Часть 3

На моём нижнем левом веке осталось всего две реснички. На правом – чуть больше. Я сижу и подкрашиваю, точнее рисую, брови. Пью кофе. Смотрю на срач, оставленный на кухонном столе и думаю о том, что когда уже мой сын Вадим научится убирать за собой. Ну или съедет. День сегодня пасмурный, дождливый. Сегодня я вышла из дома. Прогулялась до поликлиники, зашла в аптеку. В принципе, учитывая мою нынешнюю реальность, это мой стандартный выход из дома. Абсолютно скучная жизнь. Да и раньше было не лучше. Никаких развлечений, кроме работы и алкоголя. И редких встреч с подругами. Никаких прогулок с мужем или детьми, никаких поездок. Дети уже не маленькие, а мужу не интересно. Не интересно со мной гулять, а о совместном каком-то пусть даже и маленьком путешествии и заикаться нечего. Разве что съездить и купить школьные принадлежности или съездить со мной в больницу. Точнее Валера ездил со мной только дважды: на узи и в онкологию, когда поставили диагноз. И вместо поддержки, вместо хотя бы объятия он мне сказал свое стандартное: —А чего ты ожидала? И правда. Нихуя. Мне часто кажется, что он со мной только из-за того, что я являюсь матерью его детей. И всё. У нас нет никаких общих интересов, разве что кроме каких-то телепередач и фильмов. Мы не гуляем, не играем, не проводим время вместе. Нам даже и поговорить - то толком не о чем. Кроме как о работе, моей болезни или о каких-то родственниках. С его стороны. Со своей я даже вспоминать не хочу. Если подумать, то в моей жизни вообще не было ничего хорошего. Кроме рождения детей. А может я и не заслуживаю быть счастливой? Мне только начало казаться, что в жизни что-то стало налаживаться, как вдруг лицо тупо встретилось с асфальтом. У меня не осталось надежд на что-то хорошее. Да, где-то в глубине души я верю, что когда-нибудь этот кошмарный эпизод в моей жизни закончится. Но сколько ещё страданий на мою долю выпадет? Сколько? Сколько мне вообще осталось жить – то? Если я глупо надеясь, что мой лимфоузел это просто какая-то застуженная фигня, сознательно сократила себе жизнь? Я решила только одно: пока жива — буду писать. Писать все, что со мной происходит. Порой даже до абсурдных мелочей. И верить в лучшее. Я все чаще прихожу к выводу, что если поправлюсь, то буду жить одна. Устроюсь в городе где-нибудь на работу, сниму комнатушку и буду в ней жить. Одна и никому ничем не обязана. Да и в случае рецидива будет проще добраться до онкологии. Не нужно будет вставать в пять утра, идти на поезд, а потом ещё полгорода ехать на троллейбусе. Клевать носом, ожидая, пока вызовут в кабинет химиотерапевта. Ехать обратно на поезде, боясь проспать после химии свою остановку. Я смогу чаще видеться со своей подругой детства Яной, с которой мы смогли сохранить общение. Заведу себе молодого любовника с которым мы будем гулять, ходить куда-нибудь на свидания или в кино. Ездить куда-нибудь вместе с ним. Потенциальный есть, но я не была уверена в нем на сто процентов, поэтому и оставила его в покое. А вот он меня — нет. Когда я узнала, что у меня рак, то Глеб пытался как-то шутить, абсолютно не умея поддерживать. И тогда я сказала ему: —Если ты не умеешь поддерживать, тогда лучше просто промолчи. И он замолчал. Месяца на два. А потом в какой-то момент, в одно моё плаксивое утро он написал, чтобы я сходила на вайлдберриз и забрала подарок. Я стала собираться, периодически плача, размазывая макияж. Параллельно перекидываясь с ним сообщениями. Я так медленно собиралась, отвлекалась без конца, оттягивала момент выхода из дома. Даже зачем-то взяла укулеле, побренчала на нем неумеючи играть абсолютно. Посмеялась с самой себя. Мне ведь сказали сходить и забрать подарок, зачем я вообще взяла укулеле? Одним из подарков была книга моего любимого автора Александра Варго, а второй был упакован с надписью «осторожно, хрупкое». Я стала распаковывать подарок, нахмурив брови. А когда открыла, то чуть не засмеялась в голос прямо на пункте выдачи. Внутри был бокал с надписью «Milfa». В тот день я улыбалась как дурочка, настроение сразу поднялось. Пусть это и мелочь, но он сумел меня хоть немного порадовать. Самое забавное, что из этого бокала теперь пьют все, кроме меня. —Это теперь мой любимый бокал, - сказал мне Валера. Я усмехнулась про себя. Забавно вышло ведь. Ты пьёшь из бокала, что подарил мне Глеб. Пользуешься маникюрными принадлежностями, что так же подарил мне он. Хранишь деньги в книжке, что подарил он. Я смеялась про себя. Внутри меня был этот маленький, чертовски сладкий момент — мир по-прежнему может быть идиотски смешным, даже когда пытается тебя задушить. Но не нужно думать, что я такая птичка не хорошая. Все это общение было редким и поверхностным ровно до того момента, как Валера мне изменил. Изменил, потому что хотел наказать меня за что-то, возможно. По его словам, я относилась к нему плохо. А сам же он даже не обращал внимания как относится ко мне. Именно в тот момент, к слову, я и решилась сменить работу. Иначе и так протекающий чердак развалился бы окончательно. Валера ползал передо мной на коленях, умоляя простить. А я и простила. Точнее сделала вид, что простила. На самом деле у меня особо — то и выбора не было. У меня нет никаких родственников, чтобы помочь хотя бы с присмотром за детьми. Яна далеко, да и у неё своя семья и заботы. А ещё и отсутствие у меня нормального жилья. И страх, что моя работа временная. Даже не страх, а какое-то предчувствие. Тогда Валера и уделял мне внимание, гулял со мной, разговаривал. Даже начал скучать в моё отсутствие. Но тем не менее продолжал написывать своей любовнице сообщения. Мне хочется блевать от всего этого. Он не ей одной писал. Он писал много кому. И я за всем этим наблюдала, имея доступ к его аккаунту. То ли это был мазохизм, то ли я его разлюбила. Но его измена зацепила меня, и оставила огромную дыру в сердце. Зато теперь я мысленно отпустила его. Даже если он и уйдёт от меня, когда я поправлюсь, то это меня больше не зацепит так сильно. По сути ведь я как была одинока рядом с ним, так и осталась. Когда я заболела, все это для меня перестало иметь значение и перестало быть важным. И его измена и то, как он писал каким-то левым бабам. Вообще я и до болезни была такой, сильно не нуждалась в общении. Вообще я немного не от мира сего. Вся в себе. Вечно в наушниках с любимой музыкой. С любимыми книгами. Мечтающая о хотя бы маленьком путешествии. Поэтому и работа вдали от дома мне нравилась. Нравилось ехать куда-то далеко, смотреть в окошко и гуглить города и посёлки, мимо которых проезжала. А ещё рядом со мной были подруги, с которыми что ни день, то ржач до слез. И сейчас, если честно, я скучаю даже не по ним, а по тому времени. Раньше я любила петь и моей мечтой всегда было научиться писать музыку. Играть на музыкальном инструменте, гитаре или фортепиано. Но в моём Кислодрищенске можно научиться только бухать. Ещё как вариант из развлечений – огород. А можно ещё и совместить всё это, как мои соседи. Я так же писала стихи, даже смогла опубликовать их в одном сборнике. Пыталась писать книги, но у меня не особо получалось. Музыку я немного научилась писать, на слабеньком ноутбуке, выжимая из него все возможное и невозможное. И она даже нравилась кому-то. Но потом я забросила все это, утонув в бытовухе, детях, перегруженная на ненавистной работе. Пыталась хотя бы заниматься своей фигурой по возможности. Хоть красавицей и не была, но фигура, не смотря на растяжки на теле после двух родов, у меня была хорошая. И вот чем бы я не пыталась заниматься, все это высмеивал Валера. Как же легко потерять себя споткнувшись об хуй. Сейчас у меня достаточно времени, чтобы написать хоть что-то. Я начала писать книгу, но выходит пока что не очень. Пока я  написала лишь план и несколько глав. Но Яна поддержала меня. —Не переживай, у тебя все получится. Люди годами пишут книгу и ты сможешь её написать. Ещё я очень хочу купить ноутбук, чтобы снова писать музыку. Но пока у меня нет денег, чтобы купить хотя бы дешёвый. Валера зато, сидящий ровно на заднице за копеечную зарплату, наконец проснулся. Сменил работу и пообещал купить мне ноутбук. Вот только когда это будет? И помнит ли он об этом вообще? Помнит ли он, что у меня день рождения через несколько дней? Скорее всего помнит, но подарит как обычно что-то убогое. Когда он вообще дарил мне что-то нормальное? Я не имею в виду что-то дорогостоящее. Ведь можно просто быть внимательнее и сделать у себя в голове пометку, как можно порадовать жену. К примеру, как этот мальчик Глеб, с которым я общаюсь. Прошлый мой день рождения – это вообще за гранью какого-либо понимания. У нас с Яной дни рождения с разбежкой в несколько дней. И у Яны раньше. Она приехала ко мне в гости и, сказала в шутку Валере: —Почему ты меня не поздравляешь? Валера ведь знает, что мы с Яной родились в один месяц. Он был знаком с Яной и её семьёй ещё задолго до моего появления в его жизни. И вот он начал метаться по дому, гадая, что из своих вещей можно подарить ей. Яна познакомила нас когда-то. И он ей якобы благодарен за это. Всегда говорит что-то вроде: —Я рад, что ты познакомила нас. Неизвестно, как бы сложилась моя жизнь без неё. Вероятнее, я бы спился и стоял сейчас под магазином, клянча на бутылку вина. Она показала, что можно жить лучше. И на следующий день он подарил Яне набор косметики. А мне же — нихуя. Я говорила, что хочу халат на день рождения. В итоге халат я купила сама себе, не такой как хотела, правда. Валера увидел это. —Теперь я чувствую себя каким-то гондоном. В итоге халат он мне все же купил. Точнее дал денег на него. Что-то вроде – на тебе денег и отъебись от меня. На его же день рождения я сделала ему сюрприз. Просто захотела посмотреть на реакцию. Купила всякого, учла пожелания и нужды. Вспомнила, чего бы ему хотелось. Купила торт и свечи, и мы с детьми вышли неожиданно из комнаты и поздравили его. И ему было очень приятно. А мне было просто достаточно, что сюрприз удался. Ведь даря подарок и видя благодарность и радость в ответ, тебе и самому приятно. Но видимо в моей жизни просто не тот человек. И многого, даже спустя столько лет, ему просто не дано понять.