Клуб для своих.

— Надо же, как интересно… а разве вас не специально наняли, чтобы избегать подобных ситуаций? — вышел на свет до этого стоявший в тени новый автор перен SIRENS. Донхён скользнул по нему взглядом: красные линзы в глазах, тонкие линии татуировок… Минхёк провёл пальцем по нижней губе, улыбнувшись и показав при этом подпиленные клыки. — Эти айдолы не входят в число тех, с кем мне поручили работать, — ответил Донхён. — Однако теперь я буду настаивать, чтобы мне позволили с ними работать. Потому что происходящее ненормально. — А мы давно уже вышли за грань нормального, господин Джу, — не унимался Минхёк. — Мы? — Донхён покосился на собравшуюся вокруг толпу. О зачинщиках драки, Лине и Сунане, все словно забыли, с интересом прислушиваясь к перепалки двух новых в агентстве людей, слава одного из которых гремела по всей Корее, а второй появился непонятно откуда. Донхён усмехнулся, вновь окинув Минхёка взглядом с ног до головы: — И что же во мне такого, что переходит грань нормального? — в его внешности таковой являлась лишь длина волос, по современным меркам. Что поделать, от некоторых привычек сложно избавиться. — Впрочем, как вы правильно заметили, меня наняли именно для того, чтобы вернуть всё вышедшее за грань нормального обратно в норму. Так что вас я тоже жду в своём кабинете. Можно ночью, если вам удобнее в это время суток… — Двусмысленное предложение, — Минхёк добавил яда в улыбку, но Донхён решил, что зрителям уже хватит шоу, и отправил зачинщиков драки в кабинет менеджера, оставив и Минхёка, и стоявшую рядом с ним Луну без внимания. Разумеется, ни на какой сеанс Минхёк не пришёл. Зато явилась Луна — с расспросами о биографии Донхёна и проверкой, насколько он действительно готов помогать ей в расследовании. Донхён выдал ей информацию о Кёне, айдоле другого агентства, представив всё как скандал из-за интимной связи. Но упоминание Луной «Эдемова Сада» всё-таки оказалось неприятным сюрпризом. Впрочем, девушка явно не представляла, во что ввязалась. Почему не предложить заскучавшему обществу новое развлечение?.. Наблюдать за беспомощно тычущейся в каждый угол и делающей совершенно неверные выводы сыщицей наверняка будет забавно!

***

Визит обозлённого Минхёка был предсказуем. Как же, увезли его подопечную на встречу с каким-то спонсором в таинственный клуб, не поставив в известность! Распластанный на собственном столе, чувствуя, как его пальцы сжимают горло, Донхён всё-таки прохрипел: — Почему вас так привлекают вампиры, господин Чхон? — Что? — от неожиданности Минхёк ослабил хватку. Донхён встал, потирая горло и пояснил: — Вампиры. Красные линзы, искусственно заточенные клыки, ночной образ жизни… Почему вас так привлекает этот имидж? — Кто сказал, что это имидж? — прошептал Минхёк, сделав шаг и оказавшись почти вплотную к Донхёну. Тот прикрыл глаза, втянув воздух. Страхом не пахло. Азарт, злость, угроза… возбуждение? и явное непонимание самого Минхёка, откуда взялась последняя эмоция. — Пожалуй, не решусь проверить, насколько правдивы ваши слова, — поднял руки Донхён, будто признавая поражение. Выслушал угрозы и требование никогда больше не увозить Джиюн без его ведома, проследил, как захлопнулась за Минхёком дверь, выждал пять секунд… И расхохотался.

***

— Когда Союн привезли ко мне на встречу, я предложил ей выбор. — Жизнь в обмен на собранный компромат или смерть? — горько усмехнулась Луна. Кажется, она до сих пор переваривала осознание, что Эдемом оказался именно Донхён. — Вообще-то, я предложил ей выбор между смертью… и смертью. Ты ведь понимаешь, о чём речь? — скажи, что понимаешь. Донхён поставил тридцать миллионов на то, что малышка Джиюн окажется ни капли не глупее бойкой Союн. Однако гораздо больше, чем потерять деньги, которые быстро и без проблем он заработал бы вновь, ему не хотелось разочароваться в уме девушки. Она ведь ему действительно понравилась. Впервые за довольно долгое время. — Медленная и мучительная смерть от рук извращенца господина Джина или быстрая и лёгкая от твоих рук? — лицо Луны исказилось от боли и отвращения. Какое разочарование. Зато мамаша Сонхва сейчас явно ликует: тридцать миллионов на дороге не валяются. Интересно, на что ставил господин Нам? — Вроде того, — не стал обманывать ожидания девушки Донхён. В конце концов, какая разница. На том свете, если он, конечно, существует, пусть ей сестрица растолковывает правду. Ворвавшуюся команду «мстителей» он встретил широкой улыбкой.

***

— Юнги, — Туён шагнул к нему. — Остановись. Ты уже всем всё доказал. Какой он всё-таки превосходный актёр. Донхён встал, почти не пошатнувшись. Колено, простреленное Минхёком, ещё болело, но уже заживало. Пуля оказалась обычной — а ведь на какое-то мгновение он и правда испугался, что этот фанат вампирской тематики разгадал их. — Ты прав, Туён. Хватит, — Донхён поднял взгляд и улыбнулся старому другу. Тому, чей отец шесть веков назад пожалел умирающего от неизлечимой болезни молодого мужчину. О Бёнхон в стремлении вылечить единственного наследника прибегал то к молитвам, то к колдовству… Вампиры стали последним средством не потому, что он не хотел обрекать сына на существование ночным кровопийцей, а потому, что сам он об этих созданиях узнал слишком поздно. Джин Минхи принял его жертву — не то, чтобы им с Туёном приходилось голодать, но, как он сказал в минуту откровения, кровь жертвующего собой ради ребёнка родителя обладает совершенно уникальным вкусом. — Туён, не подходи к нему, — вскрикнула Луна. Донхён улыбнулся. Как же она наивна. — Туёну я вреда не причиню. Остальным же предлагаю тот самый выбор, перед которым поставил и Союн. Смерть или… смерть, — он посмотрел на Минхёка. — Знаете, господин Чхон, глаза у вампиров красные не постоянно, а в моменты охоты. И клыки удлиняются тоже лишь тогда, — он наконец показал упомянутые вампирские признаки. — А неприятные ощущения от солнца можно и потерпеть. Итак… кто из вас предпочитает умереть и стать одним из нас, а кто предпочитает умереть и стать пищей? Луна вскрикнула, попятившись. Её поймал за руку также давший волю охотничьим инстинктам Туён. Увидев его глаза и клыки, она попыталась вырваться, оглушительно визжа и окончательно запаниковав. Туён ударил её — несильно, просто чтобы отключилась и дала им спокойно поразвлечься. Всё равно она будет принимать решение последней. Кастиэль, увидев упавшую Луну, бросился к ней и тоже был схвачен. Госпожа Пак попыталась пробиться к выходу, но приведённые ей «жертвы» Эдема тоже обратились. Низшие вампиры, ещё толком не контролирующие себя, они не считались равными элите, частенько развлекавшейся, спуская их, как свору псов, на людей. Минхёк разрядил в них пистолет, слегка разочаровав этим Донхёна: тот был уверен, что продюсер сообразит взять его или Туёна в заложники. Это бы привнесло хоть какое-то разнообразие. — Я согласен! — внезапно крикнул Дин. — Я согласен стать одним из вас! Донхён широко улыбнулся. — Ты и правда считаешь, что первый додумался до такого? Согласиться, чтобы потом, став одним из нас, уничтожить «Эдемов Сад» изнутри, отомстив за выпитых людишек и себя в том числе? — он кивнул в сторону столпившихся «жертв»: — Едва ли не все они надеялись на то же, а теперь готовы за глоток крови исполнять любое поручение Высших. К тому же, ты единственный, кому выбора не предоставится. — Я настолько опасен? — приторно-ядовито улыбнулся Дин. Храбрится. Это хорошо. Будет вкусно. — Ты лишил нас деликатеса. Знаешь, как прекрасен коктейль из крови матери и её нерождённого малыша?.. Кого-то стошнило. Кажется, Сонхва. Вот с него и начнём. Туён шагнул к нему, предлагая выбор. Донхён надеялся, что тот согласится на обращение: хотелось посмотреть на встречу матери и сына. Впрочем, куда сильнее его интересовали реакция на выборы друзей очнувшейся Луны и… позволят ли главы корейских вампиров сделать Минхёка Высшим? А в том, что тот выберет обращение, Донхён не сомневался: так старательно изображать вампира — и отказаться воплотить свою фантазию в реальность? Глупости.