Испытание огнем и перьями

Воспоминания -- 1 год 4 месяца назад

«Тактика — это знание того, что делать, когда есть что делать; стратегия — это знание того, что делать, когда делать нечего». Это может показаться полной противоположностью вашей подготовке, но знание разницы даёт невероятное преимущество. Помните, что терпение — одно из самых полезных качеств шпиона, и оно часто будет использоваться.

- Учебное пособие AVA для оперативников

***

      Мидория был членом Алого Синдиката четыре месяца. Четыре мучительных месяца. Хотя, насколько он понимал, это могла быть целая вечность. Забавно, что теперь всё это казалось лишь далёким сном.       До того, как он оказался в лапах Алого Синдиката, его продавали и обменивали между разными злодейскими и преступными группировками, использовали для бойцовских ям, для наращивания мышечной массы, а иногда просто для своего извращенного развлечения. Так прошла его жизнь за последние полтора года. Он знал, что это не продлится долго, он слишком сильно заслужил репутацию сложного человека, и хотя его боевые навыки делали его неоценимым, злодеи не славились своим необычайным терпением. К тому же Мидория не особо разборчиво относился к тому, кого ему приказывали атаковать, и заслужил репутацию человека, который может обратиться против своих заказчиков.       Последними его приобрел Алый Синдикат. Это была иностранная банда, базирующаяся в Японии и стремившаяся расширить свою мелкую преступную деятельность, перейдя к торговле наркотиками и оружием. Они искали новый наркотик под названием «Триггер», чтобы расширить свои возможности, и Мидория был их пропуском к победе. Они были неопытны и чрезмерно амбициозны – сочетание, обычно служившее фатальным для Мидории; но недостаток интеллекта они компенсировали жестокостью. Они приобретали известность, которая росла по мере того, как они побеждали соперников, опьянённые своей новообретённой силой. Мидория знал, что добром это не кончится, и солнечный символ на его плече зудел, словно предвещая что-то неладное. Главарь банды, Гиран, весь день был на взводе. Он планировал эту сделку на складе уже несколько недель, но Мидория не обращал на неё внимания, потому что ему было всё равно.        Когда он шёл на драку, его рёбра болели от жестоких побоев, полученных накануне, и он знал, что шея под электрошоковым ошейником была обожжена до крови. Это стало постоянной привычкой в ​​его жизни с тех пор, как его продали злодеям.       «Пошли», — Гиран кивнул подбородком в сторону Мидории. «Твоя очередь». Мидория не стал отвечать, маскируясь. Вряд ли он мог ответить. В качестве меры предосторожности Гиран стал надевать ему намордник, когда они выходили, на случай если он попытается заговорить.       Как и шоковый ошейник, он был слишком тугой и врезался в кожу, но он не обращал на это внимания, открывая дверь склада и проскальзывая внутрь. Размахнув крыльями, он бесшумно взлетел в воздух и приземлился на стальную балку, проходящую по верхней части склада.       Внутри здания было темно и сыро, по бокам были сложены пустые ящики. Внутрь проникал соленый запах с пристани, а по неровному бетонному полу были разбросаны небольшие лужи.       Перенеся вес с ноги на ногу, он снова задумался о том, зачем они здесь. Вероятно, это была очередная сделка с наркотиками или что-то более опасное, например, торговля оружием, раз они взяли его с собой. Однако у него не было времени об этом дальше размышлять.       Ровно в полночь двери главного входа взорвались, разбросав деревянные щепки, в которые хлынули люди. Раздался пронзительный крик: «ДААААА!!!», и Гиран и его люди, стоявшие на земле впереди, отлетели в сторону.       Мидория шатался на балке, отчаянно хлопая себя ладонями по ушам. Казалось, у него лопнули барабанные перепонки. Он проверил и с облегчением обнаружил, что кровь не идёт, но в ушах определённо звенит. Этого было достаточно, чтобы пожалеть о временах тайных операций.       Он услышал, как один из новых нарушителей крикнул: «Сдавайтесь!», и закатил глаза. Сработало ли это? Что это за злодеи?       Ожидая, пока все бойцы войдут, он откинулся на балку. Шестерёнки в его разуме завертелись, и, даже не задумываясь, он сосредоточился на каждом бойце, разбирая их по частям, мысленно перечисляя их сильные и слабые стороны, стили и недостатки, а затем разрабатывал план атаки.       Смотри, разрабатывай стратегию, действуй. Таковы были его правила. И эта банда, похоже, обладала интересными причудами. Блондин с причудой голоса был его главной проблемой. Радиус действия мог легко сбить его с ног, если бы он попал под волну, а интенсивность звука была просто адом для его чувствительного слуха. Он бы предпочёл сначала уничтожить его, хотя бы ради собственного комфорта.       Он увидел, как один из членов Алого Синдиката, один из которых обладал мутацией гориллы, упал, и его глаза сузились.             Снайпер также мог создать ему некоторые проблемы своими дистанционными атаками, но поскольку его причуда полагалась на один точный выстрел, Мидории пришлось бы сначала сосредоточиться на бойце с большей областью поражения.       Снизу Гиран взглянул на него и сделал неприличный жест. Что ж, вот он, сигнал, пора выполнять следующий приказ.       Его крылья зашуршали, когда он пролетел низко над балкой. Обойдя незнакомую группу, он захлопнул двери, заставив тех, кто был сзади, развернуться, и он направил перо в теперь уже открытого пользователя голоса, а его единственный кинжал со смертоносной точностью вонзился ему в горло.       Мидория видел, как глаза за тонированными очками расширились от шока, и только благодаря темному пятну, возникшему из ниоткуда и набросившемуся на него, блондин сумел увернуться.       Изданный им причудливый крик тревоги застал Мидорию врасплох, и тот, сбросив камуфляж, рухнул с неба.              Черт возьми.              Приземлившись на землю, он согнулся и перекатился, слегка спотыкаясь и пытаясь восстановить равновесие.       Несмотря на звон в ушах, ему удалось сосредоточиться, чтобы не заметно колебаться, и он позволил опыту помочь ему найти центр равновесия. Он чувствовал, как из ушей исходит лёгкая струйка тепла, а губы его раздраженно скривились. Отлично, теперь уши определённо кровоточат.       Обычно он бы рвался вперёд, чтобы закончить бой, но сейчас он никуда не торопился. Тело ныло до самых костей, и его тяготила усталость, не имевшая ничего общего с физической усталостью.       Он устал от этих дурацких нарковойн, войн за сферы влияния и всех этих мелких межкриминальных разборок, в которых его заставляли участвовать. Не то чтобы у него была хоть какая-то личная заинтересованность в победе Гирана.       Двое бойцов напротив него поднялись на ноги, и Мидория видел, как воин, владеющий голосом, сжимает окровавленное плечо, в котором всё ещё торчит перо. Тёмное пятно, появившееся ранее, оказалось другим человеком. Мидория встал перед своим союзником в защитной стойке который грозно хмурился и смотрел на Изуку.       Длинные черные волосы падали ему на лицо и обрамляли желтые очки, которые он носил, и Мидория отметил, что толстый белый шарф был интересным штрихом к его мятому черному комбинезону.       Он молча ждал. Он мог позволить им немного прийти в себя. Капюшон был низко надвинут на лицо, а тени в здании обеспечивали ему анонимность. Они оба не спускали глаз с Мидории, и их тела напряглись.       Сжав крылья, он задумался о том, что они увидели. Он знал, что был маленьким по сравнению с остальными бойцами, собравшимися там в ту ночь. Его чёрная свободная толстовка, вероятно, слишком подчёркивала это, но, кроме крыльев, смотреть было не на что. Толстовка и тени скрывали его лицо и волосы, а на нём были только рваные кроссовки и рваные джинсы.       Хм.       Хотя ему, вероятно, стоит вернуть свое перо.       Он небрежно поднял руку, и боец голоса вскрикнул от боли, когда перо вырвали и снова прикрепили к крылу. Темноволосый мужчина вздрогнул от неожиданности, и Мидория почувствовал, что совершил ошибку.       Мужчина мгновенно отреагировал на движение: его волосы поднялись и закружились вокруг него. Может, это была причуда телекинеза? Мидория украдкой огляделся, но не увидел, чтобы что-то ещё поднималось в воздух.       Может быть, это был не телекинез.       В мгновение ока на него набросилось что-то белое, он посмотрел вниз и увидел, что его руки прижаты к бокам и обмотаны шарфом мужчины.       О.              Это было что-то новенькое. Значит, шарф был не просто шарфом, да?       Он почувствовал, как его тянет вперёд, к этим двоим, и быстро расправил крылья, напрягая их, когда они разрезали ткань. Ещё до того, как она коснулась земли, он уже мчался вперёд.       Спрятав крылья, он опустился ниже и нанес удар в солнечное сплетение. Удар удался, но едва-едва. Тот мастерски воспользовался инерцией и, развернувшись, ответил двумя ударами ладонями и пятками в уши Мидории.       Серьёзно, что случилось с людьми, которые сегодня вечером нацелились на его слушание?       Согнув колени, он откинулся назад, его верхняя часть туловища стала параллельно полу, а удар прошел высоко над ним.       Нанесите удар в голову, чтобы сбить противника с толку, а затем нацельтесь на ноги, пока противник сосредоточен на защите в верхней точке.       По крайней мере, он бы именно так и поступил.       Предвидя следующее движение мужчины, Мидория даже не потрудился выпрямиться и сразу же сделал сальто назад.       Удар мужчины пришелся в пустоту.       Когда попытка удара ногой вывела мужчину из равновесия, Мидория нанес ответный удар, и они вступили в быстрый ритм атак и парирований.       Продолжая бой, он делал ложные выпады, выжидая момента, чтобы оценить стиль боя противника, прежде чем контратаковать. Судя по тому, что он видел, этот человек был бойцом ближнего боя.       Резко повернув голову в сторону, Мидория уклонился от быстрого удара. И , как он отметил, был очень хорош в ближнем бою.       Ладно. Тогда пора переходить к нападению.       Между одним движением и другим он плавно менял стили боя, переходя от равномерно сбалансированного к чисто агрессивному.       Выдохнув, он ощутил внутри кусочек благословенной пустоты, расслабившись в приятной близости, которая пришла после многих часов, проведенных за практикой этих самых движений.       Продвинувшись вперед, он сократил расстояние между ними.       Опустите голову вниз и атакуйте центр. Инструкции эхом отдавались в его душе, пока он позволял своему телу прокручивать в памяти воспоминания об этой тренировке.       Один. С молниеносной скоростью он ударил основанием ладони по носу, а затем нанес удар ниже пояса в живот.       Два. Уклонившись от замахнувшегося на него предплечья, он шагнул вперед и нанес острый удар локтем в нижнюю часть подбородка, откинув голову назад и обнажив шею.       Где-то в глубине души он все еще помнил свой первый практический урок боевых искусств AVA и вводную лекцию.       Ключ к боевым искусствам или физическому сражению в целом — это знание того, как работает тело; не только тренировка своего тела, как двигаться, но и того, как заставить тело противника реагировать в вашу пользу.       Если только вы не обладаете выдающейся подготовкой к побоям, люди инстинктивно реагируют на удары, даже лучшие бойцы. Удар в живот — и тело сгибается, защищаясь. Если сломать нос — человек, как правило, пытается схватиться за кровоточащую конечность.       Секрет в том, чтобы заставить все эти движения плавно перетекать одно в другое, создавая настолько подавляющую атаку, что у противника не остается никаких шансов на контратаку, а каждый удар создает эффект водопада, который заставляет его тело подпрыгивать прямо перед вашей следующей атакой. Затем его учитель продемонстрировал это на нем, и, само собой разумеется, он стал способным учеником в силу необходимости.       Три. Он рванулся вперед и схватил мужчину за шею, болезненно впиваясь пальцами. Не прошло и пяти секунд, как он уже нанёс смертельный удар, каждый удар был экономным и эффективным. Стороннему наблюдателю было бы практически невозможно отследить его движения – головокружительный шквал движений, завершившийся тем, что он схватил противника за горло, когда тот напрягся. Его волосы снова развевались, но Мидория на этот раз проигнорировал их и крепче сжал их.       Мужчина стиснул зубы и издал задыхающийся рык.       Слава богу, шарфа у него сейчас не было. Это бы усложнило следующий этап.       Единственное решение, которое оставалось принять Мидории, — толкать или тянуть. Надавите и перекройте дыхательные пути противника и раздавите ему трахею или потяните и вырвите его трахею.       Прежде чем Мидория успел принять решение, пуля из угла комнаты пронзила его плечо, и ему пришлось отпустить. Откатившись в сторону, он услышал, как ветер от второго выстрела пронесся мимо его головы, и легко вскочил на носки.       Он услышал хрип где-то сбоку и увидел, как мужчина согнулся пополам, держась за шею и хватая ртом воздух.       На мгновение его охватил старый инстинкт – выследить цель и нанести смертельный удар. Однако, глядя на таинственного человека, он вспомнил, как тот бросился на своего друга, когда тот послал в него кинжал.       Он вздохнул и, словно заклинание развеялось, почувствовал, как падает вперед от изнеможения, не имеющего никакого отношения к бою, в котором он только что участвовал. Была большая вероятность, что этот человек попытается убить его позже, но сейчас он слишком устал, чтобы беспокоиться об этом.       Его мысли снова обрели фокус, когда он нырнул в сторону, а его тело автоматически отреагировало, чтобы уклониться от летящей пули.       Он всегда так делал. Как бы он ни старался, чтобы он оставался неподвижным, инстинкты всегда брали верх в последний момент, тело восставало против разума, когда оно срывалось на бой. К чёрту его тренировки.       Голос его старого инструктора насмехался над ним: «Тренируйся, тренируйся усерднее, тренируйся быстрее, тренируйся сильнее, тренируйся умнее. Тренируйся до тех пор, пока не сможешь ошибиться, даже если очень постараешься».       Ха, это ему сейчас аукнется. Либо это, либо его инстинкты самосохранения оказались слишком сильны.       Покачав головой, он проигнорировал подергивание перьев под поверхностью воды и вместо этого сделал глубокий вдох.       Плечо горело, и он сдержал стон, пытаясь замаскироваться. Лишь с огромным трудом воздух вокруг него замерцал, и ему удалось снова стать невидимым.       С раненым это всегда было сложнее делать. По крайней мере, пуля не задела ничего жизненно важного. Годы ушли на то, чтобы научиться маскироваться, используя лёгкие ранения. Он содрогнулся при мысли о том, что произойдёт, если его серьёзно ранят в разгар бандитской драки.       Оглянувшись, он взлетел к безопасному участку балки и увидел стрелка и раненого голосового пользователя у входа, которых защищали ещё пара бойцов. Сбросив камуфляж, он с трудом дышал, осторожно ощупывая место выстрела.       Возможно, ему следовало сначала разобраться со снайпером.       К счастью, рана оказалась не слишком серьезной, и, похоже, пуля прошла насквозь, а не застряла где-то в плече.       К этому времени бой в основном переместился в центр помещения. Пара бойцов всё ещё оставалась на окраинах склада, но большинство из них сосредоточились в одном месте, а бойцы дальнего боя расположились ближе к задней части.       Это был его шанс. Он мог в полной мере использовать свою Причуду против больших групп, и если уж ему предстояло убить конкурирующую банду, то заодно можно было расправиться и с Алым Синдикатом.       Сбросив камуфляж, он оттолкнулся от балки, разбрасывая перья и напрягая крылья.       Когда пернатые кинжалы достигли своих целей, люди внизу закричали от удивления и тревоги, и толпа бойцов быстро рассеялась.       Один из участников сражения сумел создать своего рода золотой энергетический щит, и бойцы в центре либо уклонялись от него, либо отделались порезами и царапинами.       Алому Синдикату не так повезло.       Люди Гирана закричали от ужаса, а те, кто не упал сразу, стали топтаться друг над другом в отчаянной попытке спастись.       Падая на землю, он активировал перья, призывая их, чтобы восстановить крылья и снова взмыть в воздух, снова став невидимым.       Никакой верности среди воров. Или, по крайней мере, среди некоторых из них, подумал он, нахмурившись.       Алый Синдикат, может, и пал, но остальные злодеи всё ещё держались. Этот щит спас их. В любое другое время Мидория с удовольствием бы изучил эту идею подробнее, ведь всё, что могло бы заблокировать Пернатую Бурю, непременно привлекло бы его внимание.       Но прежде чем он успел что-либо сделать, резкий удар электричества заставил его сбросить камуфляж и упасть с воздуха.       Он почувствовал знакомый запах шипения горящей плоти и задохнулся от боли, пронзившей его тело.       Вспышка гнева вспыхнула в нем, но он подавил ее, когда Гиран яростно выкрикнул его имя.       С трудом он взмыл в воздух, пролетел через всю комнату и оказался перед лидером Алого Синдиката.       Его снова пронзило потрясение, он прикусил губу и с трудом удержался на ногах.       «Ты проклятый сопляк. Если бы мы не были в разгаре битвы, я бы убил тебя прямо сейчас». Задыхаясь, Гиран прорычал и схватил Мидорию за шею. Его пальцы впились в ожоги под ошейником-шокером, и у Мидории потемнело в глазах. «Если ты не убьёшь этих героев, я вымажу тебя в дегте и перьях твоих же крыльев».       Несмотря на пронзившую его боль, Мидория уловил достаточно угроз Гирана, чтобы вздрогнуть; его внимание привлекло слово «герои».       Герои? Он не знал, что эти бойцы — герои. Он предполагал, что Гиран привёл его сражаться с конкурирующей преступной группировкой.       Гиран отпустил его шею и оттолкнул его назад, и он на мгновение замешкался, но, не получив никакого толчка, снова исчез из виду и взмыл к потолку.       Собравшись с мыслями, он отключился от разыгравшейся внизу битвы. Это всё изменило. Он не мог убивать героев. Он многое сделал в своей жизни, но он не стал бы убивать героев.       Крик прервал его мысли, и он услышал, как Гиран закричал: «Бирб!»       В голове у него роилась череда проклятий. Это чёртово имя. Он поклялся, что когда-нибудь убьёт их за это.       Он услышал яростный крик Гирана и почувствовал, как его организм потряс еще один удар тока.       Гиран находился в другом конце комнаты, и казалось, что он проигрывает бой.       С неловким стуком Изуку приземлился прямо в гущу схватки и оказался лицом к лицу с темноволосым мужчиной, с которым мы уже встречались. Судя по всему, он собрал свой рваный шарф и туго обмотал им шею, скрывая синяки, которые непременно должны были быть.       Упс.       Мидория почувствовал укол вины, вспоминая об этом. Он не знал, что этот человек герой, но тогда ему было всё равно, что он чуть не убил его.       Драка рядом с ними перекинулась в их угол, и один из членов Алого Синдиката, огромный зверь с двумя рогами, врезался в героя, его очки треснули и упали ему на шею.       Его причуда активировалась, и... Боже мой! Если бы очки не давали такого значительного тактического преимущества, Изуку посоветовал бы мужчине их снять, ведь тот рисовал ужасающую картину с горящими багровыми глазами, опасным выражением лица и чёрными волосами, развевающимися над головой.       Быстрыми и легкими движениями, говорившими о годах тренировок и опыта, герой с ужасающей скоростью расправился с членом банды и беспощадным броском плеча отправил его на землю.       Чернильные пряди волос вяло упали ему на плечи, а глаза потемнели, но когда Гиран зарычал, внимание героя снова вернулось к ним, и Изуку пришлось стоять на месте и сохранять бесстрастное выражение лица, хотя его крылья дрожали от страха.       Но глупость Гирана, казалось, не знала границ, и, подкрепленный присутствием Мидории, он рванулся вперед, направив руку на героя, когда человек в черном активировал свою Причуду; его волосы встали дыбом, а глаза снова засияли красным.       Мидория увидел, как Гиран ударил героя рукой, и напрягся, подавшись вперёд, но даже не был уверен, что пытается сделать. Остановить Гирана? Защитить его? Защитить героя?       Но ничего не произошло. Гиран замер, потрясённо глядя на свою руку. Герой не дал ему возможности отреагировать, а затем, используя более длинный кусок своего оружия, обмотал открытое запястье Гирана, вывернул его назад и привязал к плечу.       Мидория не стал пытаться остановить героя, предпочтя вместо этого наблюдать, как       Гирана без всяких церемоний связывают шарфом. Не обращая внимания на проклятия, которые изрыгал главарь, борясь с путами, он не мог отрицать лёгкое чувство удовлетворения.       Но это поставило его против героя. Мужчина не удостоил его даже второго взгляда, лишь прищурился.       В следующую секунду его кулак пролетел мимо лица Мидории, и тот едва успел моргнуть, медленно развернувшись. Его движения были далеки от тех точных и целенаправленных, которые были ему внушены. Вместо этого они были неряшливыми и рассеянными.       Причуда этого человека, похоже, заключалась в способности нейтрализовать другие причуды, что было крайне редко и невероятно полезно. Это было единственным объяснением, почему причуда Гирана не сработала.       Однако против мутаций это, должно быть, не работает, поскольку он вспомнил, как человек ранее пытался использовать его причуду против него, но безуспешно.       Мидория, пожалуй, был худшим противником для героя. Он уже решил, что не будет убивать героев. К сожалению, герой не получил эту записку, а с намордником он не мог ему ничего сказать.       Пока его разум метался от мыслей о том, как отследить бойцов вокруг него, и о том, как найти способ избежать этой схватки, его тело двигалось на автопилоте, пока он уклонялся от атак темноволосого мужчины, сосредотачиваясь исключительно на защите.       Вид ножа заставил его на время отбросить все остальные мысли, и он насторожился. Он сумел парировать удар, направленный в ногу, но сильный удар ногой в голову застал его врасплох, и лезвие ножа зацепило его. Он отшатнулся, и капюшон слетел с него от силы удара.       Наткнувшись на пятно света, он увидел, как глаза мужчины расширились от удивления.       «Ребёнок? Что…»       Воспользовавшись случаем, Мидория ринулся вперед, ударил мужчину коленом в живот и обхватил рукой его плечо, пока оно опускалось, прижимая его голову еще сильнее, а затем ударил мужчину ребром ладони по затылку.       Герой с болезненным вздохом упал, а Мидория молча извинился и взмыл в воздух.             Когда противник упал, он оглядел оставшиеся бои на складе.       Что он мог сделать? Он не мог убить героев, но и не мог справиться с людьми Гирана.       Шоковый ошейник настиг бы его прежде, чем он успел бы что-либо сделать, а они были слишком разбросаны и перемешаны с героями, чтобы он мог снова использовать «Перьевой шторм».       Краем глаза он увидел, как в воздухе к нему летит что-то маленькое и размытое, и резко обернулся, почувствовав, как что-то пронзило его бок.       Поднявшись на потолок склада, он прищурился, увидев перед собой человека в традиционном одеянии ниндзя и красном шарфе. Нижнюю часть его лица закрывала маска, но Мидорию больше беспокоил шарф. Неужели это ещё одно оружие захвата? Что не так с героями и их шарфами?       Мужчина исчез в легком движении, прежде чем отскочить от стальной балки.       Мидория едва успел перевести дух, как уклонился, и герой промчался мимо. Ныряя и перекатываясь в воздухе, он выжимал максимум из своей скорости и рефлексов, пока они летели в воздухе, обмениваясь ударами.       Когда он резко накренился вправо, едва избежав атаки, его осенила идея, и он посмотрел вниз на героя, приземлившегося на землю.       Он не мог убить героев, но и не мог уничтожить Алый Синдикат. Его лучшим решением было полностью прекратить эту битву, и единственный способ сделать это — заставить обе группировки отступить.       Герой рванулся к нему, а Мидория спикировал к земле, перекатился и взмыл вверх, расправив крылья.       Вытянув шею, чтобы следить за героем, он выстрелил в него одним пером за другим.       Благодаря молниеносной реакции герой увернулся в воздухе.       Они танцевали друг вокруг друга, поменявшись ролями, пока Мидория атаковал с молниеносной точностью, заставляя героя перейти к обороне.       Наконец, широко расправив крылья, он отпрыгнул назад, одним взмахом вылетев из комнаты. Он приземлился на краю комнаты, и, как назло, снова оказался напротив темноволосого героя. Взглянув на стальные балки, пересекающиеся на потолке и теперь усеянные затвердевшими перьями, он встретился взглядом с мужчиной.       «Беги», — молчаливо призывал он.       Он мог лишь надеяться, что герой поймёт его невысказанную мольбу. Широко расправив крылья, он поднял руку. Перья над ними дрогнули в стальных балках, прежде чем улететь обратно.       Бой прекратился, и все в замешательстве подняли головы, когда треснули балки и крыша склада издала зловещий стон.       «Шевелитесь!» — рявкнул герой.       Группа бойцов резко разделилась, когда обрушился потолок. Когда дерево и сталь с грохотом упали, а пыль и осколки взлетели в воздух, Мидория мрачно улыбнулся.