Часть 8

Сегодняшний день должен был быть многообещающим. До итогового испытания первого этапа нашей интенсивной подготовки к вступлению во фракцию бесстрашия оставалось всего несколько часов. Я планировала присутствовать на утренней тренировке, однако обстоятельства сложились иначе. Когда мы проходили строем мимо лестницы, который я замыкала, кто-то неожиданно схватил меня за руку и быстро увлек за угол. Я оказалась прижатой к сильному и мускулистому телу. Подняв взгляд, я почувствовала, как губы Эрика коснулись моих. Поцелуй был страстным и настойчивым, лишающим дыхания. Эрик доминировал в этом взаимодействии, уверенно захватывая мои губы и грубо прижимая меня к себе. Его руки обвивали мою талию, притягивая меня ближе, и я ощущала его силу и уверенность. Я была вынуждена встать на носочки. Поцелуй становился все более глубоким и интенсивным, Эрик исследовал мои губы с настойчивостью, а я отвечала ему, погружаясь в этот момент. Окружающий мир исчез, остались только мы и это волшебное ощущение страсти, заполняющее пространство между нами. — Постой, — сказала я, отстраняясь от его губ и осторожно отталкивая Эрика. — Нам не следует этого делать. — Боишься? — с издевкой спросил он, продолжая оставлять дорожку из поцелуев на моей шее. — Не хочу стать объектом нелестных сплетен, — ответила я, сильнее отталкивая Эрика, что заставило его остановиться. — Тем более что они уже начались. Эрик усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень раздражения. Он провел рукой по своим волосам, пытаясь успокоиться. — Сплетни, — пробормотал он, глядя мне в глаза. — Тебе не нужно бояться их. Я не собираюсь выставлять это напоказ. Он вздохнул и сделал шаг назад, словно пытаясь отстраниться от ситуации. — Хорошо, — он сказал это, глядя мне прямо в глаза. — Идем. Эрик протянул руку, и я, чувствуя, как внутри меня борются смущение и любопытство, осторожно вложила свою ладонь в его. Его пальцы были теплыми и уверенными, и это немного успокоило меня. Мы молча поднялись по лестнице, двигаясь по направлению к крыше. Когда дверь открылась, передо мной предстала панорама разрушенного города, раскинувшегося внизу. Эрик подошел к краю крыши и облокотился на парапет. Я остановилась рядом, не зная, как себя вести. Он, казалось, не торопил меня, просто смотрел вдаль, и в этом молчании было что-то особенное. — Здесь всегда тихо, — наконец сказал он, не оборачиваясь ко мне. — Никто не потревожит. Эрик протянул руку, и я, чувствуя, как внутри меня борются смущение и любопытство, осторожно вложила свою ладонь в его. Его пальцы были теплыми и уверенными, и это немного успокоило меня. Мы молча поднялись по лестнице, двигаясь по направлению к крыше. Когда дверь открылась, передо мной предстала панорама разрушенного города, раскинувшегося внизу. Эрик подошел к краю крыши и облокотился на парапет. Я остановилась рядом, не зная, как себя вести. Он, казалось, не торопил меня, просто смотрел вдаль, и в этом молчании было что-то особенное. — Здесь всегда тихо, — наконец сказал он, не оборачиваясь ко мне. — Никто не потревожит. Я кивнула, чувствуя, как ветер играет с моими волосами. — Это красиво, — прошептала я, глядя на город. Эрик улыбнулся, но в его улыбке была какая-то грусть. — Да, — согласился он. — Но иногда мне кажется, что это просто иллюзия. Я посмотрела на него, не совсем понимая, что он имеет в виду. — Иллюзия? — переспросила я. Он пожал плечами. — Все, что мы видим вокруг себя, — это лишь фасад. За ним могут скрываться самые разные вещи. Я задумалась над его словами. Может быть, он прав. Но разве не в этом и заключается красота жизни — в том, что за каждым фасадом скрывается своя история? — Может быть, — тихо сказала я. — Но даже в самых темных уголках есть что-то светлое. Эрик повернулся ко мне и посмотрел прямо в глаза. В его взгляде мелькнуло что-то похожее на уважение и я почувствовала, как мое сердце забилось быстрее. Он сделал шаг вперед, и я не смогла отвести взгляд. — Ты особенная, — тихо сказал он, касаясь моей щеки. Я закрыла глаза, чувствуя, как его дыхание становится быстрее и ближе. Его губы нежно коснулись моих, и я ответила на его поцелуй. В этот момент всё вокруг исчезло, остался только он и я, вместе в этом тихом уголке разрушенного города. Он взял меня на руки, одной рукой крепко обхватил меня, а другой мягко провел по моим волосам. Мои пальцы касались его шеи. Я чувствовала, как быстро бьётся сердце Эрика, и моё тоже ускоряло свой ритм. В этом поцелуе была нежность и страсть одновременно, словно два пламени, сливающиеся в единое. Его губы стали более настойчивыми, и я ответила на этот вызов. Эрик сводил меня с ума, хоть и не был моим первым мужчиной, но никогда ранее я не испытывала столь сильного влечения. Он усадил меня на парапет, схватил за волосы и резко потянул руку вниз, вынуждая прервать поцелуй. Затем он начал нежно касаться моих скул и шеи губами. Я тихо застонала, не в силах сдержать этот звук. — Теперь ты не боишься, что кто-то может нас увидеть? — спросил Эрик, на мгновение оторвавшись от моей шеи и произнеся это с иронией. — Умоляю тебя, — ответила я с досадой, — заткнись. — Уверена? — прошептал он. — Если продолжу, то уже не смогу остановиться. Я лишь утвердительно кивнула в ответ, не в силах вымолвить ни слова. В этот момент все мои страхи и сомнения исчезли, оставив место лишь желанию быть ближе к нему. Он продолжал свои требовательные прикосновения, постепенно перемещаясь к моим ключицам. Я закрыла глаза и полностью сосредоточилась на ощущениях. В этот момент он аккуратно снял с меня жакет, оставив меня в черной полусетчатой майке и облегающих джинсах. Его руки скользили по моим предплечьям, вынудив меня поднять свои, после чего я почувствовала, как ткань соскользнула вверх, обнажая грудь. Не теряя времени, Эрик снял с себя бомбер и, откинув его в сторону, вновь поднял меня на руки и мягко уложил на него так, что ткань защищала мое тело от плеч до бедер. Затем мы избавились от оставшейся одежды. Приподнявшись, я обняла его за шею, и мы вновь слились в поцелуе, ощущая синхронное биение наших сердец. В этот момент я почувствовала, как его руки скользят по моей спине, опускаясь к талии. Он начал покрывать легкими поцелуями мою шею, вызывая у меня дрожь. Медленно, но уверенно, он начал двигаться вниз, оставляя за собой дорожку из поцелуев и ласк. Его руки расположились на моих бедрах, слегка сжимая их, вызывая во мне еще больше желания. Я тихо вздохнула, полностью отдаваясь его прикосновениям. В этот момент он остановился и, глядя мне в глаза, прошептал: — Ты невероятна. Я ответила ему улыбкой и кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Он продолжил свои слегка грубые ласки, и я чувствовала, как мое тело становится все более чувствительным. Его губы вновь нашли мои, и мы слились в страстном поцелуе. Оторвавшись от моих губ, он продолжил исследовать мое тело, оставляя легкие посасывающие поцелуи на моих плечах и шее. Я чувствовала, как его руки грубо сжимают мою грудь, вызывая у меня стоны удовольствия. Больше не церемонясь, Эрик одним резким толчком вошел в меня, закидывая мою правую ногу себе на плечо. Мы двигались в ритме, который казался нам идеальным, наслаждаясь каждым прикосновением и взглядом друг друга. Он не издавал стонов, а, напротив, рычал, подобно дикому зверю, что вызывало у меня сильное возбуждение. Эрик щипал мою кожу, кусал мои губы, а также перемещал меня в пространстве без моего согласия. Тем не менее, я не предпринимала никаких попыток остановить его. Мне нравилось, что он делает со мной. Неожиданно для себя я восхищалась его грубостью и страстью. Эрик, не прерываясь, поднялся на колени, поддерживая меня за талию и вынуждая слегка выгнуться в спине, тем самым увеличив глубину проникновения. В глазах заискрило. От невероятно ярких и с трудом терпимых ощущений я оперлась руками о его тело. Стремясь освободиться, я предприняла несколько попыток оттолкнуть его, однако его физическая сила значительно превосходила мою. Я почувствовала нарастающее напряжение в своем теле, когда рука Эрика начала двигаться по моей спине. — Эрик, — прошептала я, чувствуя, что приближаюсь к кульминации. Одним мощным движением он поднял меня, словно я была тряпичной куклой. — Я здесь, — ответил он, усиливая свои движения. Через мгновение мною был достигнут пик удовольствия. Под воздействием сильных эмоций я укусила Эрика за плечо, на что он отреагировал тихим стоном. Через несколько секунд он также достиг своего максимума, и мы оба, тяжело дыша, оставались в объятьях друг друга. Эрик помог мне подняться, и мы начали одеваться. Натягивая одежду, я почувствовала себя немного уставшей, но довольной. — Знаешь, — начал Эрик, — я никогда не чувствовал ничего подобного. Я кивнула и сказала: — Я тоже. Мы обменялись еще несколькими словами, а затем Эрик поднял свой пиджак, ткань мягко переливалась на свету. Сначала он аккуратно расправил его, затем, с легкой ухмылкой, надел на плечи. Я наблюдала за каждым его движением, мое дыхание стало чуть более частым. Эрик застегнул одну пуговицу, затем другую, его руки скользили по ткани, придавая образу особую элегантность. Он повернулся в мою сторону. Его уверенность и харизма были притягательны. Я заметила, как он слегка поправил воротник, подчеркивая свою мужественность. Каждый жест был наполнен грацией и сексуальностью. Эрик завершил свой ритуал, и, взглянув на меня с игривой улыбкой, словно зная, что производит впечатление, произнес: — Пора возвращаться, — его голос звучал низко и маняще, и я поняла, что он точно знает, как завладеть женским вниманием. Мы медленно продвигались по металлической лестнице, ступени которой издавали характерный металлический звук при каждом нашем шаге, создавая своеобразную атмосферу, способствующую молчанию. Лестница не имела окон и была освещена исключительно искусственным светом, исходящим от установленных вдоль её стен фонарей, которые мягко освещали лица спускающихся. Я следовала впереди, мои волосы свободно спадали на плечи, создавая эффект лёгкого движения. Эрик, находясь позади, следовал за мной с уверенной и размеренной поступью. Между нами не было произнесено ни единого слова, однако в этом безмолвии присутствовало множество невысказанных мыслей и чувств. Каждый шаг приближал нас к неизбежному моменту расставания, и это осознание нависало над нами как мрачная тень. Достигнув последней ступени, я остановилась и обернулась к Эрику, встретив его взгляд. В моих глазах отразились сложные эмоции: нежность, грусть и что-то неопределенное, не поддающееся оценке. Эрик ответил на мой взгляд, и на мгновение время будто бы замедлило свой ход. Он слегка наклонил голову, словно намереваясь произнести что-то важное, но в последний момент лишь улыбнулся. Я сделала шаг в сторону, и мы оказались на пороге, разделяющем наши пути. Моё сердце забилось быстрее, ощущая напряжение, наполнявшее этот момент. Эрик, в свою очередь, отступил на шаг назад, и наши взгляды вновь встретились. В этом безмолвии читалось множество обещаний и надежд, остававшихся несказанными. Мы попрощались, и каждый наш шаг эхом разносился по пустому коридору, оставляя за собой ощущение завершенности и одновременно недосказанности. Продолжая свой путь по длинному коридору, я была погружена в размышления о встрече с Эриком, пытаясь осмыслить свои эмоции, когда неожиданно столкнулась с Фором. Его фигура возвышалась в конце коридора, и, заметив меня, его лицо исказилось выражением недовольства. — Эва! — произнёс он громко, делая шаг навстречу. Его голос, обычно строгий, в этот раз звучал с оттенком разочарования. — Где ты была? Ты пропустила тренировку! Я остановилась, чувствуя, как внутри меня нарастает напряжение. Хотя я осознавала неизбежность последствий пропуска тренировки, в данный момент я не могла подобрать слов для оправдания. — Извини, Фор, — произнесла я тихо, стараясь сохранить спокойствие. — У меня были дела. Фор скрестил руки на груди, его взгляд стал ещё более проницательным. Несмотря на его обычно строгий характер, в этот раз его недовольство казалось особенно острым. — Дела? — повторил он с легкой ноткой сарказма. — Ты знаешь, как важны тренировки для тебя! Забыла, чем закончилась ваша последняя стычка с Мэг? — Нет, я не забыла, — ответила я, виновато опустив взгляд. — Твоё отсутствие — это просто прихоть! — заявил Фор, его голос стал ещё более строгим. Я почувствовала, как внутри меня все бурлит. Хотя я понимала правоту его слов, мои мысли были заняты совершенно другими вещами. — Я понимаю, — произнесла я, стараясь не повышать голос. — Больше такое не повторится. Фор слегка нахмурился, но в его взгляде промелькнула тень понимания. Он знал, что я являлась одной из лучших спортсменок в текущем наборе, и моё отсутствие не было обычным явлением. — Слушай, я не хочу тебя ругать, — произнёс он чуть мягче. — Но ты должна понимать, что, упав в рейтинге, Эрик не сможет повлиять на решение об исключении тебя. Начни уже думать головой. Я утвердительно кивнула, осознавая всю серьёзность его слов. — Я обещаю больше не пропускать тренировки, — сказала я уверенно. Фор вздохнул и слегка расслабился. — Хорошо, — произнёс он. — Я дам тебе шанс. О твоём пропуске никто не узнает, по крайней мере от меня. В случае чего, скажешь, что я направил тебя на индивидуальные занятия на свежем воздухе. Ты недостаточно быстра, поэтому твоя тренировка включала элементы кроссфита с бегом. Ясно? Я улыбнулась в ответ, чувствуя облегчение. Фор кивнул мне и приказал отправиться на завтрак в столовую. — Спасибо за понимание, Фор, — произнесла я, стараясь говорить уверенно. — Я действительно ценю это. Фор кивнул, его выражение лица смягчилось. — Хорошо, что ты осознаешь это, — сказал он. — Послушай, Эва, все мы сталкиваемся с трудностями, и в такие моменты помощь со стороны может быть весьма ценной. В груди разлилось тепло. Я знала, что друзья меня поддержат, но довериться ранее смогла только одному. Теперь об Эрике знал не только Уилл, но главную тайну я все еще не решилась раскрыть. — Возможно, ты прав, — произнесла я, обдумывая его слова. — Я просто не хочу, чтобы меня воспринимали как слабую. — Слабость — это не отсутствие уязвимости, — возразил Фор, его голос стал более мягким и поддерживающим. — Это способность признавать свои чувства и обращаться за помощью, когда она необходима. Мы здесь для того, чтобы поддерживать друг друга. Я взглянула на него и заметила искренность в его глазах. Это было нечто большее, чем просто наставление; это было проявление заботы. Я почувствовала, как сердце наполнилось благодарностью. — Я приложу все усилия, — ответила я, наконец. Фор кивнул с одобрением. Я улыбнулась, ощущая, как напряжение постепенно покидает моё тело. — Ещё раз благодарю тебя, Фор. В этот момент коридор наполнился звуками шагов других членов фракции; новобранцы возвращались с только что завершившихся тренировок. Я заметила, как они обменивались взглядами и перешёптывались между собой. Я почувствовала лёгкое беспокойство — как будто их обсуждения были связаны со мной — Иди, — сказал Фор, указывая на группу новобранцев. — Мне необходимо отлучиться по делам. Я кивнула и сделала шаг вперёд, ощущая поддержку своего инструктора. Когда я приблизилась к группе, Кристина сразу же обратила на меня внимание и подошла ближе. — Где ты была? Мы волновались за тебя, — спросила она с искренней заботой в голосе. — Всё в порядке. Я занималась индивидуальной тренировкой, — ответила я с улыбкой, чувствуя, как сердце наполняется теплом от поддержки друзей. — Главное — не испустить дух от таких нагрузок, — пошутила я. Кристина обняла меня сзади и подмигнула: — Замечательно! Давайте наконец отправимся в столовую и насладимся едой. Оставшийся день прошел в обычном режиме, но был наполнен множеством приятных моментов. За завтраком я выпила чашку ароматного кофе и провела время в компании друзей. Мы общались, делились новостями и смеялись, создавая атмосферу уюта и тепла. Я чувствовала себя счастливой в окружении близких, это придавало мне силы. После завтрака мы пошли в спортзал. Перед завтраком Фор сказал, что к тренировкам нужно подходить серьезно, независимо от имеющихся навыков. Сегодня я сосредоточилась на силовых упражнениях. Иногда было трудно, но чувство удовлетворения после тренировки всегда оправдывало усилия. Я понимала, что физическая активность помогает не только поддерживать форму, но и очищает разум. Вечером, когда солнце начало садиться, окрашивая небо в теплые оттенки оранжевого и розового, я вместе с Уиллом и Кристиной решила посетить Трис, которая уже сутки находилась в лазарете без сознания. Войдя в помещение, где Трис была единственным пациентом, мы направились к ее кушетке. Я и Кристина сели рядом с разных сторон, а Уилл остался стоять. В какой-то момент, после легкого прикосновения к руке Трис, она открыла глаза, проявляя признаки волнения. — Выглядишь ты… — спокойно начала Кристина, — неважно. Трис была покрыта ярко выраженными синяками, а ее движения свидетельствовали о слабости. — Долго я здесь лежу? — спросила она. — Почти сутки, — ответил Уилл, стоящий в стороне. — Сутки? — удивилась Трис. — Что там на доске? Я где? В комнате повисло напряжение. Услышав вопрос, мы одновременно тяжело выдохнули. — Ты в красной зоне, — пояснила Кристина, стремясь внести ясность. — Почему вы в этих куртках? — вопрос Трис вызвал у нее сильное расстройство, что было очевидно по ее голосу. — В войну играем, — замялся Уилл. Трис попыталась встать с кушетки, но Кристина остановила ее. — Куда ты собралась? Трис, казалось, не слышала вопроса, и ее лицо исказилось от эмоций. Она нервно оглядела комнату, как будто искала выход, затем вернулась к нам с решительным выражением лица. — Я иду с вами! — заявила она. — Тебе нельзя! — возразила Кристина, стараясь удержать ее. — Эрик сказал, что все кончено, — спокойно продолжил Уилл. — Тебя исключили. Трис разочарованно посмотрела на нас, не в состоянии подобрать слова. — У тебя отец в совете, вдруг, они разрешат тебе вернуться домой к своим, — вмешалась я, пытаясь поддержать ее. Трис посмотрела на меня с надеждой, но затем ее лицо вновь стало мрачным. — Мне очень жаль, Трис, — сказала Кристина. Трис, казалось, не слышала моих слов. Она опустила взгляд, и ее плечи поникли. Было видно, что каждое новое слово ранит ее все глубже. В комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием Трис и легким шумом за окном. — Может, стоит поговорить с Эриком? — предложила Трис, пытаясь найти выход. — Вдруг он передумает? Я подняла на нее взгляд, полный отчаяния. — Эрик не всегда принимает решения, основываясь на логике, — возразила я. — Но все же оно окончательное. Внезапно раздался сигнал сирены, призывающий нас вернуться в строй и направиться к поезду, который доставит нас на место проведения испытания. — Нам пора, — сказал Уилл с оттенком грусти в голосе, жестом предлагая нам с Кристиной поторопиться с прощанием. Мы поочередно обняли ее, и с наших уст слетело горькое: «Прощай». Было неприятно осознавать, что за столь короткий срок я успела привязаться к этой энергичной и немного наивной девушке, и мне будет ее не хватать. Она пожелала нам удачи, опустив взгляд и не провожая нас глазами. — Мне будет ее не хватать, — сказала я в пустоту, покидая лазарет. — Да, — ответила Кристина, приобняв меня, — мне тоже.