Глава 2. Добро пожаловать в Гандхарву.

      В полумраке комнаты сквозь узкие просветы между штор пробивались золотистые лучи, согревая осторожными касаниями лицо спящей. Игривый ветерок, в противовес, окутывал девушку невесомой прохладой, оберегая безмятежный сон. В этом танце света и тени на фоне окна мелькнул чужой силуэт. Вошедшая бесшумно поставила на стол глиняную чашу и принялась рыться в сундуке.       Едва слышные шорохи всё же пробудили Аллет. Когда незнакомка, найдя необходимое, обернулась, вместо привычной сонной дымки она в упор столкнулась с чистым, холодным хрусталём голубых глаз.       – А-а! Ой, простите! – вырвалось у неё. – Я не хотела разбудить... Наставник велел приготовить отвар, я думала, не потревожу сон, – речь гостьи ускорилась, пытаясь опередить вопросы. – Должно быть, это выглядело странно, будто я пытаюсь что-то украсть! Но, клянусь, я не замышляла ничего дурного! Мне стало бы невыносимо стыдно перед наставником… – она внезапно смолкла, смущённая собственной болтливостью и отстранённым взглядом собеседницы. – Мне пора остановиться…       Смягчённая столь забавным замешательством, девушка на кровати позволила себе мимолётную улыбку.       – Всё в порядке, можешь расслабиться, – голос звучал спокойно. – Теперь будь добра – представься и расскажи, кто тебя направил? – лениво потянувшись, спросила она.       – Я Коллеи, стажёр Лесного дозора, – юная особа выпрямилась, стараясь говорить официально, хотя внутреннее напряжение выдавало невольную тревогу. – Меня прислал учитель. Именно он привёл тебя сюда вчера и обеспечил безопасный ночлег. Когда я вернулась с поручения, ты уже отдыхала. Тигнари ушёл на утренний обход, но оставил чёткие указания. С последствиями пребывания в Зоне Увядания не шутят, поэтому прописанный отвар необходимо принимать для полного восстановления, – заключила она с трогательной серьёзностью, явно заучивая наставления.       – Погоди… Твой наставник Тигнари?       – Совершенно верно! – Коллеи радостно просияла.       – А Лесной дозор… это ваша база здесь, в деревне?       – Ну, можно сказать и так! – стажёр согласно закивала. – Но наши обязанности куда шире. Лесной дозор – прежде всего постоянные патрули. Мы тушим лесные пожары, убираем упавшие деревья, помогаем учёным и вытаскиваем из чащи заблудившихся путников. Задач каждый день миллион, но наставник умеет всё устроить как надо. Он невероятный! – она рассказывала с таким жаром, что, похоже, не собиралась умолкать.       – Я поняла, – ровно произнесла Аллет, прерывая девчушку.       Коллеи сразу затихла, неловко уставившись в пол и запустив пальцы в бахрому накидки. Жесты её были немного неуклюжими и по-детски непосредственными. Иноземка воспользовалась паузой, чтобы провести быстрый анализ: невысокий рост, светлая кожа, волосы оттенка молодой листвы и необычные пурпурно-фиолетовые глаза. Утилитарная экипировка обходчика – коричневая рубаха, шорты, разноуровневые гольфы и прочные сапоги – резко контрастировала с тщательно подобранными деталями: массивной золотой заколкой в форме трёх листьев и висящим на бедре Дендро Глазом Бога, украшенным двумя яркими оранжевыми перьями. Своим открытым взором она напоминала какого-то диковинного зверька.       Этот безобидный вид окончательно развеял остатки настороженности.       – Буду рада помощи, – добавила Аллет более расслабленным тоном. – И, если ты не возражаешь, я бы хотела осмотреть селение. Составишь мне компанию?       – Я? – на выдохе протянула Коллеи, её бледные щёки окрасились лёгким румянцем. – Э-э… То есть да! Непременно! – выпалила она.       Прежнее смущение мгновенно сменилось рвением, и ученица тут же засуетилась, принявшись растирать травы в ступке, попутно пытаясь выудить что-то из бездонной глубины походной сумки.       – Не торопись, – сдержанно проронила смешок голубоглазая особа. – Может, тебе помочь?       – Нет, не стоит. Ты должна беречь силы! Я сама со всем управлюсь, подожди буквально пару минут! – последние слова доносились уже из-за поворота, где юная лекарь скрылась, словно унесённая порывом ветра.       «Странные какие-то… Вертятся так, словно я заболела неизлечимым недугом. Безусловно, я понимаю всю серьёзность, но мне не настолько плохо, чтобы целыми днями проводить в постели», – усмехнулась про себя Аллет, наслаждаясь внезапно наступившим спокойствием.       Девушка с неохотой поднялась и неспешно подошла к столу, буквально утопающему в хаотичном нагромождении склянок, пробирок и банок причудливых форм. Всё это теснилось рядом с грудой пыльных фолиантов, сброшенных в кучу как попало. Взгляд равнодушно скользил по беспорядку, пока не зацепился за потрёпанный корешок одной из книг. Она потянулась к ней и прочла название:       «Учение листвы. Биография, написанная исследователями древнего Сумеру, в которой изложены деяния Властительницы Кусанали во времена великих бедствий».       – Так это же о местном Дендро Архонте… – пробормотала она, листая пожелтевшие страницы. – О той самой Малой Властительнице, божестве мудрости Буер.       И вдруг Аллет вспомнила: главная библиотека Фонтейна, высокие стеллажи и те самые труды, где она впервые узнала об этих правителях.       «Звучит многообещающе. Надо будет почитать на досуге».       – Готово! А ещё я захватила кое-что вкусненькое. Надеюсь, тебе понравится! Это любимое блюдо лесных дозорных, – тепло и ободряюще произнесла девица, входя в комнату с аккуратным подносом.       Яркий, аппетитный аромат сочного мяса, свежих овощей и пряного соуса мгновенно наполнил обитель лесничего. В ответ у иноземки предательски заурчал живот, выдавая голод.       – Выглядит очень вкусно, – оценила она, взяв тёплую питу. Фонтейнка отломила кусочек и медленно прожевала. – Похоже, на вкус так же изумительно, как и на вид, – добавила она, уже доедая угощение.       Рядом Коллеи от ожидания переминалась с ноги на ногу, и её радость была видна невооружённым глазом. Закончив трапезу и допив согревающий отвар, Аллет поднялась. Затем вместе со стажёром они вышли на улицу, оставив уютный дом позади.       – Сначала я покажу тебе наш водопад. Он невероятно красив, уверена, ты будешь в восторге! – с задором отметила обладательница пурпурных глаз.       Путь их пролегал через живописное поселение. Каждая хижина, крытая густыми шапками листьев, выделялась уникальным обликом. Одни напоминали временные пристанища, другие же выглядели просторными и долговечными. По обеим сторонам мощёной дороги ютились торговые лавки: под широкими навесами громоздились пирамиды сочных фруктов, а в лёгких палатках шла бойкая торговля всем, что может пригодиться в странствии.       Спустившись по ступеням, врубленным в самый склон, девушки столкнулись с хорошо знакомой фигурой. Длинные уши чутко дрогнули, а пушистый хвост плавно покачивался в такт шагам.       – Аллет, как самочувствие? – осведомился лесничий с искренней заботой.       – Юная ученица оказалась очень способной и гостеприимной, – губы иноземки тронула едва заметная улыбка, но взор по-прежнему оставался леденящим. – Сперва вкусно накормила, а после подала твой «чудодейственный» отвар.       Коллеи невнятно пробурчала что-то похожее на оправдание, но Тигнари лишь добродушно рассмеялся:       – Рад, что вы поладили.       – Наставник! Вы уже вернулись с обхода? Как всё прошло? – поспешно спросила она.       – Довольно спокойно. Нежданных гостей не обнаружили, если не считать заплутавшего искателя приключений, которого мы с Камра́ном благополучно направили на верную тропу. Проблема кроилась исключительно в Фарбоде, – Тигнари с тихим вздохом потёр переносицу.       – Он что, опять…? – начала было Коллеи, но юноша в подтверждение кивнул.       – Именно. В который раз он решил поэкспериментировать с грибным меню, выбрав самые… сомнительные экземпляры, – дозорный скрестил руки на груди, с лёгким раздражением качая головой. – С сегодняшнего дня его лечение будет стоить моры. Иного способа достучаться я не вижу, – он тяжело выдохнул, и напряжение в плечах тут же ушло, уступив место привычной умиротворённости. – А вы куда собрались? На прогулку?       – Наставник, – обратилась ученица, стараясь придать речи максимальную убедительность. – Я планировала провести для Аллет небольшую экскурсию, показать, как у нас всё устроено. Я вернусь очень скоро! И непременно выполню все поручения!       Парень оценивающе посмотрел на неё, его взгляд стал задумчивым:       – А «Руководство по выживанию в тропическом лесу» ты уже дочитала?       – Э-э… Почти! – выпалила девица, чуть запинаясь.       – Тебе следует проявлять больше усердия в занятиях, Коллеи. Я давал немалый срок, – в его тоне сквозил не упрёк, а скорее, отеческое беспокойство.       – Знаю! Сегодня всё дочитаю, честное слово! – заверила она, кивая с непоколебимой решимостью.       – Не забудь также отнести посылку Амиру. Он ждёт неподалёку от деревни Вима́ра. И, насколько я помню, сегодня твоя очередь чистить статую Архонта, – нравоучительно добавил Тигнари, свободно размахивая хвостом.       Энтузиазм Коллеи погас, словно свеча на ветру. Её плечи поникли.       – Помню, учитель, будет сделано, – прошептала она почти неслышно, машинально подталкивая случайный камешек, будто пытаясь откатить прочь и свои неудачи.       – Надо же, – тонко ухмыляясь, бросила Аллет. – А ты, оказывается, куда более строгий наставник, чем кажется.       – Я предпочитаю считать это здоровыми академическими ожиданиями, – с лёгким торжеством в голосе возразил юноша.       – Не волнуйся, Коллеи, – иноземка выпрямилась, вдыхая полной грудью свежий лесной воздух. – Мы справимся с этим в два счёта, и ты сможешь продолжить экскурсию. Я помогу. – Она обернулась к Тигнари, слегка склонив голову набок. – Что скажете? В таком случае отпустите свою подопечную?       Парень рассмеялся, его строгость растаяла без следа:       – Не стану препятствовать. Хотя, должен заметить, для тебя предпочтительнее был бы покой, а не прогулки.       – Чудесно, – Аллет ловко зацепила растерянную Коллеи под руку и стремительно поволокла за собой, начисто игнорируя её начавшееся «Но я же…!».

…

      Вдвоём они действительно управились с поручениями довольно проворно, освободившись к полудню. Стоя у подножия водопада, Аллет завороженно наблюдала за игрой света. Всей душой она чувствовала ту особенную свободу, что витает в пространстве водных капель. Рокот стихии на миг унёс её назад, в родной город. Почудился чарующий запах морского прибоя, ощущение прохлады под босыми ногами и погружение в объятия бескрайнего синего океана. В памяти ожил привычный шум и радостные всплески морских обитателей – милых выдр и пухленей, так полюбившихся сердцу. Наваждение рассеялось, стоило только девичьему голосу раздаться совсем рядом:       – Аллет, смотри! Сумеречная птица!       Обернувшись, девушка увидела на ветке неподалёку пернатую гостью в роскошном бирюзово-лаймовом оперении, наблюдавшую за ними с живым интересом.       – У нас их используют как почтовых, – прошептала ученица, боясь спугнуть прекрасное создание. – Они очень смышлёные! Говорят, некогда интеллект позволял им овладеть человеческой речью и даже искусством чтения.       «Напоминает очередную байку для заезжих туристов. Впрочем, Сумеру умеет удивлять».       Постояв ещё немного, они двинулись обратно в деревню, прихватив по просьбе шеф-повара несколько местных диковинок – фруктов харра. Коллеи беззаботно болтала, сыпля интересными фактами о Сумеру, как вдруг их окликнул незнакомец:       – Ох-ох, кого я слышу… Неужто ты, Коллеи? Я твои мягкие, прыгающие шаги узнаю за версту! Словно бабочка порхаешь, – добродушно промолвил сгорбившийся старик.       – Дедушка Кеон! – просияла она. – Как поживаете?       – Потихоньку, родная. Стараюсь слушать. Глаза мои уже не те, зато уши стали острее. И сейчас мне куда приятнее улавливать звуки мира, особенно после того, как случилось нечто поистине прекрасное, – слова старика сопровождались тихим, хрипловатым смешком.       – Нечто прекрасное? – как бы невзначай, скрывая вспыхнувшее любопытство, вставила Аллет.       – Да, помимо лёгких шажков, мой слух уловил и иные – размеренные, точные, будто отбивающие такт невидимых часов, – таинственно промолвил старец.       «Интересно, он определяет людские шаги».       – Дендро Архонт был спасён. Злые умы свергнуты. С тех пор, как пали оковы Акаши, даже птицы в лесу запели на иной лад… – речь его звучала одухотворённо и проникновенно.       «О чём это он?..»       – Малая Властительница Кусанали вновь взяла Сумеру под своё крыло. Теперь всё наладится, – бормотал Кеон что-то бессвязное и всё менее понятное. Затем он повернулся к Аллет с пугающей точностью, будто и впрямь видел её сквозь пелену слепоты. Тусклые бесцветные глаза без зрачков уставились на девушку, и вдоль позвоночника пробежал холодок.       – Тебе следует помнить, юная барышня: каждая травинка, каждый лист в этой земле – дар нашего Архонта, – он говорил тихо, заговорщически, застыв на месте.       Аллет внимательно слушала, вникая в каждое слово. Коллеи молчала, не решаясь вмешаться.       – Увы, человеческая жизнь весьма коротка… Но ты-то чувствуешь течение времени, не так ли? – на мгновение показалось, что на лице собеседника замерла нездоровая, почти безумная ухмылка. – Надеюсь, мне доведётся застать день, когда Дендро Архонт вернёт Сумеру былое величие. Тяжёлые времена ещё грядут. Именно тогда без вас, вечно молодых, не обойтись…       Внутри всё сжалось в ледяной ком, но внешне иноземка по-прежнему сохраняла строптивость и хладнокровие, уверенно встречая белёсую, смотрящую прямо в душу пустоту взора напротив.       – Ступать по земле, но и за пределами пространства – это ли не познание вечности? – произнёс он уже без тени улыбки.       Аллет инстинктивно отступила на шаг, но костлявые пальцы впились в её запястье с силой, не свойственной старику.       – Доброе сердце, но злой разум! Доброе сердце, но злой разум! – он повторял это, будто одержимый, а голос срывался на шёпот.       Она попыталась вырваться, однако хватка была крепка. Коллеи в тревоге подалась вперёд, прижав руки к груди, готовая броситься на помощь, но Аллет еле уловимым движением мотнула головой: «Не надо».       Слегка придя в себя, старец не ослабил нажима. Его безжизненный взгляд буравил девушку насквозь – словно само небытие норовило столкнуть её в пропасть и похоронить в своих бесцветных водах.       – Оттого душу сохранили. Им нужен был баланс. И теперь вольны распоряжаться, к чему станет равновесия чаша склоняться. Но не отторгай Властительницу Малую. Не ввергай наш регион уничтожению, жалуя, – бросил он ей сквозь зубы, торопливо и сурово, чтобы никто больше не услышал.       Затем, будто ничего и не произошло, разжал пальцы и улыбнулся самой добродушной улыбкой.       «Что за местный сумасшедший? Ещё и за руку посмел схватить. Гадость», – пронеслось в сознании, пока иноземка пыталась прийти в себя после потрясения.       Коллеи застыла в немом шоке, наблюдая за выходкой Кеона. По её лицу разлилась горячая волна стыда. Девица металась на месте, в испуганных глазах читалась виноватая растерянность, и она отчаянно желала увести гостью подальше.       – Да благословит вас Малая Властительница Кусанали, юная странница и милая Коллеи, – сказал напутственные слова старик, пока ученица уже почти бегом уводила Аллет. – Хотя… юная ли? – последняя фраза едва долетела до них, подхваченная ветром.       Девушки, не останавливаясь, вышли за пределы деревни и свернули на маленькую солнечную поляну. Присев на ствол дерева, поваленного когда-то бурей, они погрузились в тягостное молчание. Первой не выдержала Коллеи:       – Аллет, ты в порядке? Прости его, пожалуйста… он не со зла, – в голосе звучало искреннее беспокойство.       – Что это было? О чём он вообще говорил? – выпалила та, игнорируя вопрос.       Ученица глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.       – Ну… начало было про недавние события в Сумеру. А потом… я и сама не совсем поняла, – она растерянно повела плечами. – Вообще дедушка Кеон очень добрый! Он просто… иногда говорит загадками. Обычно рассказывает сказки о нашем Архонте, – её тон приобрёл мягкость.       Она то сжимала, то разглаживала складки одежды – похоже, такая привычка помогала справиться с волнением и занять руки.       – Я никогда раньше не видела, чтобы он вёл себя настолько… странно. Мне правда очень жаль, что так вышло.       – Всё в порядке, я не сержусь. Но мне важно докопаться до сути. Поможешь разобраться в услышанном? Хочу найти логику хотя бы в том, что поддаётся объяснению. Если в его речах есть крупица истины – я должна выяснить. Это не просто любопытство, а необходимость, понимаешь? – Аллет смотрела прямо и ясно, без намёка на скрытые мотивы.       – Хорошо, – с облегчением выдохнула стажёр. – На самом деле, тут нет великой тайны. Любой на Большом базаре расскажет тебе эту историю. Но кое-что я помню точно, поскольку… лично знакома с теми, кто всё пережил.       Аллет приготовилась слушать, подперев подбородок ладонью.       – Ты ведь в курсе, откуда у нас взялись Зоны Увядания? – начала Коллеи, проверяя почву.       – Тигнари говорил, что они появились тысячи лет назад как симптом болезни Ирминсуля.       – Верно! – её фиолетовые глаза широко раскрылись. – Так ты и про Ирминсуль знаешь?       – Читала кое-что, – кивнула девушка, мысленно возвращаясь к страницам старого фолианта из отцовской библиотеки. – Биологически деревом его не назовёшь, но можно вообразить гигантское древо, что растёт корнями вверх и скрывается в недрах земли.       – Именно! – голос Коллеи внезапно окреп, наполнившись уверенностью. – А земные артерии Тейвата – его корни! Они поглощают воспоминания всего живого. Так что Ирминсуль – огромное хранилище мудрости и знаний мира, от самого зарождения до настоящего времени.       И тогда юная дозорная пустилась в долгий и подробный рассказ, раскрывающий сокровенное прошлое Сумеру.       – Как тебе известно, нашу страну называют «обителью мудрости» …

…

      Беседа затянулась. Солнце, наполовину скрывшееся за горизонтом, окрашивало небо в нежные тона, становясь немым соучастником их встречи. Его золотистый свет пробивался сквозь кружево листвы, лаская лица теплом, пока слова Коллеи текли свободно и плавно, подобно полноводной реке.       – Учёных, сосланных в Гандхарву, ты уже видела.       – Звучит так, будто несчастных отправили к вам в ссылку, – с тонкой иронией заметила Аллет.       – Скорее, это был акт милосердия, – мягко улыбнулась та. – Но да. Их свергли после попытки создать под руководством бывшего великого мудреца Азара искусственного архонта. А до этого… на Сабзеруз они погрузили весь город в сон, где одни и те же сутки повторялись ровно 168 раз.       – Что?! – глаза иноземки расширились от неподдельного шока.       – Ой, прости! – Коллеи испуганно прикрыла рот ладонью. – Я, наверное, слишком много сказала. Не тревожься! Наш Сумеру и правда прекрасное место, я честно!.. – затараторила она, заметно покраснев.       – Нет-нет, всё в порядке, – успокоила её Аллет. – Я не испугана, просто… ошеломлена. Это невероятно.       Отряхнув подол мантии, она снова приняла серьёзный, внимательный вид, давая понять, что готова слушать дальше. Стажёр, окончательно убедившись в нормальном состоянии фонтейнки, продолжила.

…

      Выслушав масштабную хронику и задав кучу уточняющих вопросов, Аллет наконец смогла сложить в голове общую картину.       – Итак, во времена Войны Архонтов престол Сумеру делили трое: Властительница Кусанали, царь Дешрет и богиня цветов Пушпаватика, – начала она, собирая мысли воедино. – Принеся себя в жертву в ходе древнего ритуала, богиня открыла Дешрету путь к порочным силам. Он стал единоличным правителем пустыни, в то время как Дендро Архонт даровала жизнь тропическим лесам и основала среди джунглей цивилизацию. Чтобы обеспечить мир, она воздвигла Стену Самиэль на границе с бесплодными землями.       – Именно, – тихо подтвердила Коллеи. – На этом этапе их дороги окончательно разошлись.       – Царь был одержим идеей утопии, мира без скорби и рабства. В слепой погоне он распространил запретные знания по всему Тейвату, что ненароком привело к падению его родного города, гибели подданных и заражению Ирминсуля. Властительница пыталась противостоять чуме, вливая свою энергию в храмы, сооружённые жрецами. Но в конечном счёте она истощила себя почти до предела и уже не могла никому помочь…       – Угасание ускорилось ещё и оттого, что божественное сознание неразрывно связано с древом, – добавила ученица. – Мощь богини лесов – прямое проявление её первозданной сути.       – В попытке искупить содеянное Дешрет принял добровольную смерть, сдержав распространение чумы на долгие годы. Но спустя столетия болезнь вернулась. Малую Властительницу, окончательно обессиленную, Академия заточила в Храме Сурастаны, узурпировав власть над регионом. Используя созданное ею же устройство – терминал Акаши, – мудрецы обманом похищали сны собственного народа, чтобы питать фальшивое божество, черпая из них человеческую мудрость. Один из снов они замкнули в петлю из 168 повторений. Пока, наконец, Путешественница и её отряд не положили конец их замыслам и не спасли Сумеру. Но один вопрос… Каким образом? – голос Аллет дрогнул от волнения и жгучего стремления понять. – Как они смогли очистить Ирминсуль?       – М-м… Не знаю… – Коллеи замялась, смотря куда-то вперёд. – Путешественница не рассказывала. Ни мне, ни наставнику.       – Так значит, ты знакома с ней лично?       – Да, Люмин – удивительная! Мужественная, отважная и невероятно справедливая, – воскликнула она, забавно всплеснув руками.       «Какое редкое, слепое обожание. Похоже, эта заезжая героиня и впрямь оставила здесь глубокий след».       – А где она сейчас? – отвлечённо спросила Аллет.       – Ой, должно быть, уже в Фонтейне. Уехала совсем недавно. Жаль, вы разминулись… Я уверена, вам было бы о чём поговорить! – беспечно болтая ногами, ответила ученица.       «Ничего, моё время придёт. Пусть сейчас наши дороги и разошлись, Люмин», – промелькнуло в сознании девушки, пока к губам подкрадывалась уверенная ухмылка. Взор был устремлён вдаль, где солнце медленно тонуло в багряных волнах горизонта.       – А что заставило тебя покинуть Фонтейн? – вновь раздался тот же беззаботный голосок.       – Отец настоял. Там сейчас неспокойно. Ходят тревожные слухи о каком-то проклятии, – равнодушно бросила Аллет, будто речь шла о погоде.       – Проклятии? Звучит жутковато… – собеседница непроизвольно поёжилась, в её тоне послышалось беспокойство.       – Пустые страхи. Наш народ всегда любил сгущать краски. Теперь все твердят, что воды Первозданного моря вот-вот поднимутся и поглотят регион, стерев его с лица Тейвата, – интонация фонтейнки оставалась безразличной и даже немного скучающей.       – Какой кошмар… – Коллеи понизила голос до шёпота. – Наверное, поэтому отец отправил тебя сюда, подальше от опасности.       – Возможно, – пожала плечами иноземка, соглашаясь чисто формально.       «Хотя чутьё подсказывает: ты неспроста выбрал Сумеру. Не так ли, отец?»       Слабый порыв ветра заставил Аллет подняться, и мир на мгновение поплыл перед глазами. Она жестом дала понять подскочившей девице, что всё в порядке, и предложила идти обратно.       Гандхарва встретила их вечерней тишиной, в которой растворялся лишь мерный гул цикад. Жители уже разошлись по домам, и лишь единицы заканчивали последние хлопоты. Сумерки мягко окутывали деревню, а уходящий день постепенно сдавал позиции прохладе ночи. Коллеи вызвалась помочь одной из соседок разгрузить повозку, а Аллет тем временем отправилась на поиски Тигнари.       Обойдя почти всю деревню, она наконец увидела его у костра в компании нескольких мужчин в униформе. Не успела девушка сделать и пары шагов, как лесничий её заметил.       – Аллет! Присоединяйся к нам! Заодно оценишь кухню Дозора. Сегодня Ашпанзи превзошёл сам себя! – с улыбкой подал знак парень, взмахнув пушистым хвостом.       Подвинувшись, он освободил гостье место у огня. Затем представил товарищей, и вскоре среди собравшихся зазвучали тёплые шутки, невероятные истории о походах и приключениях. Аллет неожиданно легко влилась в разговор, хотя обычно избегала бесед с чужаками. Эта непринуждённая атмосфера стала для иноземки глотком свежего воздуха. Вечно блуждая в одиночестве, её странствующая душа порой насыщалась такими короткими моментами общения, которые случались столь редко. Но большего ей и не требовалось – она любила уединение и обретала в нём покой.       Народ постепенно разошёлся – кто по домам, кто за едой, – и у костра остались двое. В округе всё замерло, лишь треск горящих поленьев нарушал безмолвие ночи.       – Не забудь потом выпить отвар, – мягко напомнил юноша. – Ну и… каковы впечатления от экскурсии?       – Весьма положительные. Коллеи прекрасно ориентируется на местности и заражает своим искренним энтузиазмом, – ровным, спокойным голосом отозвалась фонтейнка.       – Да, жизненных сил ей не занимать, – с теплотой, но небольшой долей грусти согласился Тигнари. – Девочка сильная и всегда старается казаться весёлой, но… иногда прошлое даёт о себе знать. Думаю, ты заметила её панический страх перед любыми прикосновениями, – его тон понизился, став более глубоким и приглушённым.       – Признаюсь, это не ускользнуло от моего внимания, – кивнула Аллет, вспомнив, как та резко отпрянула. – Как и то, что на тему пережитого Коллеи не произносит ни слова, – уже тише добавила девушка, чутко уловив перемену в собеседнике.       – Слишком тесное знакомство с Фатуи и болезнь элеазаром оставили тяжёлый отпечаток, – почти шёпотом, чуть слышно, пробормотал Тигнари.       – Она болела элеазаром? – девица с недоумением приподняла бровь.       – Ты знаешь, что это? – теперь удивление отразилось и во взгляде лесничего.       – Можно сказать, сегодня мне устроили мини-экскурс в историю Дендро региона, – пояснила гостья. – Я знаю, что элеазар стал одним из побочных эффектов запретного знания и буквально чумой прокатился по Сумеру. Моя рассказчица только забыла упомянуть одну маленькую деталь – что сама страдала от этого недуга.       – Хах, похоже, ты потихоньку вливаешься в нашу культуру, – открыто улыбнулся парень, и в его глазах читалось одобрение.       – Потихоньку? Скорее, слишком интенсивно. За два дня столько событий – едва успеваю осмыслить происходящее, – с иронией усмехнулась она. – Но, честно говоря, подобный темп мне даже нравится. Становится всё интереснее.       – Похвально. Ведь под покровом любознательности нередко таится гениальность, ожидающая своего часа, – добавил Тигнари задумчиво и воодушевлённо, устремив взор на россыпь звёзд над головой. – Я просто прошу: будь осторожна с Коллеи. Она прошла через многое, и я не желаю, чтобы новая боль причинила ей страдания. Постарайся относиться к ней помягче, – высказав просьбу, он внимательно посмотрел на собеседницу.       – Понимаю. Моя внешняя отстранённость способна смутить. Но можешь не беспокоиться, я не стану её обижать.       – Хорошо. Я не сомневался, но счёл нужным лишний раз убедиться. И ещё… я должен поблагодарить тебя от имени всего Лесного дозора, – лесничий плавно повёл длинными ушами, а в глазах проступило искреннее облегчение.       – За что? – тон выдал неподдельное изумление.       – Благодаря тебе мы нашли очаг Увядания, который два месяца не могли обнаружить. Не будь твоего указания, кто знает, сколько бы мы бродили по лесу. Обычно эти зоны найти проще, но бывают исключения, – с лёгким удовлетворением произнёс парень, глядя на языки пламени.       – Рада помочь, – улыбнулась девушка, не ожидая такой признательности.       – Кстати, – вдруг вспомнил Тигнари. Он поднялся и направился к ближайшему навесу. Вернувшись почти сразу с небольшой деревянной чашей, юноша протянул её гостье: – Отвар.       Принимая не самое аппетитное снадобье, Аллет неожиданно нарушила повисшую тишину:       – Скажи, а в Сумеру все такие… добрые? Если верить историям, что я слышала, то нет. Выходит, это вы здесь особенные?       Вопрос, заданный так прямо, явно застал лесного стража врасплох. Он смущённо замолчал на мгновение, запнувшись, а тёмный пушистый хвост невольно дёрнулся.       – Ну-у… пустынники, например, бывают весьма суровы и резки, с ними нужно держать ухо востро. А учёные… Не то чтобы плохие, скорее, слишком заносчивые и высокомерные, – честно ответил он, подбирая слова.       – Да, совсем на тебя не похоже, – черты лица иноземки заметно смягчились.       – Я ведь исследователь, который, завершив обучение, предпочёл стать лесным дозорным. Наука для меня – союзница, а не жизненное призвание. Полагаю, в этом и есть разница, – пожал он плечами, а его пальцы тем временем бережно высвободили стебель небольшого пурпурного цветка, запутавшегося в лозе.       – Думаю, дело не только в мировоззрении, – вкрадчиво произнесла Аллет, наблюдая за ним. Сделав небольшую паузу, словно взвешивая в голове дальнейшие планы, она сменила тему: – В Сумеру есть отели?       – Есть, конечно. Но я провёл в городе так мало времени, что даже не вспомню ни одного названия. А к чему вопрос?       – Мне нужно где-то остановиться. В здешних краях у меня нет ни единой знакомой души.       – Обижаешь! А мы с Коллеи? Нас ты в расчёт брать отказываешься? – с наигранным укором воскликнул Тигнари, пока кончики его ушей забавно подрагивали. – Можешь жить здесь, в Гандхарве, сколько хочешь. Лесной дозор всегда рад помощи. И уж точно я не позволю своему пациенту саботировать лечение! – он принял самый строгий и наставительный вид, какой только мог. – Четыре дня постельного режима, и я лично буду следить за вашей реабилитацией!       При виде столь забавной картины Аллет не смогла сдержать тихий смешок. Кивнув в знак согласия, она направилась готовиться ко сну, оставив Тигнари у догорающего костра.       Стоя у окна и глядя на усыпанную лунным светом долину, она отпускала мысли в свободный полёт. Ночные тени вальсировали под сенью листвы, а в отдалённом рокоте водопада певчие цикады симфонировали на тропической эстраде. Под убаюкивающий шум, медленно закрывая глаза, девушка погрузилась в глубокий сон, унося с собой последнюю ясную мысль:       «Пожалуй, это действительно лучший вариант, чтобы прощупать почву. К тому же слежки за мной нет уже несколько лет. А значит, под угрозу я никого не поставлю. Возможно, Гандхарва поможет мне, наконец, найти ответы на волнующие вопросы».

…

      Утро встретило Аллет щебетом сумеречных птиц и удушающей волной зноя, поднимавшейся от нагретых камней. Выходить без мантии не хотелось – одежда сразу выдавала чужеземку, что неминуемо притянуло бы любопытные взгляды. Но и гибнуть от жары под чёрной тканью тоже не входило в планы. Проглотив горький отвар, ставший частью утреннего ритуала, она вышла навстречу новому дню.       На мощёной дорожке её внимание привлекли оживлённые возгласы. Они доносились из-под небольшого тента, спасающего скудной тенью от солнца. Какой-то подтянутый старик с неестественно прямой спиной и надменным выражением лица вещал небольшой группе детей о законах мироздания.       – Наш мир, Тейват, очерчен границами семи государств, – его манера говорить была напыщенной и лекторской. – По окончании древней Войны Архонтов каждый регион обрёл своего божественного покровителя. Но если Мондштадт погряз в праздной свободе, а Ли Юэ держится исключительно на контрактах, то Сумеру веками оставался великой обителью знаний, хранимой Дендро Архонтом и Советом Мудрецов.       Мужчина сделал многозначительную паузу, окинув деревенских детей царственным взором.       – И пусть в Фонтейне поклоняются лишь букве сухого закона, – продолжил он, – истинная мудрость Тейвата всегда ковалась в стенах главной цитадели наук…       – Это Азар, – прошептал знакомый голосок прямо у уха. – Бывший глава Академии. Один из тех, кого сослали к нам по воле Малой Властительницы, – пояснила внезапно появившаяся Коллеи.       Аллет измерила свергнутого мудреца взглядом. В нём читались заносчивость и высокомерие. Даже в опа́ле³ он смотрел на окружающих свысока, будто делая им одолжение одним присутствием.       – Сегодня Иша идёт с грузом в деревню Вимара, – Коллеи перебила её наблюдения. – Тигнари сказал, ты можешь присоединиться к нам, если хочешь.       Девушка, с пренебрежением отвернувшись от надменного учёного, охотно согласилась:       – Конечно, пойдём.

…

      Увлёкшись выполнением поручений, они начисто забыли о времени. Лишь когда вечер склонил голову в приветственном поклоне, удалось покончить с последней задачей.       Азар, которого тоже, видимо, нагрузили работой, вытирал пот со лба аккуратно сложенным платком. Возясь с ящиком, он не заметил, как за его спиной бесшумно возникла тень и уселась напротив. Бормоча что-то себе под нос, мужчина наконец извлёк нужную склянку и вздрогнул, издав негромкий, скорее изумлённый, чем испуганный возглас.       – Расскажи и мне историю, – с неприкрытой усмешкой пронзительно глядела на него девица.       – О Тейвате? Неужто нынче молодёжь настолько невежественна? – прыснул он с явным презрением. – Хотя… – совершенно бесстыдно он оглядел собеседницу с ног до головы. – Чему я удивляюсь? Иноземка, да ещё и без определённого места жительства. Что с тебя взять, – учёный бросил это так небрежно, будто она не была достойна ни единого проронённого им слова.       – Хах, нет, эту сказку оставь детишкам, – её смешок слился с тихим шипением – шорохом отполированной стали, высвобождаемой из ножен.       Мужчина напрягся. Вся его напускная важность испарилась вмиг, подобно карточному домику, рассыпавшемуся от слабого дуновения. Гордыня сменилась страхом, а высокомерие спряталось за спину трусости.       «А он, оказывается, довольно жалок и низок. От „великого мудреца“ я ожидала большего. Прежде за знаниями, похоже, скрывался только статус – пустая оболочка. До чего же скучно».       Аллет положила клинок рядом, и на губах проступила ухмылка. Лёгкая, почти невесомая, но отточенная как лезвие и ядовитая как змеиный укус. В полумраке её взор, контрастируя с природной голубизной, словно сверкнул ледяными огоньками.       – Расскажи мне о циклах сансары во время Сабзеруза, – под ощутимый страх, пронизавший каждую клетку бывшего мудреца, раздался ровный холодный голос.