Глава 6

Стук в дверь вырвает Билли из мыслей — он осматривается, силясь понять, что вообще происходит и где он находится, и только потом бурчит «войдите». Подумать только, ему потребовалось умереть и родиться заново, чтобы его личные границы уважали и брали во внимание. Если бы кто-то сказал об этом раньше, Билли не раздумывая разбил бы этому долбоёбу еблет — и превратил бы в кровавое месиво, если бы услышал продолжение фразы о том, что такой комфорт ему предоставит грёбаный экс-Король ебучего Хоукинса — Стив Харрингтон собственной персоной. Который, кстати, и появляется в проёме открывшейся двери. — Обустраиваешься? — задал он ужасно очевидный вопрос и Билли с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза. Но, окей, он постарается быть менее говнистым — Билли умел быть благодарным, к счастью или к сожалению, и не оценить такой поступок, как добровольное усаживание себе на шею, просто не мог. Интересно, чем Стив вообще думал? Он же молодой, нахера ему такой балласт? Хотя, помнится у Харрингтона давно кукуха поехала на почве детей, если вспомнить то, в какой компании Билли его видел на постоянной основе (исключая симпатичную девчонку, имени которой Билли не помнил, но она точно работала со Стиви-боем). Если быть справедливым, а чем думал сам Билли, когда соглашался? Ясное дело, что не мозгом точно — думай он мозгом, а не инстинктом сохранения, сейчас бы сидел в полуразвалившемся доме с картонными стенами и слушал, как в соседней комнате ужирается Тильда. И повезёт, если она просто ужирается — как-то раз в процессе её ещё и трахали так, будто хотели вытрахать остатки души, мозгов и всего прочего. Брр. — М-м-м, — охуенно, Билли, ты просто гений по части социализации и речей. Браво, блядь. — Есть немного. Желание закатить глаза с самого себя растёт в невъебительной такой геометрической прогрессии, но Билли пока держится. На самом деле осознавать, что у него действительно была своя комната, которую он более чем мог обклеить плакатами, чего не мог позволить себе раньше — попробовал как-то раз, так Нил потом так бесоёбился, что Билли самую капельку даже пожалел о содеянном; может быть, в этой жизни у него появится своя грёбаная гитара, о которой Билли даже мечтать не мог — сначала не было денег, а потом, когда эти деньги появились, его приоритеты изрядно поменялись и покупка гитары отложилась на некое «потом как-нибудь». Очевидно, это «потом» для Билли Харгроува так и не наступило. Несмотря на то, что играть он умел — хорошо быть популярным и заводным челом, знакомые просто так давали ему погонять гитару, — свою такую малышку так и не приобрёл, померев раньше, чем сделал это. Но у Билли Миньярда были все шансы это исправить (фу, блядь, почему звучит так слащаво?) — он не собирался напирать на Стива, ни в коем сука разе, потому что быть должным — последнее, чего Билли желал. Стив и так даёт ему многое — еду, крышу над головой и — самое приятное — отсутствие пиздюлей и выноса мозга по поводу и без. Из Стива и правда вышел бы хороший родитель. Билли даже жаль, что экс-Король взял под своё крылышко такого, как он. Знай Стив всю правду, он бы его из окна выкинул прямиком в мусорку, ха. Попадание десять из десяти, вспомнил бы старый добрый баскетбол... — Не хочешь есть? Билли пожал плечами и только потом прислушался к себе — нет, есть он пока что не хотел. Да честно говоря, даже за еду и кров ему хотелось отплатить — ебучий Нил, который вбил ему в голову столько дерьма. Умом Билли понимал, что хер он сейчас отплатит, да и Стив подобное не примет точно, ведь еблан действовал от чистого, сука, сердца, как настоящий... Ой, блядь, у Билли даже ругательств на него уже не хватает! Опомнившись, Билли качает головой, мол, не, не буду — а то со Стива станется в нём дыру прожечь. Случайно, конечно же, потому что как успел понять Билли, Стив Харрингтон — ёбаный божий одуванчик в большинстве своём. Да, в нём есть что-то такое же злое и яростное, как и в самом Билли, но разница в том, что Стив научился это подавлять, причём подавлять хорошо — так сразу и не догадаешься. Билли бы даже и не подумал, если бы не все эти слухи о Короле Хоукинса — грёбаной живой легенде в том задрипанном городке... Ему было интересно и он вглядывался, копался, рылся. Нашёл, хоть ничего это в итоге и не дало, кроме осознания, что яйца у Стива были, причём ого-го какие. — Я бы хотел кое о чём с тобой поговорить, — осторожно начал Стив и Билли весь подобрался — невольно вспомнил, как мать начала свою речь точно также перед тем, как сбежать, оставив его один на один с личным демоном. — Понимаешь, мои друзья... они не в курсе, что я усыновил тебя и когда узнают... — Я не буду путаться под ногами, — равнодушно фыркает Билли, желая поскорее прервать этот неловкий монолог. Ну право слово, Стиви-бой, чего ты тянешь то? — Что? Господи, нет, ты не так понял, — голос Стива вдруг показался Билли каким-то надломленным, но он предпочёл не обращать на это внимание. — Я имел ввиду, что эти придурки не смогут унять любопытство и точно приедут, чтобы познакомиться с тобой. Билли моргнул. А. Вот в чём дело. ... «Эти придурки»? Кажется, у Билли нехорошее причуствие. — Придурки? — решил не ходить вокруг да около он. — Моя подруга, Робин, она живёт в Хоукинсе и точно сорвётся, когда узнает. И, может быть, Дастин — он конечно учится, но этот парень непредсказуем. Дастин, Дастин... ах, шепелявый задрот? Тот, который ещё как приёмный сын Стива?.. Последнюю формулировку Билли точно использовать не следует в свете последних событий и его нового, хм, семейного положения. — И ты хочешь... — Билли замолк, неуверенный, как продолжить. Стив потёр затылок. — Честно говоря, я думал взять отпуск и съездить с тобой в Хоукинс, к Робин, если ты не против. Или мы останемся тут, а она сама приедет, но если ты не хочешь ничего из этого, то всё в порядке, я просто... — Хочу, — оборвал его Билли на полуслове, сам не успев подумать, прежде чем сказать — слова сами сорвались с языка. Потому что... Чёрт, он мог увидеть Максин. Эту мелкую, противную рыжую засранку, которая не уставала портить ему жизнь и которая так рыдала, сидя рядом с ним на коленях. Билли постарался сморгнуть это воспоминание — получалось, честно говоря, плохо. Он помнил это в мельчайших подробностях, как помнил и боль, и мерзкую чёрную жижу, которую предпочёл бы принимать за обычную кровь, которая текла из его рта, и горячие слёзы Макс, и... Блядь, боже. — О. Оу. Что ж, тогда хорошо, — несмело улыбнулся Стив. — Но не бойся говорить, если передумаешь или если вдруг тебе что-то не понравится, хорошо? Билли с трудом нашёл в себе силы кивнуть. Он проследил, как Стив, пробормотав «хорошо», медленно вышел из его комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. И когда это случилось, Билли, не лишённый драматизма, рухнул лицом в подушку и с трудом сдержался, чтобы не закричать, что есть сил. Блядь, ебучий случай, чем он вообще думал? Зачем согласился? С каких пор он стал такой грёбаной неженкой, может, Макс даже нет в том задрипанном городке, так какого чёрта? Тем более, что он, вроде как, хотел оставить прошлое в прошлом и жить новой жизнью... Но, очевидно, прошлое само не желало его отпускать, что было взаимным. Иначе объяснить, как так вышло, что его опекуном стал ёбаный Стив Харрингтон, Билли просто не мог. К счастью, от него это никто не требовал — кроме него самого, очевидно. Билли повернул голову — дышать в подушку было уже невмоготу, — и уставился в стену пустым взглядом. Его немного беспокоило то, каким мягкотелым он стал — конечно, на это вполне могла повлиять собственная грёбаная смерть, но Билли не считал это достаточно хорошим оправданием, особенно учитывая собственные саморазрушительные порывы и болезненную привязанность к прошлому. Хотя, саморазрушительные порывы у него и до этого проявлялись — сложно было не заметить, особенно когда в драках его несколько... хм... заносило. Сейчас буря пока улеглась — может из-за относительно спокойной жизни и нервирующих факторов, Билли правда не знает, но факт есть факт. Злость, бурлящая в венах, сейчас будто... охладилась, остыла. Словно та тварь её высосала и у Билли почти не осталось сил на это. Билли пробормотал что-то невнятно-матерное и перевернулся на другой бок. Интересно, Макс и Сьюзан свалили из Хоукинса? Эту информацию можно было бы добыть у Стива, да только как, чтобы не вызвать подозрений и закономерных вопросов по типу «А нахуя оно тебе надо» и «Откуда ты вообще об этом знаешь». Проще дотерпеть до этой вшивой поездки и выяснить всё на месте — Билли был более чем уверен, что сможет прогуляться по городу. Стив не казался ему человеком, который бы его не отпустил погулять по городу детства... Хотя учитывая всю ту хуету что в нём творилась и в принципе немного гиперопекающего Харрингтона (не то чтобы сильно опекающего, ладно, но для Билли даже такой уровень был ужасно непривычен), то... Ой, да ну нахуй! Будто он выбраться из под носа не сможет, серьёзно — в старые-добрые он умудрялся смываться из под носа Нила — не всегда удачно, конечно, и когда его всё-таки на этом ловили, пиздов он получал просто опиздохуительных, но сам факт. Оставалось только надеяться, что навык не утерян — как-никак, а Билли довольно давно не практиковался в подобном. К чёрту. На месте разберётся. С этими мыслями Билли закрыл глаза, намереваясь уснуть — повезло, кстати, что кошмары его почти не мучали, а если и мучали, он научился не кричать, как умалишённый, — однако его планам не суждено было сбыться. Потому что желудок подал признаки жизни — заурчал так, что Билли сам чуть не подскочил от неожиданности. Сука, видимо, всё-таки придётся поднять жопу с кровати и пойти перекусить.

· · ─────── ·𖥸· ─────── · ·

Когда Билли впервые увидел приветственную надпись на въезде «Добро пожаловать в Хоукинс!» его замутило. И — совсем чу-чуть — он был на грани того, чтобы не блевануть. Удивительно, однако в этот раз особо ничего не изменилось — стоило лишь издалека заметить отвратительно-знакомую надпись, Билли стало не по себе. Пользуясь тем, что сидел на переднем сидении, он, даже не думая спрашивать, врубил кондиционер на полную. — Так жарко? — удивлённо бросил Стив, краем глаза следя за ним. Билли повёл плечами. Ну, блядь, не говорить же ему, что его сейчас просто вырвет из-за шлейфа просто охуительных воспоминаний и ассоциаций, связанных с этой дырой. — Типа того, — пробормотал Билли, с трудом сглатывая ком, встрявший в горле. Он уставился в окно, хотя, на самом деле, просто хотел закрыть глаза и не видеть всего этого. Идея согласиться поехать в Хоукинс уже не казалась такой клёвой. Не то чтобы до этого Билли думал подобным образом — нет, вовсе нет, он скорее придерживался нейтральной позиции... Насколько вообще мог, ладно. Стараясь не обращать внимания на пейзаж за окном, Билли просто уставился на дверь машины. Забавно, но за столько лет Стив не изменил своей детке — это была всё таже БМВ, которую Билли видел не раз и даже не два. Он мог наблюдать эту машину удручающе много раз — сказывалось вынужденное отыгрывание роли няньки, то есть, пардоньте, заботливого старшего брата. Билли услышал это голосом Нила и захотел заткнуть уши, даже если источник был в мозгу. В попытке отвлечься — в очередной, сука, раз — он поднял глаза и... и так и замер, не в силах даже моргнуть. — Это... — сипло выдохнул он — голос попросту не слушался. — О, ничего страшного. В восемьдесят шестом Хоукинс настигло землетрясение, некоторые трещины так и не заделали, но я слышал, что в некоторых местах просто поставили небольшие мостики, — как ни в чём не бывало отозвался Стив и сердце Билли заледенело. — Много кто уехал? — вырвалось у него, и в этот момент он подумал о Макс, которую, наверное, взяли в охапку и съебались подальше от всей этой катастрофы. Хотя, землетрясение... Билли не хотел развивать эту мысль, однако он подумал о твари, которая захватила его, о твари, которая желала уничтожить всех и вся, и... Его, блядь, замутило с новой силой. — Достаточно, — Стив пожал плечами, не отвлекаясь от дороги. Город представлял собой печальное зрелище — не все здания восстановили, видимо, за ненадобностью из-за резко уменьшевшегося количества населения. — Забавно, кстати, но школа, в которой я учился, не пострадала. Всегда знал, что школа — то ещё местечко, — весело фыркнул Стив, кажется, не замечая реакцию Билли (спасибо и на том). — Кстати, когда вернёмся домой, надо будет тебя в школу пристроить, что-то я упустил этот момент, — добавил он задумчиво, чем заставил Билли наконец выйти из этого мерзкого оцепенения и обратить внимание на Харрингтона. Школа. Ш к о л а. Чего, нахуй? Снова лезть в это дерьмо? То есть, окей, Билли не спорил, это было более чем логично — официально он пиздюк, даже если на самом деле являлся взрослым парнем, давно эту самую школу закончившим... Не сказать, что школьные годы Билли были полным дерьмом. Конечно нет — полным дерьмом были моменты нахождения дома, а вот школа... Билли был обольстительным ублюдком, который мог найти общий язык с любым преподом, он охуенно играл в баскетбол и хорошо учился (причём учёба давалась ему без каких либо проблем или зубрёжки, он схватывал на лету), являлся душой компании и часто отжигал на вечеринках. Короче говоря, школьные годы Билли были просто охуительными. Но это было тогда. А сейчас он взрослый парень в теле пиздюка, сука, он же с ума сойдёт в окружении обычных тупых пиздюков... Бля... — Не получится на домашнее обучение? Я не вольюсь в коллектив, слишком взрослый для первого класса, — попытался подобрать аргументы Билли, но, кажется, Стив был настроен решительно. — Сначала попробуем устроить тебя к одногодкам. Программа первых двух классов лёгкая, уверен, ты нагонишь её без проблем. А даже если и нет... Ну, тогда и разберёмся, — расслабленно и абсолютно беззаботно ответил Харрингтон, и у Билли вдруг появилось невероятных размеров желание сломать ему нос нахуй об руль чёртовой БМВ. Он сложил руки на груди и отвернулся, решив, что сейчас лучше промолчать, иначе если Билли начнёт, то хрен сможет остановиться. — Эй, ты не подумай, я не злой взрослый, просто... в принципе школа — это хорошее место, правда. Конечно, иногда может не повезти, но в основном? В основном там здорово, главное сразу показать всем, что с тобой шутки плохи, — кажется, Стив понял его не совсем верно, судя по попытке в подбадривающую речь. Билли громко фыркнул и закатил глаза, а в следующий миг чуть было не ударился о дверь — лишь в последний миг он смог сдержать порыв дёрнуться, когда ощутил ладонь на своей голове. Его легонько потрепали по волосам — совсем быстро, буквально пару секунд, но этого времени хватило, чтобы Билли начал заново вспоминать, как, блядь, дышать. Ёбаный Харрингтон, блядь. И Стиви явно преувеличивал — Билли не раз и не два видел бедолаг-забитышей, которым, ну, блядь, не повезло. — С трудом верится, — тихо ответил он Стиву, который практически сразу произнёс: — О, вот мы и приехали. Ну, бля. Билли с трудом сдержался, чтобы не возвести глаза к небу и, блядь, не помолиться, даже если никаких молитв он не знал. В его пизданутом случае за «Господи, помоги» уже должны были дать премию, с процентами, сука, потому что до этого ему как-то особо никто свыше не помогал. Или вся помощь была потрачена на это чудотворное «перерождение»? Собрав волю в кулак — соберись, блядота, ты же сам согласился на эту поебень, — Билли открыл дверь и вышел из машины. Домик, около которого они припарковались, был достаточно... Ну, обычным? Ничего примечательного — один этаж, штукатурка не отваливалась, всё выглядело достаточно прилично, особенно по сравнению с теми зданиями, которым не повезло оказаться на пути трещин. — Идём, не съедят они тебя, не бойся, — Стив положил руку ему на спину, легонько подталкивая к действию. Билли хотел было нервно улыбнуться и ляпнуть, мол, как раз-таки наоборот, очень даже сожрут, но Харрингтон был прав. Зачем, в конце концов, им его съедать? Вот именно, что незачем. Билли сейчас — сопливая малолетка, которая нихрена никому не сделала (пока что, как минимум). Вот будь он всё ещё Харгроув, тогда да, там было за что — Робин, вроде как, подружка Стиви, а Билли, помнится, хорошенько так ему личико раскрасил, когда Макс пытался найти. Стив тоже хорош, нехуй тогда пиздеть было, может и не ходил бы потом опухший недели так две точно (не то чтобы Билли за ним следил и уделял столь огромное внимание, чтобы знать, как долго сходили синяки с еблета местного красавчика). Оставив слова Харрингтона без ответа, Билли двинулся к входной двери, даже не зная, что чувствовать и как себя вести. Честно говоря, последнее, чего он хотел — это просиживать штаны тут, а не пробежаться по городу с намерениями узнать, что за херня тут произошла и где, чёрт бы побрал, находится рыжая зазноба. Это всё, чего хотел знать Билли, неужели он просил так много? Мироздание может ему отсосать, если ответ положительный. — Осторожно! — услышал он голос Стива, а после ощутил, как тот хватает его за плечо (снова) и притягивает к себе. И вовремя — потому что дверь распахивается с удивительной силой, вполне способной прихлопнуть Билли. — Робин, ради всего святого, ты чуть не убила моего ребёнка! «Я не твой ребёнок», хотел было вызвериться Билли, но он был слишком удивлён таким фееричным появлением подружки Стиви. Та выглядела не менее удивлённой и таращилась на него, как на восьмое чудо света, коим он, в принципе, и являлся в какой-то изощрённой степени. — О-ху-еть, — выдохнула Робин, в то время как Стив ладонями закрыл уши Билли. Сам Билли такой порыв не оценил — невпечатлённо приподнял брови. — Стив, Стив Харрингтон, ты всё таки решился на заделывание ребёнка?! В какой момент ты отрастил яйца, почему я не в курсе? — драматизма этой дамочке хоть отбавляй, но Билли она даже нравится. В какой-то степени и где-то отдалённо. — Робин, — взвыл Стив и Билли даже удивился, как в одном слове можно использовать такой широкий спектр эмоций. — Что «Робин»? Давай, отцепляй свои культяпки от пацана и дай нам познакомиться, наконец, по-человечески. — Ты пару минут назад чуть не убила его дверью, — пробормотал Стив, однако приказ-просьбу выполнил. — Детали, — отмахнулась дамочка, а после обратила всё своё внимание на него (к сожалению), — ну что, парень, как тебя звать? Я Робин Бакли, лучшая подруга этого гения мысли. И Стив, и Билли фыркнули. Робин приподняла брови. — Вау, вы реально как... отец и сын, — она запнулась, прежде чем договорить. Стив явно рассказал, что взял приёмыша, поэтому Робин, кажется, не хотела задевать его нежные чувства, ха. — Так... как тебя зовут? Билли едва не закатил глаза. Грёбаные формальности. Стив же точно заранее его уже представил — и чего она спрашивает тогда? — Билли Миньярд, — всё-таки решает подыграть он и... может наблюдать увлекательную картину того, как глаза Робин расширяются, а после она начинает пялиться на Стива взглядом «почему ты не сказал мне раньше?!» О... значит, не говорил. Значит, они могут пообщаться — конечно, Билли не думал, что его имя столь значимая и увлекательная тема для обсуждения или скандала, он может и был хорош, но вряд ли настолько, чтобы спустя семь лет после его смерти о нём всё ещё помнили и говорили. В любом случае, стоит попытать удачу. Пока они играли в гляделки, Билли встал на цыпочки (какой позор) и ткнул Стиви-боя в ребро (день внезапно стал лучше). Тот вздрогнул, явно не ожидая такой подставы и обратил-таки на него внимание. — Что... — Я могу прогуляться? — в лоб спросил Билли, устав тянуть кота за яйца. — А? А. Да, конечно, если что, телефон у тебя есть, — пробормотал Стив, а после опомнился: — ты же не заблудишься? Билли едва не скривился. Ещё бы он, блядь, заблудился в этом ебучем городе, который (к своему глубочайшему сожалению) знал как свои пять пальцев благодаря вынужденной работе няньки и частым посещениям вечеринок знакомых. Билли искренне сомневается, что за последние семь лет — исключая невъебенных размеров трещины, конечно, — здесь вообще что-то поменялось, так что он будет последним кретином, если умудрится заблудиться в этой мизерной дыре. — Я позвоню, — пожал плечами он, и вспомнив прошлое Стива, не мог не вбросить: — ты же заберёшь меня? Папа-Стив, ха. — Конечно. Билли фыркнул. Что и требовалось доказать. Кивнув на прощание этому дуэту, он бодрым шагом направился ближе к центру, не собираясь тратить и секунды на этот цирк. Может, внешне он казался ужасно уверенным, но это можно было бы просто списать на его натуру. Кто в здравом уме мог вообще допустить мысль о перерождении и о том, что вот этот щуплый светленький пиздюшонок — тот самый Билли Харгроув, а? Вот именно, что никто. И Билли этим с радостью пользуется.