Часть 25

— Это солдаты Баньюэ, судя по их речи, они пока не собираются нас убивать, — сказал Се Лянь, напрягаясь,пряча Ли Лу за спину. — Се Лянь, они хотят скинуть нас в яму осуждённых, — тихо предупредила Ли Лу. — Мне с ними сразиться? Да, Ли Лу могла одолеть каждого воина, она занималась этим двести лет назад. Только эти войны уже не люди и гораздо сильнее прежних, что заставило Се Ляня забеспокоиться. Но Ли Лу здесь была не одна. — Нападай, — скомандовал Се Лянь, и Ли Лу вырвалась в бой. За ней последовали Фу Яо и сам Се Лянь. Ли Лу сражалась с грециями-кошками. Она не имела такой массы тела, чтобы кулаком раскрошить череп человека, как воины Баньюэ, но обладала гибкостью, ловкостью и скоростью, благодаря чему наносила раны, оставаясь невредимой. Чаще всего, когда у тебя огромное телосложение, тело автоматически становится менее проворным, теряя скорость движения. А маленькая комплекция тела, теряя силу удара, приобретала ловкость. Фу Яо, пусть и имел нечеловеческую силу и ловкость, выигрывал только с помощью ци, нанося удары на расстоянии. Пять воинов были убиты, пока кто-то из них не догадался тронуть оставшихся стоять в стороне. Они схватили А-Чжао. — Стоп, — резко скомандовал Се Лянь. Ли Лу мгновенно замерла, переводя на Се Ляня взгляд, из-за чего ей прилетел мощный удар, выбивший воздух из лёгких. Послышался болезненный стон. — Ли Лу! Вскрикнув имя девушки, Се Лянь приказал Жое увести Ли Лу из-под второго удара. Обняв её за талию, Се Лянь волнительно произнёс: — Ли Лу, как ты? — его взгляд бегал по телу девушки, выдавая волнение. «Она бы уклонилась, не отдай ты приказ», — голос вины и ненависти к себе заставил Се Ляня сжать зубы, признавая, что он снова накосячил. — Нормально, — хватаясь за живот, хрипло сказала девушка. — Скоро залечится, не вини себе. «Легко сказать», — мысленно воскликнул Се Лянь, чувствуя себя пойманным преступником за воровство. Чувство нервозности и вины располагалось где-то в животе, словно рой неприятных бабочек плескался там. Ужасное чувство. Он схватил девушку на руки, собираясь хоть так помочь. Он посмотрел на воина, что схватил А-Чжао, и заговорил: — Я сдаюсь. — Что, Се Лянь? Что ты сказал? Как это понимать? — недовольно воскликнул Фу Яо. А-Чжао может быть и не был простым человеком, но по сравнению с ними он слаб. А Се Лянь не хотел рисковать ни одной живой душой. Он сдался, надеясь таким путём обменять свою жизнь и жизнь А-Чжао, но он не отдавал приказ другим бездействовать. Только эта минута тишины стоила многого, и воины Баньюэ этим воспользовались: яростно прижав Фу Яо к земле, а на остальных навели оружие. — Ли Лу, пока не надо. Крылатая, что хотела снести с ног волной ци, замерла, нервно поджав губы и глядя на все лезвия, направленные на них, но всё же опустила руку, направляя всю свою энергию на восстановление и желая как можно быстрее покончить с Баньюэ. — Генерал! Генерал! Выпустите меня! Я помог тебе найти врагов — так освободи! Я хочу домой! — завопило лицо, прижатое к земле. Ли Лу цыкнула желея, что не прикончила его сразу, как обнаружила. Но вскоре еë желание покончить с ним свершилось. Воин, что все звали генералом, прищурился, осмотрел всех задержанных и перевёл взгляд на кричащего, обрушив булаву на лицо мужчины. Послышался пронзительный крик, и, подняв булаву, чьи острые шипы глубоко впились в плоть, удерживая мужчину на месте. Тело ниже шеи представляло собой сплошной скелет. Но не успел мужчина в доволь наслождаться собой и начать возмущаться, как генерал резко опустил булаву, и голова освобождённого разлетелась на куски. Покончив с помехами, они повели задержанных прочь из дворца, наставляя на них оружие. Воин, что держал А-Чжао за шкирку, пошёл первым, за ним шёл Се Лянь с Ли Лу на руках. Солдаты немного растеряли бдительность и начали переговариваться между собой, позволяя Се Ляню обратиться к идущему позади Саньлану. — Ты не знаешь, кто это за генерал? — шёпотом спросил он. — При падении Баньюэ там был один генерал, — незамедлительно ответил Саньлан. — Его имя, если перевести на наш язык, Кэ Мо. — Какое необычное... Они стояли возле ямы осуждённых. Воин, державший А-Чжао за шкирку, начал подниматься, вытянув руку с пленником над пропастью, показывая, что в случае любых действий с их стороны и А-Чжао полетит вниз. По началу это совсем не было страшно, но они только начинали подъём. На середине пути Ли Лу в его руках зашевелилась. — Отпустить, я в порядке. Се Лянь не хотел этого делать из чувства вины и тепла, исходящего от девушки. На его руках она казалась такой хрупкой и маленькой, что Се Лянь успел позабыть, как она сражалась с воинами, в несколько раз больше её. Но всё же он опустил девушку на землю и заметил, как от этого воины Баньюэ насторожились, не сводя глаз с Ли Лу и покрепче сжимая свои орудия. Ли Лу, вообще как будто не чувствуя опасности, подошла поближе к стене, проведя рукой по шершавой поверхности. — Яма зачарована, — тихо прошептала она. — Кто попадёт, уже не выберется. Ли Лу пустила волну ци по стенам, будто пытаясь сканировать всю тюрьму. Мгновение спустя Ли Лу в страхе отпрянула от стены. — Там воины! Они так кровожадны и голодны! Они собираются сбросить нас им в еду! От представленной картины у многих побежали по спине мурашки. — Я надеюсь, ты доволен? — язвительно сказал Фу Яо, обратившись к Се Ляню. Се Лянь промолчал, отведя виноватый взгляд в сторону. Поднимаясь всё выше, можно было отчётливо разглядеть фигуру, висящую на столбе. Тело принадлежало невысокой девушке в изодранной чёрной одежде; её голова свисала на грудь. Се Лянь знал, что так в Баньюэ наказывают преступников — снимая с них одежду и подвешивая на столб, чтобы они умирали от жары и жажды. То, что они не щадят даже девушек, о многом говорит — о жестокости их народа. Кэ Мо, несмотря на них, подошёл к яме и начал громко кричать. Мгновение спустя ему ответили. Из непроглядной бездны донёсся прерывистый рёв, словно могут тысячи зверей. Генерал снова закричал, но в его рёве Се Лянь только и смог разглядеть «мои братья». До Се Ляня начали доходить воспоминания об языке Баньюэ, что немного его обнадёжило. — Ли Лу, что они говорят? — Чтобы они готовились к обеду, — скривив лицо, ответила девушка. Да, перспектива быть сожранной толпой воинов ей не прельщала. Как и Фу Яо, который фыркнул, скрестив руки на груди, услышав ответ Ли Лу. Но тут каким-то чудом А-Чжао вырвался и бросился на Кэ Мо в надежде сбить того с ног и увлечь за собой в яму. Генерал был высоким и крепким, но тем не менее под напором А-Чжао отшатнулся, отступив на пару шагов назад, чуть не упав. Генерал яростно взревел и в тот же миг схватил юношу и сбросил его вниз. — А-Чжао! — вскрикнул Се Лянь. Из глубин бездны послышались одобрительные вскрики и звук раздираемой плоти. У Ли Лу по телу пронёсся табун мурашек от представления того, что творится там с А-Чжао. Всем стало понятно, что на возвращение парня рассчитывать не стоит. Се Лянь с Ли Лу были в шоке: такого поворота они не ожидали. Изначально принц думал, что проводник подчиняется советнику и специально заманивает людей в руины Баньюэ. Но теперь юноша погиб, и даже будь он сильным заклинателем, после такого он не выживет. Сейчас все подозрения с А-Чжао были сняты, так как Се Лянь не видел смысла в такой момент разыгрывать собственную смерть. А вот генерал не терял время и сразу же начал выбирать следующую жертву. Кэ Мо указал на Фу Яо, и его тут же повалили на землю для подавления сопротивления. Се Лянь не смог не вмешаться: — Генерал, одумайтесь. Когда Кэ Мо услышал язык Баньюэ, на его лице отразилось удивление. Но не только на его лице — выражение Фу Яо тоже говорило о крайней степени шока. Он не предполагал, что за него вступятся, и на мгновение замер, перестав сопротивляться. Чем другие солдаты воспользовались, обхватив его покрепче. — Ты говоришь на нашем языке? Откуда ты? — Я прибыл с Центральной равнины, — учтиво ответил он. — Юнъанец? — Государства Юнъань больше нет. Ли Лу схватила Се Ляня за одежду, подняв на него обеспокоенный взгляд. Она воевала с народом Баньюэ и прекрасно изучила их мировоззрение: им плевать, есть Юнъань или нет — один факт того, что ты имеешь к ним отношение, делает тебя врагом. И это подтверждалось воплями солдат и перекошенным от гнева лицом Кэ Мо. Ли Лу, глядя на Се Ляня, покачала головой, безмолвно понимая, что тот хочет пожертвовать собой. — Я не отпущу тебя! Принц печально посмотрел на неё, собравшись с духом сбросить её руку с одежды, как из дна ямы послышался рёв. Похоже, запертые воины доели А-Чжао. Однако они по-прежнему оставались голодными и криками давали понять, что ждут свежего мяса. Кэ Мо вздохнул и махнул рукой, по-видимому, собираясь приказать сбросить следующего. Се Лянь снова обратился к нему: — Генерал, я пойду первым. От страха у Ли Лу дрожало всё тело. Вцепившись в одежду Се Ляня покрепче, она прижалась к нему. — «Почему ты всегда жертвуешь собой?» — отчаянно подумала она, чувствуя влагу на глазах. Сейчас она почувствовала себя как никогда одиноко. Она знала, что ни за что в жизни не бросит Се Ляня, но сейчас ощущала, будто цепляется за то, что уже уходит. Страх за Се Ляня сковал её, а слёзы скатывались по щекам. Она не боялась воинов Баньюэ, она могла сразиться с ними, но её пугала самопожертвенность Се Ляня. Он же прыгнет. Он же пойдёт, несмотря на её слёзы. А если в следующий раз Ли Лу не будет рядом, чтобы спасти его — что тогда? Тогда он вообще останется без тормозов. — Ты слишком подозрительный. Тебя нужно допросить. Сбросьте другого! Для Се Ляня остался только один выход — прыгнуть самому. Он уже собирался идти, стараясь не смотреть на лицо Ли Лу, которая по какой-то причине слишком легко его отпустила. Но тут наблюдавший за этой сценой Саньлан сделал шаг вперёд. С замиранием сердца Се Лянь обернулся в его сторону. Юноша скрестил руки на груди, окидывая пустоту безразличным взглядом. — Саньлан? — встревожился Се Лянь, позабыв о своём плане. — Не нужно так сильно рваться в бой, когда о тебе так сильно переживают, — сказал тот с улыбкой. Демон сделал шаг назад, оказываясь в опасной близости от края. Кровь застучала в висках принца, и он закричал: — Саньлан, не двигайся! Полы красной одежды юноши, подхваченные ветром, трепетали, как языки пламени. Саньлан снова посмотрел на Се Ляня. — Не бойся. — Ты... отойди от края, пожалуйста, — попросил Се Лянь. — Отойди, и я сразу перестану бояться. — Не стоит так волноваться. Я отлучусь ненадолго. До скорой встречи. — Не стоит... Не успел он закончить фразу, как Саньлан со всё так же скрещёнными на груди руками сделал последний шаг и исчез в бездонной черноте. В то же мгновение Жое стрелой слетела с запястья Се Ляня, пытаясь схватить юношу, но вернулась ни с чем. — Саньлан! Ни звука. Ли Лу не вмешивалась в эту сцену, стояла молча, наблюдая, как Се Лянь переживает за Саньлана так же, как пару минут назад за него переживала сама Ли Лу. Ей было больно. Се Лянь, свернув ленту, без оглядки спрыгнул вниз, но повис на руке генерала. Тогда Ли Лу покрепче сжала кулаки и с яростью бросилась на Кэ Мо, сбивая того с ног и самой падая вниз. Во время падения Се Лянь быковым зрением заметил, как пленённая на столбе девушка одного за другим сбрасывает солдат вниз. — Се Лянь, лента Жое! — крикнула Ли Лу в падении, пытаясь дотянуться до него рукой. Се Лянь понял её план и, благодаря ленте, молниеносно столкнулся с ней. Он почувствовал, как девичьи руки обхватили его под руки, теснее прижав к себе, и тогда взмыли вверх белые перья. Ли Лу распустила свои белые крылья, которые под лунным небом казались ещё прекраснее. Падение замедлилось, но тем не менее они стремились вниз. Се Лянь, оказавшись в объятиях девушки, почувствовал себя так расслабленно, будто дома, а не в бездонной пропасти. Он любовался крыльями, которые не видел несколько месяцев, осознавая, что успел соскучиться. «Я их так и не почистил», — посетила его ясная и спокойная мысль, заставляя Се Ляня усмехнуться. Приземление было мягким, даже нежным, будто ребёнка Се Ляня поставили на землю. Почувствовав под ногами твёрдую почву, он опёрся на неё, галантно помогая Ли Лу встать рядом с ним, говоря: - Благодарю тебя, Ли Лу, — с нежной улыбкой сказал он, держа её руки в своих. — Не представляю, что бы я без тебя делал.