Сила и приданное к ней

Когда Итадори Юдзи ещё смотрел на мир глазами маленького ребёнка, где-то на задворках сознания он уже понимал, что что-то не так. Что он отличается. Была эта странная атмосфера, будто бы пока не глубокая пропасть между ним и другими детьми. С годами пропасть становилась всё глубже. Это началось с малого. Чуть быстрее тут, посильнее здесь, среагировал лучше там… А потом это начало нарастать. Словно снежный ком, случайно вышедший из под контроля и разросшийся до неудобных размеров. Это был факт. С каждым годом он был всё сильнее, с каждым годом он был быстрее, с каждым годом его рефлексы становились лучше. Не понемногу. Он слишком просто и быстро перегнал во много раз сверстников. А после и тех, кто гораздо старше, тех, кто должен был быть куда сильнее и опытнее. На него смотрели с восхищением. На него смотрели с завистью и отвращением. На него смотрели со страхом и алчностью. Его перестали брать в игры, ведь у него несправедливое преимущество в виде собственной особенности. Расстояние между ним и остальными становилось всё больше. Дед в перерывах между своим отсутствием отдавал его в разные кружки. Карате, дзюдо, что только ни придумывал дед… большинство из них он быстро покинул, ведь наставники хотели как-то использовать его силу. Дольше всего держалось карате. Так он и остался один. Среди кучи людей, желающих с ним пообщаться, и не имеющий никого рядом. А он продолжал становиться сильнее. В начале подросткового возраста он для интереса попробовал поднять небольшой грузовой автомобиль. Это было легко. Он спокойно прыгал на высоту третьего-четвертого этажа и чувствовал себя отлично. Он ранился во время готовки и к вечеру все следы пропадали. (У последнего был предел на серьёзность ран, но всё же…) Он… Он мог многое, но, о ками, как же он от этого устал! Итадори сделай то, Итадори сделай это, Итадори, а ты можешь… И все эти бесконечные “Итадори! Итадори!” стучали по ушам не хуже сильной колонки под боком. Он улыбался, он был вежлив и старался наладить хорошее отношение со всеми, но… Они всегда, всегда, от него что-то хотели. И никак иначе. Победа в соревнованиях, престиж для клуба, физическая сила для каких-то дел, репутация в школе за счёт хороших отношений с ним, устрашение… Если задуматься, список набирался внушительный. Он всегда делал глубокий вдох, считал до десяти и выдыхал до конца, насильно успокаиваясь. Вот только собственной нестабильности ему и не хватало для счастия, спасибо большое. Во всём остальном он был… почти обычным. Ну, то есть, да, у него мертвы оба родителя и он, фактически, сирота. Не то, чтобы это не повсеместное явление, но все же не большая часть людей. А ещё дед – единственный известный живой родственник и его опекун – постоянно пропадает не понять где. Вы не подумайте, Юдзи прекрасно понимал, что дети – это дорого. Особенно когда ты пенсионер и единственный кормилец в семье. Ухудшающееся здоровье, отсутствие былой живости… И всё же тут вопросов не было. Где бы дед ни пропадал, деньги всегда были. Не богато, но на относительно скромную жизнь хватало. (То есть, да, они не могли себе позволить что-то дорогое на постоянной основе, но неплохой выбор продуктов в магазине, добротная одежда и прочее было вполне доступно. Даже на сладости иногда хватало) Но даже так…. Самой большой проблемой было и являлось пустое, холодное одиночество. Между ним и миром будто бы была маленькая пропасть, размером с бесконечность. В конце концов, в глазах общества ему не разрешалось плакать или испытывать боль, а ещё стандартные человеческие слабости навроде болезни, недомогания, усталости и апатии. “Ты же сильный!” – говорили они. И он был. Правда был. Он помогал всем и каждому на пути, он старался улыбаться и не терять веры, старался сделать всё, чтобы увести внимание от своей ненормальности. Ведь вот же он, посмотрите! Э-эй, это Итадори Юдзи, добрый и смешливый паренёк, всегда готовый помочь и ужасный в науках. Заметьте меня! Меня, а не мою силу! Ну пожалуйста… пожалуйста? Он делал всё для этого, но это ничуть не делало ситуацию лучше. Иногда даже наоборот. В младших классах, когда он пытался так делать, к нему как-то подошел один мальчик со злобой в глазах и словами “Ты смеёшься над нами? Ты думаешь, ты гораздо лучше нас, поэтому насмехается, передразнивая обычных людей?!” Юдзи тогда посмотрел на него с искренним непониманием. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но мельком оглядел собравшихся полукругом других ребят. Все они смотрели на него с отвращением, с недовольством и пренебрежением. В тот раз он смолчал и незаметно ускользнул домой. Тогда он в первый раз задумался, что действительно несёт за собой его сила. Больше он в игры не играл. Однако на него все равно смотрели со скрытым презрением. Но теперь ещё и за то, что он, видите ли, слишком выше их, простых смертных, чтобы играть в их игры и взаимодействовать со сверстниками. Тогда у него сломалась логика. То есть, в игры его принимать не будут, ведь он слишком силен. Разговаривать нормально с ним не будут, ведь он таким образом насмехается над “обычными смертными”. О, но и пойти просто домой он не может, ведь таким образом выражает слишком высокую самооценку, горделивость и взгляд с высоты на эти самых “обычных смертных”. Он что, должен быть мальчиком на побегушках? Идти к ним по первому зову с помощью или что там от него потребуется? Быть вечным сторонним наблюдателем и смотреть как веселятся другие, пока он сидит на скамейке и наблюдает? Ловить насмешливые взгляды особо одаренных? Он всё верно понял? Когда это стало новым видом издевательств: поглумись над Итадори, подергай за усы тигра в клетке, и найти все новый способ указать на его неполноценность и возвышение за счет других. Когда обвинения начали доходить до абсурда, он не выдержал и вмазал первому попавшемуся в нос. До влажного хруста и последующего вскрика. Тщательно контролируя силу, конечно. Он не хотел убить кого-нибудь ненароком. И он бил. И он продолжал. И вскоре никто и мимолетного взгляда на него не бросал. В старшей школе он решил действовать аккуратнее. Работая на “Я мальчик-зайчик, солнечный луч в обществе многих туч. Туповат и неловок. А ещё, как и полагается дураку, нечеловечески силён” И это даже почти работало. После прошлого опыта он откровенно боялся дальше вводить людей в заблуждение. У него появились также очередные учителя, записывающие его в какую-нибудь очередную секцию. Он лишь устало вздыхал, более никак не реагируя. Свыкся и продолжал активно противостоять. А потом… Вернувшись из поездки, дед заболел. И это было началом чего-то.