День шестой: вампиры

Эта осень была прекрасна: все деревья в Блэкстоуне нарядились в багряные, алые и янтарные наряды, украсились золотистыми искрами. Даже листья на кленах и не думали опадать! Из кафе доносился аромат сезонных напитков и пирогов с яблоками или тыквой. Небо было пронзительно-голубого цвета и каким-то прозрачным, таким оно бывает лишь осенью. Так миновал сентябрь, закончился и октябрь. Время подбиралось к переходу на темную половину года. Разумеется, ночь 31 октября оживила улицы детскими голосами и смехом, устраивались многочисленные тематические вечеринки, дома и улицы были украшены, а некоторые устраивали киномарафоны с фильмами ужасов. Однако для Лилиан Кроу этот день был лишь таким же из череды ничем не примечательных будней. Праздник воспринимался ей как фоновый шум, а мысли занимало совсем другое: неделя прошла с тех пор, как умер отец. Он был искусствоведом, изъездил почти всю Европу, побывал во многих настоящих замках! Одно из самых ярких воспоминаний детства для Лилиан было именно это: настоящий замок в восточноевропейской стране и смотреть на закат с высоты крепостной стены. В больнице врачи сказали, что его подвело сердце. Это не было новостью для Лилиан. Мать ушла от них, когда Лилиан было десять лет, а узнав об смерти бывшего мужа, лишь позвонила дочери с соболезнованиями. Теперь осталось подумать, что делать с отцовским наследием. Кроме связей в мире художников и искусствоведов, отец оставил и старинный серебряный медальон, с выгравированными на нем крестом и красивым, таинственным узором. Отец привез его из Румынии, после одной из своих экспедиций. Тогда он давал оценку картинам, можно ли их реставрировать, и понять, кем был автор. Медальон нравился Лилиан, и хоть наверняка имел историческую ценность, для нее он был важнее по другой причине – эту вещь подарил папа. …Сегодня Лилиан работала допоздна в книжном магазине. Праздник ее не касался, а чтобы отвлечься от мыслей, она старалась выматывать себя так, чтобы от усталости не оставалось сил на подумать. Лишние смены и часы работы приносили больше дохода, что не могло не радовать. Домой она чаще всего возвращалась пешком, потому что жила совсем недалеко. Сегодня Лилиан решила срезать дорогу, стараясь избегать скоплений людей, празднующих Хэллоуин. Девушка торопливо шла, совсем не заметив, как из переулка показались три фигуры, похожие на тени. Маски этих людей были в хэллоуиновском стиле – один щеголял с маской волка, другой прятался за личиной клоуна, с маски третьего зловеще скалился череп. Ждали ли они именно ее? Или просто сгодилась бы любая девушка? Кто знает… Мужчины перешучивались между собой, быстрыми шагами нагоняя Лилиан. Смех зазвенел резко, такой звук напугал бы любого. — Погоди, малышка, — голос «волка» был полон насмешки и скрытой угрозы. — Хэллоуин на дворе, а ты совсем одна? Это не дело. Не отвечая им, девушка только шагала торопливее, Лилиан ускорила шаг, нервно подтянув повыше воротник куртки. Под пальцы случайно попал медальон. Как назло, тротуар был пуст, даже редких автомобилистов не было на дороге, разве что ветер ворошил опавшие листья по асфальту. Человек в клоунской маске внезапно дернулся вперед, хватая Лилиан за руку, его пальцы больно впились в кожу. Его приятель «череп» вытащил нож, демонстративно поигрывая им. — Не трогайте меня! — Лилиан рванулась, стараясь освободиться. — Я буду кричать! — Ори, тебя все равно никто не услышит, — хмыкнул обладатель маски-черепа, подтянув ее ближе и прижав нож к шее. — У всех есть занятия поинтереснее, чем играть в героя, спасающего девицу в беде. Лилиан не собиралась сдаваться, хотя силы были неравны изначально. Но внезапно все изменилось: воздух похолодел, тени, казалось, обретали не только форму, но и объем, ветер исчез и стало так тихо, что это испугало девушку гораздо сильнее, чем троица бандитов. Тени всколыхнулись, слились в одну, чернее самой ночи. И из этой темноты шагнула вперед чья-то фигура. Это был мужчина. Выглянувшая луна осветила улочку, позволяя Лилиан рассмотреть нового участника событий: мужчина был высок, бледен, а его глаза вспыхнули алым. Незнакомец оглядел троицу мерзавцев, держащих девушку, и очень нехорошо улыбнулся. Лилиан почему-то совершенно точно осознала, что эта улыбка ни к чему хорошему не приведет. Движения незнакомца были настолько стремительными, что почти невидимыми. Вот он тут – а через секунду уже в другом месте, рядом с первым бандитом-«клоуном», который не успел даже ничего сделать, лишь рухнул с сломанной шеей. «Волк» успел было выхватить свой нож, но это было бесполезно: его горло и грудь словно рассекли огромные и невидимые когти. Третий, «череп», попытался бежать, но незнакомый спаситель догнал его, и легко удержал на месте, впившись в шею. Лилиан только ахнула, не в силах подняться с колен. В это самое мгновение она ничуть не сомневалась в реальности происходящего. А между тем, вампир повернулся к ней, внимательно оглядел и неожиданно тепло улыбнулся. Лилиан какой-то частью своего сознания отметила, что спасший ее вампир, кстати говоря, весьма красивый: острые скулы, длинные темные волосы, и лишь глаза, в которых отражалась вечность, выдавали его сверхъестественную натуру. Вытерев кровь с губ, он мягко спросил: — Ты цела, Лилиан? Девушка неосознанно цеплялась за медальон, словно он был якорем реальности, когда весь знакомый мир напрочь рушился. — Кто ты? — Лилиан смогла самостоятельно подняться на ноги. — Зачем тебе я? Вампир сейчас выглядел совсем как обычный мужчина, алый оттенок в радужке глаз исчез, уступая место серо-голубому, такому человеческому оттенку. — Прости, что обстоятельства нашей встречи сложились вот так, — вздохнул он. — Меня зовут Владислав Басараб. Так уж получилось, что я…давний должник твоего отца, Генри. Прости, что напугал, но этих типов нельзя было оставить в живых. Лилиан сглотнула, ее сердце все еще испуганно колотилось: — Мой отец? Он… он ведь умер недавно. О чем ты говоришь? Влад опустил взгляд, голос его стал печальным и в тоже время серьезным: — Генри умер, я знаю, потому что смог почувствовать это. Дело в том, что двадцать лет назад в Румынии, твой отец случайно отыскал саркофаг в руинах старого замка. В этом саркофаге я был заперт, ослабевший, и почти мертвый, но твой отец помог мне, хотя догадался, кто я. Генри напоил меня своей кровью. Поэтому я дал клятву исполнить его желание, и наш контракт был скреплен луной и кровью. — Румыния? — Лилиан вытащила цепочку медальона, который отец привез из той поездки. — Он никогда не рассказывал… это ведь твой медальон? Влад кивнул: — Да. И он является частью клятвы. Я вампир, Лилиан, и живу на свете не одну сотню лет, но всегда держу данное слово. — Что ты пообещал ему? — всхлипнув, прошептала девушка. — Что?! — Моя клятва в том, что я буду защищать тебя, если это понадобится, — ответил Владислав. — Ты была для него дороже всего на свете, Лилиан. — Он не говорил мне… — потрясенно произнесла девушка. — Думаю, что он хотел дать тебе возможность жить нормально, — ответил Владислав. — Но вот я здесь, и обязан защищать тебя. Однако примешь ли ты мою помощь, окончательно завершив контракт – лишь только твое решение. Лилиан взглянула на лежащие тела бандитов, на их кровь, а затем на вампира, который казался сейчас реальнее всех присутствующих. Просто так они подкараулили ее? Или же кто-то отправил их за ней? Мир оказался совершенно не таким, как она думала. Но отец оставил ей в наследство и еще такую возможность оказаться защищенной… Голос Лилиан все еще дрожал, однако в нем мелькнула прежняя твердость: — Раз папа тебе доверился… попробую и я. Но ты должен согласовывать все со мной и действовать столь радикально только если возникает угроза моей жизни…хорошо? Владислав улыбнулся ей, теперь в его взгляде ясно виднелось уважение. — Как скажешь, Лилиан. Думаю, мы с тобой привыкнем друг к другу и сможем продолжить жить. А сейчас – позволь проводить тебя до дома. На всякий случай. Лилиан кивнула, продолжая сжимать медальон. Дома, решила она, ей надо будет порыться в отцовских записях и просмотреть его книги, поискать информацию об вампирах. В конце концов, ей теперь жить в этом опасном мире.