Важные разговоры для нас | Часть 6

***

Выходные пролетели быстро и наступила новая неделя. Предпоследний день зимы. Почти все эти дни девушка ходила сама не своя. Гуляла по району, заходила в магазин, пытаясь сложить весь пазл у себя в голове. Она была почти на сто процентов уверена, что Жёлтый это и есть Вадим, и что у них с Универсамом давние контры. Исходя из этого, Аня оказывалась в далеко не самой приятной ситуации.

«Ну а с другой стороны… что плохого я сделала? Мила сама её туда позвала. Мы с Вадимом один раз потанцевали и забыли. На дискотеке с универсамовскими она оказалась только потому, что Алия позвала. Если кто-то начнёт разбираться, скажу, что ничего не знала. В этом нет моей вины.»

Аня выписывала свои мысли в дневник, уже не стараясь выводить аккуратные буквы. За соседними столами кабинета сидели Айдар и Айнара, брат и сестра, которые работали в Вечерней Казани. — Чего ты такая задумчивая, Морозова? — обратилась Айнара, поглядывая на Анин блокнот. — Да просто… — Аня закрыла дневник и повернулась к девушке. — Столько всего произошло за последние дни. — Она тяжело выдохнула. — Пытаюсь собрать мысли в кучу. Айнара искренне не понимала, кому вообще может быть интересно читать про их казанских пацанов. Для местных всё это было привычным фоном, к которому местные уже давно привыкли. Неужели у них в Москве не так? — Ань? — А? — А почему ты выбрала именно Казань? — Айнара откинулась на спинку стула. — В каком смысле? — удивилась Аня, не понимая, куда та клонит. — Ну… страна огромная. Городов, где шпана полно. Почему именно Казань? Почему тебя направили сюда? На лице Айнары появилась лёгкая, странная улыбка, то ли насмешливая, то ли грустная. Аня выпрямилась, прислушиваясь внимательнее. Вопрос звучал будто бы так, словно сама Айнара не видела особого смысла в её приезде сюда. — Мне начальница предложила. Я особо не интересовалась, почему не Хабаровск, — спокойно ответила Аня. — А у вас разве в Москве нет малых хулиганов? — Есть, — Аня громко выдохнула. — Но у нас не забивают за неправильную причёску или за американскую футболку. — Она медленно наблюдала, как глуповатая улыбка исчезает с лица Айнары. — И встречаются с кем хотят, без страха, что твоего парня избьют ребята с твоего района. Айнара поникла, отвернулась и снова принялась за работу. Её сердце разрывалось за родной город. Больно было признавать правду. Хотелось жить в розовых очках, делать вид, что не видишь луж крови и слёз.

***

Вечером в будние дни на улицах было немало людей. Многие торопились домой после смены на заводах. Девочки, возвращавшиеся из музыкалки, ускоряли шаг, чтобы случайно не столкнуться с представителями улиц. В городе многие боялись ходить с наступлением темноты, девушки особенно были в зоне риска. Единственные, кто чувствовали себя в относительной безопасности, это сëстры и девушки так называемых мотальщиков. Сама Аня к таким не относилась, да, если честно, и не стремилась. Поэтому ей приходилось ускорять шаг, лавируя между переулками. От работы до общаги путь был знакомый и несложный, и она бы дошла без происшествий, если бы не чёрная Волга, припаркованная прямо возле входа. Дверца резко распахнулась, и из машины вышел высокий мужчина. Он почти сразу направился к Ане быстрым шагом. Девушка уже поднималась по лестнице, когда услышала: — Ань! Подожди. Она вздрогнула. Ещё и на «ты». Несмотря на внезапный страх, Аня всё же остановилась и медленно обернулась, чтобы понять, кто он. — Не бойся, — заговорил мужчина, быстро сокращая расстояние между ними. — Вы кто? — Морозова не отводила глаз. Голос дрогнул, мужчина это услышал. На вид мужчине было примерно лет тридцать, по росту он был, наверное, на две головы выше самой Ани. На его плечи плавно падал белый снег, который моментально таял, соприкасаясь с чёрной кожаной дублёнкой. — Вася. Лапоть, — представился он. — Ну… брат Милы. Аня почувствовала, как плечи сами собой опустились. Имя узнала, но вот что ему от неё нужно? — А… что случилось? — спросила Аня, не понимая, зачем он её остановил. Вася посмотрел на дверь общаги, потом снова на неё. — Позови Милу. Аня моргнула. Она совсем не ожидала такого запроса. Она прекрасно помнила, в каких отношениях Мила была с братом… и как он тогда схватил её за руку перед всеми, даже не задумавшись о количестве людей вокруг. — Милу?.. — переспросила она, инстинктивно поднявшись на ступень выше. — А зачем? — Мне нужно с ней поговорить, — коротко ответил Лапоть, серьёзно смотря на Морозову. Аня замялась. Ей совершенно не хотелось вмешиваться в их семейные разборки… но с другой стороны, он же просто попросил позвать, ничего больше. — Я… я не знаю, можно ли… — пробормотала она, сжимая ремешок сумки. — Вдруг она занята… или спит… Вася слегка приподнял бровь. — Аня. Просто позови её. Настрой у мужчины был серьёзный. Морозовой даже на секунду пришла мысль, что если она откажет, он лично выбьет дверь в комнату сестры. — Ладно… я сейчас посмотрю, дома ли она. Если нет, с окна скажу, — проговорила Аня и направилась вглубь здания. — Спасибо. Давай, — бросил мужчина и отошёл к машине, прислонившись к капоту в надежде, что сестра действительно дома. Закрыв за собой дверь, Аня стремительно рванула на второй этаж, даже не поздоровавшись с вахтёршей. Впрочем, ей и не хотелось. После тех оскорблений на прошлой неделе, у Морозовой до сих пор зудело желание плюнуть той в лицо. Разумеется, Мила была дома. Аня это знала наверняка, но заранее придумала пару отговорок на тот случай, если Сафина не захочет выходить. Пробегая мимо своей комнаты, Морозова даже не стала туда заглядывать и сразу направилась к двери Милы. Она громко постучала, так громко, что любой другой на месте Милы мог бы испугаться, решив, что ломится не Аня, а какой-то взрослый мужик. — Кто там? — крикнула Мила изнутри. — Это Аня. Срочно! Сафина почти мгновенно подскочила к двери, даже не успев выбросить сигарету в окно. Вообще в комнатах было запрещено многое. Первое - конечно же курить. Также существовали и другие правилане, например не пить, не водить мужиков, держать этаж в чистоте. И если последнего ещё как-то придерживались, то первые три пункта не соблюдал никто. Сафина всегда курила прямо в комнате, ведь ей было слишком лень выходить на балкон. Парни и девчонки из других комнат напивались в усмерть самогоном, который делал дед Михайлова Лёхи, парня из самой крайней комнаты на втором этаже. — Что случилось? Морозова, не дожидаясь приглашения, протиснулась в комнату и закрыла дверь за собой, совсем не хотелось, чтобы кто-то услышал. — Там… у дома… — Аня запыхалась после бега на второй этаж. — Кто? — Мила насторожилась. — Вася, — выдохнула Аня, заметив, как у подруги мгновенно изменилось выражение лица. — Что он хотел? — Мила положила руки Ане на плечи, пытаясь вытащить из неё каждое слово. — Не знаю. Сказал, что хочет поговорить с тобой. Сафина секунду постояла, сжав губы, после чего резко открыла шкаф и достала оттуда длинное серое пальто. — Подожди здесь, — бросила она, застёгивая пальто прямо поверх ночнушки. Пальто выглядело достаточно тёплым, чтобы не замёрзнуть даже в −10. — Я быстро. Поговорю и вернусь. Аня молча кивнула. Дверь за Милой захлопнулась, и та быстрым шагом направилась к выходу. Морозова же сняла своё пальто, аккуратно повесила его на спинку стула и устроилась ждать. Она чувствовала странную радость, ведь Мила не стала отмахиваться, не послала её назад. Значит, когда вернётся, то расскажет всё. Жаль, что Мила жила на той стороне, где окна выходили не на вход в здание. Выглядывая из окон её комнаты, можно было увидеть длинный проспект с остановкой. Каждые пятнадцать минут по нему проходил автобус седьмого маршрута, проезжавший через жилые районы к центру города. Но самое интересное, что прямо после этой проезжей части начиналась территория другой группировки Панели. У Ани и Алии окна выходили на двор и вход в здание. Один из этих дворов, а может, даже несколько, принадлежал Домбытовским. Несколько банд вокруг универсама, Аня знала, а вот расположение всех банд на Московском районе, где находилась общага девочек, Аня не знала. У Милы или Алии спрашивать об этом было бы крайне странно. Но в планах было изучить большинство из них, хоть это и звучало глупо. Ей правда было интересно изучить, как устроена территория, на которой правят другие группировки, какие у них правила, где начинается и заканчивается их власть. Единственное, что Морозова знала наверняка, это что прямо от них была территория Панелей, а справа находился Домбыт. И ещё она понимала, что из всей этой тройки территория Домбыта была самой большой, а самой маленькой, к сожалению, территория Универсама. «Нужно будет изучить другие банды и их территории»,— пролетело в голове у Ани, когда она сидела на кровати, дожидаясь Милу.

***

Мила медленно спускалась по скользким ступенькам, наблюдая за братом, который сидел на капоте чёрной машины и внимательно следил за ней. — Что случилось? — начала Мила. — Сядь в машину, — коротко сказал Вася. На секунду Мила остановилась, присматриваясь, не сидит ли в салоне кто-то ещё. — Зачем? — переспросила она, переступая с ноги на ногу и складывая руки перед собой. — Разговор важный, — Вася бросил сигарету прямо на снег. Она мгновенно потухла. Мужчина открыл дверь и направился к машине. Мила не стала больше задавать вопросов и последовала за братом, усаживаясь на переднее пассажирское сиденье. Войдя в салон, девушка начала осматриваться. Машина была новая. Непотёртые кожаные сиденья ещё сохраняли форму, тёмная панель приборов с блестящими кнопками уже слегка поцарапана. В карманах дверей виднелись пустые пачки сигарет и одна пустая бутылка водки. Через неплотно закрытые окна ветер с улицы пробивался внутрь, перемешивая запахи табака и одеколона, придавая лёгкий холодок. — Рассказывай, — тихо сказала Мила. — Ты, наверно, помнишь Сариму? — начал Вася спокойно, откинувшись на спинку сиденья и глядя куда-то вдаль. — Помню, — кивнула Мила. Конечно она помнит. Они начали встречаться через год после того, как Мила ушла из дома. — Мы уже три года вместе, — продолжил брат, — и я сделал ей предложение. Мила резко повернула голову, проверяя, не улыбается ли он. Может, он шутит? — В субботу свадьба, — добавил Вася. Мила не верила своим ушам. После всех измен и ссор она была уверена, что Сарима никогда не согласится быть его женой. Иногда пьянки брата доходили до такого, что Сарима бежала в Снежинку к Вадиму, чтобы тот помог ей. Однажды Сарима пришла домой после долгой смены в больнице, а вместо того, чтобы найти Васю дома, она застала его с другой женщиной в кровати. Конечно, Сарима простила его, но девушке всё это было настолько мерзко, что она не могла спать на той кровати. После того случая Васе пришлось покупать новую кровать, а занести её в дом, помогал Вадим. Мила знала обо всём этом благодаря Вадиму. Вадим не мог скрыть правду от Милы. Лапоть ведь её брат. Убедившись, что Вася говорит правду, Сафина перевела взгляд на боковое окно, наблюдая, как медленно падает снег на Казань. — Завтра у нас дома ужин, приходи, — сказал Вася искренне. Сафине хотелось расслабиться и выговорить всё, что накопилось, но она сдержалась. — Я не знаю… — коротко ответила она. — У меня завтра дела. Вася положил руку ей на плечо. Увидев, что она не отстраняется, он не стал её убирать. — Это не просто пьянка, — продолжил Лапоть. — Это важный момент в моей жизни. — Он слегка улыбнулся, пытаясь уговорить. — Можешь кого-то взять с собой. — Кого я возьму? — снова повернула голову Мила, встречаясь взглядом с его зелёными глазами. — Неужели никто не ухаживает? — улыбнулся он, заглядывая в её голубые глаза. — Не трави, — посмеялась Мила. На самом деле у неё действительно не было ухажёра. — Ладно, Аню с собой позову. Улыбка с лица мужчины не сходила. Несмотря на все обиды, его сестра точно придёт на ужин и на свадьбу. — А кто ещё будет? — поинтересовалась Мила. — Завтра только самые близкие. А на свадьбе все наши, — ответил Вася. Мила ещё несколько секунд сидела в машине, обдумывая услышанное, затем медленно кивнула головой. — Ладно, тогда до завтра, — сказала она тихо. — До завтра, — улыбнулся брат, едва заметно подмигнув. Мила выдохнула, поправила пальто и двинулась вглубь здания.

***

Плавая в своих мыслях о территориях соседних группировок, Аня аж вздрогнула от того, что Мила зашла в комнату. На лице блондинки была небольшая улыбка и лёгкий оттенок красного на щеках. Сразу она не стала спрашивать, что он говорил и почему она улыбается, а лишь дожидалась, пока Мила начнёт диалог первой. Сафина медленно скинула пальто, повесила его обратно в шкаф и села на стул, стоявший напротив кровати, где и сидела Морозова. — Он женится в субботу, — начала Мила. — Ничего себе, — удивилась Аня. Она ожидала услышать всё что угодно, но точно не это. — Завтра ужин для близких, в субботу свадьба, — говорила Мила, всё ещё улыбаясь. Она была правда искренне рада за брата, несмотря на всю боль, которую он ей причинил. — Пойдёшь? — Пойду, — девушка откинулась на спинку стула, пристально наблюдая за Морозовой. — А ты пойдёшь? Аня вскинула брови. — В каком смысле? — Ну, пойдёшь со мной на ужин и на свадьбу? — всё ещё улыбалась Мила, наблюдая, как Аня сидит и не понимает, что вообще происходит. — Ну, на свадьбу пойду, — отвела голову девушка, почесывая затылок. — А на ужине же все свои будут, неловко как-то... — Ты моя подруга. Я хочу, чтобы ты пошла со мной. Теперь, несмотря на то, что из этого дня она сможет вытянуть многое, ей было стыдно, ведь изначально Аня сдружилась с Милой не потому, что та была добра к ней, а потому, что та могла провести её в казанский криминальный мир. И вот, она её проводит. Отказываться было просто нельзя, не смотря на весь стыд. — Хорошо, — улыбнулась Аня, искренне радуясь, что сможет побывать на таком важном дне для семьи Сафиной. — А кто завтра будет? — Ну, самые близкие. Цыган, Грифон и Вадим точно будут, может, кто-то ещё приедет, точно не скажу. Морозова кивнула, но на последнем имени по телу пробежали небольшие мурашки. Снова Вадим. Он везде. Сама Аня не могла понять, почему каждый раз при виде или даже при мысле об этом мужчине, её аж передергивает. — Поняла. — Завтра в пять будь готова, — кинула на прощание Мила, и Аня, захватив свои вещи вышла из комнаты.