Глава 15. Утреннее ускорение

Громкий, настойчивый рингтон вырвал Амину из тяжелого, бездонного сна, в который она провалилась под самое утро. Голова гудела, а мышцы после ночных манипуляций ныли так, словно вчера она разгружала вагоны, а не двигала чашки силой мысли. Нащупав на тумбочке вибрирующий телефон, она, не открывая глаз, провела по экрану. — Да... — хрипло отозвалась она. — Аминочка, доброе утро! Я тебя не разбудила? — в трубке раздался родной, слегка суетливый и бесконечно заботливый голос мамы. Амина мгновенно сбросила остатки сна. Этот голос всегда возвращал её в реальность, напоминая, что за пределами модификаций, тайных организаций и загадочных директоров она всё еще чья-то дочь. Человек с прошлым, обязательствами и семьей, которая за неё переживает. — Мама? Нет, не разбудила... — Амина приоткрыла один глаз и тут же похолодела. На настенных часах, тех самых, с микротрещинами, стрелки неумолимо приближались к началу первого урока. Будильник она благополучно проспала из-за дикой усталости. — Мамуль, прости, я немного заспалась... — Ой, ну как обычно, вся в работе! Ты там хоть кушаешь нормально? — запричитала трубка. — Голос у тебя какой-то простуженный. Ты тепло одеваешься? В Сеуле ведь ветрено сейчас... — Да, мам, всё хорошо, я ем, честно. И мармелад, и... шоколад, — Амина судорожно сбросила одеяло, путаясь в штанинах домашних брюк, и зажала телефон между ухом и плечом, на ходу стягивая майку и выуживая из шкафа приготовленную с вечера рубашку. — Мамочка, я безумно рада тебя слышать, но я катастрофически, просто ужасно опаздываю на работу! Давай я перезвоню тебе вечером, хорошо? Целую! Едва дождавшись ответного «Ой, беги-беги!», Амина нажала отбой. Времени на душ, макияж и тем более на кофе не оставалось вообще. Застегивая пуговицы блузки на ходу и едва успев завязать волосы в хвост, она схватила сумку и буквально вылетела из квартиры. «Только бы успеть до звонка. Если Директор Ли увидит, что его "очаровательный химик" опаздывает, весь вчерашний флирт превратится в выговор», — панически думала она, выбегая из подъезда. Включать силы Лимба на полную мощность на людной улице было нельзя, но Амина всё равно бежала быстрее своего обычного человеческого максимума, ловко лавируя между редкими прохожими. Дыхание, благодаря измененным легким, держалось ровно, но паника внутри нарастала. До ворот школы оставался всего один квартал, когда Амина услышала сзади тяжелый, надрывный топот и чье-то громкое, сиплое сопение. — Черт-черт-черт! Опаздываю! — донесся до боли знакомый голос. Амина обернулась на бегу. Сзади, со взъерошенными рыжими волосами, в распахнутом паджаке школьной формы и с сбившимся рюкзаком за спиной, на всех парах несся Шинву. Из его кармана на ходу едва не вылетала недоеденная булочка. Увидев учительницу химии, которая тоже резво бежала по тротуару в сторону школы, да еще и на шпильках, парень округлил глаза так, будто встретил привидение. — Учитель Свон?! — проорал он, ровняясь с ней. — Вы... вы тоже?! — Хан Шинву! — на ходу выдохнула Амина, не сбавляя темпа. — Вместо того чтобы удивляться, прибавь ходу! Если мы не успеем до звонка, нас обоих распнут у входа! — А-а-а! За мной, учитель! Короткий путь через переулок! — Шинву резко заложил вираж направо, увлекая её за собой между домами. И в этот утренний момент, бессовестно опаздывая на работу вместе с самым заядлым прогульщиком класса, Амина внезапно почувствовала себя такой невероятно живой, что на губах сама собой появилась широкая улыбка. Переулок встретил их прохладной тенью, запахом уличной еды из задних дверей ресторанчиков и целым лабиринтом из мусорных баков и сваленных пластиковых ящиков. Шинву несся вперед как танк, ловко перепрыгивая через препятствия, но Амине приходилось в три раза сложнее — её верные черные шпильки сейчас превратились в изощренное орудие пытки. Каждый шаг отзывался звонким стуком. Любая обычная женщина на её месте уже дважды сломала бы лодыжку, но сыворотка внутри Амины работала на всю мощность: её рефлексы и обострившийся баланс позволяли удерживать равновесие на грани фантастики. Она буквально скользила над асфальтом, едва касаясь земли острыми каблуками. — Ого, учитель, ну вы даете! — восхищенно выдохнул Шинву, оглянувшись на бегу. — Бегать на таких ходулях и не отставать — да вам в спецназ надо! — Меньше разговоров, Хан, больше скорости! — прикрикнула Амина, поправляя на ходу съезжающую с плеча сумку. — Если я из-за тебя сломаю каблук, ты у меня всю четверть будешь драить лабораторные стаканы! Они вылетели из переулка прямо к боковым воротам школы за какие-то секунды до того, как должен был прозвучать финальный, отсекающий звонок. Зрелище было действительно эпичным: растрепанный, запыхавшийся Шинву в распахнутом пиджаке и безупречно выглядящая, но тяжело дышащая мисс Свон на шпильках ворвались на школьный двор одновременно, как два спринтера на финишной прямой. Ученики, которые еще не успели разойтись по классам, удивленно замерли. Даже М-21, стоявший у дверей, медленно опустил руку с рацией, а его брови взлетели вверх от немого шока. И именно в этот момент над двором оглушительно зазвенел звонок. Они успели. В самую последнюю секунду. Шинву со стоном облегчения согнулся пополам, упираясь руками в колени и пытаясь поймать рвением воздух. Амина, силой заставив себя выпрямиться и принять чинный, благородный вид, поправила очки на переносице и пригладила выбившиеся из хвоста пряди. Сердце колотилось в горле, но на лице уже играла привычная, мягкая улыбка. — Ну что, Хан Шинву, — ровным, почти не дрожащим голосом произнесла она, глядя на взъерошенного парня. — Будем считать это нашей утренней разминкой. А теперь — шагом марш в класс, пока дежурные не записали твое имя в журнал опоздавших. — Вы... вы просто супер, учитель... — прохрипел Шинву, преданно глядя на неё, и, подхватив сползающий рюкзак, припустил к лестнице. Амина проводила его взглядом и повернулась к главному входу, чувствуя, как по спине пробежал легкий холодок. На верхней ступеньке крыльца, сложив руки на груди, стоял Директор Ли. Его белоснежная рубашка сияла на утреннем солнце, а на губах играла та самая, лучезарная и до боли знакомая улыбка. Однако в глубине его глаз, которые Амина теперь видела слишком четко, полыхал обжигающий и понимающий огонь. Он явно видел весь их грандиозный финиш. — Доброе утро, мисс Свон, — бархатный голос Франкенштейна разнесся над опустевшим двором. — Какое... динамичное начало дня. Я вижу, вы вняли моему ночному совету и прибыли в школу в исключительно бодром расположении духа? «Ну конечно, он всё видел». Но вместо того, чтобы смутиться или испуганно оправдываться под его пронзительным взглядом, она сделала глубокий вдох, усмиряя готовое выпрыгнуть из груди сердце, и уверенно шагнула на первую ступеньку. Шпильки снова сухо и ритмично застучали по гранитным плитам крыльца. — Доброе утро, директор Ли, — Амина остановилась на две ступеньки ниже него, из-за чего ей пришлось слегка запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним глазами. На её лице расцвела безупречная, немного виноватая улыбка. — Как видите, я воспринимаю ваши напутствия буквально. Сказали «быть бодрой» — значит, нужно соответствовать. А легкий спринт с учениками — лучший аналог утреннего кофе. Виктор Ли слегка наклонил голову набок. Его улыбка стала чуть шире, а в глубине глаз промелькнуло искреннее, теплое веселье. Он скользнул мимолетным, оценивающим взглядом по её идеальной осанке, задерживаясь на секунду на шпильках, и мягко покачал головой. — Восхитительная исполнительность, мисс Свон. Я глубоко тронут, — его голос прозвучал тише, обретая те самые бархатные, интимные нотки из их ночного разговора. — Однако, если мне не изменяет память и составленное мной же расписание... у вашего старшего класса сегодня первым уроком стоит литература. А химия — только вторым. Амина ощутила, как воздух в легких на мгновение замер. Она медленно моргнула, осознавая масштаб своей утренней катастрофы. Вся эта безумная гонка через переулки, паника, штурм ворот плечом к плечу с Шинву... «Господи, я прибежала ко второму уроку на час раньше...» — мысленно схватилась она за голову, чувствуя, как к щекам стремительно приливает жар густого румянца. От неожиданности и накатившего смущения Амина сделала неосторожный шаг назад, совершенно позабыв, что стоит на крутых ступенях. Тонкий каблук предательски соскользнул с гранитного края. Земля ушла из-под ног, сумка опасно вильнула в руке, и она коротко ахнула, уже готовая полететь вниз. Но упасть ей не дали. Прежде чем сыворотка Лимба успела среагировать и выдать её нечеловеческие рефлексы, длинные, сильные пальцы Виктора Ли мертвой хваткой перехватили её за предплечье. Вторая его рука собственнически и надежно легла на её талию, мгновенно притягивая Амину к себе и возвращая ей точку опоры. Всё произошло за долю секунды. Амина оказалась практически прижата к его груди. Она отчетливо ощутила, насколько он высокий, сильный и какой горячий, почти обжигающий рельеф мышц скрывается под его безупречным директорским жилетом. Паника от падения смешалась с близостью начальника, и сердце Амины забарабанило по ребрам как сумасшедшее. — Осторожнее, мисс Свон, — тихо, прямо над её ухом прошептал директор. Его дыхание коснулось её виска. — Бег на шпильках — опасное искусство. Не хотелось бы, чтобы вы пострадали на моем крыльце. Виктор медленно, словно нехотя, разжал пальцы, позволяя ей встать самостоятельно, но его обжигающий, пристальный взгляд продолжал удерживать её крепче любых оков. Амина неловко отступила на полшага, поправляя дужку очков и пытаясь унять дрожь в коленях. На её щеках пылал самый настоящий, искренний румянец, который больше невозможно было списать на утренний кросс. Она тихо, смущенно рассмеялась над собственной неловкостью. — Похоже, утренняя паника — плохой союзник, — призналась она, наконец осмелившись снова заглянуть ему в глаза. — Мой будильник и мои туфли сегодня явно сговорились против меня. — Ну что вы, не стоит расстраиваться, — Виктор Ли сделал шаг назад, давая ей немного пространства, но в его взоре по-прежнему полыхало мягкое, обволакивающее тепло. — Зато теперь у вас есть целый час в запасе. А это значит... Он заговорщически понизил голос, слегка наклоняясь к ней: — ...что вы вполне успеете выпить чашку того самого крепкого черного кофе. Зайдите в учительскую, Амина. Вас там кое-что ждет. Директор Ли подмигнул ей с едва уловимым, чисто мужским кокетством и, развернувшись, неспешной, царственной походкой направился в глубь школьного коридора. Она проводила его взглядом, чувствуя, как под кофточкой всё еще горит кожа там, где её касались его ладони. М-21 у дверей тактично кашлянул, преувеличенно внимательно разглядывая дальний забор, но Амина его уже не замечала. Быстро поднявшись по оставшимся ступеням, она вошла в здание и направилась к учительской. В пустом кабинете, залитом мягким утренним светом, рядом с классным журналом стояла аккуратная фарфоровая чашка, от которой поднимался ароматный пар свежесваренного кофе. А рядом, на салфетке, покоилась небольшая, изящная плитка дорогого горького шоколада в крафтовой обертке. Амина замерла у стола, коснувшись пальцами прохладной бумаги. На губах сама собой появилась смущенная и невероятно теплая улыбка. Виктор Ли определенно вел свою игру, но противостоять его правилам с каждым часом становилось всё сложнее.