Глава 41. Тюр. Ванахейм. Тролли

Никто не хочет быть гонцом, приносящим дурные вести. Софокл Плохие новости — это всегда «рано», но никогда не «вовремя». Когда ждешь худшего, хорошие новости кажутся подозрительными. У каждой проблемы есть решение. Если его нет, то это не проблема, а реальность, которую нужно принять. Тюр смотрел, как Хеймдалль открывает Биврёст, наблюдал, как армия проходит через сияние радужного моста, и думал. Сколько щенков из пополнения останутся в лесах и болотах Ванахейма? Сколько вернутся инвалидами? Рядом с ним на громадных конях сидели Вигдис и Мэгнхилд. Обе мрачные, как небеса Муспельхейма. Что там у каждой из них было к троллям, Тюр не знал, но явно что-то личное. — Брат! — ввинтился в его мысли голос Локи. — Матушка сказала, — читай — приказала, — чтобы мы сопровождали тебя. Рядом с Локи стоял Тор. Оба держали за поводья коней. Оба были вооружены, и — вот уж сюрприз — Тор был без молота. Впрочем, не такой уж и большой сюрприз — вручить Мьёльнир мог только Один, а тот спит. Проверить братцев в реальном бою в Ванахейме против троллей — это неплохо. Это даже правильно. Пусть увидят кровь и боль. Пускай попробуют вкус смерти в относительной безопасности Ванахейма. — Хорошо. Тогда следуйте за мной. Он шагнул в радужное сияние. А когда проморгался, вместо золота Асгарда вокруг было лёгкое и светлое величие Ванахейма.

***

— Тюр, — ледяным голосом приветствовал их царь Ванахейма Фрейр, брат-близнец Фригги. Он был мужской версией Фригги, с таким же взглядом, словно видит тебя насквозь. Но Фригга прятала этот взгляд за теплотой. Фрейр не старался. — Вы вовремя. Было ещё нападение. Он непроизвольно потёр шею. Обещание сестры прибыть лично… Её гнев — это одно. Но он же, подкреплённый даром — проклятием — Суртура — это иное. Нет, спасибо. Он будет уповать на то, что Тюр, коего он истово ненавидел, сумеет уничтожить проклятых троллей. Тролли всё равно вылезут. Но уже через тысячу или две лет. А пока… — Ещё одно нападение, — повторил он. — В этот раз они были наглее. И более жестоки. Тролли напали на Скёльвир. Три сотни жителей. Захватили семнадцать женщин. Восемь детей. И пять мужчин — из тех, кого не убили. Следов насчитали сорок пар. — Когда было нападение? И куда они ушли? Тюр сжал зубы. Что такое тролли, он знал. Слишком хорошо знал. Ещё до того, как Хела подняла бунт, им пришлось усмирять этих тварей. И он тогда насмотрелся. — День назад на рассвете. Пришли тихо. Их никто не ждал, Скёльвир — рыбацкое поселение, добывают рыбу и речной жемчуг. Сожгли амбары. — Зачем? — спросил Локи. — Чтобы началась паника. Чтобы отвлечь. Плюс пожар, особенно ночью — это яркий свет в одном месте, — подал голос Тор. — Все бегут к амбарам. Паника. Что? Я бы точно так же поступил, — пожал он плечами. — Так и было, — кивнул Фрейр. — Тролли пришли с другой стороны. И ушли в сторону Серебряных озёр и далее к Белому ущелью. А вот теперь тихо, сквозь зубы что-то матерное прошипела Мэгнхилд. — Что-то не так? — развернулся в её сторону Тюр. — Да всё не так! Абсолютно! — взвыла она. — Начнём с того, что Белое ущелье узкое, как твоя задница! Извилистое, обрывистое. Всадники там могут идти максимально двое бок-о-бок! А тролли, эта отрыжка Нифльхейма, там чувствуют себя вольготно! Вот тогда выругался Тюр. — Так. Так, — повторил он. — Что за ущелье? В чём его опасность? — Вот. — Фрейр развернул карту на столе. — Начнём с того, что это не просто ущелье. Это ловушка. Природная. Красивая, как ядовитые холмы Свартальфхейма, и такая же смертоносная. Он сжал зубы так, что желваки заходили: — Белое ущелье. Известняк. Шесть миль в длину, в трёх местах резкие повороты — такие, что угадать, что впереди, нельзя. Проблема в ином. От Серебряных озёр до входа в ущелье дорога ровная и широкая, потом сужается. И дно сплошь камни. Валуны в рост человека. — Стены высокие. Местами сто футов, местами сто сорок, — продолжила Вигдис. — Сверху пройти можно — там есть карниз, узкий — три ярда, всадник не пройдёт. Тролли тоже. Но карниз узкий, местами осыпается. — У ущелья два выхода — один к Широкому озеру, и туда тролли не сунутся — там сплошная равнина, укрыться им будет негде, — добавила Мэгнхилд, — а вот второй идёт к Чёрным скалам. И вот туда эти твари и идут. — Чаще всего оттуда они и вылезают, — прошипел Фрейр. — И один из охранников рассказал перед смертью… Чёрные скалы, и там пещеры, в которые даже с поддержкой Всеотца лучше не соваться. И щели, через которые раз в тысячу или две лет лезут из какой-то дыры тролли. — Что он сказал? Тюр чувствовал, что новости ему не понравятся. — Вожак был в доспехах. Кованных. С… — Фрейр выругался так, что даже Тюр уважительно присвистнул. — С символом Нифльхейма. Тишина была буквально осязаема. — Вожак в доспехах с символом Нифльхейма. — Тор был мрачен. Он не застал по малолетству предыдущую резню троллей в Ванахейме, но рассказы очевидцев звучали в залах Асгарда очень часто. Так что и он, и Локи имели представление о тактике троллей. — Это не просто набег. Тюр с чуть большим интересом посмотрел на брата. Тор начал думать. Анализировать. Это хорошо. — Верно, — он мрачно кивнул. — Это не просто набег. Тролли не носят доспехи — их шкура куда прочнее. — Доспехи… — протянул Тор. — Доспехи. Это… плохо. — Почему? — спросил Локи, явно думающий, что из сейда подойдёт против троллей. — Это, — объяснил Фрейр, — значит, кто-то дал ему доспех. Доспех с символом мёртвого мира. — Договор, — сказал как уронил Локи. — Договор… с кем? И что этому кому-то надо? Тюр смотрел на карту. Шесть миль известняка. Три поворота, каждый из которых мог стать смертельной ловушкой для любого, кто не знает, что там впереди. И где-то там тридцать человек, из которых восемь детей. И что самое поганое, тролли могут уйти обратно в свои пещеры. А в ту дыру, откуда они лезут, даже Всеотец не сунется. Даже Хела оттуда с трудом ноги унесла. Нет. Это верное самоубийство. И сколько асов полягут в том ущелье? — Охранник… Что ещё он рассказал? Фрейр так сжал зубы, что Тору показалось: они сейчас раскрошатся. — Охранника явно бросили так, чтобы мы его нашли. Живым. Намеренно. — Послание, — кивнул Локи. — Для нас. — Да. — Фрейр устало опустился на стул. Выглядел он не как царь Ванахейма, не как могущественный сейдман. А как человек, которому принесли одну за одной новости. И не знаешь, какая из них хуже: — Вожак говорил с охранником. Сказал — дословно: «Передай Асгарду — мы заберём у него то, что у нас забрали». Локи выругался. Витиевато, изысканно. Тюр не хотел знать, где и когда он выучил язык тёмных альвов Свартальфхейма. — Что можно было забрать у троллей? — удивилась Вигдис. — Не у них… — покачал головой Локи, и взгляд его был острым, словно он нашёл разгадку. — Не у них… — У того, кто стоит за троллями. Кто дал вожаку доспех с символом давно мёртвого мира. У того, — Тор сжал зубы, — у кого есть счёты к Асгарду. А вот теперь длинно выругался Тюр. Этого им ещё до полного счастья и не хватало!