дышит — глубоко, размеренно, чуть чаще, чем обычно. Чувствовала, как он держит тебя — по-прежнему крепко прижимает к себе, не позволяя даже шевельнуться. Чуть помедлив, ты вцепилась в его одежду на спине — в руке ты всё ещё держала посох, который глухо стукнулся о его — и судорожно попыталась найти привычные оправдания: это всего лишь адреналин после боя. Когда тело на пределе, любое прикосновение кажется значимым. Мы просто стоим слишком близко, ничего такого, просто иллюзия момента, ещё миг — и всё пройдёт. Но все эти объяснения больше не работали — ты слишком ощутимо ловила тепло тела Эммрика, и тебе казалось, что эти минуты длятся дольше, чем должны, позволяя прочувствовать всё до конца: его силу, запах — смесь парфюма и чего-то едва уловимого, необъяснимо родного. Эммрик наклонился к твоему виску, и его голос прозвучал низко и мягко, обволакивающе, так что по коже пробежали мурашки. — Рук. Вы становитесь беспечной. Ты подняла голову, скользнув взглядом по его губам, и посмотрела ему в глаза. Он продолжил: — Я беспокоюсь за вас. Ты вдруг поняла, что не дышишь. В том, как именно Эммрик произнёс эти слова, было что-то личное. Как будто он намеренно вложил в них нечто большее, чем просто соратническую заботу. А потом — вот оно. Эммрик протянул руку к твоему лицу. Медленно, как будто спрашивая разрешения, убрал прядь волос, упавшую тебе на лоб. Его пальцы, затянутые в тонкую перчатку Дозорного, коснулись твоей кожи. Мягко, едва. Время застыло. Ты чувствовала только это движение, этот взгляд, этот жест. Ты знала, что он всегда вежлив, учтив — Создатель, он один из самых изысканных людей, которых ты встречала. Но ты не знала, что он может быть таким тёплым. Никогда не смотрела на него так. А теперь не могла не смотреть. Всё в нём — от сдержанного наклона головы до морщинок у глаз — внезапно стало красивым. До боли. Ты заметила, каким благородным было его лицо, каким спокойным был его голос, каким сильным — движение руки, каким глубоким — его взгляд. Ты почувствовала, как твоё сердце стучит в горле. Шаги Луканиса ты услышала раньше, чем его голос. — Всё в порядке? — спросил он спокойно. Его улыбчивый взгляд скользнул от тебя к Эммрику и обратно, задержавшись на том, что вы буквально вцепились друг в друга. Ты кивнула Луканису, стараясь говорить ровно, словно ничего не произошло. — Теперь да. Эммрик будто не обратил на это внимание или просто сделал вид, что ничего особенного не происходит. Чуть сжал твоё плечо. Луканис внимательно наблюдал за вами и тактично молчал. — Вы слишком рисковали, — тихо и сдержанно продолжил Эммрик, не отводя от тебя взгляда. В нём не было укора — только напряжённое внимание и что-то ещё, что ты боялась сейчас назвать. Ты молчала. Ты не привыкла, что тебя защищают вот так. С холодной, смертельной точностью. Без лишнего геройства. Он просто вырвал тебя из рук смерти — молча, уверенно, и не допустил даже царапины. — Рук, прошу вас… Будьте осторожнее. — Эммрик… — твой голос срывается. Ты стараешься найти правильные слова, но правильных слов нет. Есть лишь лёгкое трепетное чувство: как будто каждый нерв твоего тела откликается на его близость. — Спасибо. Он слегка улыбнулся и коротко кивнул, принимая твою сбивчивую благодарность. — Нам нужно идти, Рук. Не будем томить нашего друга неловким ожиданием. Ты хотела что-то сказать, но вместо этого сомкнула губы. Эммрик принял твоё молчание за согласие и только тогда тебя отпустил. Медленно. Словно давая тебе время вспомнить, как дышать. Его взгляд задержался на твоём лице, и тебе показалось — всего на мгновение — что в его глазах промелькнула искра, желание, тень чего-то, что он, как истинный джентльмен, не позволит себе произнести вслух. Ты несколько раз с силой сжала пальцы в кулак. — Дайте мне ещё минуту, прийти в себя. Эммрик почтительно склонил голову и встал чуть в стороне с тем вечным, невозмутимым достоинством, которое можно было спутать с равнодушием. А ты прижала ладони к горячим щекам, стараясь унять предательское волнение. Сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть себе привычную собранность. Всё это — всего лишь следствие боя, усталости, перенапряжения. Просто нервы, просто близость союзника, просто… Но мысли снова упрямо возвращались к тому мгновению, когда рука Эммрика держала тебя так крепко, что весь мир перестал существовать.