Часть 26

Крайне тяжелым для обоих супругов выдалось утро. Во-первых, Алла плохо спала ночью, периодически просыпаясь от кашля и тем самым будила Фила ненароком. Во-вторых, в одной позе лежать и ему, и ей трудно, но пытаясь ее сменить, женщина схватывала такую боль, после которой долго не могла заснуть. В итоге, не поспав сама и не дав отдохнуть супругу, Пугачева чувствовала себя мало того, что плохо, так еще и виноватой перед Филом. Только вот он, как будто ничего такого и не произошло, ухаживал за ней, даже не скривив недовольную от недосыпа мину, и подал приготовленный Люсей завтрак в постель. - Филь, - смачно пережевывая бутерброд и запивая кофе, Алла потянулась рукой за салфеткой, - ты когда будешь насчет крио звонить? Часики-то, - хихикнула Пугачева, - тикают! Сколько я еще проживу? - Алл... - Фил терпеть не мог, когда жена говорила подобные вещи - слушать это просто больно. - Что "Алл"? Ну вот что "Алл"? - причмокивая с таким аппетитом, что у Филиппа слюни потекли и он потянулся за своим бутербродом, слегка передразнила прима, - Ты ваще хочешь, чтобы мне было спокойно на душе? - Конечно, хочу! Что за вопросы? Сегодня просто суббота! Они трубку-то возьмут? - Возьмут! Если че, потом перезвонишь. Ну ладно, это мы позже обсудим. На улице погода дрянь, а погулять надо, - улыбнулась Пугачева, допив кофе, - ты со мной или мне Люську звать? Скукотища страшная одной. - С тобой, конечно, даже не обсуждается. - Наконец-то на своих двух нормально по парку пройдусь! - поставив чашечку на блюдце, Алла довольно потерла ладони и расплылась в довольной - почти ехидной - улыбке. Казалось, недосып никак не повлиял на нее - вот она, в хорошем настроении, допивает кофе и уже куда-то собирается гулять по их огромной территории, но нет - это все попытка скрыть свое истинное, крайне плохое, самочувствие. Самой потерять надежду на выздоровление не страшно, а вот, если Филипп ее потеряет - то пиши пропало, Пугачева на полном серьезе опасалась за его будущее, именно поэтому натягивала улыбку тогда, когда рычать от боли хотелось. - Мне так хочется, Алл, - Киркоров поставил поднос на прикроватную тумбу и присел к ней поближе, - чтобы ты выздоровела. И мы вдвоем гуляли бы по парку безо всяких экивоков. - Это смотря, Филиппок, на что внимание обращать - на наше счастье или экивоки. Потому что оговорочки есть всегда, не бывает абсолютного счастья, так чтобы без пятен, а если и бывает, то только у тех, у кого, пардон, кукуха поехала. Они в своем мирке живут и вечно счастливы. Впрочем, посмотри сам - мы вместе. Разве это не счастье? Я могу тебя, - Алла притянула к себе его руку и погладила, - трогать. Касаться. Говорить с тобой. Иногда даже заниматься любовью, несмотря на все, - вновь хихикнула женщина, - экивоки. Так вот ответь мне, любовь моя единственная - разве это не счастье? - Счастье, котенок, - улыбнулся Филипп и, придвинувшись поближе, смачно поцеловал в губы, - счастье. Еще б у тебя ничего не болело, было бы вообще идеально! - Ну, Филечка, не все коту масленица! Посмотри на это с другой подворотни, - пошутила Пугачева, - если б у меня ничего не болело, ты б с меня не слез просто-напросто, затрахал до потери пульса! - Ну, Алл! - смутился Филипп, а Пугачева только и шутила: - Да я серьезно! А так хоть паузируешь, за что спасибо. Только ты... - замялась Алла, поцокав нарочито языком, - долгую паузу не держи - не надо. А то я сама на тебя наброшусь. И пофиг мне на мои ребра! - Киркоров, не сдержавшись, громко захохотал, и Пугачева, довольная тем, что немного разбавила напряжение, царившее в атмосфере, улыбнулась в ответ, - Обожаю, когда ты смеешься, Филька, - почему-то тихо произнесла прима, смотря на него влюбленными глазами, - Мальчик такой сразу. Только вот, - грустно заметила женщина, - я давно не девочка. Ты вообще относись к моей ситуации проще - я все равно сдохну! Порассуждай логически - ну вылечусь я щас, к примеру, так что потом? Мне лет-то сколько! Какая ирония - вылечиться от рака и скопытиться от старости! Ты анамнез мой читал, Филечка? Сколько у меня болячек? Да меня и без рака хватило бы на пару-тройку лет! - Неправда, ты хорошо выглядишь, - пробубнил Киркоров, недовольный ее словами. - Так это фасад! А канализация-то уже, как говорила уважаемая Раневская, давно старая, все сгнило! - Алл, - прервал ее Киркоров, устав слушать очевидное, как ему казалось, самобичевание, - как я должен реагировать на твои слова, скажи мне?! - Пугачева замолчала, не зная, что ответить - своей откровенной речью ненароком причинила ему еще одну боль, о чем сейчас жалела. - Трезво, Филя. Не пойми меня неправильно - я хочу вылечиться. Год, два, три, отпущенные Богом с тобой - это замечательно. Но можно меня не калечить химией? - Мы это уже обсуждали, любовь моя. Я дал слово - заставлять и принуждать не буду. - Ну хорошо, - Алла тепло обняла его, словно закрывая тему и заодно извиняясь за вновь причиненное ненароком страдание, - но насчет крио - я тебя прошу. Позвони. - Я прямо сейчас позвоню, Аллунь, - пообещал Киркоров, - У меня телефон на зарядке в гостиной стоит. - Я пока оденусь. Мы же, - зевнула прима, слегка потягиваясь, но затем сразу же резко одернув руку от резкой боли, - гу... лять, - приглушенным голосом, скрывая в нем отчетливый оттенок боли, добавила она, - собрались... Ничего не ответив, Филипп немного натяжно улыбнулся и, прихватив с собой поднос, вышел из комнаты. Ровно двадцать минут он беседовал с врачами: сперва позвонил онкологу касаемо даты проведения лучевой терапии, на которую Алла нет-нет, но согласилась. А затем набрал номер, о котором не помнил уже почти десять лет, но который все еще сохранился в его книжке - репродуктолога. Если вопрос с крио решился относительно быстро - Филу и Алле предстояло только по представленным анкетам выбрать сурмаму - то вот дела с лечением онкологии обстояли не так радужно. Нельзя просто так прийти и провести курс терапии, сперва Алле предстояла госпитализация для сбора анализов в стационар и уже потом, если врач решит, что организм благополучно перенесет сеанс облучения, проводить саму процедуру. Кроме того, Киркорова интересовало второе мнение другого онколога, ответа от которого он также ждал. Травить жену химией, которая принесет весьма сомнительный результат, совсем не хотелось, однако, как иначе спасти любимую, Фил просто не знал. Однако, чтобы сообщить о разговоре сразу с двумя специалистами, Филипп решил не оттягивать и вошел в их спальню: - Аллунь, - негромко окликнул он жену, но та, измученная тяжелой бессонной ночью, сладко дремала, распластавшись на кровати, - маленькая ты моя, - прошептал Киркоров, осторожно накрыв Аллу одеялом. На удивление, она заснула в совсем уж неудобной, учитывая ее травмированные ребра, позе, однако, Филипп не стал ее трогать, чтобы не разбудить случайно. Осторожно выйдя из комнаты, мужчина решил набрать другому специалисту и проконсультироваться с ним заочно по результатам МРТ жены. Однако то, что ему сказал врач, подтверждая диагноз других коллег, настолько ошеломило певца, что он, молча сидя на диване, не знал, что сказать. Филипп понимал, что Алле осталось чуть больше месяца - так или иначе, с лечением или без, но она уйдет, тут уже вопрос терапии скорее, как вспомогательный момент, а не излечивающий. А с первостепенной задачей - замедлить рост метастаз - отлично справится и лучевая терапия, так что Пугачева поступила верно, когда не согласилась на внутривенные капельницы с химией, которая в ее случае не вылечит, а добьет. Алла проспала до самого вечера, как будто компенсируя нехватку часов так необходимого ее организму сна, и только звуки из их спальни оповестили Фила о том, что она проснулась - прима снова кашляла. - Филя, - заметив его на пороге, попыталась взять себя в руки и, сдерживая приступ, присела на кровати, - Погуляли, блин! - всплеснула рукой, на что Фил слегка улыбнулся, - Кхм! Кх-х-х-м... - прикрыла рот ладошкой, но Филипп перехватил ее конечность и поцеловал. - Тебе плохо? Давай я врача вызову? - беспокойство читалось во взгляде любящего мужчины, но Аллу оно вовсе не радовало, а больше пугало - мысль о том, что Филиппу одному будет очень непросто, вновь засвербила в голове. - Мне очень хорошо, родной мой. Я поспала. Прикинь! Так устроилась классно и отрубилась. Ты уж прости, что погулять не сходили. Кстати, который час? - Филипп подал ей стакан воды, и Алла, сделав пару глоточков, почувствовала, что приступ кашля стих, - Ф-ф-у-у-х... - облегченно вздохнула она, ставя стакан обратно на тумбу, - Отпустило... Так, - посмотрела еще раз на Фила, который наблюдал за каждым ее действием, - который час? - Половина двенадцатого. Уже вечер, котенок. - А, ну значит, ночь мы будем гулять! - хихикнула прима, - Пойду в душ схожу, ополоснусь. Или ты спать, Филь? Кстати, врачам-то звонил? - Звонил, солнышко. На почту пришлют анкеты сурмам, выберем завтра. А насчет тебя... - Не надо насчет меня, не порть настроение, - перебила его прима, пошутив, - Ладно, - смачно и крайне заразительно зевнула она, - Пойду я в душ. Хоть Алла и не просила, но Филипп сопроводил ее в ванную комнату, откуда по счастливой случайности как раз вышла Люся - помощница, обтирая голову махровым полотенцем, остановила Киркорова, взяв за локоть, пока Пугачева, пройдя в комнату, прикрыла за собой дверь: - Ты с ней? - вопрос Дородновой ошарашил Киркорова до такой степени, что он встряхнул головой, убеждаясь, что ему не померещилось. - Люсь, ты че? Совсем с ума сошла у меня такое спрашивать? - Я к тому, что тебе бы тоже не мешало принять душ хоть раз за два дня! Или ты ждешь, пока у тебя там творог в залупе образуется? - Люся! - вспылил, не выдержав и отчего-то густо покраснев, Филипп. - Да ради Бога, просто ты учти, что от мужика должно пахнуть не скунсятинкой, а... - Хватит! - прервал ее Киркоров, устав слушать пустые, ненужные и непрошеные наставления, - Уж сам разберусь как-нибудь! Ты спать шла? Тогда спокойной ночи! - Филь, на самом деле, я тебе на кухонном столе оставила небулайзер - это ингалятор такой. К розетке подключаешь, намордник надеваешь жене своей на ее тявкалку, и вуаля! Аллка кашляет так, что стены трясутся - ну и картины на них - я заморочилась, сходила в аптеку ближайшую, мне там подсказали. Для ингаляций самое то! Набираешь четыре куба физраствора - больше ей не надо - и даешь подышать. Пар, как от кальяна, а эффект - во! - показав большой палец верх, Дороднова закинула полотенце на плечо, - И точно не запрещено - уж от ингаляций физраствором кому худо станет? А гортань смягчится. Иначе она скоро кровью харкать начнет - слизистая, все дела, тыры-пыры. - Какие познания, ну надо же! Ладно, спасибо тебе. Я надеюсь, все обойдется. - Я тоже. Но имей в виду. Пока Люся укладывалась спать, а Пугачева принимала душ, Киркоров решил изучить новую покупку помощницы и, пройдя на кухню, распаковал коробку. Сразу отбросил инструкцию куда подальше и, достав из заднего кармана брюк смартфон, нашел видео, как правильно подключать и пользоваться. Из Интернета Фил узнал, что четыре куба по медицинской терминологии - это четыре миллилитра в шприце, а работает небулайзер как на батарейках из комплекта, так и от сети. Все, что нужно - залить жидкость в специальный отсек и, надев одну из трех, подходящих по размеру, насадок на аппарат, дать человеку подышать. Ингаляции, конечно, не лечат в случае Пугачевой, но все же смягчают сам приступ кашля, не позволяют глотке травмироваться излишне. Покупка крайне полезная, Филипп мысленно одобрил. Заметив неподалеку смятый чек, певец развернул его и посмотрел сумму. - Ну, Люся! И ведь не попросила у меня ничего, все за свои, засранка, купила! - быстро зайдя в приложение онлайн-банка, компенсировал помощнице расходы за крайне удобный, небольшой, портативный агрегат, который можно держать одной рукой и пользоваться без всяких проводов. - Филь, - полушепотом окликнула его Алла, стоя на пороге босиком, укутанная в полотенце, - ты чего здесь? Пойдем спать? - на фоне болезни силы Пугачевой утекали как-то быстро и, если она полчаса назад проснулась после длительного сна, ей все равно хотелось хотя бы полежать. - Котенок, - быстро подойдя к ней, Фил нежно улыбнулся, взяв за руку, - ты босиком, солнце, не стой. Мало ли. А я щас тоже ополоснусь и приду. - Ладно, я тебя тогда жду, - встав на цыпочки, Алла чмокнула супруга в щеку и, ступая босиком по прохладному - потому что Люся отключила подогрев по своей привычке экономии - кафелю, вернулась в спальню. Желая себя чем-то занять, полезла в Интернет, пока Филипп принимал душ. Алла прекрасно понимала, что жить ей осталось мало, но все-таки хотелось почитать о том виде рака, что у нее обнаружили, чтобы, так сказать, врага знать в лицо. На любой сайт, который она заходила, черным по белому написано - выживаемость в течение первого года лечения не более десяти процентов. Как ни странно, карцинома являлась наиболее изученной онкологией, однако, несмотря на механизм произрастания опухоли и метастаз, методы лечения оставались по-прежнему обобщенными, шаблонными и потому мало эффективными. Предлагалась либо ампутация легкого - когда пораженный орган удаляли вместе с опухолью в нем - либо химиотерапия. О статистике выживших не было и слова вообще. Заметно занервничав, Алла впервые за долгое время набрала дочери - Кристина не звонила матери сама, немного обидевшись, что та не вступилась за нее в ситуации, когда на Орбакайте власти другой страны наложили персональный запрет на въезд. Однако, даже сейчас старшая дочь не взяла трубку - то ли не услышала звонка матери, то ли еще что. - Наш с Филей ребенок... так бы себя не вел, - заметила полушепотом Пугачева, поставив телефон в беззвучный режим на зарядку, - он бы пошел либо в меня, либо в Филю. Был бы порядочным. У Кристи характер отцовский. Эх-х... - тяжело вздохнув, женщина прикрыла лицо руками. Лишь появившийся на пороге Филипп немного поднял настроение - в любимом белом махровом халате с вышитыми инициалами на рукавах, он подошел к жене и, присев возле нее на корточки, заботливо натянул чистые носочки ей на стопы, чтобы не замерзла. Алла потянулась к нему, и Фил, встав, нежно обнял ее. Она все еще в полотенце, но вдруг, лукаво улыбнувшись, погасила неяркий свет в комнате, дотянувшись до прикроватного бра и, устроившись на постели спиной, развязала узел полотенца, полностью оголяясь перед мужем. - Алл... - в потемках его горячее дыхание, когда он, опираясь на предплечья, навис на женой, приятно обжигало - будоража кровь и желание - женские груди. Не устояв перед соблазном, Филипп ласково поцеловал основание левой груди, сжав другую теплой хваткой и, проведя по соску языком, посмотрел на жену - она, явно ожидая дальнейших действий, поглаживала его по макушке, словно подначивая. - Филь, помнишь, я тебе говорила... хочу часто, по несколько раз на дню... Пока я еще могу, Филечка... Пока, - зарылась пальцами в его шевелюру, притягивая все больше к себе и наклоняя, - желание близости не потушила надоедливая боль... - Киркоров, не сдержавшись, впился в ее губы поцелуем, в этой желанной игре покусывая слегка нижнюю, но затем переместил ласку к подбородку, что Алла запрокинула голову назад, - Пожалуйста, - еле слышно прошептала она, пока ее руки уже расстегивали его халат. Филипп так возбудил жену своими ласками, этими нежнейшими поцелуями, когда, уделяя особое внимание груди, обхватывал губами сосок, что она едва ли не таяла в его объятиях, - Филя... - в какой-то момент, чувствуя, что распалена донельзя, стянула с мужских плеч халат и провела ладонью по заросшей грудине, - Мой мальчик, я хочу кое-что... - жадно облизнула губы, чуть привставая на кровати, - очень хочу... ляг, пожалуйста, - Филипп не совсем понял, о чем идет речь, но только до тех пор, пока не устроился на спине. Женщина, весьма томно, будоражаще постанывая, провела по его ключице языком, а затем, опустившись ниже, очертила ореолы, соски, - м-м-м... - кажется, этот процесс приносил ей не меньше удовольствия, чем Филу, и вот она уже ласкает возле пупка. Теплая женская ладонь навязчиво ложится на пах мужчины, прямо через ткань свеженьких боксеров сжимая пока еще податливый мягкий орган. Движение - и ее губы на его губах, а рука проскользнула под резинку белья, продолжая ласкать член, - М-м, да... Да... - шептала Алла, довольно улыбаясь, едва ощутив, как прямо в ее хватке пенис становится твердым и увеличивается в размерах еще больше до такой степени, что боксеры все же пришлось снять, чтобы болезненно не стягивала резинка. Большим пальцем правой руки женщина размазывает капельку выступившей прозрачной смазки и, несколько раз оголив головку, впивается в губы Филиппа интимным французским поцелуем, языком проводя ему по зубам, - Филя... - голос ее томный, полный вожделения, а шепот, проскочив в ухо, спровоцировал такую каменную эрекцию с мурашками по всему телу, что у Киркорова едва в висках не зазвенело, - Филя, дай я лягу. - он нахмурился, когда правила игры вновь сменились, опять не понимая, что же жена задумала. Устроившись на спине, Алла все еще поглаживала его член, - Иди ко мне, - и Фил подвинулся ближе, но Пугачева, взяв его за ягодицы, приблизила еще больше, пока пах не оказался на уровне ее рта. - Алл... - едва поняв, что ей не терпится сделать, мужчина попытался остановить, но слишком приятная ласка, когда Алла нежно поцеловала ствол члена, вынудила Фила протяжно выдохнуть, - Подожди, стой. Так тебе неудобно. - немного разозлившись, что прервал воплощение ее фантазии, Алла, взяв Фила за шею, рывком наклонила к себе: - Я хочу! - но затем расслабила пальцы на его шее, - Филечка, пожалуйста!.. - погладила его заросшие щеки, убрала прядь со лба, - Мне так хочется тебя любить. Целовать тебя целиком, - пальцы женщины поглаживали его спину, раззадоривая до такой степени, что член встал колом, - Меня так заводит твоя реакция. Мне так хочется, - облизнула пересохшие губы прима, - сделать тебе приятное... - не дождавшись ответа, вновь обхватила его член рукой, что Филипп томно ахнул, прикрыв глаза: - А! Ах-х... - женщина накрыла головку пениса своим горячим влажным ртом, каждым движением руки по стволу едва ли не доводя Фила до беспамятства, что он на чистом рефлексе сжал ее грудь, - А... - запрокинул в приступе блаженства голову назад, но тут же вернул взор на жену, словно контролируя, чтобы ей тоже было комфортно, - О, Господи... - выпалил Фил, глядя, что Алла с ним вытворяет, - Аллочка... - рука мужчины сжала грудь сильнее, когда прима провела языком по мошонке, а затем слегка пососала безумно нежную кожу, как будто стараясь губками перекатывать спрятанные яички, - А-а-а-а... А-а-а-а... - Киркоров стонал сильнее, почти с ума сходя от такого проявления любви. Рассудок затуманился, и в чистом инстинкте Филипп подался вперед, что очень понравилось Алле - она вернула ладони на его ягодицы и, слегка надавливая на них, фактически вынуждала мужчину совершать крайне медленные неглубокие фрикции, все активнее посасывая его член. - Мне нравится, как ты стонешь, - все-таки призналась она, проведя налившейся возбуждением головкой члена по своим соскам, похлопав по ним слегка, - теперь... трахни мой ротик... - Х-х... М-м... - Киркоров весь покрылся испариной, все еще пытаясь прийти в себя от порции слишком яркого удовольствия. Однако, даже сейчас, когда вся кровь и желания ушли глубоко в низ живота, он думал об Алле и ее комфорте, боясь случайно испортить эту пикантную игру, - Аллунь, давай по классике, - попросил Фил, - мне важно, чтобы тебе было хорошо. - Я не прошу кончать мне в рот, Филя, - немного обиделась прима, все еще поглаживая взбухший ствол его пениса, - просто... туда-сюда, туда-сюда... Я хочу, чтобы ты кайфанул. - Я итак кайфую, - Фил хотел было настоять на своем - все же классические способы ему более предпочтительнее - но Алла, не дав опомниться, вновь прильнула к его члену и стала так активно сосать, словно это самое вкусное эскимо на палочке, заставляя его совершать фрикции, что вскоре Филипп вошел во вкус. Опираясь о стену, возле которой стояла кровать, он крайне плавно входил в ее рот, и Алла, облизывая ствол, смачно причмокивала, постанывая: - М-м-м... М-м-м... - женщина возбудилась до такой степени, что стала помогать себе правой рукой, массируя плотный клитор, пока ее левая поглаживала пах любимого мужчины, - Филя... - она заметила, что он не позволяет желанию окончательно затуманить рассудок, что контролирует процесс, и потому обхватила нежную мошонку губками, уделяя внимание только ей и, проводя по шовчику языком, дразнила Фила. Член перекатывался по ее лицу то влево, то вправо, а женщина неторопливо, словно растягивая и ему, и себе удовольствие, сосала, прицеловывая, нежную кожу, что Фил застонал так глубоко, начав помогать себе рукой, что еще чуть-чуть, и он не сдержится, выстрелит ей густой полусладкой спермой на лицо или в рот. В какой-то момент ему именно этого и захотелось - обдать эти пухленькие губки своей горячей пульсируеющей жижей, захотелось пошлепать кончиком по ним и размазать по лицу. Но этой фантазии Филипп, собрав в кулак остатки самоконтроля, не дал сбыться и, убрав свою руку от члена, предупредил: - Алл... Я щас кончу... Стой... - он на грани, в какой-то момент ему стало казаться, что все-таки не сдержится, и потому остановил жену, коснувшись аккуратно подбородка, - Стой, Бога ради... Устав его приятно мучить, довольная Пугачева присела на колени и затянула любимого мужа в страстный поцелуй, укладывая его руки на свои груди. Она, заведенная до предела, готова была кончить только от одной его реакции, и потому Филиппу не пришлось стараться долго, когда он, зацеловывая и посасывая ее груди - каждую по очереди, уделяя внимание соску - немного резко вошел. - Филя... - Алла расставила ноги как можно шире, лишь бы глубже чувствовать его в себе. Ей до безумия нравилось это ощущение наполненности, когда низ живота поднывал от радости соития, а в движении два паха терлись, создавая дополнительное трение клитору и принося еще больше удовольствия женщине, - А, Филя... - Алла, зажмурившись, вцепилась в свою собственную грудь и зажала между пальцев сосок, словно прищепкой для больших ощущений. Киркоров, не сбавляя и без того быстрый - чтобы не мучить ни ее, ни себя - темп, посасывал крупные ореолы, лаская их языком, от яркости эмоций вынуждая Аллу едва ли не выгибаться кошкой, несмотря на имеющиеся травмы, - Филечка, - взмолилась прима, чувствуя, что оргазм уже очень-очень близок, и Фил, подняв ее левую ногу для большей глубины, ускорил темп, - еби, еби меня! - не сдержалась Алла, задышав так часто, что Филипп ненароком испугался за ее ребра, - Господи, да! Да! - женщина двигала тазом почти в такт, стараясь нагнать эту потрясающую, но постоянно ускользающую, волну дичайшего наслаждения, - Боже мой, да! - чуть ли не скрючившись, затаила на миг дыхание, - Кончаю! А-а-а-а! - прокричала она, дергая тазом и цепляясь за все, что попадалось под руку, - А-а-а!.. А-а-а-а!.. - дышит настолько сбивчиво, глухо, часто, ворочая головой по подушке, что Филипп на несколько секунд останавливается. Аккуратно возвращает ее ногу в исходное положение, но выходить не собирается - он еще не достиг порога удовольствия. Зацеловывая любимую женщину, все лицо ей, начиная с висков, заканчивая подбородком, посасывает губы - каждую по очереди. - Любовь моя... - рука нащупывает грудь и осторожно сжимает, на что Алла расхлябанно улыбается, - Ты как? - наклоняется поцелуем, - Все хорошо? - Филя, кончи... - прошептала Пугачева, поглаживая его бедра, - умоляю... Ради Бога, кончи в меня... - Киркоров слегка улыбнулся, но Алла тут же пояснила, поглаживая ему щеки, - Я так хочу, чтоб тебе было хорошо... Филя... - снова возобновив неторопливое пока движение, Фил сосредоточился исключительно на своих ощущениях и, учитывая, что он уже был на грани, меньше, чем через минуту фрикции стали не просто быстрыми - бешеными. - Ум-м-м... Ум-м-м... - каждый толчок вынуждал мужчину глухо стонать, фантазия подсовывала свежие воспоминания о том, что Алла вытворяла с его членом, и Фил, нащупав ее груди, осторожно сжал их, усиливая себе удовольствие, - М! М-м! М-м! - в какой-то момент фрикции стали более глубокими, паузированными, Фил будто вколачивал с небольшим интервалом свое удовольствие в Аллу, что ей безумно нравилось. Притянув к себе мужа, она подарила ему долгий поцелуй, языком вырисовывая узоры на губах, и Филипп, простонав ей в рот, спустил горячее семя ей внутрь. Алла широко довольно улыбнулась, ощущая, как стенки влагалища, ее глубина, принимает его пульсированные соки, как головка, ритмично сокращаясь в оргазме, выстреливает все новую порцию приятной жижи, а ствол, недавно обласканный ею же, постепенно обмякает, сбавив все возбуждение. Филипп, прижавшись к Алле, затаил дыхание и, вцепившись пальцами в нежную кожу ее бедра, протяжно выдохнул, открывая постепенно глаза. - Любовь моя... - тихо произнесла прима, вновь и вновь даря ему поцелуи, - мой ласковый мальчик... - Аллочка... - Фил, уставший донельзя, рухнул рядом на бок. Его член продолжал ритмично дергаться, выстреливая порции спермы и пачкая мужчине лобок, а волны блаженства еще сохранялись в теле, оттеняя тем самым оргазмом, - Аллунечка... - повернувшись к ней лицом, закинул ее ногу себе на бедро и, приблизившись вплотную, задаривал нежнейшими поцелуями, правой рукой запутавшись в копне волос и массируя аккуратно кожу головы. Несколько минут, приходя в себя, они лежали молча, ласкаясь и целуясь. - Знаешь, - Пугачева устроилась на его груди и сцепила руку замочком с его, - я только щас поняла, почему мне заниматься любовью с тобой не больно - в плане толчков и резкости движений. - Почему? - полюбопытствовал Фил, поглаживая деликатно ее грудь, а затем положив ладонь на подреберье. - Потому что Бог - это любовь. И мы ее так просто выражаем. Занимаемся, - расплылась женщина в счастливой улыбке, подняв взор на мужа, - богоугодным делом. - Интересная версия, мне она нравится, - кивнул Филипп, все-таки накрывая жену одеялом, чтобы не замерзла. Физическая нагрузка, хоть и приятная, выбила из примы последние силы, и меньше, чем через минуту, она уже спала. Фил тоже, едва прикрыв глаза, провалился в сон, однако спустя час болезнь жены снова напомнила о себе: - Кхм... - чуть кашлянув, Алла тут же прикрыла рот и присела на кровати, - Кх-х-х-м... - во рту впервые в жизни прима ощутила... металлический привкус крови, которую тут же сглотнула обратно и, стараясь сдержать панику, продышалась в ладони. - Аллунь? - Киркоров тоже рывком приблизился к ней, сильно испугавшись. Он включил свет, дотянувшись до бра, но, на первый взгляд, все в порядке, - Ты как? - Да все нормально, поперхнулась что-то, - пошутила Алла, стараясь скрыть сильную тревогу в душе, - от счастья, видать. Не переживай. - глубоко вздохнула она, мысленно радуясь, что новый приступ кашля ее не побеспокоил, - Ты чего вскочил-то? Давай спатеньки, Филечка. - Хорошо, Аллусь. Иди ко мне, - мужчина снова погасил свет в их спальне и, устроившись на спине, прижал к себе жену. Вскоре они оба заснули.