5. Крик о помощи

Антон вернулся к себе в общагу после эмоционального дня в универе. Ужасно было обижен на Арсения. Демонстративно не разговаривал с ним и обходил стороной. Мужчину же это никак не задевало, ему было все равно, как ведёт себя парень, особенно, когда узнал анализы. Там всё хорошо, а значит и волноваться не нужно было. Раз парень сам со всем справится, значит пускай. Считал такое демонстративное поведение Антона - детским. Прекрасно понимал, что тому хочется любви, хорошего отношения и заботы. Но сам был колючим ежиком и не подпускал к себе никого. Любая помощь воспринималась в штыки. Антон плюхнулся на кровать и закрыл глаза. В дверь его комнаты постучали. — Дааа, — протянул он, лежа на кровати. — Пиздааааа, — посмеялся в ответ Лёша, — Тох, че киснешь? — Ниче, — буркнул и улёгся поудобнее, смотря в потолок. Руки скрестил на груди в замок. — Ты чего злой такой? На Арсения Сергеевича просто так наезжаешь. — Да не просто так, — сел на кровати и почти кричал, — он заебал меня уже. Вечно следит и пытается понять моё здоровье. На-хе-ра ему это?! Один вопрос у меня. — Нууу, — почесал затылок Паша, — возможно, хочет тебе помочь. — Хочет, только не знает, что так он делает хуже? Я ненавижу когда лезут в мою личную жизнь, — процедил сквозь зубы. — А чё он, лезет? — спокойно спросил Паша переодеваясь в домашнее. — Сейчас уже нет, — пытался остыть. — Ну так и всё. Накручиваешь себя как девчонка, — сказал Лёша, натягивая футболку, — забудь обо всём. Живи как тебе хочется. Твоя жизнь полна эмоций. Если будет лезть, то скажи, что разберешься сам, что у тебя есть люди, которые тебе всегда помогут и ты в его услугах не нуждаешься. После этой фразы Антона задумался. У него же действительно не было людей, которые могут ему помочь, как говорил Арсений, безвозмездно и в любой момент. У него нет семьи, которой он мог позвонить и те бы его забрали к себе. Он совсем один. Антон посмотрел на заставку телефона. Бабушка, что держала его на коленях, умерла давно и поэтому в раннем детстве его сдали в детский дом. С тех пор Антон не знал чувства настоящей любви, заботы, помощи. Привык стоять за себя сам, выбирать друзей с осторожностью и не доверять людям. Вот только в детском доме не было проблем, угрожающих жизни. Пусть они там и не шиковали, но и не голодали. Всегда ходили одетые, в тепле, сытые, чистые. А здесь совсем другой мир и другие правила. Арсений отпросился из университета на один день. Его пары заменял Рубен Тигранович. А сам поехал на конференцию по заболеваниям крови. Ездил туда каждый год, поэтому отпускали его без проблем. Ему было интересно, что нового изобрели, какие лекарства в процессе. Хотел расширить кругозор, почерпнуть новых идей для своей диссертации. Защитит кандидатскую и тогда можно уходить из университета в клинику. Так будет выше зарплата и сама работа лучше. — Уважаемые зрители, приветствуем следующего участника нашей конференции, компанию «Бладлайф». Они выступят с темой «Кровь, как источник знаний», — ведущий спустился со сцены. Зрители, в том числе и Арсений поприветствовали аплодисментами участников. Двое молодых мужчин в костюмах поднялись на цену. Один из них взял микрофон, а другой подключил презентацию. — Добрый день! Меня зовут Широков Вячеслав Васильевич, я представитель компании «Бладлайф». Это новая компания, которая только заходит на рынок. Сейчас у нас есть всего одно лекарство. Оно помогает крови быстрее насыщаться и восполняться после травм. Если произошла авария и человек потерял много крови, то, чтобы помочь переливаемой крови восстановить баланс полезных веществ, будут назначать эти лекарства. Но сегодня мы хотим представить нашу новую разработку, над которой мы усердно работаем, — посмотрел на слайд, а потом снова в зал, — это лекарство будет в виде сиропа и будет спасать жизни тех, кто нуждается в переливании. Здесь иной принцип. Если первое лекарство просто помогало уже имеющимся кровяным тельцам быстрее восстанавливаться и насыщаться полезными веществами, то это лекарство, позволит сократить переливание. Человек будет принимать лекарство либо в формате сиропа, либо через капельницу. Будет достаточно всего тридцати миллилитров лекарства, чтобы восполнить потерю до литра крови. А самое главное, что лекарство не нужно будет подбирать по группе и резус-фактору. Оно будет универсальным… На этой фразе Арсения словно током прошибло. Он моментально понял для чего им нужен Антон. И кто был похителем. Мужчина понимал, что посреди выступления выходить нельзя, поэтому достал телефон и, держа его на уровне колен, пытался найти информацию об этой компании. Арсений сейчас выглядел как студент, который пытается беспалевно списать с телефона под партой, но даже не подозревает, как это выглядит со стороны. Но его сейчас это не волновало. В интернете как таковой информации не нашлось: вяленький сайт-визитка, который почти не работает, правовая информация, что компания зарегистрирована три года назад. Самое интересное, что и лекарства по запросам он не нашел. Спрашивать не хотел, его не должны были запомнить в лицо. Как только выступление двух мужчин закончилось и все им похлопали, Арсений взял сумку и быстро вышел из зала, несмотря на то, что дальше будут интересующие его компании. Арсений срочно поехал в сторону общаги, понимал, что лучше вмешается и сохранит жизнь парню, чем допустит его на опыты. Тем временем, Антон сидел у себя в комнате. Он боялся лишний раз выходить, понимал, что опасно. — Тоха, заканчивай симулировать, — сказал Леша, натягивая ботинки, — пошли с нами в магаз, я устал тебе сумки носить. — Блин, ну… — Антон встал, потому что понимал, что доставляет ребятам неудобство. Они все втроем вышли из общаги. Мороз обжигал щеки, а сумерки в пять вечера и множество ярких гирлянд на улице говорил о том, что скоро Новый Год. Парни обошли общагу и прошли два дома. Там был большой супермаркет, в котором как комары, шумели студенты. Ведь это был ближайший магазин. Местные жители ненавидели молодежь, потому что их были толпы, все громкие и шумные, покупали алкоголь, сигареты. Девочки, что поумнее и порукастее покупали обычные продукты и готовили. Пацаны же питались в основном лапшой быстрого приготовления и газировкой. Антон тоже закупил себе дешевых наборов, ведь стипендия не резиновая. Другим родители деньги скидывали, а у него помощи не было. Выйдя с двумя сумками из магазина, он шёл со своими друзьями и что-то обсуждал. Слушая рассказ Леши про деревню, глазами случайно встретился с мужчиной возле входа в общежитие. Тот стоял, курил и пристально смотрел на Антона. У парня пропал дар речи, сердце упало в пятки, ноги стали ватными и не слушались. На автомате зашёл в здание и как можно скорее вызвал лифт, судорожно жмя на кнопку. — Тох, ты, блять, чё сегодня такой? — Какой? — пытался поддержать разговор, но в горле пересохло и он откашлялся. — Нервный и злой, заходи, — Лёша зашёл за соседом в лифт. Следом Паша. Все с сумками поднимались в тишине на второй этаж. Как только они зашли в комнату, Антон быстро разобрал сумки и сел в угол кровати, судорожно ища в телефоне номер Арсения. Нашел, но при пацанах говорить стеснялся. Он ни разу не разговаривал по телефону в общаге при людях. Даже на спам не брал трубку. Антон вдел ноги в тапки и вышел в холл. Долго ходил из конца в конец, решаясь позвонить. Смотрел в телефон и пытался заставить себя нажать на кнопку. Но боялся попросить помощи, а особенно после того, что случилось между ними. Чувствовал себя самым ужасным человеком. И тут крепкая рука взяла его за плечо со спины. Антон испугался и замер. — Антон, — послышался знакомый голос и парень обернулся, — собирайся. — Арсений Сергеевич, — искренне улыбнулся. Захотел обнять, но понимал, что переходит границы, — куда? — спросил, дрожащим голосом, словно не понимая. — Ко мне. Это не обсуждается, я по дороге тебе все объясню. — Арсений Сергеевич, а там возле входа мужчина стоял? Такой, с бородой и в черном пуховом пальто? — Ммммм… да, вроде. Да, а что? — увидел страх в глазах парня, — это он? — тот кивнул, — плохи дела. Надо будет тебя маскировать. Ещё одна куртка есть? — Откуда? — развел руками, показывая, что бедный. — Ладно, — Арсений почесал затылок, — пу-пу-пуууу. Так, надеваешь куртку наизнанку, другие штаны. Поверх куртки накинь шарф или ещё что. — Шарф? — скривился парень, — да сейчас шарфы не носят. — Ну, ты даешь, — снял свой с шеи и повесил на плечи Антону, — собирайся. Парням скажи, что тебя переселяют временно. Когда вернешься - не понятно. Антон зашёл к себе в комнату с понурым лицом. Ему было страшно и волнительно одновременно. Не хотелось врать и вообще ввязываться во всю эту историю. — Тох, что с тобой? — спросил Лёша, который вышел из душа с голым тортом и шортах, — резко ушел, пришел хмурее тучи. — Да… меня переселяют, — сказал ровно то, что попросил Арсений. — Почему? — не понял Паша. — Не знаю. Но это временно, — собирал вещи, — к вам никого не подселят. Думаю, что на пару недель. — Странно, — переглянулись Паша с Лёшей, — а ты на пары то ходить будешь? — Конечно, куда я денусь. Ну, еду мою доедайте. — Ооооо, вот это подгон, — открыл холодильник Лёша, — за это спасибо. — Ладно, парни. В универе увидимся, а там пока, — все пожали Антону руки и тот вышел из комнаты с дорожной сумкой и рюкзаком. Поставил их возле двери и сразу переодел куртку наизнанку. Благо куртка внутри была темно-синего цвета с оранжевыми вставками. Укутавшись в шарф преподавателя, Антон накинул сумку, рюкзак и посмотрел на Арсения. Тот ему накинул капюшон и оба вышли из общежития. Но того странного мужчины уже не было. — Зря цирк устраивали? — спросил Антон, идя по мокрому снегу. — Откуда мы знаем, что он не стоял рядом, у дерева там или на лавке в курильне вашей?! — Ну, не нашей. Я не курю. — Какая разница. Она принадлежит общаге, — Арсений тоже был слегка взволнован. Как только они зашли в квартиру, то мужчина сразу сказал: — В университет выезжаем вместе. Неважно к первой тебе или нет. Я тоже буду вставать, когда у тебя пары, а мне к обеду. Так что один-один. Приезжаем тоже вместе домой, но. По пути я буду заходить за кофе, а ты - нет. Обратно будем встречаться в кофейне у метро. — В какой? — повесил верхнюю одежду и стал снимать ботинки. — Зерна и сливки. Она там одна. Я утром буду заходить, а ты сразу в универ. Обратно наоборот. Ты заходишь и ждёшь меня там, потом вместе домой. Понял? — Да, — в этот раз уже не спорил, — Арсений Сергеевич, — оба зашли в ванную помыть руки, — что произошло? Почему вы приехали и забрали? — Потому что тебе страшно и нужна помощь, — тщательно намыливал руки. — Нет. Точнее, есть такое, но не поэтому вы приехали. Вы не похожи на человека, который будет нянчиться. — Ты прав. Я и не собираюсь этого делать. Но хочу лишь одного, — стал втирать руки и смотреть в зеленые глаза студента, — чтобы ты остался жив. Они хотят из твоей крови сделать лекарство. В ванной повисла тишина. Антон замер с руками под струей воды. Мужчина молча выключил кран и вложил в ладони парня полотенце. Антон переварил информацию и медленно спросил: — То есть, как? — Вот так. — Но… это же… — Я не знаю их стратегии, их возможности и прочего, но знаю одно, что они хотят добиться твоей крови практически любой ценой. Если они создадут сироп для переливания крови, то тебя не останется. И я не хочу этого допустить. — Почему вы так за меня печетесь? Могли бы забить на это всё, — они стояли в ванной и просто разговаривали. — Мог бы, да. Но пойми, люди умеют проявлять эмоции, сострадание. У них есть чувства. И я не хочу, чтобы мой студент, парень, у которого всё впереди, умер из-за чьей-то идеи сделать сироп для переливания крови. — Спасибо, — они наконец вышли из ванной и прошли в комнату, — я не встречал ещё людей, которые настолько помогают чужим людям. — Ну, а теперь встретил, — Арсений начал разбирать кресло. До Нового Года оставалось совсем ничего. Арсений практически водил за ручку Антона. Ездили в университет как договаривались. Мужчина на самом деле переживал за парня. И вот, подготовкой к празднику занимались вместе. Арсений убирался в квартире, Антон нарезал салаты. Встретившись на кухне, мужчина спросил: — Ну, что? Как настроение? — улыбался. — Хорошее, — тоже на улыбке ответил Антон. Он начал привыкать к совместной жизни с преподавателем. Это как в общаге или детском доме, только с человеком старше тебя лет на десять с копейками, — я дорезал оливье и осталось чуть-чуть крабовый. Ещё что-то? — Да Бог с тобой. Мы не съедим. Сейчас курица приготовится с картошкой, — заглянул в духовку, — и можем накрывать на стол. Только стол отнесем в комнату. Там телек больше, елка. Настроение лучше. — Хорошо, — бодро сказал парень. Арсений потрепал его по голове, похлопал по плечу и ушел в ванную. А у Антона от этого жеста даже екнуло сердце. Ему нужна была забота, любовь, ласка. Всю свою жизнь не получал этого. И тут какой-то преподаватель его поддерживает, хвалит. Да что уж, приютил у себя и бережет, как какую-то драгоценность. Дорезав салаты, Антон сам взял стол и начал пытаться с ним пройти в дверной проем. Это было неудобно, ведь посередине не возьмёшь, не влезут по ширине. А скраю просто-напросто не поднимет. Чистая физика. И тут из ванной вышел мужчина, обернутый на поясе полотенцем. Голый торс с кубиками, легкой ворсистостью на груди. Маленькие капли ещё стекали по спине, ногам и рукам. Мокрые взъерошенные волосы. Антон засмотрелся, но очень быстро себя осадил. — Ты чего? — возмущенно сказал Арсений и парень подумал, что тот заметил, как он рассматривал его тело, — тяжести такие тоскаешь в одиночку. Давай я возьму здесь и понесли, — они взялись с двух сторон и понесли в комнату. Антон внутри выдохнул, что его взгляд остался незамеченным. Но так как преподаватель шел первым, то парень невольно рассматривал его. — Ну, вот, — поставили стол, — ой-ой-ой! — Что случилось? — запереживал Антон, и обошел стол поближе к мужчине. Но увидел лежащее на полу банное полотенце, кончик которого был придавлен ножкой стола и пах мужчины. Антон и раньше видел мужские половые органы, но тут словно что-то было другое. В секунду парень отвернулся, — ой, извините. — Да ладно. Подумаешь без штанов меня увидел. Словно у тебя что-то другое. — Ну… ну, — боялся сказать и пребывал в каком-то шоке, — у меня поменьше. — Ахаха, даже успел оценить, — засмеялся Арсений, наконец обернув полотенцем талию, — ну, спасибо. Приятно, — похлопал по плечу. Давай, твоя очередь в душ, — Арсений открыл шкаф, чтобы переодеться. Антону был выделен комод возле его кровати. Туда он сложил все свои немногочисленные вещи. Парень взял чистое бельё и ушел в ванную. Перед глазами до сих пор оставалась картинка голого преподавателя. Антон пытался избавиться от неё. Считал это ненормальным. Вслух шептал: — Нельзя так. Он мужчина, он препод, он… как отец. Покушай, попей, порежь, убери, доброе утро, спокойной ночи. Что происходит вообще? У нас с ним разница между прочим! Бляяяять, но его член. Почему меня приковало взглядом? Может потому что такой бритый? — посмотрел на свой, поросший вьющимися пушистыми волосами. Вздохнул и намылил пах. После душа, оба оделись в красивую одежду. Арсений решил подарить парню костюм. Не дорогой, просто рубашку с брюками, но Антон выглядел в нём шикарно. Эта идея возникла после истории парня о том, как он всегда встречал праздник в одних и тех же джинсах и одной и той же толстовке. Сегодня они стояли за столом с поднятыми бокалами, как два джентельмена. — Антон, я хочу пожелать тебе, чтобы твоя жизнь была безопасной… — Да вроде уже, — улыбался. — Не уверен, но хотелось бы. Так вот, чтобы ты был здоров, полон сил и энергии покорять все высоты. Ты очень умный и смышленый. Поэтому дерзай. — Спасибо, — сердце стучало, ведь хотел своему преподавателю сказать искренние слова, — а я вам хочу пожелать, чтобы вы нашли работу по душе. Я вижу, как вы здесь мучаетесь с нами. Да и со мной тоже, — сказал эту фразу чуть тише, — поэтому работайте в кайф, тоже здоровья вам и… любви, — в этом слове был не уверен и Арсений это заметил, но ничего не сказал. — Спасибо, Антош. Но с тобой я не мучаюсь. Мне стало даже веселее жить в этой квартире. Ты чего? — поставил бокал и подошел к парню, — эээй? Ты чего? — Меня никто не называл Антош и никто не говорил, что не мучается со мной, — быстро вытер прослезившийся глаз. Арсений обнял парня. Он понимал, как тому было тяжело. Всегда один, без любви и даже без ласковых слов. — Ну ладно, не печалься. Сейчас Новый Год и мы вместе его празднуем. Разве плохо? У тебя потом каникулы. Проваляешься дома в первую половину дня, а к вечеру будем гулять. Если хочешь, то на выходные поедем в баню, попаримся? — Арсений взял свой бокал. — У меня денег нет на баню. — Ооооой. Я с тебя за еду беру? За продукты? — тот замотал головой, — ну, вот. И здесь то же самое. Ну, если тебе так будет проще, представь, что я твой отец. Да? Если так проще воспринимать, то без проблем. Давай, — они чокнулись, — за наше счастливое будущее. Именно фраза про отца и стала отправной точкой в голове Антона.