Четыре - Силы

Короткая боль, обморок – и человек приходит в себя. Ещё успевает удивиться этому, но сразу после видит графа, возвышающегося над ним, лежащим на полу, и все мысли улетучиваются. Тот выглядит недовольным, пусть откровенной злости и не видно. Смотрит с презрением и жёсткостью, будто решив что-то для себя и теперь подбирая лучший способ начать воплощать это в жизнь. Шевелиться не хочется, если честно, не хочется ровным счётом ничего, разве что, чтобы всё это оказалось дурным сном. Проснуться дома, протереть глаза и услышать… – Очень глупо с твоей стороны пытаться умереть в моих владениях, да ещё и таким образом. – нет, по пробуждении хочется слышать совсем иное, но именно это говорит хозяин замка, наклоняясь. – Думаешь, я не почувствую, как где-то рядом проливается кровь? Пожалуй, самый глупый способ самоубийства. – тянется, а желания уклоняться так и нет, потому прохладные, но не холодные руки без труда касаются шеи. Совершенно целой шеи! Удивление появляется и снова тонет в безразличии. Даже не страшно, просто… никак. – Похоже, я впечатлил тебя слишком сильно. – добавляет, поглаживая вены. – Какой, однако, слабый человек пошёл!.. – Не надо… – удаётся выдавить из себя молодому мужчине. Получается шёпот, но он не сомневается, что его слышат. – Не хочешь, чтобы я тебя обращал? – понятное дело, граф понимает. – Зря, зря. Из тебя мог бы получиться достаточно сильный обычный. – чувствует содрогание и, рассмеявшись, добавляет: – Всё не так страшно, как ты думаешь. Быть вампиром значит иметь огромное преимущество перед людьми. – И какие же? – вопреки безразличию вопрос всё же задаётся. По крайней мере пока что хозяин замка не собирается заниматься обращением, раз разговаривает. И, кажется, даже уговаривает. Снова вспышка удивления, более сильная, чем прежде. – Во-первых, раны заживают быстро… – начинает граф, но прерывается, вздыхает и без труда поднимает своего гостя на ноги. Просто взял за воротник и поднял так, будто он ничего не весил! Новое удивление ещё сильнее пробивается через пелену безразличия. Заслышав треск ткани, молодой мужчина опирается на ноги и встаёт сам, обнаружив, что до этого его в буквальном смысле держали за шкирку, как нашкодившего щенка. – Ещё сила. – не смог промолчать. – Всё верно. Сила десяти воинов, как говорили когда-то. – усмехнулся хозяин замка. – Ещё выносливость. Знаешь, сколько ран может получить мне подобный это его не убьёт? Поверь, много. Очень много! Если не задето ничего жизненно-важного, то неисчислимое количество! И скорость восстановления – не чета людской. Вампира в любом состоянии можно поставить на ноги в считанные минуты, при наличии определённых условий… – То есть крови. – отозвался молодой мужчина и с удивлением обнаружил, что участвует в разговоре, а не просто тянет время или терпит, пока хозяин замка наговорится и оставит его в покое. Обсуждение нечеловеческих возможностей неожиданно его увлекло. – Именно так. Ранения и прочие затратные вещи требуют больше сил, чем нужно телу для продолжения существования, что выливается в ещё больший голод, чем обычно. И если для обычных существует само понятие насыщения, то у низших с этим всё совсем плохо. – Так те существа… они не были настоящими? – спросил, с очередным содроганием вспоминая вчерашнее. – Кого же я, в таком случае, кормил? – Как уже говорил, я здесь один. – усмехнулся граф. – Просто показал тебе, как они обычно выглядят. И не обольщайся, не «кормил», а всего лишь «дал попробовать». Для насыщения одному обычному таких как ты понадобится штук десять. – То есть то, что я видел тогда… – протянул и не стал договаривать. Нет смыла, мысли и так читают, и точно знают, что он имел в виду. А ещё желательно не думать о только что прозвучавшем. Убить десять человек… и после таких заявлений он ещё думает, что кто-то добровольно согласился бы на подобную участь?! – Лишь видимость. – кивнул хозяин замка. И на сей раз не стал заострять внимание на своей способности читать мысли. Вероятно, это тоже привилегии исключительно высших, одним из которых он и является. –При помощи тени я могу создавать весьма убедительный образы. – в доказательство «создал» в своих руках голову. Ту самую, которая вроде как не лежала на столе в первый вечер! В этот миг молодой мужчина осознал, что это правда. Была таковой с самого начала. Хохотнув с выражения его лица, хозяин замка заставил голову исчезнуть. – И это ещё не всё, человек. Давай, напряги память. Что ещё показалось тебе подозрительным? – Полное отсутствие зеркал… – выдал первое пришедшее на ум. – Лишь подсказка, которая тебе не пригодилась. – отмахнулся от неважного. – А то как бы ты догадался? Такая куча намёков и подсказок, всё для тебя. Постепенно бы дошло… – усмешка, показывающая какого он на самом деле мнения о мыслительных способностях человека. – Но я не об этом. Думай! Есть кое-что ещё. – Как мои вещи попали в комнату? – догадался, вернее начал догадываться, потому и задал такой вопрос. – Это за тот миг?.. – Вот, в правильном направлении думаешь. Всё так, я могу исчезать и появляться… примерно так. – договаривал уже с другого конца комнаты. Просто исчез и оказался там! А стоило посмотреть туда – переместился обратно. – Как? – только и смог вопросить гость. – Это благодаря тени, с её помощью. Вообще много чего можно делать… – спохватился и закончил коротко: – Игры с тенью доступны только для высших. – Это значит… – проговорил с опаской, ведь тот проговорился и сейчас наверняка последует то, из-за чего граф не хотел этого раскрывать. Но и промолчать не мог. Пробудившееся любопытство не позволило. – Верно, я – Высший. И теперь тебе известно об этом, о моих возможностях. Точнее, о некоторой их части. – ещё одна усмешка, показывающая, что без козырей в рукаве граф себя не оставил. Ещё есть, мол, чем удивить в случае необходимости. – Вот такие нечеловеческие возможности может предоставить тебе бытие вампиром, видишь? – самодовольная уверенность без труда читалась в выражении лица хозяина замка. Он явно не сомневался в том, что после таких предложений ни о каком отказе уже и речи не идёт. – Как я понял, это касается только высших. Тогда как мне обещали лишь участь обычного. Там всё далеко не так радужно, верно. – молодой мужчина сам себя не узнавал. Откуда взялась вся эта смелость или скорее даже наглость? И тем не менее, продолжал говорить то, что приходило на ум: – Вот слушаю и понять не могу. Ты ведь уговариваешь меня. Зачем-то нужно моё согласие? Так вот, отвечу раз и навсегда: я не собираюсь становиться тебе подобным! Ни обычным, никаким! Ни обычным, никаким! Ни за что! Лучше смерть, чем такая жизнь! – Так, значит, да? – нехорошо прищурился граф. – Я пытался по-хорошему. Что ж…