Глава 14. Отъезд

      Два дня спустя Ли Цу, которого во второй раз госпитализировали для перевязки, снова встретился с Лян Вань. После того, как стало известно, что она забрала его из больницы, на неё обрушилась шквал критики. В результате Ли Цу перевели к другому врачу, который был слишком серьёзным, носил очки и не улыбался. Ли Цу всегда недолюбливал таких людей, но, подумав о том, что от него зависит, лечение его спины, он должен был на него положиться. Он бы умер, если бы попытался вылечиться сам, поэтому он не жаловался. Ли Цу и Лян Вань так и не позвонили в полицию. Ли Цу несколько раз пытался набрать номер, но в конце концов сбрасывал. До него дошло, что уходя У Се даже не намекнул им на запрет обращаться в полицию. Очевидно, он был невероятно уверен в себе. Ли Цу хотел рассказать об этом отцу, но не ожидал, что тот так и не вернется домой. Что касается матери, он очень не хотел беспокоить её семью.       Самым большим соблазном было 220 000 юаней.       Ли Цу даже не притронулся к деньгам, снятым с чека, а просто оставил их Су Ваню. Это была крупная сумма. Он завернул её в крафтовую бумагу и положил в пакет, прежде чем отдать Су Ваню, думая, что позже эти деньги могут пригодиться ему, чтобы искупить свою вину. Если он действительно не сможет вернуться, Су Вань сможет объяснить всё его семье. Су Вань был совершенно сбит с толку, увидев деньги. Представитель второго поколения богачей боялся, что если у кого-то вроде Ли Цу вдруг оказалось столько денег. Ли Цу не стал вдаваться в подробности. Он очень хотел оставить Су Ваню какую-то информацию на случай, если тот не вернется, чтобы, по крайней мере, было объяснение, но в конце концов оставил только письмо Лян Вань. Он не хотел впутывать Су Вана. Он боялся, что его друг пострадает, если босс У захочет причинить вред его близким.       Когда Ли Цу вновь увидел Лян Вань, она принесла фрукты, словно пришла навестить кого-то в больнице. Он сначала заметил, как она заглянула в комнату, а затем, убедившись, что поблизости нет ни медсестёр, ни врачей, она тихонько пробралась внутрь и закрыла за собой дверь. В руках она держала несколько еще неспелых бананов. Она не стала давать их Ли Цу, а отложила в сторону и сказала ему:       — У меня есть хорошая и плохая новости.       — Ха-ха, — Ли Цу сухо усмехнулся и подумал: «Теперь я спокоен. Всё, что ты скажешь, больше не имеет значения».       Лян Вань сказала:       — Хорошая новость в том, что я знаю, что за рисунок у тебя на спине.       — О, и что это? — без всякого выражения спросил Ли Цу.       — Лучше сначала выслушай плохие новости, — возразила Лян Вань. — Похоже, босс У не знает, что ты сменил врача. Он просто прислал мне кое-что, а я принесла это тебе. Ли Цу посмотрел на связку бананов:       — Это оно? Пожалуйста, поблагодари его от меня, а потом засунь один ему в задницу.       — Нет. И не будь таким грубым! — Лян Вань достала из сумки конверт. — Возьми и посмотри.       Ли Цу высыпал содержимое конверта на одеяло, но оно оказалось совершенно пустяковым. Сначала он взял что-то похожее на сертификат, посмотрел на обложку и обнаружил, что это разрешение на выезд. Открыв конверт, он обнаружил внутри свою регистрационную карту.       Имя: Ли Цу       Возраст: 27       Род занятий: фотограф команды       Двадцать семь? Он задумчиво коснулся подбородка. Он что, выглядел на двадцать семь лет? Что такое командный фотограф?       Он продолжил просматривать документы и нашёл под ними ещё один, поменьше: лицензию фотографа. Там же лежали сопроводительные документы, медицинские справки, водительские права, пачка наличных купюрами по сто юаней (в общей сложности около трёх тысяч юаней, чёрт возьми, это были огромные деньги), авиабилет, поддельное удостоверение личности и папка, скреплённая резинкой.       Он отодвинул остальные документы, развязал резинку на папке и обнаружил, что она полна документов об экспедиции. Там были краткие сведения о составе, схемы маршрутов, карты, графики изменения температуры, меры предосторожности и многое другое.       Последний лист бумаги — уведомление о сборе:       «Сбор у выхода №10 Терминала 3 международного аэропорта Шоуду завтра в 15:00»       Он отложил все документы, посмотрел на Лян Вань и вдруг почувствовал, что это дело действительно чертовски интересное.       — Могу ли я завтра выписаться? — спросил он.       Лян Вань покачала головой и продолжила:       — Не волнуйся. Человек, приславший это, сказал мне, что я должна доставить тебя в аэропорт вовремя, иначе меня убьют. Поэтому я найду способ вызволить тебя.       План Лян Вань заключался в том, чтобы сбежать посреди ночи из больницы. В ту ночь Лян Вань отвлекла дежурную медсестру. Ли Цу, превозмогая сильную боль в спине, переоделся и сбежал из больницы. Он провёл ночь на диване в доме Лян Вань. На следующий день он купил нижнее бельё в супермаркете и отправился в Терминал 3 пекинского аэропорта Шоуду.       Перед выходом №10 собралось около дюжины человек. Ли Цу увидел много больших алюминиевых ящиков, сваленных на тележки, среди которых стоял босс У, которого сопровождал Ван Мэн. Других сильных мужчин он в тот вечер не увидел.       Лян Вань смотрела, как он выходит из машины, а затем уходит. В аэропорту было так много людей, что все парковочные места были заняты, и припарковаться было невозможно. Ли Цу подошёл с пластиковым пакетом, в котором лежало нижнее бельё. Босс У и Ван Мэн выжидательно смотрели на Ли Цу, пока он не приблизился. У Се закурил сигарету и протянул ему:       — В самолёте курить нельзя. Хочешь?       Ли Цу покачал головой и подумал: «Не пытайся притворяться, что ничего не произошло, просто угостив меня сигаретой».       Остальные, занятые делом, обернулись и спросили У Се:       — Лао Гуань, кто это?       — Фотограф, — ответил У Се, не поворачивая головы.       Ли Цу сразу же заявил:       — Я не фотограф.       Он хотел посмотреть, что сделает У Се, если он не покажет ему лица. Если он запаникует, это даст Ли Цу понять, состоит ли вся эта команда из людей У Се или нет. Он должен был прояснить отношения между собой и У Се.       По предположению Ли Цу, не все присутствующие были людьми У Се, иначе ему не пришлось бы скрывать возраст Ли Цу, заявив что ему 27 лет.       Неудивительно, что он не хотел прибегать к принуждению в полной мере. Оказалось, что он не мог контролировать этих людей. «Так что же в тебе такого замечательного? Тебе нужно было ещё несколько дней назад встать на колени и целовать мне ноги, когда человек перед другим падает ниц и целует у его ног землю), умоляя меня согласиться». В тот момент Ли Цу был весьма доволен собой.       У Се сохранял полное спокойствие, затянувшись сигаретой, прежде чем сказать:       — Ты знаешь, насколько это важно для меня?       Ли Цу молчал, поэтому У Се продолжил:       — Если ты облажаешься, твоя ошибка может стоить мне очень многого. Веди себя хорошо, если, конечно, не собираешься заявить, что ты не боишься смерти. Я уже не такой добрый, как несколько лет назад.       — Ты говоришь о свободе, но заставляешь меня молчать. В чем тогда разница между твоими словами и твоими действиями? Это разве искренность? Разве ты не против насилия?       — Собравшись с духом, Ли Цу обвел взглядом присутствующих и решился обратиться к У Се с вопросом.       — Твой отец давно не был дома? — вдруг спросил У Се. — Ты не волнуешься за него?       Ли Цу на мгновение остолбенел, а затем подскочил:       — Ты, неужели ты…       — Это не то, что ты думаешь, — сказал У Се. — Я немного схитрил. Твой отец просто в командировке. Я говорю об этом только для того, чтобы сказать, что я всё знаю о твоей семье. Со мной лучше не связываться. Я сказал, что это дело очень важно для меня, и я не могу рисковать. Я обещал тебе, что если ты будешь сотрудничать с нами, ты не только вернёшься в целости и сохранности, но и получишь очень щедрое вознаграждение, — У Се затянулся сигаретой и продолжил. — Ты согласился добровольно. Без твоей помощи я бы обошёлся. Но ты сам предложил, и теперь от тебя зависит успех этого дела. Если ты подведёшь, это будет иметь серьёзные последствия для моего бизнеса. Твое отсутствие будет для меня лишь незначительной неприятностью. Однако, если ты попытаешься мне помешать, я без колебаний избавлюсь от тебя, чтобы снять напряжение. Так что просто будь паинькой и относись к этому как к прогулке.       — Прогулке? — Ли Цу быстро растерял весь свой запал.       У Се пнул ящик у своих ног, обращаясь к Ли Цу:       — Это твоё снаряжение. Да, как к прогулке. Мой третий дядя проделывал со мной то же самое.