Часть 13

Глава 13.

Кабинет Ская. Новая динамика была хрупкой и странной. Скай больше не пытался унизить Блум колкостями или холодностью. Его вызовы в кабинет стали строго деловыми: обсуждение планировки, выбор материалов, сроки сдачи. Он говорил с ней ровным, профессиональным тоном, глядя в чертежи, а не на неё. И в этой предсказуемости была своя странная безопасность. Однажды они склонились над большим распечатанным планом, разложенным на столе. Скай показывал ей какой-то технический нюанс, его палец скользил по бумаге. Блум, стараясь сосредоточиться, кивала, хотя чувствовала лёгкое напряжение от его близости. Дверь резко распахнулась без стука. В проёме, как всегда, эффектная и ядовитая, стояла Диаспора. — Оооо, — её голос прозвучал сладко-колко, как испорченный мёд. — Ну конечно. Она снова в твоём кабинете. Неужели рабочих часов недостаточно для ваших... совещаний? Блум замерла, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. Она приготовилась к взрыву, к сарказму, к тому, что Скай либо грубо оборвёт её, либо, что хуже, согласится с Диаспорой. Но он просто медленно выпрямился. Его лицо не исказилось от гнева. Он спокойно посмотрел на Диаспору, и его голос прозвучал ровно, но с неоспоримой твёрдостью, которую Блум слышала от него впервые по отношению к блондинке. — Диаспора, мисс Питерс работает над проектом, который курирую я. Мы обсуждаем рабочие моменты, — он сделал небольшую, но очень весомую паузу. — А тебя я попрошу удалиться. Сейчас не время для личных визитов. Воздух в кабинете наэлектризовался. Диаспора осеклась, её карие глаза расширились от изумления и мгновенно вспыхнули обидой. Она явно ждала другой реакции — чтобы он встал на её сторону, чтобы устроил сцену. — Но, Скай, я... — Я сказал, — перебил он её, не повышая голоса, но его тон не оставлял пространства для споров. — Выйди и закрой дверь. Она постояла секунду, сжав губы, бросив на Блум взгляд, полный такой ненависти, что, казалось, мог испепелить, и с грохотом захлопнула дверь. В наступившей тишине Блум не решалась пошевелиться. Она смотрела на Ская, ожидая, что он сорвёт на ней своё раздражение. Но он просто повернулся обратно к столу, как ни в чём не бывало. — Итак, как я и говорил, — его голос вновь приобрёл деловую нейтральность, — инженеры настаивают на усилении этой балки. Как ты думаешь, мы можем обыграть это визуально, чтобы не нарушать концепцию? Он смотрел на чертёж, но Блум какое-то время не могла вымолвить ни слова. Её ум отказывался обрабатывать произошедшее. Он заступился за неё. Не грубо, не с яростью, а спокойно и решительно. Он впервые поставил Диаспору на место, и сделал это из-за неё. Из-за их работы, но всё же. — Я... я думаю, да, — наконец выдавила она, заставляя мозг сосредоточиться на линиях и цифрах. — Мы можем использовать её как элемент зонирования. — Покажи, как, — кивнул он, и они снова погрузились в обсуждение. Но для Блум всё изменилось. В воздухе витало нечто новое. Не прощение, не близость, а некое зарождающееся уважение. И это было страшнее и опаснее всех его прошлых насмешек и поцелуев, потому что давало крошечную, дрожащую надежду.