Часть 2. Ритуал (Вымышленные существа)

Воздух густеет.

Стынет стекло.

Что-то чужое

В залу вошло.

Шепот. Скрип.

Том упал.

Тихий всхлип.

Я пропал.

      Дыши. Через носоглотку попадало его ужасное дыхание, которое было пропущено через его грязные, прожжённые дымом легкие. Почему-то думал я именно так. Это вдохи-выдохи пахли старым маслом, гнилой рыбой и, клянусь, лакрицей. Меня преследовало нечто, что, судя по запаху, либо курит табак в лакричной бумаге, либо только что съело целую коробку лакричных конфет, запив всё тухлой селедкой.       — Ну, где же ты, сладкий? — прохрипел кто-то со скрипом зубов.       Голос принадлежал, как я подозревал, существу, которое я по глупости вызвал, пытаясь доказать свою теорию о том, что «все выдуманные демоны из книги по эзотерике Папюса нуждаются в психоаналитике и являются чужими иллюзиями». Кажется, они не оценили мою проницательность.       Я, Карл Голден, доктор оккультных наук (самопровозглашенный, конечно же, но кто сейчас смотрит дипломы?), зажался в углу старой библиотеки. Мои пальцы судорожно сжимали потёртый том Папюса, словно это был не источник моих бед, а щит. Щит из бумаги и посредственного перевода с французского.       — Я же говорил, что ты не настоящий! — прошептал я, скорее для себя, чем для него. — Ты просто плод моего воображения, вызванный избытком кофеина, скукой и моим глупым любопытством! Тебя не существует!       — О, я более чем реален, Карл, — проскрипел голос, приближаясь ко мне. Я слышал, как что-то волочится по полу, словно мешок с костями. — И твоя теория… она была… интересна.       Я зажмурился, представляя себе, как это «нечто» сейчас облизывается. Неужели я действительно вызвал демона, который питается докторами оккультных наук? Бред! Хоть я и изучаю магию и прочий оккультизм, но я в него не верю! Сейчас, кажется, меня заставят поверить…       — Интересна? — выдавил я, стараясь придать голосу хоть какую-то твердость и уверенность. — Ты серьёзно? Я думал, ты будешь кричать, метать молнии, пытаться меня убить. А ты… Ты просто… анализируешь мои мысли об оккультизме?       — Почему ты решил, что я не буду пытаться убить тебя? — голос стал чуть громче, и я почувствовал, как воздух вокруг меня стал плотнее, словно наполненный невидимой, липкой субстанцией. — Убийство — это так… банально. И неэффективно. Ты же сам сказал, что я иллюзия, плод твоего разума. А разве может убить то, чего нет?       Я почувствовал, как по спине пробежал холодок, несмотря на то, что в библиотеке было душно, как в бане. Он прав. Если он — часть моей фантазии, то убить его — значит убить часть себя, верно? А я, признаться, не очень-то хотел умирать. Особенно от рук (или щупалец, или чего там у него имеется) существа.       — Тогда… что ты хочешь? — спросил я, стараясь не выдать дрожь в голосе и размять затекшие ноги.       — Я хочу… — голос затих на мгновение, словно оно обдумывало свой ответ. — Я хочу, чтобы ты перестал пить этот ужасный кофе три в одном. Нельзя запихнуть в один напиток всё и сразу, получается ворвонь. Он отвратителен и ужасно воняет.       Я моргнул. Я ожидал чего угодно: жертвоприношений, проклятий. Но не этого.       — Поверил? — с насмешкой прошептало над ухом существо. Конечно, это была его издёвка. Старые древнее существо или дух решил пошутить.       Вдруг я почувствовал, как что-то тёплое коснулось моей щеки. Это было мягкое, как кошачья шерсть, и вместе с тем ледяное, как из морозилки «что-то». Я открыл глаза и увидел, что перед моим лицом висит огромное, блестящее щупальце, на конце которого висит маленький, кроваво-красный глаз. Мой мозг, привыкший к логике и научным статьям, отказывался обрабатывать увиденное. Это было нечто, вырвавшееся из самых тёмных уголков моего подсознания, из тех мест, куда я боялся заглядывать даже в своих самых смелых теориях. Даже во снах такое не может присниться! Глаз, казалось, смотрел не на меня, а сквозь меня, проникая внутрь, как острый хирургический скалпель, разрезал все мои теории и привычную реальность. Реально ли то, что я вижу сейчас или это всё только в моей голове?       Я попытался отстраниться, но щупальце, словно живой питон, обвилось вокруг моего тела, сжимая его. Я почувствовал, как воздух в легких начал заканчиваться, а мысли стали путаться. Попытался крикнуть, но из горла вырвался только слабый стон.       Существо, или то, что я воспринимал как существо, издало звук, похожий на помехи в радио. Этот звук проникал вибрацией прямо в кости, заставляя их отвратно чесаться под кожей, будто кто-то вынимал разом все кости из суставов. Я чувствовал, как мои собственные органы начинают двигаться, словно под действием неведомой силы, как будто они пытались вырваться из меня. Это было не просто физическое давление, а что-то большее и мерзкое. Разум перестал всё анализоварть, меня сковал первобытный ужас.       Глаз на щупальце расширился, и в его бездонной черноте я увидел отражение не себя, а чего-то иного. На миг мне показалось, что внутри сияет неоновый свет. Целая галактика смотрела на меня изнутри, через этот мерзкий, пульсирующий орган с щупальцем.       Мои пальцы начали неметь, я почувствовал как кожа натягивается, словно готовясь разойтись по невидимому шву. Воздух, который я так отчаянно пытался вдохнуть, казался густым и вязким, как смола. Щупальце медленно, неумолимо приближалось к моему лицу, его поверхность была покрыта мелкими, пульсирующими венами, которые светились тусклым, фосфоресцирующим светом изнутри.       В этот момент, когда я уже готовился к неизбежному, к полному поглощению этой чудовищной сущностью, к смерти в муках, я почувствовал резкий толчок. Не физический, а скорее ментальный, словно кто-то выдернул меня из глубокого, темного колодца. Из этой ужасающей иллюзии моего мозга.       Я очнулся.       Тишина. Не та звенящая, наполненная плохим предчувствием тишина, что предшествует грозе или неизбежной смерти больного друга, а плотная, осязаемая тишина, пропитанная запахом старой бумаги и пыли.       Я лежал на чем-то твёрдом и холодном. Медленно, с трудом, я поднял голову. Передо мной возвышались бесконечные ряды книжных полок, уходящих в полумрак. Свет исходил от тусклой лампы, подвешенной где-то высоко, бросая причудливые тени на корешки книг. Я был в библиотеке. Той самой, где я проводил дни и ночи, погруженный в изучение забытых текстов, в поисках ответов на вопросы, которые мучили меня с детства.       Кошмар. Это был всего лишь кошмар. Я не сошёл с ума. Я попытался успокоить бешено колотящееся сердце, вдыхая прохладный, затхлый воздух. Но ощущение холода, исходящего от чего-то мягкого и ледяного, всё ещё оставалось на моей щеке. И тот взгляд…       Я встал, ноги дрожали. Огляделся. Всё было на своих местах. Книги, столы, кресло, в котором я обычно читал. Но что-то изменилось. Воздух казался гуще, плотнее. Нутром чувствовал, что где-то в глубине таится отголосок того, что я видел. Или, возможно, то, что видело меня. И это было куда страшнее любого кошмара.       Край книги Папюса лежал под стеллажом. Я поднял его и увидел выдранную страницу. В оглавлении номер страницы значился под «Вызовом из того мира». Я помнил, как читал эту главу несколько часов назад. Там описывался ритуал, позволяющий установить связь с существами из иных измерений. Я тогда посмеялся над этим бредом, списав всё на фантазии автора, по глупости зажёг найденные свечи, прочитал заговор с выдранной страницы и обвёл себя кругом.       Круга нигде не было. Свечей тоже. Я точно помнил, что не вырвал листы из книги. Это настораживало.       Я перевернул книгу и увидел, что на следующей странице, после вырванной, остались следы чернил. Между прочим, пахло какой-то тиной. Кто-то пытался что-то написать, но потом, видимо, передумал и зачеркнул. Я присмотрелся. Под слоем размазанных чернил проступали слабые очертания букв. С трудом, но мне удалось разобрать несколько слов: «дверь… никогда… нельзя…»       Нельзя? Нельзя что? Вызывать? Что за безумие?       Внезапно я почувствовал, как в библиотеке стало холоднее. Не просто прохладнее, а леденяще холодно, словно я оказался в самом центре арктической бури. Лампа над головой начала мерцать, добавляя тревоги. Запах пыли стал невыносимо сильным, он душил меня, забивал легкие. Столько пыли, как в старом ковре на стене.       Я обернулся. В дальнем конце библиотеки, там, где заканчивались книжные полки и начиналась непроглядная тьма, я увидел движение. Что-то огромное, темное и бесформенное колыхалось в полумраке. Оно росло, становилось всё больше и больше, заполняя собой всё пространство.       Страх сковал меня. Я не мог пошевелиться, не мог даже закричать. Я просто стоял и смотрел, как эта чудовищная сущность приближается ко мне, вытягивая из меня последние остатки разума. Вместо одного единственного щупальца, у существа было их не меньше трёх десятков. И тут я услышал шепот. Тихий, едва различимый. Он звучал отовсюду и ниоткуда одновременно.       «Ты призвал нас, Карл. Теперь ты наш».