Том 5 Глава 26

Повтор первого учебного дня прошёл без происшествий. Эш и Вендуа вовремя собрались, опрятно выглядели, успели на завтрак, и даже хорошо проявили себя на уроках. Обе. Эш несколько переосмыслила своё поведение в свете последних слов Вендуа. Сейчас они с богиней в равных условиях, более того, в одной симуляции. Не стоит ли попытаться выиграть? Они обе всё равно получат больше миллиона бонусных очков. Стоит ли выделываться и жертвовать победой ради нескольких лишних сотен тысяч, которые ещё и не факт, что удастся получить? Да, Вендуа явно решила сделать ставку на бонусные очки и попытку уйти в отрыв в следующей группе игр, и Эш решила скопировать эту её стратегию — аналитическим способностям богини познания она доверяла больше своих, и если уж Вендуа не сумела верно ухватить суть, пусть и заблокированной памятью, то Эш не сможет точно. Но действительно ли стоит осознанно жертвовать победой ради прощупывания границ этой «игры» в учениц магической академии? Откат времени показал, что создательница Игры Игр явно хочет, чтобы конкретно здесь участники железно следовали заданной роли. Ученицы. Условия победы тоже на это завязаны — кто будет лучше учиться. А раз так, пожалуй, лучше будет отыграть эту роль, а не пытаться разнести академию по кирпичикам. Тем более, что это по всей видимости просто невозможно. Как, если подумать, невозможным было и выжить в игре с зомби, невозможно было не захватить город в игре с вампирским культом, и скорее всего невозможно было игнорировать задание в первой игре второй группы, где нужно было украсть магический дилдо. Эш вспомнила слова Вендуа о том, что во второй группе игры будут похожи на переживание некой истории, некого заранее заданного сюжета. И поняла, что ей не нужно прощупывать рамки, как этого и не делала Вендуа. Заданную правилами игры историю можно вывернуть наизнанку, заставить её пойти неожиданным путём, но нельзя ей разрушить в самой сути. Нельзя превратить историю о соперничестве двух учениц магической академии в историю о том, как одна из них устраивает в академии резню. А может, и можно, но это должно быть обосновано в рамках виртуального мира. Если Эш, доведённая несправедливостью ректора, найдёт какой-нибудь древний и опасный артефакт, и применит его в попытке отомстить… Вероятно, игра это проглотит, если такой вариант вообще возможен. А вот когда юная ученица в первый день начинает прокалывать учителям шеи, пользуясь предзнанием извне симуляции, как и знанием того, что она в этой самой симуляции и ей ничего не грозит — вот это уже как раз тот самый критический выход за рамки. Осознание этой простой, в сущности, идеи заставило Эш тяжело вздохнуть и задуматься о том, что не зря Система всё-таки над ней издевалась по поводу интеллекта. Да и Вендуа не просто так повторяет одно и то же. Поэтому на лекциях Эш не плевала в потолок, как во время первой итерации, а наоборот, внимательно слушала, и старалась заработать похвалу. Это не осталось без внимания Вендуа. — Знаешь, что меня пугает? — спросила богиня после занятий. — То, что твоя затея с кузницей богов не выгорит, и тебя с твоими последователями сожрут другие старшие, или что кто-то из древних заглянет на огонёк? — как ни в чём не бывало ответила Эш. Богиня проигнорировала эту дерзость. — Меня в твоей резкой смене поведения здесь и сейчас пугает возможность того, что ты просто притворяешься и придумала какую-нибудь чудовищную дурость в попытке разломать эту симуляцию на куски через какую-нибудь лазейку в правилах. Хорошо бы, конечно, если ты начала вести себя нормально из-за того, что мне удалось вбить тебе в башку ещё крупицу знаний. Но зная тебя — сомневаюсь. — Ой, госпожа старшая богиня, а не так ли много вы требуете от простого смертного? Чтобы он по щелчку пальцев перестраивал парадигму своего мышления, которую формировал множество жизней? К тому же, я постепенно адаптируюсь. — Ой ли? — хмыкнула Вендуа, — и к чему же и как ты адаптировалась, Эш? — Хотя бы к тому, что я теперь женщина. Не свихнулась же я, когда меня впервые поимели в твоём мирке? Я тогда и вовсе отказывалась признавать, что… Вендуа расхохоталась. — Чего? — Эш ткнула блондинку локтем в бок. — Эш, я прекрасно помню, что твоё путешествие по Ахегауму началось с фразы в духе «может, меня и выебут, но я потом всё равно всем покажу». Стоило тебе увидеть себя в зеркале ещё тогда, в первый день, и ты уже внутренне всё поняла, просто решила откладывать неизбежное как можно дольше. А знаешь, что самое смешное? Что то, что Момо тебе говорил в первый день насчёт твоих тренировок, было правдой. Если ты чего-то боишься, Ахегаум тебя ткнёт в это носом. Ну, сама подумай. Все твои приключения в Ахегауме, по сути, идут по одному сценарию — сначала тебя пытаются в том или ином смысле поиметь, а потом ты всем показываешь, что это они зря. Всё, как ты и постулировала в тот первый день. Разве нет? Если Эш когда-нибудь и ощущала, словно её били словами по голове, то сейчас точно был один из таких моментов. — Я знаю, что ты ещё скажешь про свою адаптацию… Что ты свыклась с идеей того, что я тебе не желаю зла. Но ты не свыклась. Мне тебе даже сейчас, во время нашего состязания, приходится регулярно вправлять мозги чтобы ты сама себя не загоняла в ловушку, потому что ты постоянно ищешь подвох в моих действиях и словах. А что касается того, что я требую от тебя меняться по щелчку… Да я в общем-то не требую. Требование подразумевает какие-то последствия за невыполнение. Мне ли не знать, как вы, престарелые реинкарнаторы в новых телах, туго первоспитываетесь. Напоминаю, ты у меня не первая, и не единственная. Самая интересная, и, пожалуй, самая потенциально полезная, да. Эш тихо выругалась. А Вендуа продолжала: — Думаешь, что я высокомерна? Да, я такая. Я старшая богиня познания, и меряю всех знанием. Не значит, что я не признаю других достоинств, включая те, которыми не обладаю сама, я просто не считаю их достаточно значимыми. Для меня вы все — неразумные дети, которых надо научить уму-разуму. Те, кого научить не получается, становятся инструментами, подопытными, расходным материалом… И я прекрасно знаю о своём высокомерии, и столь же прекрасно умею нейтрализовывать его последствия. А ещё я прекрасно знаю о том, сколько всего я не знаю, ведь с моей вершины видны такие неизведанные горизонты, что никто, стоящий ниже, их и представить себе не может. И это помогает мне находить баланс. Моё высокомерие — неотъемлемая часть меня, ведь я как божество зародилась из одной простой концепции. Знание — сила. Я появилась задолго до того, как осознала себя, когда какой-то безвестный мальчишка из давно сгинувшего мира всей своей душой поверил в одну идею. Идею того, что не сила, не богатство, не слава, не множество верных последователей, а именно знание возвысит его над другими. Именно то, что он знает чего-то, чего не знают другие, позволит ему получить всё то, чем обладают стоящие выше, и встать ещё выше них. Я воплощаю это в себе. Как я могу быть не высокомерна? Эта такая же неотъемлемая часть меня, как твоё неубиваемое упорство, граничащее со столь же невероятным упрямством. Эш продолжила молчать, давая богине выговориться. — Только вот я со своим высокомерием научилась сосуществовать, научилась нивелировать его недостатки. И это сделало меня старшей богиней. Знаешь, сколько похожих, в сущности, богов зарождается во Вселенной постоянно? Это происходит каждый раз, когда кто-то верит в нечто абстрактное, не обращая веру к конкретному получателю. И если верующих становится достаточно, то формирующееся божество обретает форму и личность, рождается по-настоящему. Поэтому чуть ли не в каждом магическом мире, где живут привычные разумные расы, и где энергия веры вообще способна порождать богов, ты найдешь младших богов войны, огня, неба, земли, воды, любви, смерти… И знания. Знаешь, сколько младших богов и богинь познания, науки, тайн, секретов, я повидала? Тех, кто был рождён из похожих, или вовсе дословно повторяющих мою концепций веры? Тех, кто под влиянием своих первых культов, миров, обстоятельств, стал чем-то другим? Кто не справился с изначально вложенными в них недостатками? Чью сущность, чьи культы, чьи знания, раздавили глупые, но сильные? Купили примитивные, но богатые? Обманули необразованные, но хитрые? Сожрали едва разумные, но дикие и бесстрашные? Да, Эш. Я высокомерна, и я несу это как знамя, точно так же как ты несёшь свою непреклонность, продолжая из жизни в жизнь бороться даже там, где знаешь, что не можешь и никогда не сможешь победить. Но я научилась свои недостатки если не исправлять, то обращать себе же на пользу. И тебя научу тому же. Хочешь ты этого или нет. А пока не научишься — будешь слушать от богини познания, что ты тупая и ригидная. Ну или пока хотя бы не начнёшь мне выказывать должного почтения. — Ой, сейчас упаду в ноги и начну целовать, — раздражённо бросила Эш. — Без шуток, это хотя бы избавило тебя от моих насмешек. Радуйся ещё, что я настолько превосхожу тебя, что твоё поведение заставляет меня менять лишь слова в твой адрес. — Сама решила меня сюда засунуть, терпи теперь. — А я и терплю. Что мне ещё остаётся? — усмехнулась блондинка. На этом разговор Эш и Вендуа закончился. Девушки пошли на обед… К сожалению, тот факт, что ни Эш, ни Вендуа сегодня ничего не нарушили и вообще не дали никакого повода к ним подкопаться, не избавило их от проблем. Может, ректор или алхимик подёргали за ниточки, может действовал третий враг, загадочная «немезида», а может просто случайность, но вскоре после того, как девушки вошли в столовую, в них обеих врезался другой ученик, с подносом еды. Врезался сразу в обеих, и явно нарочно — прямо-таки рванулся в их сторону в последний момент, ещё и с наглой ухмылкой. — Эй, какого хера?! — раздались два синхронных крика. Крик Эш, и крик врезавшегося в них парня. Это был среднего роста и телосложения лохматый брюнет с вытянутым лицом, тоже первокурсник. Эш видела его на всех лекциях. Он сбил Вендуа с ног, залив её компотом и супом. Эш тоже достались брызги. Любопытные взгляды тут же притянулись к месту действа, а рядом появилась парочка дежурных. — Что тут происходит? Почему ругань? Почему нарушения? — строго спросил один из дежурных. — Он в нас врезался! — воскликнула Эш. — Они подставили мне подножку! — закричал парень. — Ты! — дежурный ткнул пальцем в брюнетку, — Замечание! Я спрашивал пострадавшего! Имя? — Эш, — холодно ответила брюнетка. «Вот значит по каким правилам они тут играют…» — подумала девушка. Дежурные отказались слушать любые возражения Эш и Вендуа, или спрашивать свидетелей. Они безоговорочно приняли сторону брюнета, и выдали обеим девушкам по два замечания. — Ладно, ты была права, — зло сказала Вендуа Эш, когда их оставили в покое. — Конечно, я была права. — Ты даже не знаешь о чём я говорю! — возмутилась богиня. — О том, что я сразу поняла, насколько это будет несправедливо. — Как ты догадалась? — Вендуа опешила. — У тебя вид был ещё более бешенный, чем у меня. Ну, признай, когда ты говорила про то, что нам придётся быть хорошими девочками и что покажешь мне какой-то другой путь, ты не рассчитывала, что всё это будет как-то мягче проходить, да? Что над нами не будут издеваться настолько открыто, настолько беспочвенно, с таким нескрываемым удовлетворением и такой неприкрытой уверенностью в собственной безнаказанности? — Ты права, — вздохнула богиня, — Зная Беллу, я ожидала совсем других сценариев. — Ну и что? Меняешь свой план? — Мне нужно подумать… — Ну, тогда думай. А я пойду кое-что проверю. И Эш отправилась жаловаться преподавателям. Если уж играть по заданному сценарию, то и действовать надо соответствующе. Хотя на эффект от жалоб Эш особо не рассчитывала, скорее, она, хотела проверить, как игра предотвратит её исключение, если она сама об этом попросит. Насчёт жалоб Эш оказалась права. Руководитель первого курса, преподаватель теории магии, хоть и не был «врагом», всё равно отказался слушать доводы студентки. Грузный бородатый мужчина вывернул всё так, что дежурных назначают преподаватели, а значит дежурные правы по умолчанию. И ставя под сомнение их действия Эш оскорбляет академию своими сомнениями в компетентности преподавательского состава. А ей это, мягко говоря, не по статусу. — Что ж, хорошо, учитель, я вас поняла, — сказала Эш. — Судя по твоему тону, ничего ты не поняла, бездарная девка. Слышал, у тебя и твоей соседки худшие результаты даже в элементарных заклинаниях. С твоим-то отсутствием таланта стоило бы быть потише, а не обвинениями разбрасываться. — О, прошу прощения, учитель, мой голос звучит грубо лишь из-за разочарования в себе, — с притворной улыбочкой сказала Эш, мысленно проклиная Беллу. — Свободна, — бросил мужчина. — Одна последняя просьба, учитель, — Эш с трудом сдержалась, чтобы не скривиться от собственного притворно ласкового голоса. — Что ещё? — Я хочу отчислиться из академии. Эш готова была поклясться, что на секунду завис то ли виртуальный болванчик-преподаватель, то ли вся симуляция целиком. — Что? — спросил он. — Ну, я поняла, что мне здесь не место и… — Такие вопросы решает ректор. — Тогда давайте пройдём к нему? — С чего бы? Ты что о себе возомнила, ректору нет дела, до такой как ты! — Но вы только что сказали… — Пошла вон пока я не назначил тебе наказание! Спустя час хождения по академии, Эш окончательно убедилась в бесполезности своей затеи. Они с Вендуа сидели в одной из комнат отдыха для студентов… Хотя «комната отдыха», по мнению Эш, было слишком громким названием. Просто гостиная с камином, диванами, и парой столиков. — Я уж почти обманулась, но нет, эта симуляция всё ещё очень примитивна, — вздохнула Эш. — Что ты там проверяла? — нахмурилась Вендуа. — Просила, чтобы меня исключили, — сказала Эш. Вендуа расхохоталась. — А если бы получилось? Отдала бы мне и очки, и победу так просто? — Я была уверена, что не получится. Но я надеялась, что это хотя бы будет обставлено как-то получше. Они просто зациклены. Просишь тебя исключить, любой преподаватель говорит, что это решает ректор, отказывается вести к ректору, а на любые доводы бесится и грозит наказанием. При этом к кабинету ректора не пускают дежурные и говорят, что с любыми вопросами нужно идти к преподавателям. — Ну тогда нам просто нужно сразу попасть к ректору. Может, ещё раз из окна прыгнем? — хихикнула Вендуа. — Херня какая-то. До перезапуска я была настроена всё тут разнести, а ты плыть по течению, теперь у меня такое чувство, что всё наоборот, — хмыкнула Эш. — Белла умеет меня неприятно удивлять, и она у меня за это получит. — Ну, ты же сама предложила мне эту игру, зная о ней всё. Изначально-то у тебя память не была заблокирована. Вендуа что-то собиралась сказать, но тут к девушкам подошёл тот самый их однокурсник, устроивший выходку в столовой. Богиня осеклась, а потом оскалилась: — А вот и наш билет к ректору, Эш. — И правда. Зачем прыгать из окна, если есть куда более приятные способы. Блондинка с брюнеткой встали с дивана. Виртуальный болванчик подвис, слишком уж выбивались реплики девушек из заданных симуляцией условий. — О чём вы тут трындите? — наконец сказал парень, — Короче, за то, что испортили мой обед, я требую компенсацию! — Знаешь, я тут вдруг поняла кое-что, — сказала Эш. — Что? — нахмурился брюнет. — То, что ты технически неживой и в целом достаточно примитивная симуляция разумного, совершенно не помешает мне получить удовольствие от твоего избиения. Следующую реплику парень сказать не успел. Гостиную наполнили звуки ударов и крики боли, вскоре сменившиеся мольбами о помощи, а затем и мольбами о пощаде…