«У Спадси»

***

Вечер опустился на Цирк быстро и почти незаметно. После очередного “весёлого приключения” Кейна, Помни чувствовала дикую усталость, но не телесную, а ту, что тяжело сидит под кожей, залезая во все углы души. Она рухнула на кровать, закрыв глаза и тихо простонав что-то нечленораздельное. Несколько минут она лежала без движения, позволив себе впервые за день просто…лежать. Но тишину быстро нарушил тихий стук в дверь.  Один. Потом второй. Помни тяжело вздохнула и открыла глаза. Несколько секунд она колебалась, стоит ли ей отвечать или сделать вид, что не слышала. Но стук повторился, чуть настойчивее, и она нехотя поднялась, откинув с лица прядь волос. Подойдя к двери, она медленно повернула ручку. За порогом стояла Рагата. Сейчас она выглядела смущённой и немного потерянной. Её взгляд был опущен в пол, плечи ссутулились, а пальцы неловко перебирали край платья. — Привет… — произнесла она тихо, неуверенно подняв руку в коротком жесте приветствия. Помни слегка улыбнулась, ответила тем же и сделала шаг в сторону, приглашая войти. Рагата вошла нерешительно, опасаясь нарушить покой комнаты, и остановилась посреди, не зная, куда себя деть. Её глаза метались от окна к столу, потом к стене, потом снова к Помни. — Я хотела извиниться. — выпалила она, будто боялась, что передумает, если замолчит хоть на секунду. – За то, как себя повела сегодня. За то, что обвинила…Джекса. Помни моргнула, не ожидая, что разговор начнётся так прямо. — На том приключении…мы с Зубл всё обсудили. – продолжила Рагата, выдыхая. – Я поняла, что была неправа. Просто…я волновалась. Ты в последнее время совсем не такая, как обычно. Тихая, отдалённая. Я не знала, что делать, и решила, что должна…защитить тебя. Её голос дрогнул, и в уголках глаз сверкнула влага. Помни опешила, но быстро подошла ближе. Она осторожно положила руку ей на плечо. Да, редкий для неё жест, но сейчас иначе было нельзя. Видеть Рагату такой растерянной и виноватой было почти больно. – Раги…всё в порядке. Правда. Спасибо, что переживаешь. Извинения приняты. – Она неловко улыбнулась, подняв большой палец вверх. Утешать людей никогда не было её сильной стороной, но в этот момент в её взгляде было всё, что нужно её подруге. Рагата тихо шмыгнула носом и улыбнулась чуть шире. Кажется, груз, давивший весь день, наконец начал отпускать. – Ты ведь…не ненавидишь меня за это, Помни? – спросила она почти шёпотом, словно боялась услышать ответ. – Конечно нет. – мягко ответила Помни. – Никто не должен ненавидеть за то, что ты показал эмоции. Это значит, что тебе не всё равно, Раги. Эти слова будто сняли с Рагаты остатки тревоги. Она выдохнула и впервые за вечер улыбнулась искренне, по-настоящему. – Помни, ты слишком добрая. – сказала она, качнув головой, и в её голосе прозвучала лёгкая нежность. Между ними повисло короткое, но приятное молчание. Не неловкое, а наоборот, тёплое, как если бы всё вокруг на некоторое время замерло, чтобы дать им возможность расслабиться и отпустить тот самый груз. – Слушай… – наконец тихо произнесла Рагата, потирая руку о руку. Её взгляд снова скользнул в сторону, но голос звучал уже увереннее. – Ты ведь была с…Джексом на том приключении? Помни кивнула, наблюдая, как на лице подруги пробегает лёгкое любопытство, перемешанное с тревогой. – И…как всё прошло? – спросила она, чуть тише, чем прежде, но в её интонации чувствовалось настоящее беспокойство. Помни на секунду замерла, словно не сразу поняла, что именно Рагата спросила. В её голове пронеслись образы того дня: холодный блеск в глазах Джекса, звон разбивающегося стекла, напряжение в груди, когда она впервые увидела его таким открытым после всего.  Она сглотнула, отвела взгляд в сторону и на мгновение задумалась, прежде чем ответить. — Всё прошло… — она сделала короткую паузу, подбирая слова. — спокойно. Наверное, даже лучше, чем я ожидала. Помни чуть усмехнулась, но улыбка получилась неловкой, и она добавила уже тише: — Мы просто…поговорили. Немного. Ну, и…побили пару вещей. Это помогло, наверное. Она подняла глаза на Рагату, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, но лёгкая дрожь в нём всё-таки выдала её волнение. Ей не хотелось, чтобы подруга видела, как много это всё значило, как сильно задело её где-то глубоко внутри. Она не готова это признать даже для самой себя. Рагата продолжала смотреть на неё пристально, с тем выражением лица, которое всегда появлялось у неё, когда она пыталась что-то сказать, но не решалась. В её взгляде читалось беспокойство, смешанное с чем-то ещё. С тревогой, сомнением, может, даже страхом. Казалось, внутри неё бушевала буря мыслей, и каждая из них рвалась наружу, но Рагата сдерживала себя, выбирая молчание. Она уже не раз давала твёрдо понять, что не доверяет Джексу, каждый раз, когда он оказывался рядом с Помни, на её лице появлялось то же самое сдержанное, но очень красноречивое напряжение. И хоть Помни ценила заботу подруги, всё это начинало немного давить. Некоторое время они просто молча смотрели друг на друга. Рагата тяжело выдохнула и попыталась улыбнуться, хоть и неуверенно, но искренне. — Просто…будь осторожнее, пожалуйста. Слова прозвучали мягко, но в них чувствовалось нечто большее, чем обычное дружеское беспокойство. Это было как предупреждение от человека, который знает, что впереди может быть боль. Сильная боль. Помни уловила эту интонацию и на миг растерялась, не зная, как реагировать. Она не стала расспрашивать, хотя внутри мелькнула странная догадка, что Рагата, видимо, знает больше, чем говорит. Или, может, просто чувствует. Как-то интуитивно, по-женски.  В любом случае, Помни не хотела ворошить это сейчас. Она тихо кивнула, слабо улыбнувшись в ответ, и сказала, стараясь, чтобы голос звучал спокойно: — Обещаю. Рагата на мгновение задержала взгляд на ней, будто пыталась убедиться, что она действительно это сказала всерьёз, а потом коротко кивнула и направилась к двери. Перед тем как выйти, она обернулась ещё раз, её взгляд потеплел, но в нём всё ещё оставалась тень тревоги. Когда дверь за ней закрылась, Помни ещё долго стояла на месте, глядя на пустое пространство, где только что стояла подруга. На душе было странно…немного легче, но при этом тянуло неприятным, непонятным ощущением, словно она что-то упускает. Она глубоко вздохнула, откинулась на стену и тихо прошептала себе под нос: — Осторожнее…да уж. Как тут вообще можно быть осторожной. И, уставшая, но почему-то с лёгкой улыбкой, она вернулась к кровати, позволяя себе наконец расслабиться хотя бы на мгновение.

***

Рагата шагала по коридору, её лёгкие шаги почти не издавали звуков, но внутри всё кипело. Мысли роились в голове, сталкивались, запутывались. Она пыталась разобраться в своих чувствах. Тревога, раздражение, вина. Всё смешалось в один комок, не дающий вздохнуть спокойно. Её лицо было напряжено, а взгляд рассеян, и, возможно, именно поэтому она не сразу заметила, как впереди темнеет чья-то фигура. Она остановилась резко, как будто наткнулась на невидимую стену. Воздух застыл. Её единственный глаз поднялся, и в этот момент зрачок сузился, сердце тревожно сжалось.  Перед ней стоял Джекс.  Он опирался на стену, скрестив руки на груди, и выглядел так, словно стоял здесь уже давно, ожидая подходящего момента. Его поза была нарочито расслабленной, но в этом спокойствии чувствовалось что-то хищное, опасное, как у хищника, наблюдающей за загнанной добычей. Его глаза были острые, холодные, отражая ту самую насмешливую бездну, которую Рагата всегда терпеть не могла. А на губах играла его вечная, лениво-язвительная улыбка, от которой по коже пробегали мурашки. — О? Откуда направляешься, куколка? — его голос прозвучал мягко, но с тем ледяным оттенком, который делал каждое слово колкостью. Рагата мгновенно напряглась. Её плечи приподнялись, подбородок чуть дрогнул, а руки непроизвольно сжались в кулаки. Первую секунду она не ответила, борясь с собой, чтобы не наговорить лишнего. Но потом её взгляд стал твёрже, холоднее, и на лице появилась привычная для неё упрямая складка. — Не твоё дело. — её голос прозвучал резко, твёрдо, но срывался на глухую агрессию, выданную тем напряжением, что скопилось за день. И, возможно, личной неприязнью. — Хм… — он сделал шаг ближе, скользнув взглядом по ней так, словно читал её как открытую книгу. — Ходила к своей любимой подружке? Рагата прищурилась, губы дрогнули. — Что ты хочешь сказать? — спросила она медленно, настороженно, уже предчувствуя, куда он клонит. Джекс ухмыльнулся шире, глаза чуть прищурились. — О, ничего особенного. Просто удивительно, как быстро новости здесь разносятся. Даже слишком быстро… Рагата ощутила, как внутри всё сжалось. Сердце гулко ударило в груди, но она держалась. — Я не понимаю, о чём ты. — произнесла она холодно, но голос чуть дрогнул. — Правда? — Джекс наклонил голову, а его улыбка стала почти невинной, что делало её только страшнее. — А я думал, ты рассказала своей драгоценной Помни всё, что тебе так не нравится во мне. На секунду воздух между ними стал тяжелым. Рагата вскинула взгляд, в её глазу вспыхнуло возмущение и испуг. — Я ничего не рассказывала! — почти выкрикнула она, сжимая кулаки с особой силой. — Ну-ну. — протянул он тихо, почти шёпотом, но в этом шёпоте чувствовалась усмешка. — Расслабься, куколка. Я же просто предположил. Он сделал шаг в сторону, обойдя её медленно, словно оценивая каждую реакцию. Его тень скользнула по стене, а голос прозвучал уже из-за спины: — Хотя, если бы ты и рассказала…я бы не удивился. Ты ведь всегда была сплетницей. Рагата резко обернулась, её взгляд пылал. — Заткнись, Джекс. Я же сказала, я ничего ей не рассказывала! — Рагата почти сорвалась на крик, слова вырвались из неё с отчаянной злостью, в голосе звенело напряжение, которое она так долго сдерживала. Её единственный глаз сверкнул, отражая тусклый свет коридора, а руки дрожали от нахлынувших эмоций. Джекс приподнял бровь, не отводя взгляда, его ухмылка не исчезла, но в ней появилось что-то настороженное, будто он не ожидал, что она так вспыхнет. Рагата, сжав зубы, выпрямилась и посмотрела прямо ему в глаза. В этот момент в её голосе исчезла дрожь. Был только холод, резкий и прямой. — Ты сам ей расскажешь. — произнесла она тихо, но каждое слово звенело от решимости. — Если она тебе и вправду дорога. Её слова повисли в воздухе. На мгновение всё вокруг замерло. Джекс не ответил. Он просто застыл, и только его зрачки резко расширились. Его взгляд стал тяжёлым, на лице мелькнула тень эмоции, не то злость, не то растерянность, но она быстро исчезла, сменившись обычным холодом. Он медленно повернул голову, чтобы посмотреть на неё, но Рагата уже отвела взгляд. Её брови сошлись в напряжённой линии, губы поджались, и, сделав короткий вдох, она развернулась, не давая ему времени что-то сказать. Один её быстрый взгляд через плечо. Последний, тяжёлый, полный и презрения, и сожаления. И она пошла прочь, не оглядываясь. Её шаги звучали гулко в коридоре, и с каждым шагом холод её слов всё сильнее отпечатывался в сознании Джекса, пока он стоял неподвижно, провожая её взглядом. А когда Рагата скрылась за поворотом, он тихо выдохнул, глядя в пустоту, и его ухмылка наконец исчезла. Джекс продолжал стоять неподвижно, застывший в собственных мыслях, его дыхание сбивалось, а ритм, который отбивала нога, становился всё быстрее и резче. Казалось, он пытался этим звуком заглушить шум в голове, но чем сильнее бил лапой об пол, тем громче становились внутренние голоса. Его уши медленно опустились вниз, плечи напряглись, тело начало разрываться изнутри. Взгляд потускнел, стал стеклянным и пустым, перед глазами плыло…обрывки голосов, искажённые фразы, отголоски прошлого. Они наслаивались друг на друга, превращаясь в неразборчивый гул, пока он не начал задыхаться.  Джекс резко выдохнул, облокотившись одной рукой о стену, тело его согнулось от боли, спина дрожала. Другая рука судорожно вцепилась в ткань комбинезона у груди. Сердце колотилось с неестественной скоростью, дыхание стало прерывистым и поверхностным. Его охватило чувство, которое он ненавидел больше всего. Паника. Настоящий, вязкий ужас. Нет. Прекрати. ХВАТИТ. Перед глазами вспыхнул образ, настолько яркий, что реальность на миг исчезла. Большие глаза. Розовые щёки. Маленький бантик на шее.

***

Помни услышала голоса в коридоре, сначала ей показалось, что кто-то спорит, но потом звук сменился на тревожное, почти болезненное дыхание. Девушка приоткрыла дверь и осторожно выглянула, чтобы проверить. Коридор был полупуст, лишь слабый свет падал на фигуру, стоявшую у стены. Джекс. Он выглядел явно неспокойно. Тяжело дышал, рука упёрта в стену. «Кажется, ему…плохо?» — подумала она, тревога мгновенно кольнула сердце. Помни шагнула ближе, стараясь двигаться медленно, ведь боялась спугнуть его. Когда она подошла почти вплотную, её пальцы дрогнули. Она протянула руку, но остановилась в нескольких сантиметрах от его плеча, не решаясь коснуться. — Джекс?… Он вздрогнул, словно выдернутый из реальности. Несколько секунд стоял неподвижно, тяжело дыша, а потом медленно повернулся к ней. Его спина теперь опиралась о стену, тело всё ещё напряжено, но он пытался вернуть себе привычную маску. На лице появилась знакомая ухмылка, но глаза…глаза были другими. В них не было ни искры, ни игры, только глухое отчаяние. Помни стояла перед ним, не в силах отвести взгляд, чувствуя, как внутри всё сжимается от непонимания и жалости. Она видела, что ему больно. Джекс шумно выдохнул, словно только сейчас вспомнил, что нужно что-что сказать, и, наконец, заговорил. Голос был хрипловатым, надломленным, но он изо всех сил пытался придать ему привычную лёгкость, вставляя в каждое слово ту же ленивую насмешку, которой обычно прикрывался. — Всё нормально, Помни. Просто переборщил с кофеином, знаешь, такое бывает. — Он усмехнулся, коротко, натянуто. Рука машинально потянулась к комбинезону, поправляя его, потом он провёл ладонью по лицу, словно хотел стереть с него следы усталости. — Чего ты так смотришь? Всё под контролем. Он говорил слишком быстро, а глаза не поднимались выше её плеч. Помни понимала, что он боялся, что одним неверным движением она увидит всё, что он так старательно скрывает.  Она, не отводя взгляда, сделала шаг ближе. Её брови дрогнули, губы приоткрылись, и в голосе прозвучала непривычная для неё твёрдость. — Я знаю, что ты не в порядке. Его взгляд на мгновение встретился с её. Резкий, растерянный, почти панический. В груди Джекса всё сжалось, он отвёл глаза в сторону, пытаясь скрыть вспышку эмоций, и тихо усмехнулся. — Ты слишком много видишь, Пом-Пом, — сказал он почти шёпотом, но за этими словами не было насмешки. Только усталость и что-то, похожее на лёгкое признание. Он опустил голову, а по коридору снова разлилась тишина. Помни видела, как его руки слегка дрожат, как напряжённо двигается рот, как он борется с самим собой, пытаясь не сорваться. И чем дольше она смотрела, тем сильнее хотелось просто сделать шаг вперёд и обнять его, убедить, что она действительно рядом. Помни стояла перед ним, чувствуя, как сердце бьётся всё громче, словно пытается вырваться наружу. Она видела, как Джекс пытается удержать ту самую маску, привычную, насмешливую, лёгкую. Но в его глазах всё равно оставалась трещина. Что-то сломанное, усталое. И прежде чем она успела подумать, прежде чем мозг включился и сказал «нет», ноги сами сделали шаг вперёд. Потом ещё один. Её пальцы дрожали, дыхание сбилось, и вдруг она уже стояла совсем близко. Настолько, что могла различить запах чего-то тёплого, едва ощутимого, что ассоциировалось только с ним. Она не сказала ни слова. Просто подняла руки и осторожно, почти неуверенно, обхватила его торс, прижимаясь лбом к его животу. Движение получилось неловким, даже странным, учитывая их разницу в росте. Она не знала, почему делает это. Просто…тело решило раньше, чем разум. «Зачем я это сделала. Зачем я это сделала. ЗАЧЕМ Я ЭТО СДЕЛАЛА.» Мысли бешено метались в голове, каждая новая была громче предыдущей. Лицо пылало, сердце стучало, в груди всё смешалось: тревога, стыд, жалость, и ещё что-то, чему она боялась дать имя. Джекс не двигался. Его руки висели вдоль тела, пальцы чуть дрожали, он явно не знал, что делать с этим…с ней. Его дыхание стало чуть чаще, он смотрел поверх её головы в никуда, замерев. Прошла секунда. Потом другая. Потом тишина стала почти оглушающей. И только теперь Помни поняла, насколько сильно он напряжён. Каждая мышца борется между желанием. Вот только каким? Хочет ли он убежать, оттолкнуть её как в тот раз? Из-за тревожных мыслей, обрушившихся на неё, как ледяная волна, Помни отстранилась почти инстинктивно, ведь само тело решило, что пора спасаться. Щёки обожгло жаром, сердце бешено колотилось в груди, а пальцы дрожали, когда она неуклюже потянулась к затылку и почесала шею, стараясь хоть как-то скрыть смущение. Её голос прозвучал выше обычного, почти нервно, как у человека, отчаянно пытающегося вернуть контроль над ситуацией. — Даааа…это определённо была ошибка. Давай просто забудем это и— Она даже не успела договорить. Воздух вдруг неё стал плотным, когда она услышала голос. — Помни. Один единственный звук, произнесённый негромко, но с такой тяжестью, что у неё всё внутри сжалось. Её спина выпрямилась, руки замерли в воздухе, дыхание сбилось. Сердце ухнуло вниз, а мысли в панике закружились, наперегонки сочиняя самые ужасные сценарии. Вот оно. Сейчас он скажет, что она сошла с ума, что она жалкая, что переступила границы. И это станет самой позорной минутой в её жизни в Цирке.  Но вместо привычного сарказма или насмешки, вместо холодного презрения она услышала тихое, почти неуверенное: — Спасибо. Помни не сразу поверила, что он действительно это произнёс. Она стояла неподвижно, словно время вокруг остановилось, а звуки вдали стали глухими и неразборчивыми. Её глаза медленно поднялись, встретившись с его взглядом. Джекс стоял напротив, не прячась за маской привычной ухмылки, хотя губы всё ещё тянулись в неё по инерции. Но теперь в этой улыбке не было насмешки, не было издёвки. Только усталость, тень облегчения и нечто, отдалённо похожее на уязвимость. Он чуть опустил взгляд, словно сам не верил, что сказал это вслух. У Помни перехватило дыхание. Внутри всё перевернулось. Её сердце пропустило удар, пальцы машинально сжались в кулаки, чтобы хоть как-то удержать нарастающее волнение. Она хотела что-то ответить, пошутить, чтобы снять эту странную тяжесть момента, но слова застряли где-то в горле. Она просто стояла, глядя на него. Джекс вдруг шумно выдохнул, будто сам испугался, что атмосфера стала слишком серьёзной. Его плечи чуть опустились, а в следующую секунду губы изогнулись в привычной ухмылке. — Оу, не смотри так, Пом-Пом~ — протянул он с ленивым смешком. — А то я начну думать, что мы тут какой-то трогательный момент пережили. Не хватало ещё, чтобы ты побежала рассказывать всем, что у меня есть чувства. Помни фыркнула, скрестив руки на груди, но не удержалась от лёгкой улыбки. — Да не переживай, никто бы всё равно не поверил. — А вот это уже больно. — наигранно возмутился Джекс, приложив руку к груди и закатив глаза. — Ты, коротышка, прямо разбиваешь мне сердце. — Перестань меня так называть. — машинально буркнула она, но в голосе не было злости. Скорее, теплая усталость. Он слегка наклонился к ней, глядя сверху вниз, в его взгляде вновь мелькнула привычная насмешка. — Тогда постарайся вырасти, Пом-Пом~ Помни лишь покачала головой и едва слышно засмеялась, отмахиваясь от него рукой. — Спокойной ночи, Джекс. — И тебе, коротышка. — ответил он, развернувшись на пятках и неспешно зашагав по коридору, напевая себе под нос что-то тихое и неразборчивое. Помни ещё несколько секунд смотрела ему вслед, чувствуя, как напряжение понемногу спадает. Потом, с лёгкой улыбкой, она развернулась и пошла в противоположную сторону к своей комнате. Девушка захлопнула дверь за собой чуть сильнее, чем собиралась, и сразу же, не раздумывая, бросилась на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Воздух вырвался из её лёгких вместе с протяжным криком, который заглушила мягкая ткань. Это был не крик боли, а скорее отчаяния, замешанного с недоумением, раздражением и чем-то, чего она сама не могла до конца объяснить. Пролежав так несколько секунд, она громко выдохнула, перевернулась на спину и уставилась в потолок, где от света лампы плясали тени. — И что это было? — выдохнула она почти шёпотом. Её пальцы бессознательно сжались в кулак, а потом разжались, словно она пыталась поймать воздух, всё ещё наполненный остатками того странного напряжения, что возникло между ними в коридоре. Она медленно подняла руки и посмотрела на них, на свои тонкие ладони в перчатках, где, казалось, ещё оставалось призрачное ощущение чужого тепла. Щёки резко запылали, жар поднимался всё выше, и она торопливо провела руками по лицу, пытаясь стереть это нелепое смущение вместе с усталостью. Сердце колотилось громко, неумолимо, будто само хотело сказать, что в ней что-то изменилось, и теперь уже нельзя просто сделать вид, что ничего не произошло. «Что со мной не так…почему сердце бьётся так сильно от обычных объятий…Мы ведь…просто друзья, да?» Её взгляд постепенно сместился в сторону стола, где стояла небольшая фотография. Она и Гаммигу, оба улыбаются, каждый со своей странной, немного детской радостью в глазах. Помни долго смотрела на снимок, и тень вины медленно опустилась на её лицо. В комнате воцарилась тишина, девушка перевела взгляд обратно к потолку, прикрывая глаза. На душе было тяжело, непонятно и тревожно, но где-то в глубине этого хаоса теплилось странное чувство, похожее на тепло. То самое, от которого сердце продолжало биться слишком быстро.

***

Следующее утро выдалось странно спокойным. Цирк словно решил перевести дыхание после всех бурных событий прошлого дня. Воздух был наполнен сладковатым ароматом карамели - типичным для этого места. Помни стояла среди остальных, чувствуя, как ноги слегка дрожат от тревоги, накопившейся за последние дни. Все собрались в большом зале, где Кейн обычно объявлял свои “великолепные“ приключения. Зал был освещён разноцветными лампами, их мягкий свет отражался от стен и переливался, создавая ощущение праздника, за которым всегда скрывалось что-то тревожное. Зубл стояла позади, скрестив руки и постукивая пальцами по локтю, её пластиковые детали поблёскивали в разноцветных бликах. Рагата выглядела напряжённой: её взгляд метался между Помни и Джексом, в нём читалось беспокойство и едва сдерживаемое раздражение. Гэнгл, переминаясь с ноги на ногу, прижимала ленточки к груди. А Королёр, кажется, сегодня отсутствовал. Джекс находился чуть поодаль. Он, как всегда, сохранял дистанцию, руки глубоко в карманах, голова немного опущена, но на лице застыла его фирменная ухмылка. Взгляд был ленивый, цепкий, наблюдающий за всеми сразу. Помни несколько раз украдкой посмотрела на него и каждый раз быстро отводила глаза, стараясь не задумываться, почему вообще это делает.  И вот, раздался характерный скрип, и занавес на арене распахнулся. На фоне ослепительных вспышек появился он. Кейн. В своём костюме, с вечной улыбкой, которая сияла так, словно мир вокруг был лишь игрушкой в его руках. — Мои дорогие звёздочки! — громко, с театральной интонацией протянул он, делая круг на арене. — Как же я скучал по вашему растерянному взгляду, по этим дрожащим ручкам и сердечкам, которые так забавно колотятся, когда вы слышите слово «ПРИКЛЮЧЕНИЕ»! Толпа слегка зашевелилась. Кто-то тихо простонал, кто-то закашлял, кто-то закатил глаза. Но Кейн, разумеется, не обратил внимания, продолжая свою речь. — Сегодня у меня для вас чудесная новость! — он сделал паузу, широко разведя руки. — После…скажем так, теплейших отзывов от моих любимых зрителей…я решил вернуть старое доброе приключение. Настоящую классику! Помни чуть приподняла голову, настороженно переглянувшись с Рагатой. Джекс, стоявший в стороне, издал тихий смешок. — Дамы и господа. — Кейн вскинул руку вверх, и в воздухе вспыхнули неоновые буквы. — “У Спадси”! Джекс тихо, почти звериным тоном, прорычал, глядя на Кейна исподлобья, его голос прозвучал низко и сдержанно, но в нём чувствовалось раздражение, которое невозможно было скрыть. — Я не буду в этом участвовать. Однако Кейн даже не повернул головы. Его лицо по-прежнему сияло широкой улыбкой, словно слова Джекса были всего лишь частью сценария, который он уже выучил наизусть. В следующий миг пространство вспыхнуло ярким светом, и все мгновенно оказались в том самом месте в своих тёмных униформах. — Ой, да ладно! — раздражённо выдохнул Джекс, бросив взгляд на окружающих. Он демонстративно скрестил руки на груди и с досадой пнул ближайший камень. Тот с глухим стуком отлетел в сторону и…с предательской точностью попал прямо в Рагату. — Эй! Зачем!? — вскрикнула она, резко повернувшись, когда камень больно ударил её по лбу. Её выражение лица мгновенно сменилось с растерянного на сердитое. — Совершенная случайность, куколка. — протянул Джекс, даже не пытаясь извиниться. Он лениво поднял руки, якобы показывая, что он не при делах, и, не глядя больше на неё, направился в сторону здания, из которого доносился тихий гул. Помни тихо выдохнула, устало опустив плечи. Ну что ж, по крайней мере, это не было САМЫМ худшим из всех приключений Кейна. По сравнению с прошлым, где они чуть не сгорели в лавовом бассейне или гонялись за разумными утками, этот вариант казался почти…уютным. Старый городок, скрипящие вывески, запах пыли и масла, деревянное здание с надписью “Spudsy’s Diner”. Почти нормальная работа. Может, тяжёлая, монотонная деятельность и правда поможет ей немного привести мысли в порядок. Когда они вошли внутрь, их уже встречал новый "начальник" НПС деревянный человечек с глазами-бусинами, который пробубнил короткую инструкцию, перечислив обязанности всех участников. Его голос звучал монотонно, словно он зачитывал текст по бумажке, и не выражал ни грамма эмоций. Закончив, он бесстрастно развернулся и исчез за дверью своего кабинета. Помни с любопытством осмотрелась, переводя взгляд на стойку, за которой стояли две кассы. Две. Она нахмурилась. В прошлый раз была только одна. — Хм… — пробормотала она, подходя ближе и вставая на свой привычный табурет. — Вот это уже…странно. Она провела рукой по кассе, настраиваясь на привычный рабочий ритм, пытаясь полностью отогнать мысли о Джексе, о вчерашнем вечере, о том…глупом объятии.  “Сосредоточься на работе, просто на работе”, — мысленно уговаривала себя девушка, но спокойствие продлилось недолго. Из-за её плеча раздался знакомый, насмешливо-добродушный голос: — О, привет, коллега!~ Помни мгновенно обернулась, и сердце неприятно кольнуло. Прямо рядом с ней стоял Джекс. Улыбка на его лице была чересчур довольной, почти вызывающей. — Кажется, тебе нужно идти на своё место. — сказала она как можно спокойнее, стараясь не показать ни раздражения, ни смущения. Она даже не смотрела прямо на него, забираясь на свою ступеньку, словно надеялась, что он просто уйдёт. — Ох, Пом-Пом. — протянул Джекс, чуть склонив голову. — Ты так не рада меня видеть? Помни закатила глаза, молча отвернувшись, надеясь, что это окончание разговора. Но нет. Его следующая фраза буквально заставила её замереть посреди движения. — В этот раз Кейн добавил ещё НПС на кухне, поэтому теперь я кассир вместе с тобой, разве не замечательно?~ Мир, казалось, остановился. Помни медленно, с почти механическим движением повернула голову к нему. Её глаза чуть прищурились, на лице застыла смесь раздражения, неверия и внутреннего крика отчаяния. «Конечно. Конечно, именно так. Как же иначе!» — пронеслось у неё в голове. — Просто…замечательно. — выдохнула она с натянутой улыбкой, глядя куда-то вдаль, пытаясь смириться с судьбой. Почему. Почему именно он. Мысль стучала в голове Помни, как молот. Внутри всё кипело, язык чесался сказать что-нибудь едкое, но она из последних сил сохраняла нейтральное выражение лица. «Чёртов Кейн…» — мысленно процедила она, чувствуя, как по спине медленно стекает капля пота.  Целый день.  Целый день рядом с Джексом, плечом к плечу, на одной стойке, где никуда не убежишь, не спрячешься, не сделаешь вид, что тебя нет. Это звучало не просто как испытание…как персональный ад, придуманный специально для неё. Она судорожно втянула воздух, пытаясь сосредоточиться на кассе, на старых кнопках, на дребезжащем звуке чековой ленты. На чём угодно, лишь бы не на том, как Джекс лениво прислонился к стойке, делая вид, что работает. Его самодовольная ухмылка в поле зрения только усиливала внутренний жар. Но спасение пришло внезапно. Мягкий голос вывел её из этого внутреннего кошмара. — Привет, Пом. Помни обернулась и увидела Гаммигу, стоящего у входа. Его улыбка была доброй и немного растерянной, как всегда. У неё непроизвольно дрогнули губы, и она тихо ответила: — Привет. — Кейн разрешил мне участвовать в этом приключении. — радостно сообщил Гаммигу, явно довольный новостью. — Сказал, что могу делать всё, что захочу: быть покупателем, работником, кем угодно! Помни моргнула, переваривая услышанное. — Всё, что…хочешь? — переспросила она осторожно, глядя на него с лёгкой тревогой. — Ага! — с радостной наивностью подтвердил он, словно это была лучшая вещь на свете. Где-то далеко, за пределами их "мира", на мягком кресле, под зонтом, Кейн с довольной улыбкой попивал кокосовый напиток с трубочкой. На его лице играла абсолютно самодовольная ухмылка. — Фансервис… — протянул он мечтательно, наблюдая через экран, как Помни и Джекс стоят бок о бок за одной кассой, а Гаммигу радостно что-то говорит. Всё стало только хуже. Ещё хуже. Помни стояла, как статуя, чувствуя, как нервный тик начинает дергаться где-то под глазом. Её ладони сжались в кулаки, а мысли лихорадочно метались. Ей хотелось сделать всё, что угодно. Исчезнуть, сбежать, или, в идеале, просто нырнуть головой во фритюрницу и остаться там навсегда. Всё. Лишь бы не участвовать во всей этой катастрофе, которую Кейн называл «приключением». Гаммигу на мгновение отвлёкся, болтая с каким-то НПС у стойки, и именно в этот момент раздался тот голос. Голос, от которого внутри сразу всё сжалось в тугой комок. Джекс лениво придвинулся ближе, облокотившись локтем на кассовую стойку, словно чувствовал себя здесь хозяином. Его поза была до безобразия расслабленной, с той самой улыбкой, наглой, от которой хотелось и заорать, и смущаться одновременно. — Пом-Пом, разве тебя не радует возможность быть рядом со своим любимым весь день?~ — протянул он с притворным удивлением, слегка склонив голову, словно разглядывал её реакцию как нечто невероятно забавное. — Почему такое выражение лица? Помни медленно выдохнула, чувствуя, как всё её самообладание уходит в минус. Внутри всё бурлило. Раздражение, неловкость, лёгкий жар где-то в груди, который она категорически отказывалась признавать. Она заставила себя повернуть голову к нему и изобразила на лице самую фальшивую улыбку, на какую была способна. — Потому что я просто…в полном восторге, Джекс. — произнесла она с огромной дозой сарказма. — Моя мечта сбылась, теперь мы можем страдать от скуки вместе. Он только хмыкнул, уголки губ чуть приподнялись, и этот взгляд, насмешливый, тёплый, с теми самым искорками, снова заставил её внутренне застонать. «Да за что мне это наказание…» — мысленно простонала она, отводя взгляд и притворяясь, что касса вдруг стала невероятно интересной.

***

Смена началась с хаоса, как будто кто-то открыл шлюз, и целая волна НПС обрушилась прямо на прилавок. Воздух наполнился шумом, звоном подносов, гулом голосов и бесконечными «следующий!». Помни почти физически ощутила, как в её голову возвращается долгожданное ощущение нормальности, работа, действия, автоматизм. Это было настоящим спасением. Она машинально набирала заказы, передавала пакеты, принимала оплату, и впервые за всё утро не думала ни о Джексе, ни о том, как не упасть в обморок от стресса. Гаммигу, улыбнувшись напоследок, махнул ей рукой и ушёл помогать на кухню, оставив её с напарником один на один. Но пока шёл нескончаемый поток клиентов, всё было…терпимо. Даже спокойно. Помни в какой-то момент почти поверила, что этот день можно пережить без эксцессов. Почти. Очередь редела, шум стихал, и наконец в помещении стало тихо, настолько, что слышно было только жужжание старого холодильника. Девушка откинулась на кассу, вытирая лоб тыльной стороной ладони, и облегчённо выдохнула. Мир снова казался нормальным. А потом рядом, совершенно не вовремя, раздался ленивый голос: — Помни, ты такая низкая. Может быть, мне лучше держать тебя на руках, пока ты будешь обслуживать клиентов? Она замерла. Медленно повернула голову, и её взгляд встретился с его наглым, абсолютно самодовольным, с той самой дерзкой улыбкой, от которой хотелось либо хлопнуть его чем-то тяжёлым, либо просто исчезнуть. На лице Помни отразилось целое представление эмоций: сначала искреннее недоумение, потом лёгкий шок, после ярко выраженное раздражение. Щёки, однако, предательски слегка покраснели, и это только усилило её злость. — Джекс. — начала она медленно, очень тихим, почти угрожающим тоном, сцепив руки на груди. — У тебя каждый день конкурс на самую тупую реплику, или ты просто тренируешься? Он фыркнул, едва сдерживая смех. — Ну, кто-то же должен тебя развлекать. — Тогда развлекай клиентов. — сухо ответила она, возвращаясь к кассе. «Спокойно. Просто дыши. Он этого и добивается…» Но внутри всё равно вспыхнуло то странное, нелепое тепло, от которого она чувствовала себя ещё хуже, чем от злости.  Какое-то время всё шло спокойно, поток НПС совсем стих, Помни уже начала расслабляться, когда рядом раздался знакомый голос: — Перекур? — небрежно предложил Джекс, доставая из кармана пачку сигарет, словно это было самое естественное в мире. Помни застыла, приподняв брови. — Откуда у тебя… — она не успела закончить фразу, потому что в следующую секунду взгляд упал на пачку, и внутри неё что-то щёлкнуло. Она не видела их уже ОЧЕНЬ давно. Настоящие сигареты. Настоящий запах табака. В памяти всплыли смутные образы из реального мира: вечер, комната, тусклый свет, и она, нервно затягивающаяся у окна после очередного дня, когда всё шло к чёрту. Теперь, кажется, история повторялась. — Дай. — Голос её прозвучал почти срывающимся, и Джекс приподнял бровь, наблюдая, как Помни вырывает пачку у него из рук, чуть ли не с жадностью. — Да ты прям на никотиновом голоде, Пом-Пом. — ухмыльнулся он, но не стал возражать. Она резко обернулась к кухне: — Эй! Кто-нибудь прикройте нас минут на пять! — крикнула она, не особо объясняя, куда уходит. Из-за прилавка донёсся возмущённый голос Зубл, но Помни уже не слушала. Она почти бегом направилась к двери, и Джекс, лениво потянувшись, пошёл следом, засунув руки в карманы. Когда дверь за ними захлопнулась, внутри всё стихло. Только лёгкий сквозняк прошёлся по пустынной улице. Помни стояла, глубоко вдыхая прохладный воздух, дрожащими пальцами открывала пачку, а рядом с ней Джекс, наблюдал за ней с кривой ухмылкой. Помни уже чувствовала лёгкое раздражение, когда Джекс, как всегда, с ленивой улыбкой, достал зажигалку и стал перекатывать её между пальцами, словно специально тянул момент. Она протянула руку, намереваясь просто взять её и прикурить, но он внезапно поднял палец, преграждая путь, и с довольным видом протянул свою фразу: — Но. Сигарет у нас не так много, а смена будет долгой, так что режим экономии. Одна на двоих~ Помни моргнула, не сразу осознав, что он только что сказал. — Что?... — её голос дрогнул, и она даже чуть приподняла бровь, глядя на него с недоумением и лёгким раздражением. Джекс в ответ только ухмыльнулся, медленно, лениво. Очевидно, что ему доставляло удовольствие наблюдать, как она теряется. Он поднёс зажигалку, щёлкнул пальцем, и маленькое пламя вспыхнуло, отбрасывая тёплый свет на его лицо. — Ну что, Пом-Пом, не стесняйся, не кусаюсь…обычно~ — протянул он с насмешкой, чуть наклоняясь ближе. Она хотела что-то возразить, но почему-то не смогла. В груди вдруг стало тесно, и всё, что она сделала, это взяла сигарету в губы и чуть наклонилась к нему. Между ними оставалось буквально несколько сантиметров. Она чувствовала его лёгкое дыхание, а сердце предательски ускорило ритм.  Когда кончик сигареты загорелся, Помни поспешно отстранилась, едва не уронив её, и прокашлялась, прикрывая рот рукой. — У-у тебя…дурацкие правила. — пробормотала она, стараясь не смотреть ему в глаза, щеки уже вспыхнули алым. — Правила? — Джекс усмехнулся, откидывая зажигалку в карман. — Это называется "делиться". — Он, не дожидаясь её ответа, вытянул из её пальцев сигарету и сделал короткую затяжку. Помни застыла, наблюдая, как он выдыхает дым, спокойно, уверенно, словно всё происходящее для него было чем-то совершенно обыденным. А потом он снова протянул сигарету ей, чуть приподняв уголок губ. — Давай, твоя очередь. Она взяла сигарету неловко, стараясь не задеть его пальцы, но всё равно почувствовала еле ощутимое касание, от него внутри пробежал ток. Сделав очередную затяжку, она поспешила отвернуться, чтобы скрыть, как краснеют уши. — Ну, и как тебе мой режим экономии? — спросил Джекс с довольным выражением лица. — Ужасен. — коротко ответила Помни, выпуская дым и стараясь выглядеть безразличной, но пальцы всё ещё дрожали, и она сама не понимала, от долгожданного никотина ли это…или от того, что он стоял так близко.  Она отвела взгляд, сделала очередную затяжку и, выпуская дым, пробормотала еле слышно: — Никогда больше с тобой не курю. — Конечно-конечно. — ухмыльнулся Джекс, делая вид, что верит, и лёгким движением взъерошил ей волосы. — Только попробуй потом не попросить второй раунд, Пом-Пом~ Где-то внутри здания, у окна кухни, стоял Гаммигу. Его взгляд задержался на них чуть дольше, чем следовало. Он нахмурился, но ничего не сказал, возвращаясь к своей работе.

***

Остаток смены прошёл вполне спокойно. Поток клиентов иссяк, лампы над стойкой мягко гудели, и ритм работы с каждой минутой становился всё медленнее, пока, наконец, их начальник не объявил об окончании и зал не наполнился тихими вздохами облегчения и звоном посуды, убираемой в подсобках. Помни заметила, что Джекса давно нет на месте. Он исчез где-то час назад, и сначала это казалось неважным, но к вечеру, когда клиентов почти не осталось и она уже справлялась сама, в груди у неё поселилась лёгкая тень беспокойства, едва уловимая, но упорная. Помни не сразу поняла, зачем сама быстрыми шагами направилась на кухню, глаза скользили по знакомым углам. И вдруг она остановилась, потому что перед ней открылась картина, которую можно было написать маслом: под тусклым светом лампы на кухне покачивался Джекс, на щеках у него был тёплый румянец, дыхание пахло приторно-сладким Тупым соусом, взгляд блёк и смотрел в пустоту, а рядом, с выражением явного раздражения и нетерпения, стояла Зубл и удерживала его одним плечом. Вокруг это никого особо не трогало, как если бы сцена с пьяным Джексом была привычной деталью интерьера.  Зубл подошла к Помни с механическим, почти агрессивным жестом и буквально скинула его к ней, бросив, от этого Помни чуть не потеряла равновесие и не рухнула под неожиданной тяжестью. К счастью, Джекс успел среагировать: он расплёл пальцы, с трудом опёрся на неё, вяло встал, закинув одну руку через её плечо и едва удержал равновесие, чтобы не свалиться полностью. — Теперь это не моя проблема. Отвези его домой. — сухо бросила Зубл, отряхнув руки от воображаемой пыли, и, ушла к Гэнгл, оставив Помни с этой неуклюжей, пахнущей соусом фигурой. Джекс несколько секунд молчал, глядел на Помни с расфокусированным, но каким-то мягким выражением, а потом, откашлявшись и протянув руку, произнёс слова, заплетающимся голосом и с той нескладной, но по-настоящему уязвимой ноткой. — Эй…привет, Пом-Пом… — он улыбнулся криво, губы шевелились медленно. — Ты…пришла смотреть на мой шедевр? Ха-ха…это я…шедевр, понимаешь? Помни застыла, не зная, как реагировать. Она чувствовала, как у неё по спине пробежала волна жара. — Джекс…ты пьян. — наконец выдавила она, глядя в его расфокусированные глаза. — Дааа…и всё равно умнее некоторых трезвых~ — хмыкнул он и, не удержавшись, рассмеялся. — Знаешь, Пом-Пом, может, ты и не умеешь веселиться…но у тебя…тёплые руки. Очень…тёплые… Внезапно, к ним тихо подошёл Гаммигу, его шаги были осторожны, глаза настороженные и добрые одновременно. Он обошёл их, оглядел Джекса, и на лице у Гаммигу на миг промелькнула тревога, простая и честная. Помни тяжело вздохнула, почувствовав, как в груди снова поднимается та усталость, от которой ещё недавно хотелось спрятаться за работой. Она коротко кивнула, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала, и произнесла негромко, с робкой решимостью. — Отвезу его домой, не бросать же тут… Её улыбка вышла неловкой и маленькой, всё ещё вспыхивавшей от смущения и усталости.  Гаммигу молча ответил взглядом: никаких слов, только движение плеч и едва заметный кивок, в котором не было ни шутки, ни лёгкости. Во взгляде абсолютная серьёзность и доля ревности. — Только…не оставайся у него, ладно? — голос Гаммигу прозвучал тише обычного, почти шёпотом, но в нём чувствовалось напряжение. Не предупреждение, а просьба. Помни удивлённо подняла брови, на секунду остановившись. Она непонимающе посмотрела на него, не сразу осознавая, что он вообще имел в виду. Серьёзное выражение лица Гаммигу лишь усилило неловкость. — Э-э…я и не собиралась?… — Наконец сказала она, чуть отводя взгляд. Тон вышел лёгким, почти шутливым, хотя где-то глубоко внутри кольнуло непонятное чувство. Она коротко кивнула ему, чтобы поставить точку в разговоре и снова повернулась к Джексу, который всё это время стоял, едва держась на ногах. Его глаза были наполовину прикрыты, губы шевелились, и он тихо бормотал что-то себе под нос, набор бессвязных фраз, где изредка можно было различить обрывки вроде «я не пил…» и «всё под контролем…». Помни с усилием подхватила его под руку и потащила в сторону выхода, тихо бурча под нос: — Под контролем, ага…расскажешь потом, как это работает. Гаммигу остался стоять у двери, провожая их взглядом. Его глаза на мгновение задержались на ней, в них мелькнула тревога, короткая, как вспышка. Но Помни уже не видела этого: она уводила Джекса по длинному коридору, слушая, как он тихо посмеивается сам себе, спотыкаясь на каждом втором шаге. Они наконец добрались до парковки, где стояла машина Джекса. Помни, с трудом удерживая равновесие, потянула его к пассажирскому сиденью. Тот, как ни странно, почти не сопротивлялся, но умудрялся мешать всем возможным образом, то нога застрянет под дверью, то ремень безопасности зацепится за его руку. — Да сядь же ты нормально… — сдавленно выдохнула Помни, в очередной раз толкая его плечом. Наконец, с приглушённым стоном, Джекс осел в кресле, откинувшись на спинку и опустив голову. На его лице по-прежнему держалась довольная, расслабленная улыбка. Помни обошла машину и села на место водителя. К счастью, техника Цирка не требовала ключей, достаточно было прикоснуться к панели, и двигатель ожил мягким гулом. Фары осветили дорогу, где впереди виднелась табличка: «Дом Джекса». Она тронулась с места, и машина мягко покатилась вперёд. Ночной воздух был прохладным, дорога тихо шумела под колёсами. В салоне повисла тишина, нарушаемая лишь редким смешком Джекса и звуком двигателя. Помни время от времени бросала на него короткие взгляды, он сидел, уставившись в окно, зрачки расширены, уши прижаты к голове. — И зачем ты только напился… — тихо произнесла она, больше себе, чем ему. Джекс не сразу ответил. Он сидел, опершись головой о стекло, пальцы барабанили по колену. Потом он вдруг тихо усмехнулся, не глядя на неё. — Ч-чтобы… — язык заплёлся, и он замолчал, пытаясь собрать слова в кучу. — Чтобы…выкинуть тебя из головы… Голос был тихим, срывающимся, но в нём сквозила странная искренность. Он провёл рукой по лицу, и неуклюже посмеялся сам себе. — Думал, если нажрусь, перестану об этом думать…о тебе. — слова вырывались неровно, с длинными паузами. — О том, как ты стоишь за кассой, такая маленькая, сосредоточенная, и…чёрт…милая. Он хрипло рассмеялся, но смех тут же оборвался. Глаза дрогнули, в них промелькнула растерянность, почти детская, и усталость. — А выходит, чем больше пью, тем… яснее всё это. Ненавижу. Помни сжала руль, чувствуя, как у неё учащается дыхание. Сердце забилось безумно громко. — Джекс… — начала она осторожно, но он перебил её, отмахнувшись неуверенным движением. — Забей. — пробормотал он, оседая глубже в кресло. — Завтра забуду. Так будет проще. Всё произошло словно в замедленном действии. Слова Джекса эхом прокатились у неё в голове, отзываясь в каждой клетке тела. Помни почувствовала, как что-то внутри резко сжалось, дыхание перехватило, а мир вокруг потерял фокус. Её руки, сжимающие руль, стали напряжёнными, а в груди застучало так громко, что она почти испугалась, что Джекс услышит. «Он…думает…обо мне?» Мысль была настолько невозможной, что мозг просто отказался её принимать. Её лицо загорелось, но не просто покраснело, а вспыхнуло пламенем. Если бы у неё сейчас было зеркало, она, наверное, испугалась бы собственного отражения. Щёки пылали, уши горели, и даже кончик носа стал горячим. Она сглотнула, стараясь не выдать эмоций, но выдала себя всем, слишком резкое движение плечами, дрожащий выдох, взгляд, упрямо устремлённый вперёд. — Он пьяный… — тихо пробормотала она себе под нос, но голос сорвался. — Просто пьяный, он не понимает, что говорит. Однако где-то глубоко внутри мелькнула крошечная искра, то ли волнения, то ли чего-то, от чего сердце вдруг сжалось, а потом сделало резкий, сбившийся удар. Она краем глаза посмотрела на него. Джекс уже полуспокойно сидел, почти дремал, его губы всё ещё хранили остаток той странной, пьяной улыбки. И от этого внутри у неё стало только хуже. Смесь смущения, паники и чего-то тёплого разливалась всё сильнее, лишая возможности думать. «Прекрати, просто прекрати, Помни! Он не это имел в виду…он несуразный, пьяный идиот…» Но даже этот внутренний упрёк не помог, а сердце продолжало биться слишком быстро. Они ехали молча, лишь звук мотора и тихое шуршание шин по дороге заполняли пространство. Помни крепче сжала руль, стараясь не смотреть на Джекса, но её взгляд всё равно то и дело скользил к нему. Его голова была повернута в сторону окна, дыхание ровное, спокойное. Он уже уснул. В груди у неё смешались облегчение, растерянность и какое-то тёплое, непрошеное чувство. Помни опустила взгляд на дорогу и выдохнула, стараясь не думать о его словах, но сердце всё ещё билось слишком быстро. «Да, Кейн…твои приключения - худшее и лучшее, что со мной случалось…»