Глава 29. То, ради чего мы здесь.

             Наследный принц, неизвестный мужчина, колдун и двое заклинателей мчались по подземному лабиринту так, будто знали его фальшивые повороты и глухие тупики уже не один десяток лет. Но это касалось только трех впереди идущих мужчин. Юные заклинатели, только-только познающие мир за пределами родных стен, хвостиком не отставали от взрослых.       Рэя и Тэнер из довольно скомканного разговора смогли понять, что в Убер менее часа назад заявилась группа людей. Всего двенадцать человек, в основном женщины, но были среди них еще совсем зеленые юнцы. Каждый из них был выходцем из Западного континента, бежавшим из своих деревень, куда наведались солдаты с новым указом и неким артефактом, который определял потенциальных заклинателей и даже вероятность их рождения. Итак, собравшись под покровом ночи, беженцы рискнули пройти под Великим мостом, чтобы пересечь Безводный пролив и оказаться как можно дальше от творившихся на том континенте ужасов.       В ходе доклада, кратко комментируемого Обвиаром, который уже владел некоторыми сведениями, идущими вразрез трагедии беженцев, Аман шепнул имя незнакомца. Риоз – правая рука принца Обвиара Адверфата, который до настоящего времени успешно шпионил в тылу врага.       Сейчас же группа людей спешила в отдаленные комнаты в подземельях. Единственные, где были решетки и которые могли сойти за темницу. Именно туда временно поселили беженцев.       — Значит, среди нас есть крыса. – скрипел зубами Обвиар, тяжело идя по коридору. – Со слов Рэи и Тэнера охрану моста увеличили после их визита. Теперь даже один человек не смог бы пройти под мостом незамеченным. А тут мало того, что прошли, так и сюда беспрепятственно попали. Чтоб его!       — Насколько мне известно, к ним приставлена охрана из наших людей – Нэш и Трэв. – Риоз говорил быстро и четко, ни на шаг не отставая от принца.       Напряжение чуть спало с его плеч, стоило только услышать имена.       — Наши верные орлы… В таком случае, беженцев привели прямо к главному входу в подполье, где они и попали под надзор Нэша и Трэва. Уж они-то и муху не пропустят мимо себя.       — И все же незнакомую группу людей пропустили. Подозреваю, что кто-то воспользовался Вашим именем, принц. Я не упущу предателя и приведу к Вам. – поклялся Риоз.       Они наконец дошли до глухой деревянной двери, скрывающей за собой коридорчик с несколькими темницами. Дверь никогда не запиралась на ключ, но всегда была плотно закрыта. Но сейчас узкая щелка, через которую просачивался тусклый свет, незаметно брызгала каплями тревоги.       Первым переступил порог Обвиар, попросту не дав Риозу пройти вперед, хотя тот намеревался так поступить. Узкий коридор не давал в полной мере рассредоточиться всем и юные заклинатели остались позади, не имея возможности рассмотреть картину целиком. Рэя из-за невысокого роста чувствовала себя особенно обделенной, поэтому всячески пыталась найти даже самую крохотную щель между спинами мужчин, чтоб поглазеть на этих незваных беженцев. Когда такая возможность представилась, тишину заглушил голос принца, полный сдержанной ярости.       — Принеси лучше его голову.       Немое пламя факела освещало пустынную и промозглую темницу, решетчатая дверь которой держалась на одной петле. Между дверцей и решеткой был зажат человек. Лицо его было вжато меж прутьев, с которых изредка скапывала кровь. Второе тело, увязшее в багровой луже, находилось в метре от темницы. Вместо лица у него было размозженное по каменной стене месиво из обломков костей, буквально вдавленных в череп, и рваной кожи, сплошь пропитанной кровью.       — Этот ублюдок собрался устроить диверсию. – первым пришел в себя Адверфат. – Надо найти их всех, пока не поздно! Сначала проверим наши основные точки. Аман, ты отправишься в порт по каналам. Риоз проверит южные склады под таверной. А вы, – Обвиар пристально взглянул на новоиспеченных заклинателей. – Будете выслеживать подозрительные лица на улицах города. Вам поручаю захватить диверсантов. – Адверфат вновь обратился к своим соратникам. – Бейте наверняка.       В спешке, но без труда, отыскав тот самый люк, через который Рэя и Тэнер попали в подземное убежище, они оказались на улице. Ночь стояла глубокая, скупой свет фонарей мало помогал юным следопытам и, наоборот, всячески способствовал лазутчикам.       Без лишних слов было решено разделиться. Но перед этим Тэнер наскоро осмотрел округу через Лунный камень, надеясь хоть как-то упростить им задачу. Слабые мечущиеся огоньки насторожили его. Было решено, что он сам отправится проверить северную часть города, а Рэя поспешит на юг, где находился псэт: городской храм Трибожия.       Зная кратчайший путь через проулки и дыры в каменных стенах, Рэя добралась до площади, на которой господствовал пятистенный храм. Каждая из пяти стен была сложена из кирпича цвета пыльной зелени, что многие находили странным решением – использовать такой угрюмый цвет в божией обители. Высокие арочные окна блистали и искрились в солнечные дни яркими и безмятежными лавандовыми витражами. Каждый из пяти углов венчал золотой шпиль, поблескивающий в отражении стеклянного витражного купола в центре. Золотые дуги купола сходились в его вершине и крестом устремлялись к небу.       Только вынырнув на открытую площадь, освещаемую высокими фонарями, девушка краем глаза заметила как массивная дубовая дверь с позолоченным орнаментом закрылась. Рэя опасалась худшего, ведь обычно городские псэты ночью не пустовали. Многие, прибывшие в крупные города и не имеющие при себе ни гроша, оставались на ночлег в храмах. Даже слухи об Убере, как о последней цитадели принца Адверфата, не пугали людей.       Бесшумно зайдя внутрь и оглядев под слабым светом свечей окружение, она задержала взгляд на единственном неспящем человеке. Он стоял на коленях в темном поношенном плаще. Представ перед статуей своего Бога, Кэонтаса, незнакомец снял капюшон.       Это была женщина и, явившись в псэт, она явно искала помощи. Но Рэя просто не могла отвести от незнакомки взгляда и шагнула вперед. Что-то внутри, шепча, царапало и изводило душу. Рэя пыталась вспомнить хоть какую-то важную информацию. Мысли, слетевшие с ее губ бормотанием, были неутешительными:       — Тэнер видел ее через Лунный камень. У нее есть ядро. Она заклинатель.       Мысли все путались, мешая перейти к действию. Женщина запрокинула голову. Рэя увидела некий флакон, который, будучи полностью опустошенным, тут же покатился прочь по полу.       — Нет. Нет-нет-нет. – продолжала бормотать Рэя, не веря своим глазам.       Этот флакон можно было узнать из тысячи. Благодаря материалу изготовления, флакон черного перламутрового цвета всегда выделялся на фоне остального прозрачного стекла. Вдобавок к этому, склянка всегда помечалась несмываемой краской с особым знаком, означающим крайне опасное вещество. И только одно зелье в Лиаре имело столь отличительные черты – взрыв-яд, вызывающее самопроизвольный взрыв ядра заклинателя.       Рэя больше не могла здраво мыслить. Кровь отхлынула от головы, заполнив собой руки и ноги; их тут же начало покалывать. Неосознанно задержав дыхание, она бросилась вперед. Не было ни плана, ни даже рациональной мысли, а рука уже вырисовывала нужное созвездие. На внезапный шум обернулась женщина и ее лицо стало последним, что увидела Рэя перед взрывом. Ни капли страха, ни тени сомнения. Гордость плясала в ней, изливаясь из глаз, полных восторга. Даже полусумрак не смог скрыть ее безумной улыбки, предвосхищающей неизбежное. Но не это потрясло Рэю Эстаз. В глазах самоубийцы она не увидела главного – даже намека на присутствие Сияния.       — Да будет земля моя очищена кровью грешников.       Сиплый женский голос разбил чарующую тишину храма. Ее грудь засветилась, кожа потрескалась, будто сама лава текла по жилам, а вулкан пробудился от долгой спячки. Раздался взрыв.       Рэя вылетела из храма, выбив двери на пути. Ее спасло заклинание Панциря, которое она выставила перед собой. Закашлявшись, она пыталась избавиться от гула в ушах и заставить двигаться тело. Первое, что увидели расфокусированные глаза, был горящий псэт, осколки его витражей, гнутый золотой крест, валяющийся неподалеку, и множество кирпичей, едва ли не обращенных в пыль. Взрыв разрушил большую часть храма. Остальное пожрет огонь.       С трудом Рэя приподнялась. Алая струйка тут же обагрила лицо, пустив несколько капель в пыльную землю. Она этого не заметила, ведь, едва справившись с неподатливым телом и шумом в ушах, девушка услышала то, о чем прежде не могла даже помыслить или представить.       Они кричали. Кричали, раздирая горло, пока неистовое пламя сжигало их. Вопли и предсмертные метания доносились из горящего псэта.       В голове пронеслась обжигающая, словно кипяток, мысль.       «Лучше бы умерли сразу».       Рэя почувствовала, как в животе затянулся узел. Он разрастался, давил и сжимал все сильнее.       Она попыталась встать с колен и увидела мечущийся силуэт, охваченный огнем. Кто-то, все еще живой, выбежал из храма. Проползя несколько шагов, Рэя попыталась подняться, но ноги подкосились. Не мешкая и не раздумывая, она все же поднялась и на ходу нарисовала созвездие. Эфирный скат полетел на горящего человека, прошел сквозь него, забирая огонь, и ринулся дальше. Кружа средь пламенных обломков, он намеревался съесть столько дикого огня, сколько сможет.       — Вам нужно выпить это!       Рэя подлетела к упавшему человеку. Его лицо было неузнаваемым, а этот запах вряд ли удастся когда-нибудь забыть. Но человек дышал. Прерывисто и поверхностно. Быстрым движением нащупав нужный флакон в сумке, Рэя зубами откупорила пробку и поднесла к сухому рту. Рука замерла, холодное стекло с живительным зельем так и не коснулось его уже неподвижных губ.       Прогремел еще один взрыв, не давший забыться в сожалениях.       — Надо найти Тэнера. – прошептала Рэя.       Она встала и двинулась вперед. Туда, где он должен был быть сейчас. Где только что прогремел уже третий взрыв, заставивший девушку перейти на бег, несмотря на ватные ноги. Выбежав на широкую улицу, Рэя едва не угодила под лошадь, которая, встав на дыбы, сбросила хозяина и в испуге помчала дальше.       Никто из жителей уже не спал. Все они бежали подальше от взрывов, огня и дыма. Самые ушлые сразу пустились к подземным лабиринтам. Солдаты же, стараясь держаться невозмутимо, направлялись к столбам огня, уже видневшимся над городом, несмотря на ночную темноту.       Но пройти туда, в северную часть города, куда можно было попасть по центральному мосту или паре узких лестниц, не дал очередной подрыв. Рэя еще не успела взойти на мост, с которого толпами бежали в ночных рубахах жители. Точно в середине прогремел взрыв и большая его часть обрушилась, увлекая за собой десятки людей.       Еле выбравшись из паникующей толпы, она успешно свернула в безлюдный проулок. Самая ближайшая лестница находилась в западной части города, почти на границе с Безводным проливом. Туда-то Рэя и направилась, попутно продолжая помогать сбитым с толку или раненым. Зелий и повязок у нее было в достатке.       — Азалия умная девочка. Она уже давно умчалась за город. – бормотала Рэя, накладывая очередную повязку мальчику, который, на удивление, мужественно держался.       Пока она добиралась до западной лестницы по темным проулкам, раздалось еще два взрыва. Один из них прозвучал глухо, что наводило на мысли о его подземном происхождении.       Наконец заветный поворот показался вдалеке. Рэе пришлось вновь выйти на главную улицу, ведущую к Великому мосту, и уже от него свернуть в нужную сторону. Горожане бежали и здесь, надеясь спуститься на воду и на худощавых лодках отплыть как можно дальше от берега. На пустынной мостовой стоял человек, которого она заметила, уже почти добравшись до места. Если бы он вызвал здесь взрыв, он обрушил бы значительную часть моста и похоронил всех, кто собрался на пристани, не дав им возможности отплыть. Наскоро призвав лук и стрелы, девушка прицелилась и выстрелила. Даже с такого расстояния было видно, как силуэт покосился, но не упал. Еще одна стрела поставила его на колени. И третья выпущенная в отчаянии стрела исчезла в свете взорвавшегося ядра. Последнее, что видела Рэя, – вздымающуюся мостовую, что стала подобна волнам.              

***

             Лунный камень позволил Тэнеру быстро найти беженца, пробравшегося аж в верхнюю часть Убера, где властвовали богачи. Именно на этой территории, как бы странно это ни звучало, находилась больница, куда в последнее время, в основном, отправляли раненых людей принца. Со злым умыслом мужчина в плаще прокладывал себе путь ко входу, успешно минуя фонари и стражу, дремавшую на посту. Немного замешкавшись, подозрительный человек все же продолжил путь. Но мужчина и не догадывался, что уже является целью натянутой стрелы.       Тэнер понял замысел вражеских лазутчиков, стоило ему только разглядеть изменения в ядре этого заклинателя. Бывшее до этого спокойным, оно вдруг разбушевалось, запульсировало, будто вбирало в себя всю энергию, до которой только могло дотянуться. С ненасытной жадностью ядро продолжало увеличиваться, пока, не достигнув пика, принялось медленно сжиматься.       Тэнер Хиэмз отложил артефакт и взялся за призванный лук и стрелу. Одно легкое движение – и острый наконечник стрелы, раздробив череп, прошел через мягкие ткани и вышел с противоположной стороны головы. Жертва ничего не успела понять, повалилась на колени и с последним выдохом рухнула навзничь.       В тот же миг, когда бездыханное тело коснулось земли, прогремел взрыв. Стража засуетилась, глазея в сторону вздымающегося огня и дыма. Им нужно было задействовать тех, кто мог двигаться, поэтому, не мешкая, стражники развернулись к выходу, обнаруживая безобразную картину прямо у себя под ногами. Долго думать не пришлось, ибо валяющийся рядом с трупом вскрытый флакон перламутрово-черного цвета, говорил сам за себя. Оглянувшись, но так и не обнаружив возможного спасителя, мужчины вернулись к первоначальному делу.       Тэнер бежал так быстро, как только мог. Надеяться на то, что его ничего не задержит по пути, было заведомо провальным. И только стоило промелькнуть такой мысли, как совсем рядом раздался грохот. Прокляв в душе неудачное стечение обстоятельств, он вынужден был свернуть с маршрута.       За это время на единственный мост в верхний ярус города набежала толпа. Никто не желал оставаться вблизи опасного места. Только завидев такое скопление людей, юноша не рискнул, сломя голову, ломиться через толпу. Лунный камень подтвердил опасения. Но крики Тэнера о предстоящей опасности едва ли дошли до кого-то в этой панической суете. Теперь оставались только лестницы на западе и востоке. Гадать, какую же выберет Рэя, он не стал, а просто воспользовался артефактом, заодно успокаивая себя, что девушка жива.       Он бежал, не обращая внимание ни на боль в груди, когда каждый вдох обжигал легкие, ни на ноющие ноги, не привыкшие к такому отчаянному бегу. Выбежав на заветную лестницу, первое, что Тэнер увидел, – слабый блеск какого-то созвездия. Это Рэя целилась в кого-то, кто стоял посреди мостовой. Артефакт ясно дал понять поразительную живучесть врага, ядро которого стремительно уменьшалось, пульсируя. В голове осталась только одна мысль – защитить.       И созвездие пустилось на опережение.       Рэя почувствовала сильный порыв ветра, сметающий все на своем пути. Пыль клубами взвилась в воздух. Не в силах совладать с неистовством порывом, она покачнулась и прикрыла лицо руками, ожидая, что ее снесет с места. Но этого не произошло. Прямо перед ней стоял, мерцая, щит со знакомым узором от созвездия камнееда.       Все закончилось. Пыль еще не осела, но это не помешало Рэе вертеть во все стороны головой, отыскивая в ночной пелене знакомый силуэт. Краем уха до нее донеслось собственное имя. Она не сразу поняла, что привычная слышимость еще не вернулась к ней, будучи в который раз оглушенной за эту ночь. Голос, такой знакомый и отчего-то охрипший, казался невероятно далеким. Рэя на мгновение удивилась, когда теплые руки бережно, но крепко обвили ее.       — Я успел. – на грани слышимости сказал Тэнер.       — Еще бы ты не успел, номер один в ордене Зимы. – Рэя пыталась скрыть смятение, охватившее ее, за кривой шуткой. А вот облегчение она прятать не собиралась и ответила на объятия, ухватившись за его одежду.       Тэнер нехотя отстранился и тут же нахмурился, когда увидел уже подсохшую струйку крови, покрытую пылью и грязью, на лице.       — Господи, – негодующе воскликнула Рэя и тыкнула пальцем ему между бровей. – Эти морщинки уже приросли к тебе? Это всего лишь царапина, не надо так переживать!       Юноша рукавом рубашки постарался стереть кровь, после чего намочил уже другой рукав какой-то жидкостью из флакона и предупредил:       — Будет щипать.       Рэя поморщилась от неприятных ощущений, когда пропитанный в заживляющем растворе рукав осторожно коснулся раны на голове.       — Разве что-то изменилось от того, что мы здесь? – его губы сжались в линию.       — Нет. – была вынуждена согласиться она. – Возможно, нам еще предстоит что-то сделать.       То, как брови Тэнера сначала нахмурились, а потом расслабились, вызвало у Рэи непроизвольную улыбку.       — Птенчик сказала, что мое место здесь. Уж не знаю, что она углядела.       Юноша только фыркнул, чем изрядно удивил Рэю. Он отнял рукав от раны и, убедившись, что та больше не кровоточит, полностью убрал руку. Чтобы окровавленные рукава на некогда белоснежной рубашке не нервировали его, он их закатал.       — Я не об этом. – все же прокомментировал Тэнер свое сомнение.       Рэя призадумалась, подыскивая нужные слова. Пыль почти осела и взору предстала мерцающая в лунном свете темная вода Безводного пролива. Она улыбнулась, как будто искорка осела на ее губах, и посмотрела на Тэнера.       — Я… Знаешь, если я смогу предотвратить то, что регент хочет сделать с моим домом, то я хочу попытаться. Он взял нас за горло. В таком случае, я предпочту взяться за нож. А нож у меня очень своенравный. – хитро улыбнулась Рэя.       — Намекаешь на темную энергию? – Тэнеру это не понравилось, и скрывать свое недовольство он не собирался. – Я уже знаю, что она вредит тебе!       — Ага. – протянула Рэя. – Когда рядом нет воды.       Они оба взглянули на темные воды Безводного пролива, мирно колыхающиеся в безветренную погоду.       — Тогда пообещай, что будешь всегда в поле моего зрения. – ровный низкий голос не требовал возражений.       — О, милый Тэмэн, не бойся так, я могу за себя постоять! – забавлялась девушка.       — Не придумывай, я переживаю за свое психологическое здоровье. – он взглянул на нее, с плохо скрываемым самодовольством.       — Такой момент испортить. – покачала головой девушка.       Бодрящий легкий бриз, заносимый со стороны соленых вод, вдруг стал неприятно покалывать. Или это только казалось. Однако было кое-что, заставившее волоски на шее встать дыбом, выступить холодному поту.       Темные, почти черные воды лежали мерцающим полотном, в котором отражались звезды и бледная луна. И это полотно стало меняться. Яркие желтые точки загорались на нем одна за другой. Их становилось все больше и больше. Словно художник в порыве гнева махнул кистью прямо на картину, забрызгав ее россыпью желтых огоньков.       Тысячи факелов зажглись на Безводном проливе. В их свете выстроились в шеренгу тысячи солдат на конях. За ними в несколько рядов стояли пехотинцы. Кое-где виднелись громадные катапульты.       Меж тем луна полностью скрылась из виду, лишая безмятежные просторы своего серебристого света.