Глава 19.

«ВАНЕССА»

– И дело было закрыто.» – Мне нужно прокашляться. Чтение вслух час подряд оказалось почти пыткой: голос хрипит, горло пересохло, а тело протестует от долгого сидения. Я ощущаю, как ягодицы наливаются болью, а спина будто раскалённая.       Зал, который наполнен лишь на одну треть помещения, наполняется аплодисментами, но звук кажется странно пустым, словно эхо чужих ожиданий отражается от стен и медленно стекает в пол. Я редко хожу на подобные сборы, однако прошло очень много времени с тех пор, как я читала вслух свою книгу.       «Вечер чтения» – так называются такие мероприятия для посредственных писателей из захолустья. Как для меня. Однако, благодаря таким сборищам читатель, который всерьез проникся произведением и словом автора, может познакомиться со своим (возможно) кумиром, получить автограф и насладиться, в конце концов, голосом творца с той манерой чтения, которая присуща героям его книг.       Ведь вы только подумайте сколько людей, читая ту или иную книгу, представляют героя совсем по-другому, нежели автор. Его голос, черты лица, смех, словом – всё. И как приятно, прочувствовать героя через призму восприятия создателя.       Конечно моя публика редко меняется. За прошедшие месяцы я устраивала этот вечер дважды, не считая сегодня, и каждый раз приходят почти одни и те же люди. Приятно знать, что у тебя и впрямь есть поклонники.       Однако сегодня я чувствую, что что-то не так: обычная радость встречи с читателями смешивается с предчувствием, холодным и колючим, как стекло под ногтями.       Пожилая женщина, по имени Анна, уже в который раз смахивает слёзы, со словами о моем таланте. Я не общалась с ней раньше, она всегда довольно быстро покидает зал, но её реакция каждый раз меня заставляет ощутить укол гордости за себя. И это трогает, но внутри возникает странная пустота, ощущение, что за её словами прячется нечто, чего я не вижу. Что-то, что наблюдает.       Хоть у книги и остался открытый финал, что как по мне даже лучше, она все равно нашла свое отражение в чьих-то сердцах и умах. На моем электронном сайте мне, порою, даже приходят комментарии с теориями развития сюжетных линий и персонажей по моей книге. Кто бы мог подумать, что это не вымысел, а скорее.. не знаю, биография?       И хоть я не знаю имени и даже лица своего героя, я настолько привыкла к нему в своей жизни, что подобные теории вдыхают в меня жизнь.       Как-то раз, пользователь с ником @sweetgirl написала: «А что если он всё это время был её одногруппником в колледже?»       И черт возьми, я и правда начала рассматривать эту теорию, пока не махнула рукой и перестала читать подобный вздор.       Однако, услышь я тогда то, что «Каратель» возможно ранее живущий в элитном районе 10-летний мальчик, который вырос и начал убивать», я бы не поверила, хотя сейчас мы и правда рассматриваем эту версию.       Я, если быть точнее, ведь Линда по-прежнему засовывает голову в песок, как страус, оказываясь как обычно, не при чём.       Попрощавшись с последними слушателями, которые покидали зал, я не спеша начала собирать свои вещи. И вдруг... всё тело вздрогнуло. Чужое присутствие. Осторожно оборачиваюсь — никого. Только тени, слипающиеся в углах. Сердце начинает биться быстрее, ладони вспотели. Дыхание прерывистое. Может, я устала? Или это просто паранойя...       Но чувство не уходит. Оно плотное, холодное, пронизывает каждый нерв. Моя кожа реагирует сама, заставляя бежать, как будто внутренний голос кричит: «Беги. Сейчас».       С одной стороны, почему я так реагирую? Ведь это может быть кто-то из прихожан, который забыл здесь что-то. Однако обернувшись, я никого не увидела.       Может быть все беды из-за переутомления или сна по несколько часов? Мне уже мерещится и кажется всякое. Но затем ощущение повторилось. Как будто даже мое тело предупреждало меня об опасности и настоятельно рекомендовало сделать только одно – бежать.       Повернувшись в очередной раз и снова никого не увидев, я выдохнула.       Чертова паранойя.       Бросив случайный взгляд за окно, я обомлела. Там, не шевелясь и, словно, не моргая стоял мужчина. Я не могла отчётливо видеть его, только лишь силуэт, поскольку на улице было довольно темно, но я знала кто это. Он неподвижен, словно живая тень, и я ощущаю его взгляд даже сквозь стекло. Я направилась к двери и выйдя за угол где он ранее стоял, я никого не увидела. Только пустота и ночной ветер, шепчущий что-то незримое, угрожающее.       Расстроено цокнув, я двинулась к машине.       Он чертов сталкер. Да. Теперь он не просто серийный убийца, так еще и преследователь.       Хотя, если верить психологии и судебной практике юристов – это вполне распространенный образ, посколько, в начале жертву необходимо выследить, изучить ее режим, узнать ее слабые места, что бы потом ее навестить и оставить после себя подарок, в виде перерезанного горла. Звучит, несомненно, жутко. Но это жизнь и, например, мне в работе приходится регулярно сталкиваться с такими ситуациями, как этот дурацкий пример. Теперь он здесь, рядом, хотя его тело я не вижу. Холод пронизывает спину. Сердце стучит не ритмом радости, а ритмом смертельной тревоги.       Подъезжая к дому, я потянулась за ключами, когда нечто привлекло мое внимание. На пороге моей квартиры, лежал довольно крупный букет из белых лилий.       Белые лилии — мои любимые. Аромат сладкий, почти обманчивый, как обещание безопасности.       Расслабившись, почувствовав их аромат, я потянулась к записке.

«Ты была сегодня невероятно красива и обаятельна. Твоя книга заставляет меня чувствовать себя особенным.

С наилучшими пожеланиями,

Каратель.

P.S. мне нравится, что даже сейчас ты будешь думать обо мне.»       Лилии холодные в моих руках, как трупные цветы. Белизна их кажется болезненной на фоне темноты, в которую погружён мой мир. И я понимаю: убийцы не дарят цветов. Никогда.       Шаги за спиной? Нет — только ветер. Но внутри меня что-то шепчет: он рядом. Всегда рядом. И он смотрит.