Часть 13

— Эй, ты идёшь слушать речь Джахи? — радостно остановила Келли, девушка по имени Харпер, будто не замечая, как та напряглась всем телом. Девчонка светилась, в глазах блестело нетерпение, на губах улыбка. День Единства. Все вокруг бурлили, как перед концертом: смеялись, переговаривались, подтягивались к вынесенному на улицу экрану, из которого уже обрывками доносился голос канцлера. Келли даже не попыталась выдавить в ответ улыбку. — Ни за что. Харпер мигом потеряла внимание и скрылась в толпе. А Кейн, наоборот, двинулась в противоположную сторону — прочь от сгрудившихся подростков и очередных сладких речей о единстве, долге и прочем дерьме. Толпа жила своим общим восторгом, люди смеялись, обнимались и так отчаянно смотрели на Телониуса, будто все дружно забыли, что их сюда сбросили как мусор. Что многие не выжили. А те, кому удалось, просто сидели на пороховой бочке. Келли пробиралась между ними так, будто каждый встречный препятствие. Резко, злобно, ни с кем не встречаясь взглядом. Хотелось вырваться, глотнуть воздуха, выскочить из этого праздника ложной надежды. День Единства, хороший день, если забыть, что на Ковчеге он всегда был символом контроля. Днем, когда все произносили одни и те же слова из года в год, потому что так положено. Пока кого-то, вроде неё, не запирали в камеру за «действия против системы». Келли чувствовала, как поднимается злость, старая, знакомая. В висках стучало, дыхание участилось. Единство… Какое единство? Она прекрасно помнила, кто именно проголосовал за её арест. Помнила скрип закрывающейся камеры. Помнила ночи, когда думала, что умрёт без права на свою правду. Праздник? Нет. Это был цирк. Она наконец вырвалась из плотной толпы, вдохнула воздух поглубже. Слышала, как за спиной кто-то радостно выкрикивал. Её на мгновение передёрнуло. Пусть слушают. Пусть радуются. Ей это не нужно. Сбоку, в одной из палаток, послышалось знакомое приглушённое шептание. Келли узнала голоса Джордана и Грина и машинально свернула туда, будто ноги сами вели её прочь от спектакля. Она откинула полог и шагнула внутрь. Парни замерли на секунду от того, как резко появилась девушка, а потом одновременно расплылись в улыбках, переглянулись и, не дав ей опомниться, втянули ближе к столу. — Келл, смотри! — сиял Джаспер. — Монти снова в ударе! Настоящий самогон собственной добычи! На столе булькал и постанывал какой-то сомнительный прибор, а в металлической кружке плескалась мутная жидкость. Запах ударил в нос резко и бессовестно. Блондинка поморщилась. — Вонь как от протухшего топлива… — Вонь это признак силы! — гордо заявил Монти и, как самый щедрый бармен вселенной, протянул ей кружку. — Ты первой попробуешь. Это честь, если что. — Не думаю, что это хорошая идея… — Келли, ну брось. — Джаспер улыбнулся слишком мягко. — Ты выглядела так, будто вот-вот кого-нибудь прибьёшь. А мы спасаем ситуацию. Традиционный антидот от всего! Блондинка тяжело выдохнула. День и правда был дерьмовым. В груди сплошное напряжение, которое она уже не могла держать. И… если честно, ей действительно хотелось хоть на пару минут перестать чувствовать. — Ладно. Давай сюда. Она взяла кружку двумя руками и сделала большой глоток. Жидкость влетела, как огненная стрела. Первая реакция — выгнуться назад, закашляться, выругаться. Вторая — смех, внезапный, хриплый, потому что это было ужасно, но одновременно... освобождающе. — Черт возьми… — выдохнула девушка. — Это значит, что всё работает как надо! — объявил Монти, сияя как фонарь. Келли, моргнув, сглотнула… и вдруг снова потянулась к кружке. Второй глоток шёл мягче. Третий почти приятно. Грудь отпустило, голова стала лёгкой, будто кто-то открыл окошко внутри и выпустил весь яд дня. Они немного поболтали ни о чём, о смешных вещах, о том, как Монти убеждён, что сможет сварить нормальный алкоголь «к следующему празднику», о том, что Джаспер назвал устройство «Счастливый Дистиллятор», и Келли каждый раз начинала смеяться, когда он произносил это вслух. Потом, словно сговорившись, оба парня вскочили. — Лагерь, готовься! — крикнул Джордан, хватая бочку. — Сегодня будет настоящее веселье! Мы все выживем и умрем от похмелья! — подхватил Монти. И они выскочили наружу, распугивая прохожих. Кейн только покачала головой, ухмыльнувшись и взяла себе отдельную маленькую бутылку, которую Грин сунул ей «на личное пользование». Она вышла следом, но не пошла с ними в толпу. Просто вдохнула прохладный воздух. Он приятно обжёг лёгкие. Всё вокруг чуть плыло, но в хорошем смысле, как будто напряжение наконец-то отступило на шаг. Размытое зрение уловило знакомый силуэт у забора. Октавия стояла, опершись на деревянный столб, взгляд метался между лесом и кучкой подростков, которые уже начинали пить слишком громко и слишком быстро. Келли чуть пошатываясь подошла к ней и радостно цепанула под руку. — Оо, что случилось? — протянула она, будто увидела самое важное существо во всём лагере. Брюнетка фыркнула, обняла её за талию, чтобы та не завалилась, и развернула к их излюбленным креслам за последние дни. — Воу, Кейн… ты пьяная, — усмехнулась она, помогая подруге устроиться. — Эй, нет-нет-нет, я просто… — Келли подняла указательный палец и задумалась как величайший философ. Потом хмыкнула. — Ладно. Возможно. Блейк засмеялась откидываясь в кресле рядом. Блондинка протянула ей бутылку, но та покачала головой. — Сегодня я трезвая. Мне надо… вообщем… не стоит. — Ты как-то слишком… нервничаешь, — заметила Келли, щурясь, будто пытаясь навести фокус. — Что происходит? Октавия вздохнула. Потеребила край рукава. Смотрела не на неё, а в сторону леса, будто там кто-то стоял. — Келл… на самом деле… я собиралась уйти. К Линкольну. Мы договорились встретиться. Слова упали между ними тяжело, как камни. Алкогольный туман чуть рассеялся. — Подожди, как уйти? — блондинка выпрямилась, брови дрогнули. — Сейчас что ли? Октавия посмотрела на неё, глаза блестели от страха, волнения и чего-то ещё. — Да и я не хочу, чтобы кто-то за мной увязался… или чтобы Беллами начал орать. Он меня не поймёт. — Ну… да, он взорвётся, — честно признала Келли. — Но ты уверена? Это очень опасно. Ты не можешь быть в нем уверена. — Линкольн меня не тронет, — твёрдо сказала она. И в её голосе не было сомнений. Кейн выдохнула, ещё раз оглядела подругу. Октавия нервничала так сильно, что пальцы дрожали. Не от страха, от ожидания. Она влюбилась. Келли увидела это сразу. — Ну… — блондинка наклонилась ближе, почти подмигнула. — Он тебе нравится. Сильно. Блейк резко отвернулась, но щеки вспыхнули. — Просто… он другой. Он спас меня, он… — она сглотнула. — Я у него не «ошибка», не «тайна», не преступление. Я просто хочу увидеть его. Хоть на пару минут. Чтобы знать, что он… жив.  Келли поставила бутылку на землю, коснулась её плеча. Улыбнулась мягко, чуть грустно. — Иди. Октавия моргнула. — Серьёзно? — Да. Пока толпа занята, пока все слушают свою долбаную «речь единства»… никто не заметит. И… — она наклонилась ближе, — Я займу чем нибудь Беллами, если он что то заподозрит. Брюнетка рассмеялась так громко, что несколько ребят обернулись. — Только будь осторожна, О, — добавила Келли уже тише. — Пожалуйста. Девушка кивнула и, поднявшись, крепко обняла её, быстро, но искренне. — Вернусь через пару часов. Я обещаю. И она исчезла в темном коридоре деревьев. Келли осталась сидеть, глядя ей вслед. Алкоголь снова мягко накрыл сознание. Шум лагеря стал громче.  Вечер наступил быстро. Слишком быстро. Келли даже не заметила, как солнце ушло за горизонт, оставив на облаках оранжево-лиловые разводы, будто разлитую акварель. Когда голос Джахи наконец смолк, толпа словно взорвалась. Люди затянули её к кострам. Смех, музыка из жестяных банок, кто-то пытался танцевать, кто-то просто сидел и рассказывал истории, которые на Ковчеге были бы поводом для наказания. Но сегодня нет. Сегодня они были живы. И в какой-то момент Келли позволила себе просто… быть. На удивление легко. Приятно. Может быть, самый счастливый вечер на Земле. Хотя стоило ей сделать очередной глоток, как память услужливо подкинула картинку Беллами. Его тёплые руки на её коже, его дыхание над её губами, тот поцелуй, от которого подкашивались колени. Она облизнула губы, пытаясь удержать улыбку. — Смотрю, ты нашла способ пережить речь Джахи… Теплое дыхание коснулось её шеи. Девушка даже замерла на секунду — невозможно было не узнать этот голос, этот низкий, чуть хриплый шёпот, от которого внутри всё дрогнуло. Он чувствовал её мысли, иначе и быть не могло. Беллами весь день держался на расстоянии, а сейчас стоило ей вспомнить его и вот он. Рядом. Слишком близко. — Не пережить, — уточнила она, невольно улыбаясь шире, чем собиралась. — А игнорировать. Блейк хмыкнул, и этот звук прошёлся по её позвоночнику горячей волной. В этот момент она вдруг заметила, что Беллами стоит слишком близко, так близко, что его грудь почти касалось её спины. И внутри снова появляется то раздражающее, но тёплое чувство, от которого хотелось то ударить его, то поцеловать. Она медленно, почти лениво повернула голову и посмотрела на него снизу вверх. Улыбнулась чуть криво, с дерзким блеском, который всегда сносил ему крышу. — Ты сегодня… очень занят тем, чтобы не обращать на меня внимание, верно? Бровь парня едва заметно изогнулась. — Это ты так решила?  — Я не решала, — она пожала плечами, делая ещё глоток. — Я видела. — И что же ты видела?  — Хм… дай подумать… Ах да. — Она закатила глаза, играюще. — Пару раз ты был замечен в компании Кларк. И у вас там были… очень весёлые разговоры. Он сузил взгляд. Резко развернул её лицом к себе, хватая за талию. — Ты сейчас куда ведёшь? — Никуда, Белл. — девушка ухмыльнулась чуть шире, но взгляд у неё был слишком прямой. Слишком цепкий. Слишком собственнический. И он это понял. Безошибочно. — Ясно, — хмыкнул он. — Ты ревнуешь. — Просто наблюдаю, — парировала она, резко и чётко. — И мне плевать, кто с кем болтает… пока это не выглядит слишком увлечённо. — Келли наклонилась ближе, почти касаясь носом его щеки промурчала — Разницу чувствуешь? На миг Беллами будто лишился воздуха. Он сжал её талию сильнее, будто пытаясь удержать не её — себя. — Ты даже не представляешь, как сейчас на меня смотришь. Хватит пить, Кейн. — Не командуй, — фыркнула она, но даже не подумала отстраниться. — Не командую, — парень опустил одну ладонь к бутылке, легко перехватывая ее — Забочусь. Она вцепилась в нее намеренно, демонстративно. Но он быстро поймал ее запястье и это движение…было слишком близким, слишком интимным, слишком правильным. Келли подняла на него глаза и поняла, что воздух между ними стал другим. Густым. Тёплым. Как перед грозой. — Прекращай — сорвался он, становясь раздражённее от её упрямства. — Ты меня злишь. — Не хочу — блондинка улыбнулась, отчаянно вызывающе. Парень наступил еще ближе, его брови нахмурились. Она шагнула назад. Почти игра.  — Не стоит испытывать мои нервы, Келл… — его шёпот был низким, опасным. — Отпусти. И шагай за мной. Слюна в горле стала вязкой. Напряжение между ними накалилось до предела. Его властный, уверенный тон будил в ней что-то тёмное, сладкое, покорное. Ему хотелось подчиняться. Но она лишь упрямо выдохнула ему прямо в губы. — Нет. Он коротко, сухо усмехнулся так, что по спине у неё прошёл холодок. А потом резко схватил её, перекинул через плечо, что она только вскрикнуть успела. — Ты больной?! — возмутилась она, стуча кулаками ему в спину, — Куда ты меня тащишь придурок?!  — В свою палатку, — невозмутимо ответил он. — А что не так с моей?  — Потому что твоя завалена тряпьём, оружием и Октавией. Я лучше справлюсь с твоими пьяными выкрутасами там, где у меня есть пространство. Она открыла рот, чтобы возразить. Закрыла. Открыла снова, но он уже откинул полог, проходя внутрь. Осторожно спустил ее на ноги, но крепкие руки так и продолжали удерживать ее. — Смотри ка, — Келли наклонилась к нему, едва касаясь носом его щеки. — Так скучал по мне? Он сжал её талию сильнее, чем собирался. — Ты пьяная, Кейн. — И что? — девушка провела ладонью по его груди, медленно, лениво, будто проверяла, насколько он твёрдый под тканью. Трезвая не решилась бы. Но сейчас… алкоголь дал ей дерзость. И честность. — Ты… просто невыносима.. — Я знаю. — она приподнялась на носочки, играя кончиком носа по его губам. — Но ты всё равно меня хочешь. Он зажмурился, словно от боли, дыхание сорвалось. — Чёрт, Келли… — Просто поцелуй меня Блейк, — приказала она, наклоняя голову. И он не выдержал. Поймал её лицо ладонями и резко впился в её губы. Поцелуй был горячим, голодным и долгим, таким, будто он ждал этого вечность. Девушка ответила с такой же жадностью, пальцами вцепившись в его волосы, притягивая ближе и ближе, мир рушился, листьями рассыпался под их ногами. Он прижал её к себе так сильно, что у неё перехватило дыхание. Его голос сорвался, когда он прошептал её имя между поцелуями. Но вдруг Беллами остановился. Резко, с силой, будто отрывал себя от неё. Упёрся лбом в её лоб. Дышал тяжело, судорожно. Грудь поднималась слишком быстро — борьба была настоящей. Руки всё ещё держали её. Он не отпускал. Просто заставлял себя стоять. — Черт, — выдохнул парень. — Ты сводишь меня с ума….Нужно остановиться. Она улыбнулась медленно, лениво, как кошка, которая наконец получила желаемое. — А если не хочу? — наклонилась ближе, пальцами скользнула к шее. — Может, я хочу продолжения? — Келли. — Его голос звучал так, будто он боролся с собой каждую секунду. — Ты пьяная.  — А ты трус, Блейк… Глаза парня вспыхнули. Хотелось сорваться снова. Секунда и он бы сделал это, но он стиснул зубы. — Завтра, — сказал он низко, почти угрозой. — Ты будешь жалеть. — О чём именно? Он наклонился к её уху, голос сорвался на хрип. — О том, что сегодня была слишком смелой. Слишком честной. Слишком… желанной, — выдохнул ей в шею, — И ты будешь бояться посмотреть мне в глаза. Его рука дрожала у её талии. Дрожала от того, как сильно он удерживал себя. — Потому что если ты посмотришь… — он провёл большим пальцем по уголку её нижней губы. — Я точно сорвусь. Она смотрела на него слишком близко, слишком прямо, с тем самым выражением, от которого у него неизменно плавилась выдержка. Её губы всё ещё были припухшими после его поцелуев. И она знала это. Конечно знала. — Бояться смотреть тебе в глаза? — Келли медленно провела пальцем по его подбородку, по линии шрама. — Беллами, я боюсь только одного. Он стиснул зубы. — И чего же? Блондинка улыбнулась. Опасно. Легкомысленно. До безумия откровенно. — Что ты остановишься. Он выдохнул резко, будто она ударила. Руки на её талии дернулись. — Келли… — предупредил он, но голос был уже не таким уверенным, как минуту назад. — Не начинай. — Почему? — она поднялась на носочки, медленно, лениво касаясь губами его скулы. — Ты же хочешь меня.. — Я пытаюсь… — его пальцы вжались в ткань у неё на спине, — …не потерять голову. — Так потеряй, — мягко прошептала она ему в ухо. Это была финальная искра. Он резко взял её за запястья и прижал ладони к её груди, не больно, просто твердо, останавливая её. — Хватит. — Беллами… — Хватит, Келл. Она снова попробовала вывернуться из его рук, поднять подбородок, поймать его губы, но он крепче накрыл её ладони своими, не позволяя ни одного лишнего движения. — Не играй со мной так, когда ты пьяная, — его голос был глухим, опасно низким. — А может, я не играю, — упрямо бросила она. Блейк медленно выдохнул сквозь зубы. — Иди сюда. Он аккуратно, но уверенно поднял её на руки. Больше она не сопротивлялась, только смотрела ему в глаза, тёмным, дурманящим взглядом. Уложил её на свою постель, мягко, почти бережно. Она ухватила его за рукав. — Ты уходишь? — её голос звучал тише, чем обычно. Более честно. — Нет. Он лёг рядом, на спину, руки закинул за голову, будто пытаясь держаться от неё на расстоянии, которое физически уже не существовало. Кейн повернулась на бок, медленно, лениво, словно случайно прижимаясь бедром к его боку. Он напрягся. Надежда на спокойствие умерла мгновенно. — Белл… — тихо позвала она. — Что?  Блондинка потянулась к нему, уже не дерзко, не вызывающе, а тихо, по-настоящему. Ладонью коснулась его груди, ощущая, как быстро и неровно он дышит. — Ну же, просто обними меня — сказала она. Он не выдержал. Притянул её за талию, осторожно, но уверенно и она устроилась у него под подбородком, положив ладонь ему на ребра. Парень накрыл её рукой, большой, тёплой, надёжной. — Спи, Кейн, — прошептал он ей в волосы. — Поговорим завтра, если ты сможешь.. Его губы коснулись её виска, лёгкое касание, от которого у неё дрогнули ресницы. И она сию же секунду провалилась в сон. Голова гудела. Не так, как после обычного похмелья, хуже. Гул стоял где-то глубоко, будто кто-то тихо стучал изнутри черепа. Келли застонала и уткнулась лицом во что-то тёплое, плотное, пахнущее дымом и чем-то ещё… слишком знакомым. Она замерла. Медленно приоткрыла один глаз. Полусумрак палатки. Скомканное одеяло. И под её щекой грудь Беллами. Она резко дёрнулась, как будто обожглась. Парень тихо выдохнул во сне и прижал её сильнее, будто чувствуя движение. Нет. Нет. НЕТ. Воспоминания накрыли её кусками, резкими, как вспышки. Келли перекусила губу, чувствуя, как в животе проваливается всё сразу — стыд, страх, смущение, ужас от собственной наглости. — Чёрт, — прошептала она едва слышно, пытаясь освободить руку из-под его ладони. Он спал глубоко, спокойнее, чем она когда-либо видела. Его лицо было расслабленным, почти мягким. И почему-то это только усилило панику. Её щеки пылали, хотя в палатке было прохладно. Тихо, почти беззвучно, она выскользнула из-под его руки. Почти. В какой-то момент он заворочался и она замерла, сердце колотилось так громко, что казалось он услышит. Но Беллами лишь перевёл дыхание и уткнулся лицом в подушку. Ещё секунда и она была на ногах. Девушка схватила свои ботинки, куртку, попыталась натянуть их на ходу. Полог палатки она откинула так тихо, как никогда. И оказалась снаружи. Свежий ночной воздух хлестнул по лицу, и стало только хуже, голова кружилась, ноги дрожали. Она приложила ладонь к виску. Господи… как я теперь ему в глаза посмотрю? Он же всё помнит. Он помнит каждое слово. КАК я теперь буду жить?! — Ну наконец-то. Келли вздрогнула так резко, что едва не выронила ботинок. Перед ней стояла Октавия. Руки скрещены на груди. Бровь приподнята. Смотрит на неё прямым, тяжёлым, слишком внимательным взглядом. — Ты чего такая… — Октавия оглядела её сверху вниз. — Будто из логова дикой твари выползла. Келли попыталась выдавить улыбку. Получилось плохо. — Все нормально. Октавия наклонила голову чуть набок, взгляд стал ещё более цепким. — Нам нужно поговорить. Серьёзно. — О чём? — Отойдем подальше. Когда девушки наконец остановились около забора, подальше от еще гуляющей на всю толпы Кейн успела только вдохнуть, когда взгляд поймал Финна — он уже ждал их. Тревога прошила её холодной иглой. — Что происходит? — спросила она, подозрение смешалось с неприятным предчувствием. Парень шагнул ближе. — Я организовал встречу с землянами. Все остатки алкоголя мгновенно испарились. Келли почувствовала, как внутри что-то хлопнуло, и она застыла, глядя то на друзей, то на лагерь. — Встречу? — её голос стал тихим, почти сорванным. — С кем?.. Как ты… — Я только что говорил с Линкольном, — вставил Финн. — Подожди… подожди… — она схватилась за голову. Мутный рассудок стремительно приходил в норму, но пульсирующая боль только усиливалась. — Мне нужно… просто секунду… — Линкольн приведёт своего лидера, — сказала Октавия, наблюдая за реакцией девушки. — Прекрасно, но я не лидер. — Келли подняла руку, пытаясь отгородиться от происходящего. — Нужно сказать Беллами или Кларк. Не я. Точно не я. — Серьёзно? Беллами? — брюнетка дернула уголком губ. — Он даже слушать не будет, особенно после того, как вы принесли автоматы. — Тогда Кларк! — в отчаянии выдохнула Кейн. — Почему вы вообще думаете, что кто-то будет слушать меня? И почему… почему мы даже не собираемся рассказать им об этом?! — Эй. — Финн мягко взял её за плечо, вынуждая посмотреть на него. — Келли, успокойся. — он говорил спокойно, но в глазах у него читалась тревога. — Мы должны попробовать. У нас нет другого варианта. Девушка глубоко вдохнула. Внутри всё ещё дрожало от похмелья, от стыда, от страха, от нависшей ответственности. Мысли путались, разбивались о друг друга, возвращались новой удавкой на горле. Пойти на встречу, никому не сказав, звучало как предательство. Но сказать Беллами? Он взорвётся сразу. Сказать Кларк? Возможно… хотя и она не одобрит. Но выбора не было. — Ладно. Я соберу вещи. Встретимся у ворот, — выдохнула Келли, голос у неё звучал чужим. С этими словами она отвернулась и пошла в лагерь, пытаясь двигаться уверенно. Ничего не вышло. Ноги были ватными, дыхание сбивалось, и каждый шаг отзывался в голове неприятным стуком. Гриффин нашлась быстро, за импровизированным столом, смеющаяся вместе с ребятами, сосредоточенная на какой-то игре с камушками. Келли остановилась на мгновение колеблясь, затем шагнула вперёд. — Кларк. Нам нужно поговорить. Девушка подняла взгляд, улыбка соскользнула, уступая место настороженности. — Конечно. Что случилось? Кейн кивнула в сторону палаток, подальше от толпы. Кларк поняла намёк и поднялась. Они отошли к ближайшей тени. — Только… — Келли понизила голос. — Пожалуйста. Это между нами. Просто на всякий случай. Гриффин нахмурилась чуть сильнее. — Келли, ты меня пугаешь. Говори. Блондинка выдохнула, закрыла глаза на секунду, собираясь. — Финн… договорился о встрече с землянами.  Фраза повисла в воздухе, тяжёлая, острая. Кларк побледнела. — Что?! Когда?! Кто вообще решил… — Это все не важно. Я… просто хотела, чтобы кто-то знал. На случай… — она сжала пальцы, ногти впились в ладони. — Если что-то пойдёт не так, чтобы лагерь не остался в темноте. Кларк смотрела внимательно, слишком внимательно, так, что Келли захотелось отвернуться. — И ты подумала, что я поддержу? — Да, я думала, — тихо сказала Келли. Наступила секунда тишины, долгая, напряжённая. — Я понимаю, — ответила Кларк. — Но именно поэтому говорю «нет». Пойти туда, значит рискнуть собой, лагерем, всем. Земляне непредсказуемы. Мы не знаем, что они хотят. — Она покачала головой. — Если ты туда пойдёшь одна, есть шанс, что ты не вернёшься. — Может быть, — она посмотрела ей прямо в глаза. — А может, я просто снова взяла на себя что-то, что не должна была. И зря пришла к тебе. Кларк сделала шаг ближе. — Подожди… Но Келли подняла руку, останавливая её. — Не надо. Просто… доверься мне. — голос её дрогнул. — Обещай, что ты промолчишь. Кларк долго молчала. Затем медленно кивнула, но взгляд ее не изменился. Кейн чувствовала, что совершила ошибку придя к ней. Она развернулась и ушла быстрым шагом, не давая себе оглянуться. У ворот её уже ждали Октавия, Финн, лес впереди и тяжесть выбора, от которого не уйти. Автор. Задержала я конечно, но дописала сразу как смогла) Многое мне снова не нравится, но я не захотела оставлять вас без всего. Впереди у меня два экзамена, поэтому скорее всего следующая глава будет где то в пятницу 😣