Часть 26

– Саньлан, – окликнула Ли Лу приближающегося к ним юношу. – Саньлан, ты в порядке? – тут же спросил Се Лянь. Тот только улыбнулся, идя к ним, и махая рукой, сказал: – Со мной всё в порядке, гэгэ. Се Лянь облегчённо вздохнул: – Прошу, больше не делай так. – Не буду, – уверенно заявил он, переводя взгляд на Ли Лу. – Красивые крылья, Ли Лу! Я даже подумал, что прилетел ангел! Ли Лу насторожилась, ожидая вопросов о своей сущности, но Саньлан больше ничего не сказал. Вдруг с другой стороны ямы раздался рев, полон ярости и скорби: – Что с вами?! Что случилось? Войны! Братья мои! Но ответа не было. В яме, которая совсем недавно была переполнена злыми духами, стояла полная тишина. Только отчаянный зов свалившегося генерала продолжал звучать, призывая братьев: – Кто вас убил? Кто это сделал?! Первым в яму прыгнул А-Чжао. С его падением в яме раздались звуки, разрывающие плоть, а после падения Саньлана воцарилась полная тишина. Легко было сделать выводы, и Кэ Мо тоже быстро догадался, поворачивая к ним полное злобы лицо: – Вы убили моих братьев – теперь настал ваш черёд! Стоявшая посередине ямы троица почувствовала ненависть и надвигающуюся опасность. Ли Лу загородила Се Ляня крылом, решительно приготовившись к нападению, но внезапно ладонь Саньлана легла ей на голову: – Не гоже девушке сражаться с таким бугаем! – сказал он, словно старший брат, делая пару шагов вперёд. Саньлан принял бой на себя, оставляя растерянную Ли Лу позади. В непроглядной тьме мелькали серебристые всполохи, слышались звуки клинков, рассекающих воздух, а также гневные вопли Кэ Мо. Ли Лу принюхалась и с отвращением зажала нос. – Что случилось? – мгновенно спросил Се Лянь. – У меня две новости: первая – тут полно крови, вторая – к нам падает Фу Яо. Звуки, доносящиеся из боя двух сражающихся, были единственным источником информации, говорящим о том, что кто-то из них начинает отступать. – Всё из-за этой дряни... – послышался голос Кэ Мо. Договорить он не успел: с грохотом рухнул на землю и больше не поднимался. – Не убивай его! – выпалил Се Лянь. Саньлан остановился. – Если бы я хотел его убить, он уже был мёртв. На дне ямы осуждённых повисла тишина. – То, что произошло здесь, – твоих рук дело? – Да, – ответил Саньлан. В этот момент на землю упал Фу Яо и, не разбираясь в ситуации, сразу холодно спросил: – Кто такая Ли Лу? В мгновение ока в яме повисла напряжённая тишина, которая с каждым мгновением становилась всё плотнее. Се Лянь быстро заслонил Ли Лу собой и, повторяя слова, уже выученном ранее, произнёс: – Моя верная подруга и помощница! – С крыльями? – прищурился Фу Яо, уставившись на Ли Лу цепким взглядом. В этом мире каждый знал иерархию: либо подняться на Небеса, либо опуститься на дно. Но ещё никогда мир не видел божественных существ с крыльями и ногами. Так могут выглядеть только демоны, и то не все. При вознесении на небеса все всегда сохраняют свой человеческий облик, так кто же такая Ли Лу, имеющая божественную природу, но не являющаяся человеком? В яме воцарилась напряжённая тишина, которую разорвал неловкий ответ Се Ляня: – Д-а-а-а-а, – протянул он. У Фу Яо поднялась бровь, и он оценивающе посмотрел на Се Ляня, затем хмыкнул своим мыслям, без слов говоря «за дурака меня не держи». Он бы произнёс это вслух, но голос очнувшегося Кэ Мо помешал: – Вы служите той твари! Сотни тысяч невинных загубленных душ проклянут вас за это! Приц даже обрадовался вмешательству Кэ Мо и быстро переключил своё внимание на него. – О ком вы говорите? Кэ Мо процедил с ненавистью: – Довольно притворства! Та ведьма! – Ты о даосской монахине, которая бродит по городу? Воин нахмурился и сердито что-то сплюнул – наверное, это означало «да». – Разве вы не служите советнику Баньюэ? – спросил Се Лянь. На эти слова Кэ Мо рассердился. – Я больше никогда не буду служить ей! Я больше никогда не прощу эту дрянь! Он разрывался проклятьями, создавая какофонию из слов ненависти. Се Лянь, не до конца вспомнивший язык Баньюэ, окончательно запутался и обратился к Ли Лу: – Он проклинает её. Говорит, советник предала их государство, открыв городские ворота и впустив армию из Центральной равнины. Она столкнула солдат в яму. На её руках кровь его братьев по оружию и всего его народа. Он хочет повесить советника ещё тысячу, хоть десять тысяч раз. Подумав, Се Лянь ответил: – То есть та девушка и есть советник Баньюэ? – Выходит, что да, – ответил Фу Яо. – Генерал, я хотел бы спросить... – обернувшись к Кэ Мо, сказал Се Лянь, но его прервали. – Довольно вопросов! – рявкнул Кэ Мо. – Вы убили моих солдат и ждёте, что я стану вам отвечать? Ни за что. Сражайтесь! – Вы войны! – воскликнула Ли Лу. – Рано или поздно вы бы всё равно умерли. Эти слова подействовали на Кэ Мо мгновенно, наверное, потому что они были правдой. Вена на его лбу вздулась, а взгляд, обещающий жестокую расправу, был направлен прямо на неё. Ли Лу осталась бесстрастной. – Вы все её прихвостни, вы все одинаковы! – прорычал генерал. – Мы пришли сюда ради уничтожения советника Баньюэ, так с какой стати нам служить ей? – торопливо заговорил Се Лянь. Услышав это, Кэ Мо замолчал, погрузившись в раздумья. Затем он решил уточнить: – Если она не посылала вас, то зачем вы убили моих братьев? – Потому что они грозились скинуть нас в яму и сожрать, – ответила за всех Ли Лу. – Чушь собачья! Вы сами прыгнули! – А угрозы, что нас скинут, не было? – риторически задала вопрос Ли Лу, удивляясь, как тот подчеркнул только самую выгодную для себя позицию. – По твоей логике ты и ваши братья вообще святые люди, будто вы... Договорить ей не дал Се Лянь, понимая, что таким путём конфликт только обострится: – Ну хорошо, мы сами спрыгнули, – признал Се Лянь. – Генерал, сейчас мы с вами на одной стороне. К тому же в одинаковом положении: заперты в этой яме. Расскажите уже, зачем советнику понадобилось открыть ворота? Но Кэ Мо не слушал, погружённый в свои обиды. Он уже открыл рот, чтобы сказать что-то нелицеприятное, но его призвал голос Саньлана: – Ради твоих солдат тебе лучше ответить на его вопрос, или хочешь, чтобы они переродились кровавой лужей? Ли Лу непонимающе приподняла бровь, и Саньлан удосужился объяснить ей, как народ Баньюэ относится к обряду похорон. В их крае, по их логике, если человек погибает без руки, он родился безруким. От такого понятия у Ли Лу в голове зародилась мысль: "Если обезглавят, то что родится?" Преступников, проходивших казнь, в мире было полно, а вот детей, рождавшихся без головы, Ли Лу ещё не видела. Но на генерала такая угроза подействовала: он заскрипел зубами в бессильной злости и бросил на Ли Лу бессмысленный злобный взгляд, но всё же сказал: – Прошу, не трогай их тела! Все они хорошие, храбрые воины. Они уже настрадались, сидя в яме. Сегодня ты убил их. Не знаю, быть может, это стало их освобождением. Но они не заслужили такого позора! – вопил он, помолчав ещё какое-то время, а потом спросил: – Вы действительно пришли расправиться с советником Баньюэ? На это Ли Лу усмехнулась и раздался тихий, сдержанный смешок. – Крутая у них логика: сначала бьют, потом спрашивают. Её комментарий проигнорировали, хотя Фу Яо усмехнулся. Ему сейчас вообще несладко: он стоит и молчит, ожидая от своих товарищей хоть какого-то объяснения по ситуации, он-то не знает языка Баньюэ. Но приходится догадываться, составляя картину из всего сказанного. – Я говорю чистую правду, – заверил его Се Лянь. – Нам надо понять, с кем мы имеем дело, а люди ничего не знают о советнике. Всё, что с ней связано, – сплошная тайна. Но вы знаете её, могли бы рассказать о ней. – Хочешь знать, почему она открыла ворота и впустила людей из Юнъаня? Потому что хотела свести с нами счёты. Она ненавидела государство Баньюэ! – Что это значит? Разве советник Баньюэ не отсюда родом? – спросил Се Лянь. – Отчасти, – ответил Кэ Мо, успокоившись. – Она полукровка, отец её из Юнъаня. – Да, в такой ситуации подобная семья обречена, – тихо сказал Се Лянь. Дальше пошла история разрыва супружеской пары, смерти матери девочки и о том, как над местной девчонкой издевались мальчишки. А потом, когда на границе вспыхнул беспорядок, люди после временного перемирия снова начали цепляться в глотки. В этот момент она исчезла, вернувшись через несколько лет уже другим человеком. Научившись тёмным заклинаниям и управлению змеями, за что получила высокую должность при дворце. Люди хотели изгнать её, назвав пришедственницей демона, что бушевал двести лет назад, и требовали её изгнания. Но за неё вступился сам Кэ Мо, увидев, как она со всеми почестями хоронит его солдат. – Девушка поступила правильно, и я решил, что она хороший человек, – сказал Кэ Мо. – Я поверил, что заклинательница не делает нашей стране зла, и поручился за неё, сделав всё, чтобы защитить её от злых языков. Дальше был рассказ о их взаимоотношениях, где Кэ Мо думал, что понимает девушку как никто другой. Его иллюзия разрушилась в день, когда армия Юнъани пришла к заклятому врагу. И в разгар сражения советник открыл ворота. Тогда он поклялся, что если ему суждено умереть, то перед этим он покончит с изменницей. Так она и оказалась на столбе, но каждый раз забегает, сваливая в бездну солдат. – Представьте, какова была обида преданных ею безвинно погибших солдат! Такую ненависть можно унять только поедая плоть и кровь живых юньанцев. Лишь после этого духи покинут этот мир, а иначе останутся здесь навек, обречённые на бесконечные страдания. – Поэтому вы притаскивали сюда людей и скармливали им? – спросил Се Лянь. – А что ещё остаётся? Мне просто слушать, как они плачут навзрыд внизу. – Нечтожество! Вдруг воскликнула Ли Лу, с презрением смотря на него. – Вы настолько жадны в своей ненависти, что готовы скармливать действительно невинных людей и жрать плоть, лишь бы не отпускать собственную обиду. Впервые Се Лянь видел на его лице такую гримассу ненависти и отвращения. Впервые наблюдал, как она сжимает кулаки, сдерживая себя от убийства. Он был этим поражён. – Да что ты знаешь об их боли! – в гневе воскликнул Кэ Мо, хватаясь за оружие на поясе. – Уж что-то, но я поняла об этом мире одну вещь, – заявила она, смотря на генерала с вызовом. – Этот мир неоднозначный, не имеет чёрного и белого, и если ты будешь цепляться за свою гордость, действительно навеки останешься гнить в яме. Кэ Мо не успел достать оружие или что-то сказать в ответ, как Саньлан вдруг прошептал, указывая пальцем вверх: – Тс-с-с... Все мгновенно подняли головы, наблюдая, как некая фигура в чёрном стоит на поверхности ямы, а через миг падает к ним. И пока она летела, все ясно разглядели советника Баньюэ.