Седьмая глава, в которой Мудрец позволяет себе слишком много

      Целый день Мона готовилась к предстоящей лекции, стараясь не отвлекаться. Пусть и так знала всё, о чём хотела поведать студентам.       Но теперь, стоя перед выходом на сцену, где ютилось две кафедры – мудрецы действительно решили устроить дебаты – у неё едва заметно подгибались коленки. Решившие поддержать её друзья, знакомые и даже пришедшие с очередных приключений Люмин и Паймон, в компании двух незнакомых женщин, никак не влияли на её состояние. Вбежав по ступенькам, она встала у ближайшей кафедры. Осмотрела аудиторию, в надежде, что спокойствие придёт само собой.       Большинство молодых людей, прибывших на лекцию, находились в форме академии. Люмин сидела ближе к одному из выходов в своём белом платье, украшения которого теперь сияли чуть синим цветом. К ней как раз подсел какой-то блондин с ярким пером в волосах. Маша рукой, он поздоровался с девушкой, её компаньоншей и ещё несколькими ребятами из Сумеру, сидевших поблизости. Также, рядом оказалась девушка, что не так давно заносила ей её гонорар – работник Паровой птицы, журналистка оказавшаяся в Сумеру по работе.       Сайно встал со скамьи и отошёл куда-то в сторону. Его позвали какой-то мужчина и Дэхья, пришедшие вместе с другом Люмин.        – Тебе нравится астрология? – донёсся до Моны голос Паймон. – Не особо. Но, вы когда-нибудь видели, чтобы аль-Хайтам работал сверхурочно? – ответил их друг, чем вызвал улыбки девушек из, вроде бы, Инадзумы.       Спокойствие не пришло. И она снова осмотрела зал. В голову забралась непрошенная мысль – тот парень в шляпе не пришёл. Пусть издевался, но на её дебаты, видимо, смотреть ему было неинтересно.       Может, думал, что она послушает их с Тигнари? Не придёт и всё.       Или не захотел смотреть, как она утрёт нос этим выскочкам? А может, решил, что с носом останется она сама?       И зачем ей эти мысли?       Зажмурившись, она мотнула головой. Украшения на хвостах тихо звякнули. И рядом, за соседнюю кафедру встал какой-то дед с красным круглишком на берете. Павлин с семью перьями и ветви, на которых он сидит – это точно не Мудрец кафедры, ради помощи которой она пришла.        – Всех приветствую на лекции по астрологии, – громогласно произнёс он. – Мудрец Ртавахиста Насир, вместе с некоторыми другими жителями, сейчас находится на лечении, поэтому заменяю его я – Мудрец Спантамада – Азиз. Сегодня мы побеседуем с Моной Мегистус, ведущей колонку в знаменитой газете Фонтейна Паровой Птице.       Девушка попыталась поздороваться. Что-то сказать, но старик ей не дал. Прочистил горло и продолжил: – Хочу сразу сообщить, эта девушка, пусть и называет себя Астрологом, никогда не обучалась в Академии. Мы в принципе не знаем, какое у неё образование. Но её тексты так популярны среди студентов Ртавахиста, что Мудрец Насир не мог пройти мимо и не предложить её кандидатуру в качестве приглашённого лица.       Мона начинала закипать. Этот дед просто насмехался над ней, не давая сказать и слова.        – Астрология помогает узреть будущее. Увидеть возможные опасности. Избежать проблем. Вот только наша дорогая гостья, вероятно, не знала даже о дебатах. Вероятно, из-за её правила, "не обращаться к звёздам по пустякам". И, те, кто слушал её, также оказались в опасности, потому что не решились узнать о том, какие опасности подстерегают их в очередной день. А теперь лежат у Закарии. – То есть вы хотите обвинить меня в том, что кто-то из учёных столкнулся с опасностями? – вспылила Мегистус. Она не могла больше терпеть. – Даже вблизи столицы находится поляна, на которой опасно находиться. И пока это приняли как факт, неудивительно, что пострадало огромное количество человек. – Бо́льшая часть пострадавших – студенты Ртавахиста, а также их Мудрец. И знаете, почему?       Мона отрицательно качнула головой. Она действительно не знала. В конце концов, она готовилась к тому, чтобы рассказать об астрологии, звёздах и подобном. Но точно не о недавних пострадавших.        – Ваш крайний выпуск в колонке, – ухмыльнувшись, заметил Мудрец. – Помните? Вы сами написали, что в ближайшее время звёзды будут видны особенно ярко. "Ближе к празднику даршанов, в Сумеру можно будет гадать даже тем, кто в этом ничего не понимает – расклад будет виден как на ладони", – он даже тон голоса сделал выше, чтобы сразу стало ясно, что это прямая цитата. – Чего? – она этого не писала. Мона никогда не писала про яркость звёзд в определённый день. И она не пыталась заранее определить прогноз погоды в другом городе. Да и статью она сдала ещё до того, как её пригласили на праздник, так что и узнавать-то его, ей было незачем. – Как интересно сложилось, что лучшим местом для того, чтобы посмотреть на обещанное вами, стала именно эта поляна. В добавок, вы о ней откуда-то узнали. Может, это даже подстроено? – казалось, что он просто случайно ляпнул. Будто, не допускал такой возможности.       По залу пошли приглушенные шёпотки.       Этот старик прекрасно знал, что делал.       Если Мона будет пытаться доказать, что она прекрасный астролог, на неё повесят обвинение в том, что она целенаправленно отправила людей в объятия погибели, которые случайно не состоялась. Если согласится с тем, что астролог она некудышный – все её усилия пойдут прахом. Даже прибыль от колонки в журнале отнимут. Как и возможности к существованию.       В любом случае она может поставить на себе крест. Уже прямо сейчас. У девушки даже кулаки разжались. Голову она опустила, чтобы не смотреть на друзей, ждущих, что она скажет хоть что-то.        – И почему только ваша колонка стала такой популярной среди студентов? – хмыкнул Мудрец напоследок, победно улыбаясь. Поставил точку в дебатах. Всё, финита ля комедия, друзья. – Потому что там больше смысла, чем в лекциях вашего дружка, – послышалось из зала.       Мона резко подняла голову, узнав этот чёртов голос, пылающий надменностью. У двери был Мастер шляпка, держа в руках кипу бумаг. Рядом, скрестив руки на груди, стояла девочка с белоснежными волосами – Архонт Сумеру. Малая Властительница Кусанали.        – Вы хотите тут выступить, Мастер Шляпка? – поинтересовался Мудрец, наблюдая за тем, как один из друзей Люмин – тот что с красочным пером в волосах – подорвался с места и взял половину бумаг. Кли, как заметила Мона, тоже не усидела на месте и выпросила у уже знакомого ей Странника часть бумажек, чтобы тоже помочь. Вместе, они стали раздавать то, что он принёс. – Помочь с выступлением хочу я, – сообщила Нахида, хмуря брови. Подошла к Мудрецу, задавая вопросы: – Азиз, я правильно понимаю, вы тоже читали колонку Моны? – Да, мы с Мудрецом Насиром изучали её работы, – подтвердил он. – Слог хороший и притягивает взгляд. Думаю, именно поэтому Насир поверил написанному и пошёл в тот вечер смотреть на звёзды. – И вы вместе читали последнюю статью? – Естественно вместе. – Вот только Насир другого мнения, – сообщила Малая Властительница, потихоньку отходя к Моне. – Прошу всех, кто уже получил газету, открыть её на седьмой странице. Найдите колонку.       Странник, подойдя к сцене, протянул по одному экземпляру газеты Моне, Нахиде и Азизу. Астролог развернула страницы, открывая на привычной и увидела, что Азиз действительно цитировал её. Вернее то, что было написано, ведь сама девушка этого не писала.       Нахида вышла в центр сцены, держа газету перед собой. Дождавшись, когда все будут готовы, попросила: – Профессор Фарузан, можете подойти?       Из дальнего угла вышла девушка с платьем, в которое, казалось, вшито стекло. Быстро пересекла аудиторию, подошла к Архонту и, остановившись, стала ждать новых указаний.        – Можешь помочь мне и увеличить текст для остальных?       Фарузан кивнула. Достала какой-то механизм, похожий на летающую пирамиду. Нажала несколько кнопок и та будто ожила. Подлетела к газете. Повернулась глазом камеры к нужным строкам и, спустя секунду, выдала голограмму для студентов.       Малая Властительница довольно улыбнулась. Поблагодарила девушку. И поднесла руку к тексту. У ладони появились цветные зигзаги и буквы стали принимать другие очертания.       Вскоре, новый текст стал читабельным. Мона пробежалась по строчкам, понимая, что теперь это – то, что она отправляла в Фонтейн.       Но как такое возможно?        – Мудрец Насир понимал, что знания, преподаваемые в Академии, устарели. Поэтому позвал госпожу Мегистус. Но если бы это выяснилось, у студентов появились бы вопросы не только к тому, что преподают на Ртавахисте. И вы не хотели отвечать за багаж знаний, выдающийся будущим учёным вашего даршана, – Нахида говорила это Азизу, не обращая внимания на остальных. – Вы отвечали за безопасность и знали про ситуацию на поляне из отчётов. Умолчали об опасности. И, используя свои знания в области элементальных реакций, заменили текст на тот, что был вам удобным. – Это же бред! – Азиз хотел было подойти к Малой Властительнице. Вырвать газету у неё из рук. Но его остановил Сайно, вовремя появившейся между ними.       Тогда Мудрец попытался сойти со сцены, но у ступенек уже поджидала Дэхья. И спрыгнуть тоже не получилось бы, внизу стояли аль-Хайтам и Странник. Хотелось бы прыгнуть на последнего – ведь с виду был самым хлипким, но Азиз кучу раз слышал, как заключённые под стражу называли этого парня. "Летающее нечто", "монстр", "некое существо". И проверять, насколько правдивы их слова он не решился. Поэтому подставил руки Сайно и, будучи закованным цепями, пошёл за Махаматрой в уже знакомую темницу.       Среди студентов поднялась шумиха и Нахида попросила сохранять спокойствие, сообщая о том, что программа лекций будет пересмотрена и информация об изменениях появится завтра на досках объявлений. Аль-Хайтам напомнил, что выхода два, а после отошёл к Дэхье, о чём-то сообщить. Мона потихоньку осознавала случившееся, но поверить в происходящее было сложно.        – Прости, что так вышло, – Нахида подошла ближе. – Если тебе не сложно, можешь пройти вместе с Люмин?       Мона кивнула, всё ещё не совсем понимая, что происходит.