3. Адаптация

«Я не знаю, кто я теперь.

Та, что приехала сюда ненадолго, или та, что останется после.»

      Когда на прикроватной тумбочке зазвенел будильник, Стефания тут же повернулась и дрожащей рукой остановила звон.       За всю ночь она едва ли смогла сомкнуть глаза на пару часов. Несмотря на большую усталость, накопившуюся за вчерашний день, девушка проворочалась в жесткой постели всю ночь, пытаясь избавиться от ноющих ощущений в области спины и лопаток. Малейший звук: будь то стук лошадиных копыт за окном или шаги в коридоре будили её и заставляли садиться на кровать, обхватив колени руками. Она очень не хотела признаваться себе в том, что боится каждого шороха в этом чужом и грубом месте.       Но так и было. Стефания посмотрела на часы и с трудом заставила себя встать. Подойдя к зеркалу, по прежнему стоявшему на столе, она села и принялась раскручивать бигуди, покрывавшие всю её голову.       Когда последний локон упал на плечо, девушка вздохнула и принялась приводить волосы в порядок. Не сразу, но ей всё же удалось собрать пряди в высокую причёску, оголив затылок. Закрепив своё творение шпильками, она переоделась уже в более простое платье, которое она обычно носила как домашнее. Нежный зелёный цвет немного освежил её бледное лицо. Застегнув пуговички и завязав на поясе широкую ленту, Стефания подхватила умывательные принадлежности и направилась в сторону душевых.

***

      Она проснулась раньше, чем полагалось. Раньше, чем зашевелился весь остальной штаб. Фактически на цыпочках девушка бесшумно спустилась на первый этаж и тенью направилась в сторону медпункта. Связка ключей, выданная вчера Валери, тихо позвякивала в кармане её платья.       Прошмыгнув мимо посапывавшей медсестры, сидевшей на своём посту, Стефания заскочила в свой кабинет.       Вчера она не успела до конца изучить весь запас лекарств, который прилагался к её работе. Поэтому она накинула халат, снова вытащила журнал и вернулась к проверке снадобий, не упуская ни единой бутылочки. Следом за лекарствами пошла картотека с медицинскими данными всех солдат разведки. Выдвинув ящик до упора, Стефания присела на корточки и стала рассеянно перебирать карточки, вытаскивая случайные и пробегая по ним глазами.       Почти у всех уже числились травмы легкой или средней степени тяжести. Переломы, вывихи, растяжения, надрывы связок, сотрясения. У Стефании рябило в глазах от этих слов. У кого-то были проблемы по серьёзней — например, травмированные позвонки. В таком случае, стояла печать, извещающая о том, что солдат находится под усиленным медицинским наблюдением. Немного подумав, маркиза покопалась и нашла карточки нескольких разведчиков, с которыми вчера познакомилась. С облегчением она убедилась, что ни у кого не было серьёзных заболеваний, а Нифа и Абель вообще не имели никаких проблем со здоровьем.       Когда рука Стефании потянулась к букве «Л», дверь тихо приоткрылась:       — Есть здесь кто?       Она поспешно вскочила на ноги. На пороге стоял солдат. Это был молодой смуглый парень высокого роста с копной каштановых волос на затылке.       — Есть. Доброе утро.       Увидев Стефанию, парень на мгновение растерялся.       — Д-доброе, — выдавил он из себя забегав глазами по всему кабинету. — Я-я… В-вы не посмотрите, е-если вас не затруднит конечно…       — Что случилось, — спросила обеспокоенно девушка.       — Шею, кажется, защемило.       — Садитесь, — коротко распорядилась Стефания, мысленно успокаиваясь.       Под формой разведчика скрывается такой же человек как и те, кого она лечила в больнице. Нельзя ошибиться с первым же пациентом.       Солдат немного нерешительно прошёл вглубь кабинета и сел на кушетку.       — Вчера вечером всё было нормально, а сегодня утром встал, голову повернул и всё, болит.       — Вы меняли подушку?       — Нет.       — Может быть, накануне у вас была серьёзная физическая нагрузка?       — Да как обычно вроде, — парень немного подумал и добавил. — Вчера была моя очередь дежурства на кухне, пришлось мешки с мукой потаскать на плечах. Думаете, из-за этого?       — Возможно, — повела плечом маркиза. Приблизившись к солдату, она внимательно посмотрела на него. — Насколько ограничены в движениях головы?       — Вправо не могу повернуть как следует, вверх поднимать тоже болезненно, — разведчик подвигал головой в разные стороны, после чего поморщился.       — Разрешите, я посмотрю.       Парень смутился, когда девушка вытянула руки и аккуратно накрыла ладонями область шеи сразу под ушами. Аккуратно ощупывая пальцами каждый участок, Стефания сосредоточилась, постаравшись уловить малейшие изменения.       — Вам не больно, когда я вас трогаю?       Солдат хотел покачать головой, но тут же поморщился. Маркиза вздохнула, после чего ненадолго прикрыла глаза и подняла руки выше, ближе к затылку. Она сразу почувствовала пульсировавший от боли участок с правой стороны шеи.       — Похоже на защемление нерва, — пробормотала она. — Придётся немного потянуть вам шею. Держите голову прямо.       С таким видом травмы Стефания уже сталкивалась. Память сразу подсказала что нужно делать. Отпустив спустя минуту разведчика, она взволнованно заглянула ему в глаза:       — Как вы?       Тот попробовал покачать головой.       — Кажется стало легче. Да, действительно, боль значительно уменьшилась, — он благодарно улыбнулся.       — Вы и впрямь настоящий врач.       — А что, непохожа? — робко улыбнулась маркиза.       Поняв, что болтнул лишнего, солдат замялся.       — На маркизу вы похожи больше, — наконец ответил он.       — Уверяю, скоро вы забудете о моём титуле, — Стефания отвернулась. — Я дам вам ещё мазь из масла, можжевельника и лаврового листа. Втирайте небольшое количество три-четыре раза в день и в течение нескольких суток должно стать лучше.       — Конечно, — парень с готовностью забрал баночку и спрятал её в кармане форменной куртки. — Я — Гюнтер Шульц.       Стефания, открывшая картотеку, с благодарностью кивнула Гюнтеру.       — Меня зовут Стефания.       — Ваше имя я знаю, — уже мягче отозвался он. — Надеюсь, и вы моё не забудете.       — У меня хорошая память, — сделав отметку, девушка вновь повернулась к Гюнтеру. — Зайдите на контрольный осмотр через три дня. И постарайтесь не усердствовать слишком сильно на тренировках.       Шульц кивнул и, откашлявшись, произнёс два слова: «спасибо» и «до свидания», прежде чем откланяться.       Стефания облегчённо выдохнула. Зря она так себя накручивала. Оказалось, что рядовые будничные осмотры вовсе не такие страшные, как и местные солдаты.       — Поздравляю с первым пациентом, — в дверном проёме появилась рыжая голова Валери. — Я бы пожелала, чтобы их было поменьше, но тогда у нас не будет работы и кого-то придётся уволить.       — Пожелай, чтобы все уходили из кабинета на своих ногах, — фыркнула девушка.       — Правильно говоришь, — врач одобрительно кивнула. — Ты собираешься на завтрак?       — Конечно, — словно в подтверждение у Стефании заурчало в животе.       — Тогда пойдем, — хмыкнула Валери. — Маркиза не должна голодать.

***

      На завтраке Стефания невольно направилась к исследовательскому отряду Ханджи.       — Ты куда это собралась? — удивилась Валери. — Вообще у медицинского персонала свой стол. Мы не сидим с солдатами.       — Да? — девушка немного расстроилась. — Жаль, мне было приятно общество майора и исследовательского отряда.       Внезапно Валери переменилась в лице. Её каре-зелёные глаза заинтересованно заблестели, а лицо приняло плутоватое выражение:       — Исследовательский отряд, говоришь? А можно я тоже сяду с ними как и ты?       — Думаю, что да, — Стефания изрядно удивилась, но не рискнула полюбопытствовать. — Смотри, нам машет майор Ханджи. Пойдём!       — О, Стеша, ты сегодня с подругой, — Ханджи понимающе улыбнулась. — Рада, что ты не одна.       — Что вы, майор Ханджи, — тут же завладела вниманием присутствующих Валери. — Я так счастлива, что у меня… Такая коллега, — многозначительно произнесла она.       Коллега Стеши очень активно беседовала обо всём на свете с другими солдатами, а сама Стеша лишь изредка вставляла свои сдержанные комментарии. Так же от неё не укрылось, что особенно часто Валери обращается к Моблиту, больше всего реагируя именно на его ответы.       Поданная на завтрак овсянка на воде понравилась желудку девушки не больше вчерашнего обеда и ужина. Стефании казалось, что она уже начинает привыкать к регулярной тошноте, вызванной простой и грубоватой пресной пищей.       Сегодня солдаты косились уже не так часто в её сторону, это давало некоторое облегчение. Тем не менее, Стефания почувствовала, что кто-то за ней наблюдает.       Повернув голову, она почти сразу нашла взглядом источник, исходивший от стола элитного отряда Леви. Гюнтер тут же потупился, но почти сразу поднял взгляд обратно. Стефания едва заметно доброжелательно кивнула ему, что, кажется, понравилось парню, но он подавил улыбку. Но в этот же момент девушка встретилась с другим взглядом и едва подавила внутреннюю дрожь.       Капитан сощурился и перевёл взгляд сначала на Гюнтера, а потом снова на неё. Собрав всю внутреннюю смелость, Стефания спокойно встретила его подозрительность, чувствуя, как напрягается всем телом. Не хватало ещё, чтобы Гюнтеру досталось за эти переглядывания.       Леви скривил уголки губ так, словно проглотил давно испорченную еду. После чего вернулся к диалогу со своим отрядом, сделав вид, словно девушки и не существовало вовсе.       — Ты что, с капитаном в гляделки играешь, — потрудилась узнать наблюдательная Валери после завтрака.       — Нет, я просто не совсем понимаю, чем я заслужила такое отношение к себе, — пожала плечами Стефания.       — Наивная, я же тебе уже говорила… Капитан так смотрит почти на всех окружающих его людей. Чуть теплее он смотрит на свой отряд, ещё немного теплее на офицеров Майка и Ханджи и почти тепло на командора Эрвина. Так что не провоцируй его лишний раз. Иначе плакать потом будешь после его грубых и прямолинейных комментариев.       — Н-но почему он такой. — непонимающе спросила девушка. — У вас тут большинство солдат кажутся достаточно открытыми и дружелюбными.       Валери покрутила головой по сторонам. После чего горячо зашептала Стефании на ухо:       — Говорят, что в прошлом он был бандитом. Даже головорезом. На его совести не только убитые титаны, но и люди. И жил он трущобах. Уж не знаю каким образом командор Эрвин переманил его на сторону добра, в разведку. Но после такой жизни сама понимаешь, как крыша едет. Поведение остаётся неисправимым. Так что постарайся просто не обращать на него внимания и всё будет хорошо.       Стефания закивала. Только что услышанная информация потрясла её. Теперь ей стали понятны намёки брата, а также его неприкрытое презрение в адрес капитана. Ей были безумно интересны подробности, что могло заставить наёмника поступить на службу в Разведкорпус, но девушка понимала, что ей никто ничего про это здесь не расскажет.       — Мы теперь всё время будем обедать с отрядом Ханджи, — решила перевести тему маркиза.       — А почему нет? Нас вроде никто не выгонял, да и с ребятами-разведчиками интереснее болтать, чем с медсестричками-сплетницами, которые больше ни о чём и не умеют толком разговаривать.       — Мне показалось, что это связано больше с одним человеком, — пряча улыбку, предположила Стефания.       Валери остановилась и провела несколько раз рукой по волосам.       — А я-то считала себя самой наблюдательной в разведке. Ладно, ты меня раскусила. Ну нравится мне этот умный парнишка, ничего не могу с собой поделать. Но он такой воспитанный и интеллигентный, родом кстати из семьи учителей, не то, что я — деревенщина.       — Почему же ты о себе такого мнения, — нахмурилась Стефания. — Разве происхождение в данном случае имеет такое большое значение? Ты знаешь лечебное дело, ты — яркая и очень запоминающаяся девушка. Разве этого мало?       Валери задумчиво начала теребить рукав своей рубашки.       — Знаешь, твоё воспитание никогда не позволит тебе совершать такие опрометчивые поступки, которые совершала я. А у людей очень хорошая память, они ничего плохого не забывают. Помни об этом, Стефания.

***

      За первую половину дня к Стефании заглянуло ещё несколько человек. И, подобно Гюнтеру, они обращались с мелкими травмами, которые без проблем устранялись за пару дней.       От ведения записей в журнале её отвлёк свист и лязг, раздававшийся за окном. Распахнув ставни, Стефания запоздало осознала, что окна её кабинета выходят аккурат на тренировочную площадку. Сейчас там было установлено несколько деревянных макетов и солдаты, подобно хищным коршунам парили над ними, в какой-то момент ловко пикируя к цели и нанося по ней удары мечами.       Подобное зрелище захватило всё внимание маркизы и она с любопытством забралась на подоконник и высунула голову из окна, забыв про хорошие манеры.       До этого ей только доводилось видеть, как используют устройство пространственного маневрирования солдаты гарнизона для того, чтобы быстро взбираться на Стены. Но это не шло ни в какое сравнение с учебными сражениями против титанов. Стефания даже не могла себе представить как это всё выглядит в режиме реального боя, когда титан, возможно, бежит или поблизости нет таких удобных деревьев. Чувство восхищения разведчиками вновь наполнило её, пока она во все глаза наблюдала за идеально отлаженными движениями солдат, которые без слов понимали своих напарников.       — Невероятно!

***

      — Как проходит контрольная тренировка, Леви?       Капитан скосил взгляд и, увидев приближающегося Эрвина, повернулся к нему:       — Неплохо, в целом справляются. Возможно, процентов девяносто выживет на вылазке, если не будет слишком много девиантов.       — Рад слышать, — кивнул Эрвин.       Он хотел ещё что-то спросить у Леви, но заметил, что тот ненадолго перестал смотреть на солдат и внимательно уставился в сторону окна на первом этаже лазарета.       — Куда ты смотришь?       — Эта маркиза, — Леви скривился. —Ты серьёзно думаешь, что она потянет работу здешнего медика? Можешь мне объяснить, на кой чёрт ты её взял, если у нас нет серьёзных проблем в наборе медицинского персонала? Неужели так хотел выслужиться перед этим напыщенным индюком с женской причёской?       — Ты, как всегда, прямолинеен, Леви, — усмехнулся Смит, бросив короткий взгляд в сторону маркизы, которая, не отрываясь, наблюдала за тренировочным процессом.       — Есть у меня ощущение, что маркиз подкинул её нам, чтобы она шпионила за нами и доносила ему всё, что у нас тут происходит.       — А что у нас происходит, — отмахнулся Эрвин. — Стандартная служба, маркиз и так про неё всё знает из моих отчётов.       — Всё равно, — не отступал капитан. — Я ему не доверяю. И девушке этой тоже. Он мог придумать миллион других способов обеспечить своей сестре безопасность, но почему-то решил засунуть её в штаб, переполненный солдатами и заставить работать. Очень удобная деятельность, чтобы добыть побольше внутренней информации про настроения среди военных и наши планы.       — Мы уже обсуждали это, Леви, — вздохнул Эрвин. — Аргументы маркиза тоже звучат убедительно, хотя кое в чём я с тобой солидарен — я тоже не доверяю маркизу Миллеру на сто процентов. Тем не менее, отказывать ему из-за наших предрассудков в такой личной просьбе опасно для будущего благополучия Разведкорпуса. К тому же… Ты не думал, что мы можем обернуть происходящее и в нашу пользу тоже?       — Каким образом, — процедил капитан. — Он подарит нам ещё один замок?       — Ну, второй замок нам просить ещё рановато, если только мы не захотим выделить каждому солдату по отдельной комнате. Если говорить серьёзно: как минимум, у нас есть ещё один врач. Я не думаю, что у Филиппа есть резон сочинять про медицинское образование сестры, не та профессия, где можно хоть как-то притвориться. Далее, пока Стефания здесь, я более, чем уверен, что Разведкорпусу будет уделяться куда больше внимания и средств, не этого ли мы хотели все эти годы? И, наконец, кто знает, возможно и сама маркиза, когда узнает нас поближе, поделится с нами теми секретами, которые так тщательно оберегает её брат?