Глава 15. Тот, кто был и здесь, и там.

      Багряные острова славятся не только теплыми ночами, солеными ветрами и вечнозелеными лугами, но и длинными днями с мимолетными ночами. Жители Ремоты привыкли поздно ложиться и рано вставать, следуя примеру небесного светила. Однако не все они могут соблюдать такой порядок и вставать с первыми лучами солнца. К таким людям относилась и Рэя Эстаз, для которой утро наступало намного позже и разбудить которую представлялось задачей не из легких, учитывая ее упрямую натуру.       Второй месяц лета миновал еще день назад. Эта дата была такой же обычной, как и все остальные, а значит назревал еще один спокойный денек, когда можно будет прохлаждаться в тайном месте, скрываясь от матушки, составившей для Рэи распорядок дня, и от назойливого Вэкора, который в последнее время ходил за ней по пятам. Так бы оно было, если бы у Вэнии Эстаз не имелось иных планов на этот замечательный день.       — Вставай, Рэя. – младшая сестра, будучи уже при параде, безжалостно сорвала одеяло, под которым сладко спала сестрица. – Солнце уже почти добралось до порта. У нас не так много времени. Вставай. – с усилием ворковала Вэния, пытаясь растормошить сонную сестру.       — Водная стена рухнула… – Рэя зевнула, переворачиваясь на другой бок. – И нам надо в панике бежать?       — Нет. – отрезала Вэния, не собираясь выслушивать бредни сонного человека. К сожалению, Рэя была склонна бесконечно придумывать различные отговорки, лишь бы подольше поваляться в постели. Даже отсутствие одеяла ее ничуть не смущало.       — Тогда назови мне вескую причину. – не поднимая головы, Рэя говорила в подушку, из-за чего почти все слова утопали в ее мягкой глубине.       — Второй месяц лета уже закончился. – начала Вэния и была тут же перебита.       — Вау.       — А это значит, что Нэгато закончил обучение в северном ордене и едет домой. – со вздохом закончила она, успешно сохраняя спокойствие.       — Слабоватая причина. – наконец Рэя повернула голову и приоткрыла один глаз, чтобы взглянуть на сестру.       Скрещенные на груди руки и пронзительный взгляд голубых глаз выдавал легкое раздражение, но даже не это привлекло внимание, а одежда.       — Ты не в платье. – заключила Рэя после долгих гляделок с сестрой.       — Открыла глаза – уже хорошо. Осталось только встать. Давай же, Рэя, корабль не будет ждать нас вечность.       Мысленно Рэя представила как корабль с парусами, на которых вышит герб их ордена, беспощадно рассекает водную гладь и мчится вперед. Знакомый, однако, сценарий разворачивался совсем недавно, когда она вместе с сестрой и отцом возвращалась домой. Но разве она уже не дома?       — Какой корабль? Куда корабль? – всполошилась девушка и оторвала голову от подушки.       — Вот это прогресс. Осталось совсем немного. – подгоняла ее Вэния, не замечая видимого замешательства и повисшего в воздухе вопроса. – Я тебе вчера все объясняла. Вспоминай. Жду тебя в порту и… постарайся уйти незаметно. Матушка еще не знает о нашем маленьком путешествии.       Оставив Рэю без единого ответа, но со множеством загадочных намеков, Вэния Эстаз в обличии ордена Лета поспешила вниз по лестнице, оставив сестру в видимом недоумении слушать, как захлопывается дверь. Рэя пробыла еще минуту в состоянии полного отсутствия в этом мире, пытаясь уловить в голове хоть какую-нибудь цельную мысль, но они либо ловко ускользали, либо оказывались бессвязными и пустыми. Она смогла таки собраться, припомнив вчерашний вечер.       Вэния, сидя перед камином и выискивая в коробке, полностью забитой всевозможными разноцветными камнями, некий конкретный экземпляр, который устроил бы ее, заговорила о брате. Матушка накануне получила от него весточку, где говорилось об успешном – это подчеркивала не только Вэния, но и Сцинцилла, – окончании обучения в ордене Зимы и скором возвращении в родные края. Да, так и было. Рэя явственно помнила все косые взгляды, брошенные в ее сторону, стоически проигнорированные. Конечно, это было сделано не со зла или упрека, но не могли не напомнить об этом скверном проступке: ни родители, ни сестра. Но не в этом заключалась суть начатого Вэнией разговора. Сестрица таким образом плавно перешла к рукописи Чтеца, которую с большим успехом удалось перевести. И финальным аккордом ее монолога послужила прихоть – хотя она выразилась иначе, назвав это чисто научным интересом, – посетить гробницу Чтеца, ведь сфера, которую тот описывал в своих заметках, могла быть похоронена вместе с ним.       — И это про меня говорят «бесшабашная»? – возмущению Рэи не было предела, и именно оно помогло ей собраться в рекордные сроки. – Хах, да птенчик мне скоро начнет фору давать.       Помня про слова о скрытности, девушка бесшумно вышла из комнаты и медленно, озираясь по сторонам, направилась по открытому коридору. Проходить мимо входа в кабинет главы клана было не самой лучшей затеей, но разведать обстановку девушке непременно захотелось. Двери никто не охранял, а значит стража караулила снаружи. Не дожидаясь знака свыше, Рэя перелезла через перила, аккуратно спустилась по опорам, на которых стоял мост, и едва не скатилась по острым камням. Быстро проскользнув за душистые кусты, она мельком заметила и стражников, и бедновато одетого мужчину с неопрятно убранными назад волосами. Он держался довольно уверенно, что вызывало некоторые сомнения на счет его социального статуса, но Рэя не желала вдаваться в подробности. Рассудив об удачно подвернувшемся шансе, что матушка не сразу заметит их с сестрой исчезновение. Девушка не без труда спустилась со скалистого склона, успешно миновав клановый барьер и центральный вход в орден.       Вэния нашлась довольно быстро – ее трудно было не заметить, одиноко сидящую на теневой лавочке и внимательно вчитывающуюся в исписанные листы. Рэя вдруг подумала, что если бы к ней сейчас подошел какой-нибудь симпатичный мальчишка, очарованный ее красотой, она бы с выверенной улыбкой отказала ему. Даже, если бы это был не юноша. Так происходило уже не раз – ни один ребенок в Ремоте не был удостоен чести даже на короткий диалог. Вэния Эстаз подпускала к себе только родных и близких ей людей. В этот список, правда, попал Вэкор, будучи сыном Тутэлы – близкого друга Мируса и некогда начальника стражи. Но как-то раз, быть может пару лет назад, Рэя воочию застала Вэнию Эстаз в компании незнакомца. Он показался девушке странным, будто бы не местным, ибо при себе имел длинный посох. Она видела его со спины и не могла точно сказать, был ли он молодым или старым. Но несмотря на это, спина мужчины, облаченная в короткий плащ, выглядела уставшей и одинокой. Вот к такому умозаключению пришла Рэя.       — Мы украдем корабль ордена и отправимся в дальнее путешествие к неизведанным берегам? – беззаботно подошла Рэя к той самой теневой лавочке.       — Отправимся на торговом судне до Убера. – сказала Вэния так, будто ничего абсурдного не услышала, что являлось правдой, ибо она привыкла к шуткам сестры, которые не всегда оказывались удачными или смешными.       — Звучит скучно. – без тени разочарования отозвалась Рэя. – Хотя, если удастся выманить его, станет повеселее.       — Займемся этим на пути к гробнице.       За время, проведенное на торговом судне, Вэния Эстаз успела проклясть все морские пути в мире. Еще больше ее удручал тот факт, что обычные суда преодолевали один и тот же путь почти в два раза медленнее, чем корабли с арканами. Так миновало около шестнадцати часов, когда сестры прибыли в Убер. Торговый город, который служил своеобразными вратами. Каменные улочки провожали путников на Восточный континент и встречали по их возвращению. Пожалуй, эта была самая удобная торговая точка, где в одном месте сходились сухопутные дороги, морские пути и мост, соединяющий два континента.       — Странно, в прошлый раз здесь было больше стражи. – хмыкнула Рэя, озираясь по сторонам.       — Наверное, их призвали в столицу. Этот год выдался на удивление жарким. Посмотри на уровень воды в Безводном проливе – вскоре он оправдает свое название.       — А, точно-точно. Мы едва ли на мель не сели. – закивала девушка, но той связи, на которую указывала сестра (между жарой и отсутствием стражи), она пока не увидела. – Но все-таки?..       — Регент Авар боится потерять власть и всеми силами, вернее, одной лишь силой, подавляет даже намеки на волнения в народе. Пока в проливе плещутся воды, попасть с континента на континент возможно либо на корабле, либо по мосту. Когда же воды схлынут, откроются другие пути. Он решил перестраховаться, сделав Люсцинию непреступной крепостью. – Вэния поясняла неспешно, терпеливо, будто читала заранее заготовленный текст.       Вэния, удовлетворенная собственной краткостью, уже собиралась порадоваться тому, как внимательно ее слушают, но, оторвавшись от мыслей, обнаружила вполне ожидаемую картину. Рэя слушала в пол уха, восторженно всматриваясь в подзорную трубу куда-то вдаль Великого моста. Смирившись с безнадежностью ситуации, Вэния подхватила сестру под руку, утягивая за собой.       — Сколько раз ты уже видела статуи четырех генералов и все никак не налюбуешься?       — Каждый раз, как в первый. – она покладисто следовала за сестрой. – Это ж надо было отгрохать такое, что аж без трубы видно их высоченные силуэты! Нет, я понимаю, они как никак самые известные люди Патеры. Некоторые прославленные короли меркнут на их фоне. А сколько баллад придумано народом, ах! А еще, еще я слышала, что прямо на скалах острова Четырех выбита легенда о битве на Злачном поле! Как волнительно! С какой бы стороны я не смотрела, так и не смогла разглядеть хотя бы буковку.       — Не взорвись. – Вэния между делом попыталась поумерить рвущееся воодушевление Рэи.       — Ой, прости. – виновато, но все же не удержав смешок, сказала она. – О, теперь я знаю, как мы вытурим его!       — Рэя! Что за слова!       В разговорах их покинули город. Сестры придерживались дороги, уходящей на юго-запад от Убера, прямиком к устью реки Драконья жила. У нее была одна особенность: приближаясь к месту впадения в Безводный пролив, река разделялась на два рукава, которые вновь соединялись уже у самого устья. А между этими рукавами возвышалась невысокая гора, с одной стороны которой и находилась гробница Чтеца.       Когда невысокие домики Убера скрылись за холмами и деревьями, Рэя достала скрипку. Она на ходу настраивала звучание инструмента, предвкушая, как феерично пройдет их авантюра.       — Петь будешь ты. – вдруг сказала Вэния, да так, что сестра замерла на мгновение, озадаченно уставившись в пустоту.       — С чего бы? – не то чтобы ей эта затея была не по нраву. – У тебя голос мелодичнее, давай-ка лучше ты.       — Вот именно. Если мы хотим заставить его показаться, то придется прибегнуть к крайним мерам.       Как бы Рэе не хотелось признавать этого факта, но сестренка была права. В общем, как и всегда. Да, у Вэнии Эстаз получалось исполнять песни невообразимо нежно, но только лишь этим качеством она трогала сердца людей. Рэя же под стать задорному характеру привносила музыке особую искру, благодаря которой праздники в Ремоте отличались яркими эмоциональными красками. То, что Вэния решила передать вокальную часть сестре, не являлось предрассудком относительно голоса Рэи, как обычно говорят, «уши в трубочки свернулись». Ее пение, наоборот, разжигало сердца.       — Эту? – Вэния провела смычком по срунам, исполняя несколько нот.       — Да-да, именно ее! Жаль зрителей мало.       Вэния начала игру. Чистая, заливистая мелодия полилась, подобно бурной реке, впадающей сразу в водоворот, а не в спокойное озеро. Конечно же, Рэя не смогла устоять на месте. Еще не начав петь, ноги уже пустились в пляс, вызывая улыбку на лице той, кто всегда холодна и серьезна. Слова же песни были таковы:              

Это было так давно, когда Боги не слыли мифом,

Не было славной Патеры, ее место венчал Диатур –

Страна призрачных слов с печальным концом.

Но не об этом сейчас!

Ведь история эта о четырех храбрецах,

Кто верой и правдой служил до конца.

      

И вот первый из них, кто душу оставил средь снега и льда.

Про него знаем мало, но правдивую истину скажет любой:

«Изяществом блещет, буран насылает,

Все сердца в лед обращает и в миг разбивает».

От имени Зъяндо кровь стынет в жилах

И Крылатая Тень всю его суть излагает.

Но кто же стоит с той стороны ржавой медали?

Лорон был как ветер и с ним он прослыл

Мальчишкой с задорной и грустной душой.

Его голос всегда распевал и смешил,

Но имя его – Разящий Ветра – осталось при нем навсегда.

      

Давайте-ка вспомним о прекрасном цветке!

Она весной зацвела и Вэннэной была названа.

Но касаться не смейте и сладкого яда не пейте!

Ходит за ней табун шепотков:

«Пред Темной Молнией ты будешь таков!»

      

Остался последний, про него говорят –

Ообара Огнедышащий, что совсем не впопад.

Он сам как гора и в горы ушел,

Внешне страшен, по нарву суров.

Какие же бредни вещал здесь народ,

Ведь по жизни он был добряком…

Ну да, иногда.

Пусть знаем о них мы так мало, но память во век не угаснет.

В песнях, в рассказах, в стихах и не только лишь там.

Гляньте на остров! Там образы всех четырех

Исполинов застыли на страже покоя!

Их было четыре, четыре Великих, кто смерть поманил

И самое темное зло за собой утащил.

             — Я до сих пор изумляюсь, что с твоим талантом ты решила стать заклинателем. Театр или общество бродячих музыкантов пошли бы тебе куда больше. – отозвалась Вэния по завершении маленького представления.       — И оставить тебя одну средь этой скуки? Боже упаси! – отмахнулась Рэя, идя спиной вперед. – Эй! Вэкор, выходи! Мы не кусаемся! – закричала она так, что сидевшие на ветках птицы улетели в испуге, роняя перья. – Не выйдешь и тут станет еще шумнее!       — Вы ведете себя слишком беспечно. – послышался недовольный голос со позади Рэи.       — О, так ты впереди шел.       — Зачем устраивать такой бессмысленный балаган, когда всюду рыскают королевские стражники? – видимо, Вэкора сильно задело безответственное поведение двух юных дам, что его голос стал назидательным. И, конечно же, он обращался к самой разумной из сестер.       — Могу заверить тебя, что здесь, именно в этом лесу и на этой тропинке, нет никаких опасностей. По крайней мере, смертельных.       — Ох нет, ты снова пользовалась даром? – огорчилась Рэя. – Но тогда ты не могла просто увидеть конечную цель нашего путешествия? Мы могли бы и не ходить.       — Я решила, что не помешает выбраться из ордена и самим все разведать, встретив по пути Нэгато. – Вэния немного удивилась такому заявлению.       — Самим, не предупредив никого и отправившись без охраны. – Вэкор не стремился оставить эту тему.       — Ой, да ладно. – отмахнулась Рэя. – Можно подумать, ты не предупредил отца. К тому же «без охраны» – это громко сказано! А ты тогда кто?       — Во-первых, друг. – со всей серьезностью заявил Вэкор, однако Рэя не могла не заметить, что это его немного задело.       — А я думала – зятек. – незамедлительно заявила она.       Как же долго доходил до бедного юноши смысл сказанного, а когда дошел, его лицо незамедлительно залилось краской. Что-то сказать в ответ было выше его сил, поэтому он решил промолчать, стыдливо наблюдая за безудержным хохотом Рэи и сдерживаемой улыбкой Вэнии.       — Прости ее, Вэкор. Ты же знаешь, она не со зла. – все еще не уняв улыбки, сказала Вэния.       — Кажется об этом уже знают все. – сдавленно сказал он.       — Кроме Нэгато, разве что. Он не сведущ в делах любовных. – воодушевленно пропела Рэя, едва не спотыкаясь о камень из-за чрезмерного мельтешения.       Некоторое время троица шла молча, размышляя каждый о своем. На самом же деле, Вэкору хотелось поговорить с Вэнией. Она безусловно была для него тем человеком, с которым он хотел бы провести всю жизнь и сердце его тяготело к ней уже довольно давно. Правда, еще совсем недавно юный Вэкор смотрел на младшую Эстаз, как на родную сестренку, которой у него никогда не было. А потом, незаметно, чувства стали меняться, расцветать, разрастаться, превращаясь в алый пылающий бутон. К счастью для него, Рэя обладала тактом и, правильно поняв ситуацию, прибавила шаг, чтобы дать им побеседовать наедине.       Обладая недурным слухом, девушка все же не могла различить каждое слово их диалога и уже бранила себя за то, что отошла так далеко. Однако сокращать его не имело смысла, ибо суть можно было понять и без слов.       — Мне очень приятны твои чувства, Вэкор, – со всей нежностью, на которую была способна, начала Вэния. – Но я для тебя не лучший спутник в этой жизни. Прости и пойми. Дело не в тебе, даже не в моей семье. Я не хочу утянуть тебя за собой на самое дно.       — Но я бы мог помочь, мы бы вместе смогли выбраться. – не отчаивался Вэкор, хотя видел твердую уверенность Вэнии. Она была непреклонна в своем решении, что он знал еще с детства.       — Нет, не смог бы.       — Ты видела?       Она не отвела взгляда, даже наоборот, заглянула ему в глаза, опускаясь в его безумный омут пылающих чувств. А что же видел он? Голубизна ее глаз всегда напоминала бескрайнее небо – чистое и свободное. Все это было лишь иллюзией. Перед ним стояла ледяная стена, которую он не в силах был пробить. И в подтверждение его слов, Вэния кротко кивнула, отвернулась и пошла дальше.       — Рэя! – крикнула сестра. – Пошли дальше!       — Разве по это тропе не короче будет? – остановилась та, осматривая узенькую дорожку, уходящую в глубь леса.       — Но не безопаснее.       И без лишних слов стало понятно, что они пойдут длинным путем. Встречаться с таящимися опасностями не было желания ни у кого из троицы. Не желая больше идти впереди с таким отрывом, Рэя дождалась остальных.       — Что-то серьезное? – поинтересовался Вэкор, которого не покидало тревожащее чувство относительно того пути, от которого отказались.       — Не думаю, что вам стоит знать. – задумчиво произнесла Вэния, но под пристальным взглядом старшей сестры быстро сдалась. – Та тропа ведет к одной из вышек, построенных при короле Сурде. Сейчас она заброшена и не так давно там произошло убийство. Несколько заклинателей, отличающихся особым нравом, столкнулись с королевской стражей. Трупы заклинателей до сих пор висят на той вышке.       — Тогда тем более стоило пойти. Хотя бы предать их огню. – недоуменно сказала Рэя. – Если до них доберется Темная энергия, они же озвереют.       — Нет. Цель нашего путешествия иная. – отрезала Вэния.       Рэя остолбенела от такого заявления, но спорить отчего-то не хотелось.       — Госпожа Вэния права – не стоит отвлекаться. До прибытия Нэгато не так много времени.       Вэкор, видимо, еще не отошедший от недавнего отказа, был холоден в словах. Он шел впереди всех, пока девушки шли в полном молчании, и первым заметил некое каменное сооружение, скрытое листвой.       — Это то место?       Все трое подошли ближе. Перед ними открылась непримечательного вида постройка из неровных кирпичей, кое-где треснувших, и даже почти рассыпавшихся. Как эта конструкция еще держалась, оставалось загадкой. Полуразрушенная лестница, насчитывающая, пожалуй, всего пару более-менее целых ступенек, подводила к арочному входу. Никаких дверей или хотя бы калитки никто из гостей не заметил. Вглядываясь вглубь этого холодного помещения, вместилища мертвого человека, куда дневной свет проникал лишь на половине длины коридора, по коже невольно пробегали мурашки. Но самым странным показалась надпись, венчавшая вход в холодное царство мертвеца: «Здесь покоится тот, кто был и здесь, и там».