III

      Это оказалось намного сложнее, чем я думала.       На протяжении всего завтрака Амрит сиял, как начищенный медный таз, то и дело бросая на меня насмешливые взгляды. Мне же хотелось запустить в его голову тарелку и плеснуть сок в лицо.       Уверенности как-то поубавилось.       Киран, заметив мое настроение, обеспокоено коснулся моей руки. Я лишь ласково сжала его пальцы и ободряюще улыбнулась. Незачем его втягивать в наши с Амритом отношения. Тем более такие личные.       Поначалу завтрак проходил в полной тишине. Есть мне не особо хотелось, но и отказываться было неприлично, поэтому я лениво колупала вилкой в тарелке, стараясь ни на кого не смотреть. От столь увлекательного занятия меня отвлек голос госпожи Ситары.       — Как тебе спалось на новом месте, дочка? — участливо поинтересовалась свекровь. Ее серые глаза с интересом рассматривали меня. Красивое, еще довольно молодое лицо озарилось улыбкой, как только она обратила внимание на мой наряд. — Все ли понравилось?       Я едва не подавилась. Да уж, мама, первый вопрос и сразу точно в цель. Можно было даже не поворачивать голову, чтобы понять, что муженек просто прожигает меня взглядом.       — Все замечательно, спасибо, — я старалась выглядеть как можно более дружелюбно и надеялась, что мое лицо сейчас не напоминает спелый помидор. — Вы очень добры.       — Ой, ну что ты. Я же видела, как свадьба вымотала тебя, думала, что сегодня, уж точно, весь день отдыхать будешь. А ты ранняя пташка, оказывается. Я так удивилась, когда Амрит сказал, что ты уже поднялась. В такую-то рань.       В разговор вклинился молодой Дубей.       — Я и сам был удивлен, когда проходил мимо и услышал грохот из комнаты Амалы… — он склонил голову, словно подбирая слова. — Как будто разбилось что-то, — уголок его губ слегка дернулся, а зеленые глаза пристально следили за моей реакцией.       Я метнула в его сторону уничтожающий взгляд. Какого хрена?       — Грохот?! — округлила глаза госпожа Ситара. На мгновение показалось, что она сейчас выронит чашку из рук, — Все-таки что-то случилось? А ты, сын, даже не удосужился выяснить в чем дело?       Амрит примирительно поднял руки. Мне же захотелось провалиться сквозь землю. Вот же петух индийский! Мимо он проходил. Развлекается! Чего он добивается? Нужно было постараться успокоить госпожу.       — Все правда в порядке, не стоит переживать. Всего лишь зеркало упало в ванной. Я уже попросила прислугу прибраться. Кстати о прислуге… — я поспешила сменить тему, — Вчера вечером и сегодня мне помогала одна девушка, Канти. Я бы хотела, чтобы она была моей личной служанкой, если вы, конечно, не против.       — А… Да, конечно, — захлопала глазами свекровь. Она выглядела сбитой с толку и даже немного расстроенной. Бедная женщина. Она, очевидно, как радушная хозяйка, старалась для меня и теперь такой пустяк испортил ей настроение с самого утра.       — Большое спасибо, — искренне поблагодарила ее я и вернулась к завтраку. Хотелось еще что-то сказать, но я решила не раздувать угли.       На этом, к счастью, тема была закрыта. До конца завтрака меня больше никто не тревожил. Господин Девдас и Киран так вообще были сегодня немногословны. Свекр был погружен в свои мысли, а брат, судя по всему, так же, как и я, чувствовал себя не в своей тарелке.       Как только выдалась возможность, я сразу же покинула стол и, взяв из библиотеки первую попавшуюся книгу, сбежала на свежий воздух. Уверенным шагом я направилась в дальний угол сада, где под раскидистым деревом висели красивые резные качели. Это место было укрыто от посторонних глаз пышными кустарниками и шпалерами с чудесными плетистыми розами. Идеальное убежище. Я заприметила его еще во время подготовки к свадьбе и теперь спешила спрятаться там, чтобы перевести дух.       Стоило мне только удобно устроится на качелях и открыть книгу, это оказался какой-то исторический роман, как внутри возникло уже знакомое тепло и покалывание. Меня охватило волнение, а по коже побежали мурашки. Я тяжело вздохнула. Ко мне приближался Амрит. Вне всякого сомнения.       За последний год, я научилась игнорировать ощущения, вызываемые нашей связью и они практически не беспокоили меня. Но, как только мы стали проводить больше времени вместе, готовясь к свадьбе, связь, кажется, начала усиливаться и не замечать ее стало сложнее. А после прошлой ночи и подавно… И это меня совершенно не устраивало. Во время завтрака я была не в том настроении, чтобы думать еще и об этом, но зато теперь прочувствовала все в полной мере.       Пока я размышляла, Дубей подошел и уселся рядом.       — Снова прячешься? — съязвил он.       — Что тебе нужно? — буркнула я в ответ, не отрываясь от книги. Я продолжала бегать глазами по строчкам, хотя перестала улавливать смысл написанного, еще тогда, когда почувствовала приближение молодого господина.       Амрит усмехнулся и наклонился ближе, кладя руку мне на колено.       — Посмотрите, какая злая, — он картинно закатил глаза. — Это мне положено обижаться. Подразнила и сбежала, как последняя трусиха, оставив меня заканчивать то, что ты сама начала.       Я невольно представила что и как он заканчивал. Надеюсь хотя бы не на моей постели… Я прикрыла глаза, прогоняя непрошеные мысли, а затем сбросила его руку с колена.       Нужно пытаться играть по его правилам.       — Обидела тебя? — я надула губы и, слегка наклонившись, смахнула пылинку с его шервани. — Бедняжка. Ну ладно тебе, не дуйся. Во всем можно найти плюсы. — Да? — удивленно вскинул брови Амрит. — И какие же?       — Ну, скажем, я могла и откусить тебе что-нибудь от неожиданности, — мои губы растянулись в кровожадной улыбке, а Дубей еле уловимо поморщился. — И тогда твой день начался бы не с самоудовлетворения, а с поездки в госпиталь.       Так, умница, Амала.       — Ммм, как интересно, — закусил губу Амрит и я невольно залипла. Ощущения от этого диалога были крайне странными. — Что ж сама своему совету не следуешь? Вместо того, чтобы злиться и огрызаться, подумала бы о том, какое удовольствие ты получила и как тебе, наверняка, чудесно спалось после этого. Могла бы и поблагодарить.       Я лихорадочно думала, что ответить. Он был прав, в какой-то мере. Мне действительно было хорошо и сон потом был крепким и спокойным. Уже давно я не чувствовала себя настолько отдохнувшей. Но очень не хотелось подпитывать его и без того раздутое самомнение.       — Спалось и правда прекрасно, — сдалась я. — Спасибо, что напомнил мне о таком замечательном, недооцененном мной, свойстве оргазма. Дальше я уж как-нибудь сама.       Было удивительно говорить об этом. Но я гордилась, что смогла ответить спокойно и не смущаясь. Кажется я еще не до конца раскисла и потеряла сноровку.       Прилив вдохновения разрушил голос моего новоиспеченного супруга.       — А я могу посмотреть, как ты «сама»? Я постараюсь только смотреть, — прищурился он, одаривая меня похабной улыбкой.       Это невыносимо. Он невыносим. Он вообще о чем-то другом думает? Я почувствовала, как у меня дернулся глаз. Резко отодвинувшись, я громко захлопнула книгу.       — Не в этой жизни, Дубей! И вообще, больше не смей приходить в мою комнату без приглашения!       Зеленые глаза потемнели. Меня окатило волной раздражения. Непонятно только, чье оно. Было удивительно сложно отделить свои чувства от его.       Амрит шумно вздохнул и поднялся.       — Амала, хватит! Ты ведешь себя, как ребенок. Что за капризы? Может и приближаться к себе запретишь?       — Капризы?! Это для тебя всего лишь капризы? — я начала задыхаться от гнева. К горлу подступил ком. — Ты ждал, что я сразу прыгну к тебе в объятия, так? И даже не задумался, что, если бы я этого хотела, то уже давно сделала бы. А все потому, что ты думаешь только о себе! — хотелось вцепиться ему в волосы. Ну почему он такой? Почему не понимает? — К чему были все обсуждения перед свадьбой, если тебе плевать на мое мнение, на мои желания?! Мы женаты сутки, а ты уже одну договоренность нарушил. А дальше что? И остальные решишь не выполнять? Запрешь меня в комнате и будешь выпускать только чтобы похвастаться перед дюжиной? А, может, в один прекрасный день вообще решишь, что я больше нужна и избавишься?       Поток слов срывался с губ, на глазах проступила влага. Сил сдерживаться уже не было и первые крупные капли стекли по щекам. В глубине души я понимала, что нужно остановиться, что, возможно, я перегибаю палку, но чувства гасили доводы разума.       Некоторое время он молча рассматривал меня, а затем выудил из кармана платок и протянул мне.       — Успокойся, — тихо произнес он. — Я тебя понял. И от обещаний своих не отказываюсь.       Дождавшись, пока я возьму себя в руки, он развернулся, собираясь уходить, но вдруг остановился, словно вспомнил что-то.       — Ах да, забыл сказать. Госпожа Прасад приглашает тебя в свой дом на встречу жен членов дюжины, — он помедлил. — Ты, конечно, можешь не идти, но, думаю, это неплохая возможность наладить связи.       Такая резкая смена темы немного озадачила меня. Я несколько секунд растерянно смотрела в его лицо. Вместо нагловатой улыбки и смешливых глаз было нечто другое, незнакомое и едва уловимое… Смущение?       — Знаю, — я неуклюже поерзала на качелях. — Она вчера лично пригласила меня. Я пойду.       — Хорошо, — коротко кивнул он и направился в сторону дома.       Я рассматривала землю под ногами и нервно теребила ткань сари. Руки слегка дрожали, а в голове все еще прокручивался наш разговор. Как глупо, в первый же день все пошло наперекосяк. Страшно подумать, что дальше будет.       Спустя некоторое время рядом снова раздались шаги. На этот раз ко мне шла Канти с изящным позолоченным подносом в руках. Я уже хотела спросить, в чем дело, но девушка заговорила первой.       — Госпожа, это велели вам принести. Могу я оставить?       Дождавшись моего кивка она осторожна поставила поднос рядом со мной. На нем были чашка чая, фрукты и сладости.       — Кто велел тебе?       — Молодой господин, — она переступила с ноги на ногу. — Сказал, что вы за завтраком почти ничего не съели.       Внутри что-то неприятно кольнуло. Дабы заглушить это чувство, я взяла чашку с чаем и поднесла к губам, носа тут же коснулся легкий аромат трав. Я слегка напряглась.       — Ты что-то добавила в чай? — спросила я, вновь поднимая взгляд на девушку.       — Д-да, господин велел добавить успокоительную настойку, — она сделала шаг ко мне. — Вы плохо себя чувствуете? Может лучше сопроводить вас в вашу комнату?       — Нет, не нужно, спасибо. Можешь идти.       Канти поклонилась и быстро скрылась за шпалерами, оставляя меня вновь со своими мыслями.       Я осторожными глотками отпивала ароматный чай и меня начинало тревожить уже новое чувство. Чувство вины. Несмотря на сцену за завтраком, Амрит заметил, что я не ела, да и теперь, все же, понял, что мои нервы расшатаны и мне нужна помощь, даже такая. Все это, конечно, не отменяет того, что он идиот, но и я не лучше.       Со всем этим нужно было что-то делать. Но я не понимала с чего начать. В голове была какая-то каша. Хуже того, меня накрыла такая апатия, что хотелось просто пустить все на самотек. Какая же я слабая. Позор. Зачем вообще тогда нужно было все это начинать?       Приступ моего самобичевания прервало ощущение присутствия. Кожи коснулся прохладный ветерок, наполненный ароматами жасмина и бергамота.       — Рита-Шива, — задумчиво произнесла я, не поворачивая головы. — Давно ты не приходил.       — Я появляюсь там, где мое присутствие наиболее необходимо, — раздался спокойный голос рядом.       — Стало быть сейчас оно необходимо здесь? — все так же задумчиво поинтересовалась я. Кажется чай уже начал действовать.       — Не печалься понапрасну, госпожа Басу, — проигнорировал мой вопрос аватар порядка.       — Легко сказать, — я невесело усмехнулась. — Ты ведь, наверняка, все видел. Почему все так глупо? Почему нельзя просто следовать задуманному и не усложнять жизнь?       — Ты очень прагматична, госпожа. Боюсь у твоего супруга более чувственное восприятие и тебе нужно принять это, — его губы дрогнули в улыбке. — К тому же, не забывай о вашей связи.       Я раздраженно поморщилась и, поставив чашку на поднос, повернулась к Вайшу.       — Это ты меня сейчас так ненавязчиво черствой и холодной назвал? — я вскинула бровь, а он лишь шире улыбнулся и неопределенно качнул головой. — Чувственность мне тоже не чужда, но сейчас она меня мало интересует. У меня другие цели. Я хочу, наконец, найти свое место, свое дело. Я так долго борюсь за это, что не могу больше ни о чем думать. Что я за Басу, если не в силах снова возвысить свой род?       Рейтан спокойно, с некоторым сочувствием смотрел на меня. Мне же хотелось вновь расплакаться.       — Эти слова должны быть адресованы не мне, госпожа, — ласково проговорил Вайш. — Он поймет.       Аватар исчез, не дожидаясь моего ответа.

***

      Дом семьи Прасад был намного меньше резиденции Дубеев, однако по вычурности превосходил его, наверное, в сотни раз. Обилие дорогой мебели, отделки и антиквариата на квадратный метр поражало. В то же время, все выглядело через чур аляписто, не было гармонии. Очевидно, у хозяев дома проблемы с чувством меры. И, казалось бы, меня не должны касаться вкусы обитателей дома, но ощущение какого-то хаоса прочно засело в моей голове, стоило только переступить порог. Я словно попала на ярмарку. Очень дорогую ярмарку.       Меня, как и всех остальных гостей, пригласили в просторную гостиную, где заранее были подготовлены чай и угощения. Я присела на небольшой диванчик рядом с госпожой Прасад и окинула взглядом присутствующих. Все собравшиеся были женами и невестками глав семей дюжины. Со всеми я была знакома, но довольно поверхностно. Моя свекровь, как оказалось, предпочитает не посещать эти встречи, поэтому самой близкой моей знакомой на этом вечере была Лалит Шарма. Забавно. Мы не водили с ней дружбу и, едва ли, обмолвились десятком слов за последнее время, но я была рада ее присутствию.       Признаться честно, я не понимала, с какой целью мы вообще собрались. Никаких вступительных слов не было, все просто пили чай, ели сладости и трещали без умолку. Сначала хозяйка дома самозабвенно распиналась о том, какую великолепную и, конечно же, баснословно дорогую итальянскую плитку для уборной ей удалось купить. Ее тут же подхватила госпожа Тхакур, во всех красках описывая невероятный, эксклюзивный комплект мебели, сделаный на заказ в единственном экземпляре, тоже недешевый, конечно же. Дальше вклинилась госпожа Рай с рассказом о старинном китайском сервизе, который ее умница-сын привез из поездки. И так по цепочке. Каждая старалась хоть чем-то похвастаться перед собравшимися.       Первое время я пыталась прислушиваться к разговорам, но быстро поняла, что ничего интересного не услышу. Голова кипела от гула и обилия ненужной информации. Я вновь взглянула на Лалит. Она скучающе смотрела в окно, всем своим видом демонстрируя свою незаинтересованность в происходящем. Шарма единственная здесь не считала необходимым улыбаться и лицемерить, чем вызывала у меня только уважение. Несмотря на то, что она девушка, характер у нее по-настоящему Дубейский. Было в ней что-то, что напоминало мне Амрита… При мысли о нем я тяжело вздохнула. Мы с ним так и не поговорили. Последние две недели мы почти не пересекались. Он, конечно, намеренно не избегал меня, но и не искал моего общества. И, казалось бы, меня должно было все устраивать, но внутри сверлило неприятное чувство. Однако сама я тоже не спешила идти на контакт, то ли из гордости, то ли из детской трусости. Я не могла придумать, с чего начать разговор, чтобы окончательно не выставить себя дурой.       Из раздумий меня вытянул настойчивый голос хозяйки дома.       — А вы что же, госпожа Басу-Дубей?       Я моргнула несколько раз, возвращаясь в реальность и поняла, что взгляды всех присутствующих обращены ко мне.       — Что? — нервно переспросила я. — Простите, я немного задумалась.       — Надумали уже изменения в своем новом доме?       Я не успела и рта открыть, как за меня уже ответила госпожа Тхакур, вальяжно расположившаяся на диванчике напротив.       — Ну что за глупости. Зачем госпоже Амале забивать голову такими мелочами, за нее и так все сделают. Главная госпожа Бенгалии может жить в свое удовольствие, ни о чем не думая и не заботясь. С таким-то мужем, — последнее слово она произнесла с особым нажимом и дернула бровями.       Я с силой сжала челюсть, закипая от раздражения, что не осталось незамеченным собеседницами. Очевидно, что речь шла не только об управлении домом. Они считали меня приживалкой во влиятельной семье. Раз сама не дотянулась до вершины, то решила пристроится к власти Дубеев и пользоваться их именем. Это было настоящее хамство, пусть и завуалированное и все это понимали. Они провоцировали меня, но делали это так, чтобы я не могла ничего предъявить.       Я изо всех сил старалась не поддаваться.       — Отчего же, есть некоторые мысли, — спокойно начала я, натягивая улыбку. — Но это так, незначительные изменения. До вас мне, конечно, далеко. Пока у меня есть дела поинтереснее. А этим, возможно, займусь на пенсии, если уж совсем нечего делать будет.       Судя по округлившимся глазам присутствующих и нервному вздоху госпожи Тхакур, мой посыл был понят верно. Я довольно улыбнулась и откинулась на спинку дивана. Вот и жуйте свою же грязь, дамы.       В разговор неожиданно вмешалась Лалит.       — Вот уж действительно, госпоже Басу-Дубей есть чем заняться… С таким-то мужем, — она криво ухмыльнулась и, поднявшись со своего места, направилась в мою сторону. — Душно здесь. Амала, не хочешь выйти подышать свежим воздухом?       — С удовольствием, — я встала и разгладила юбку. — Идем.       Мы с Лалит проследовали к небольшому балкону, выход на который располагался в дальнем конце гостиной. Я облокотилась на перила и сделала глубокий вдох. Прохладный воздух немного остудил мое раздражение.       — Не обращай на них внимания, — заговорила Шарма, встав рядом. — Их бесит, что ты снова разрушила их надежды.       — Снова?       — Ну сама подумай. У них у всех есть, дочери, внучки, племянницы… Понимаешь, к чему я веду? — она заговорщицки улыбнулась, а я закатила глаза. — Породнится с Дубеями — большая удача. Год назад многие надеялись, что ты вообще не появишься в Калькутте, но ты приехала, однако отказалась выходить за брата и, тем самым, снова обнадежила их. Ну а теперь… — она театрально вздохнула. — Ты и эту надежду отобрала. Какая же ты жестокая.       Лалит разразилась задорным смехом и я тоже не смогла сдержаться. Прикрыв лицо руками, я хохотала от всей души и меня совершенно не волновало, что остальные могут услышать.       — Плевать на них, — отсмеявшись я подняла голову, рассматривая звездное небо. — Зачем ты ходишь на эти сборища?       — Чтобы не забывать, с кем имею дело и даже не помышлять о дружбе с ними, — мгновенно ответила Шарма, поправляя сари. — Я редко появляюсь на этих шабашах, но Амрит сказал, что ты сегодня придешь, вот и я решила присоединиться, понаблюдать. И не зря пришла, — она коснулась моего плеча.       — Клянусь, ты удивительный человек, — я наклонилась, достала свою флягу и сделала несколько глотков. Затем, поймав недоуменный взгляд Лалит, протянула ей сосуд. — Будешь?       Она неуверенно приняла флягу из моих рук, несколько секунд не решаясь попробовать содержимое. Глубоко вздохнув, Шарма сделала один большой глоток и тут же зашлась кашлем, жадно хватая воздух.       — Басу! — прохрипела девушка. — Это что, ракетное топливо?       — Почти, — меня снова пробрал приступ смеха. — Виски. Односолодовый, — я легонько похлопала собеседницу по спине. — Дыши, Лалит.       — Да ну тебя! — фыркнула Шарма, усмехаясь. — Поехали по домам. Больше здесь нечего делать.       Я одобрительно кивнула в ответ и направилась обратно в зал.        Мы не стали объяснять причины столь раннего отъезда, а лишь коротко попрощались с хозяйкой и поспешили покинуть поместье.       Только вернувшись в резиденцию Дубеев я смогла расслабленно выдохнуть. Я еще не до конца освоилась здесь, но уже чувствовала себя намного спокойнее и увереннее. По крайней мере, в этом доме никто не проявлял ко мне и брату какую-либо враждебность и я даже могла назвать его своей крепостью, пусть и с натяжкой.       Я направилась в маленькую гостиную, надеясь найти там Кирана, он часто проводил там время в последние дни. Однако, вместо брата, я наткнулась на Амрита, который листал свой ежедневник. Почувствовав мое приближение, он оторвался от своего занятия.       — Прости, я не хотела тебя отвлекать, — я остановилась у входа. — Думала здесь Киран.       — Все в порядке, я уже закончил, — Дубей похлопал по дивану, приглашая присесть. Я неспешно подошла и аккуратно опустилась рядом. — Твой брат отпросился встретится с друзьями. Но, сдается мне, тут замешана девочка Банерджи.       Мне не понравилось, что даже здесь все решается без моего ведома. Стихающее пламя раздражения начало снова разгораться.       — Не злись, — поспешил успокоить меня Амрит. — Что в этом такого? Кирану нравится эта девочка, ей он, судя по всему, тоже симпатичен. Они подходят друг другу по статусу. Пусть хоть у них все сложится, — он поджал губы. — О безопасности тоже не беспокойся. С ним водитель и три человека охраны.       — Ладно, хорошо, — согласились я, устало вздыхая. Он был прав, поэтому спорить не было смысла.       — Как прошла встреча, — поинтересовался Дубей.       — Я не поняла, что это вообще было, — мой голос слегка дрогнул. — А еще, оказывается, я должна была начать ремонт во всем поместье в первый же день замужества.       — Да? — Амрит тихо засмеялся. — Если тебе хочется, то ты вольна делать здесь что угодно и где угодно. Мама тоже не будет против.       — Где угодно говоришь? — я изогнула бровь и ехидно улыбнулась. — Что ж, тогда начну, пожалуй, с твоей спальни. Прикажу выкрасить все в розовый цвет. Самый тошнотворный, какой только смогу найти.       Дубей рассмеялся громче. Я же словила себя на мысли, что звук его смеха кажется мне очень приятным.       — Без проблем, женушка, — хитро прищурился он. — Тогда я просто перееду в твою спальню.       — Ты снова начинаешь? — я напряглась, веселье сняло, как рукой.       — Это всего лишь шутка, Амала, не заводись, — нахмурился Амрит.       Я ничего не ответила, продолжая сверлить его взглядом. Он тяжело вздохнул.       — Послушай и не воспринимай в штыки, — Дубей коснулся моего плеча. — Тебе, в первую очередь, нужно научиться держать себя в руках. Это необходимо для того, чтобы не показывать посторонним свои слабости, позволяя давить на них. К тому же, служение нашей Махадеви также предполагает чистоту разума и тела. Этого можно добиться различными практиками. Йога, чтение мантр, соблюдение аскезы, очищающие ритуалы. В нашей библиотеке есть литература по этой теме. Многое я практикую сам и готов показать тебе, если ты хочешь.       — Хочу, — прошелестела я, опуская глаза. — Извини, у меня просто нервы сдают немного.       — Понимаю, — он осторожно заправил прядь волос мне за ухо. — Я тут подумал… В ближайшее новолуние нужно провести небольшой ритуал и я готов поручить это тебе.       Я не поверила своим ушам. На секунду у меня пропал дар речи.       — Доверишься мне? — изумленно переспросила я.       — Почему нет? Думаю ты справишься, нужно только тебя немного подготовить. В крайнем случае, я буду рядом и помогу.       Я с трудом удержалась, чтобы радостно не бросится ему на шею.       — Спасибо, — мои губы растянулись в счастливой улыбке и он улыбнулся мне в ответ.       На несколько минут в комнате воцарилось молчание. Я уже собиралась встать, чтобы уйти к себе в спальню, но тут Амрит снова заговорил.       — Ты же понимаешь, что нам нужно научиться жить вместе? — вкрадчиво начал он.       Это была тема, которую обсуждать очень не хотелось. Сердцебиение ускорилось, а мозг лихорадочно искал повод избежать разговора. Но я тут же мысленно одернула себя. Нам нужно поговорить. Сейчас. Да и вообще, я уже поняла, что с Дубеем о проблемах нужно говорить прямо и честно.       — Понимаю, — голос звучал тихо и неуверенно. — Но ты слишком давишь на меня. Я… Я не могу так сразу.       — Неужели я тебе совсем не нравлюсь? — он выглядел спокойным, но, благодаря нашей связи, я чувствовала, что его самолюбие было задето.       — Ты о внешности или…       — Обо всем, — перебил меня Амрит.       Почему-то начали гореть щеки. Кусая губу и думая, что сказать, я окинула взглядом его лицо. Аккуратные черты, пухлые губы и невероятной красоты глаза, обрамленные длинными ресницами. Что уж греха таить, он был очень привлекательным. Я, собственно, никогда этого и не отрицала. Поэтому, раз я решила поговорить с ним честно, то и на этот вопрос нужно было ответить правду.       — Ну… Ты красивый мужчина, очень красивый, тебе и так это известно, но вот твой характер… — я глубоко вздохнула и повернулась к окну. — Порой мне хочется убить тебя и скормить бродячим собакам.       Амрит прочистил горло и придвинулся чуть ближе. Я почувствовала, что его сердцебиение тоже ускорилось.       — Я постараюсь что-нибудь с этим сделать, — хрипло проговорил он и по коже мгновенно побежали мурашки.       — С характером или моим желанием убить тебя?       — И с тем, и с другим, милая, — он легонько мазнул пальцем по кончику моего носа и поднялся с дивана.       Он ушел, а я еще долго переваривала сказанное, гадая, что он имел ввиду.