Часть 23

Первый час шёл очень медленно. Я сделал дела, но всё равно перепроверял. Это было не из-за волнения или неуверенности. Мне так было проще: занять себя чем-то, не отвлекающим от мыслей, но при этом не дающим утонуть в них. Я успевал заметить эту черту, когда погружался слишком глубоко, и действие над чем-то приостанавливалось. Это могло быть что угодно: от разбора новых товаров в сувенирном и их расстановки на витрине до проверки костюмов маскотов. На всякий случай. Следующая четверть часа была какой-то совсем невыносимой. Я перестал видеть грань того, когда мысли уплывали совсем в темную сторону. Позволял себе задуматься, как далеко я зайду в том, что буду делать с тем, кто так некрасиво поступил с моими осколками. Это могло бы растянуться надолго, пока не появилось бы огромное количество сюжетов. Не самых красивых. Но пришлось прерваться. До меня дошёл один из маскотов и стал настойчиво толкать в сторону выхода. От него чувствовалась убеждённость в своих действиях, упрямство. Так я оказался за пределами сувенирного. Постояв пару минут, пошёл в неопределённом направлении. Раз меня выгнали, стоит хотя бы пройтись. Ещё раз. Небо уже темнело, музыка потихоньку затихала. Курорт успокаивался и будто выдыхал после насыщенного, наполненного весельем и движением дня. Вместе с этим появилось другое понимание. Понимание того, что недолгое затишье — лишь промежуточный этап перед чем-то другим. Более тёмным, глубинным. Когда последние светлые всполохи неба заменила собой темнота, атмосфера курорта изменилась. Яркие краски заменила собой серость, почти что тьма. Всё стало выглядеть будто застывшее на старом снимке, не до конца проявившееся изображение. Тем чётче ощущался гулкий звук, поднимающийся как будто из самых глубин аквапарка. Вибрация проходила по всему курорту, так что её можно было почувствовать и в самых отдалённых местах. Она будто пробивалась сквозь тело, а после отражалась обратно, считывая тем самым всю информацию и рисуя чёткий план местности и её обитателей. Ничто не могло скрыться, как бы глубоко оно ни было спрятано. Талисманы по всему курорту замирали: кто наслаждался, пропуская это чувство через себя, кто в ужасе замирал, понимая, что их заметили, что поняли, заглянули так глубоко, куда они сами никогда не заглядывали. Я стоял там, откуда брала начало вся эта волна и куда после неизбежно возвращалась. Считывал полученную информацию, корректировал план. Больше не закрывал глаза на происходящее, не желая узнавать. Видел теперь многое. И тем сильнее бурлила внутри тьма, откликаясь на мои намерения. Бурления переходили и на подконтрольные воды. Аквапарк начало затапливать. Аттракционы почти пропадали под толщей воды, которая собиралась в одну гигантскую волну и неслась в одном направлении — в сторону Красной зоны. Эхо, которое я всё ещё слышал, сталкиваясь с этой волной, рассеивалось, не возвращаясь обратно. Слышимой оставалась только паника Красной зоны. Визуально там всё было также застывшим, но я ощущал то, что было куда глубже. Его, ещё не восстановившееся с прошлого раза, ядро дрожало. Тёмное удовольствие затапливало меня, прямо как волна, настигшая и покрывшая собой всю Красную зону. Резкие потоки воды проламывали аттракционы изнутри и глушили крики красных талисманов, не давая им донестись до поверхности. Всё тонуло и перематывалось там, внизу. Оставался последний штрих для завершения этой картины, полной жестокого правосудия и безумия. Следуя за изменившейся волей, потоки воды стали завихряться, образуя водоворот, в сердце которого открылась огромная пасть, готовая поглотить всё. Кратковременный звон и скрежет. И половины Красной зоны как не бывало. Пасть была готова укусить ещё раз, чтобы избавиться от всего, но в последний момент передумала и исчезла. Потихоньку пропадал и водоворот, оставляя за собой лишь остаточное колебание воды. Но даже она вскоре начала стягиваться обратно в сторону аквапарка, возвращаясь на положенное ей место, возвращая всему изначальный облик. Свидетельством случившегося была только Красная зона, от которой я вскоре отвернулся, потеряв желание смотреть. Я чувствовал насыщение, но это не мешало мне хотеть больше. Поэтому я отворачивался, чтобы не испытывать искушение. Аквапарк стал выглядеть еще лучше, чем до этого. Аттракционы блестели даже ночью, всё казалось обновленным. Слитным движением перекинувшись в изначальную форму, я не заметил никаких изменений и, испытав перекрывающее сытость разочарование, соскользнул в огромный бассейн, у которого находился, оставляя за собой почти сразу пропавший черный след. На глубине намного больше, чем мог вместить обычный бассейн, я проваливался в обитель снов, не переживая, что кто-то сможет нарушить мой покой. Следовало переварить столь большое количество одновременно поступившей пищи. А по пробуждении задуматься над решением давней проблемы, что терзает это тело до сих пор. «Наверное, стоит наведаться в то место...»