･✻･5･✻･

Темнота, привычная и безопасная, теперь кажется зловещей, липнет к коже и давит на нервы. Саске поднимает взгляд к бархатно-чёрному небу, на котором осколками разлетелись отблески звёзд, и невольно возвращается мыслями к своему дому. К разбитой вазе, к топоту детских ног, к светящимся от счастья глазам Сарады и Нориаки. На шее до сих пор ожогами горят следы мальчишеских цепких пальцев, а в ушах эхом отдаётся приглушённый детский голосок. В тот миг, когда картинка кое-как сложилась, в животе Саске что-то оборвалось и ухнуло вниз с такой силой, что он едва удержался на ногах. Радость вперемешку с горечью буквально парализовала и мысли, и тело, пока Саске с трудом собирал себя. А когда паника утихла и разум остыл, внутри зашевелились давно забытые чувства из детства, мягко согревая и обволакивая чем-то знакомым. Семья. У него снова есть семья. Есть место, где его ждут и любят. Ради этого он готов откопать под обломками скопленной за годы боли частичку нежности и отдать самым дорогим людям. Но вот тусклые, полные страха глаза Сакуры не дают покоя, цепляют и не отпускают. Саске вертит образ супруги в голове и выдёргивает из памяти её тихие слова: «Не подходи…», «Не говори ничего…». Твёрдые, как осколки стекла, фразы ворочаются в сердце, не позволяя спокойно дышать. Саске жмурится и стискивает зубы. Опускает взгляд, разглядывая мелкие камушки и рытвины, автоматически обходит сухую листву, чтобы не шуметь. Ощущение неправильности навязчиво накатывает с каждым нервным шагом по пыльной дороге. Вроде ясно, отчего Сакура была так обескуражена. Пять лет — серьёзный срок. Но почему же когда всё выяснилось, Саске не смог разглядеть в её усталом взгляде родные сердцу искры радости? Он видел лишь их слабые отсветы, и то когда она смотрела на детей… Очевидно, Сакуре нужно больше времени, чтобы свыкнуться с новой реальностью. Лёгкий прохладный ветер шуршит листвой, играет с полами плаща и приносит с собой едкий горьковатый запах. Саске почти добрался до дворца Хокаге — осталось обойти здание вокруг, чтобы выйти к главному входу. Запах — теперь ясно, что сигаретный — усиливается, и Саске уже знает, безо всякого чутья ниндзя, кого увидит через пару мгновений. Нара Шикамару, сунув одну руку в карман и привалившись к стене, выдыхает дым с видом измученного насмерть человека. Серые тени под глазами, растрёпанный хвост и опущенные плечи выдают его сразу. Впрочем, ничего особенно нового. А вот бороды клинышком Саске не припоминает… Нара лениво моргает, затягивается и скашивает глаза. Его лицо не меняется совершенно, лишь изо рта вылетает усталый вздох. — Йо, — он нехотя достаёт руку из кармана и вяло машет, не удосужившись поднять её полностью. Но через миг выпрямляется, словно проглотил катану, округляет глаза и роняет сигарету. Пару секунд разглядывает Саске, не мигая, пока тот подходит на расстояние шага. Саске сдержанно кивает, приветствуя, и напрягает мышцы от желания поёжиться — кажется, Нара своим сверлящим взглядом сейчас физически продырявит его. — Да… Засада, — отмирает Шикамару и криво усмехается. — В общем, мне всё ясно, подробности расскажешь? Ты хоть дома был? — Наруто у себя? — сухо бросает Саске и хмурится. Колючий, умный взгляд карих глаз сперва просветил его как рентген, а теперь стал ленивым и снисходительным, будто у дряхлого старика. — Точно. Вторую неделю сидит безвылазно, — вздыхает Шикамару и достаёт новую сигарету. — Ну так? — Ты ведь уже всё понял, — ворчит Саске и обходит его, приближаясь к массивным деревянным дверям. Шикамару мычит себе под нос, щёлкает зажигалкой и переступает с ноги на ногу. — Я в чужие дела лезть ненавижу, — нехотя выдавливает он, делая пару шагов в сторону. — Но не хочу, чтобы вы, ребята, орали ночью на всю деревню. Держите себя в руках, — его голос покрывается сталью, звеня в ночной тишине. — Успокойся, — цыкает Саске, стараясь отмахнуться от лишнего и сосредоточиться на деле. — Я нашёл кое-что в одном из измерений. И принёс. Может быть полезно. Он резко суёт руку за пазуху и сжимает небольшой запечатывающий свиток, словно это единственное, что удерживает его от падения в яму злости. Но мысли о разговоре с Сакурой продолжают липнуть слоями, запечатывая доступ к холодной расчётливости и выдержке. Слова сами вскипают на языке, и Саске не хватает сил затолкать их обратно себе в горло. — Я говорил с Сакурой, — злобно цедит он, разворачиваясь. — Какие письма Наруто получал от меня? — он едва держится, чтобы не использовать шаринган и не влезть к Шикамару в голову, ведь его молчание и прищуренный взгляд высасывают терпение дочиста. — Поганая была идея, — растягивая слова, признаётся Нара и жмёт плечами, — с самого начала. Но всё уже сделано, и теперь важно… Договорить он не успевает. Двери с грохотом распахиваются, и на пороге дворца Хокаге вырастает фигура Наруто, раздражая зрение мерзким оранжевым цветом своей куртки — будто яркая клякса посреди приглушённых синеватых теней ночной деревни. — Саске… — шепчет Наруто, хлопая выпученными голубыми глазами и сжимая руки в кулаки. — Саске, даттебайо! — вопит так громогласно, что закладывает уши. Наруто, едва не споткнувшись о свои же ноги, бросается к Саске, а у того аж рука зудит от желания врезать по этой воодушевлённой физиономии. Учиха увиливает в сторону и режет Наруто на кусочки одним только взглядом исподлобья. — Саске, ты вернулся! — Наруто озвучивает то, что и так очевидно, словно убеждает сам себя. — Ты куда пропал, а? Чё за херня, даттебайо? Ты почему не дома? — хрипит он, почти переходя на рык, а его тупая счастливая улыбка слетает с лица. Он делает уверенный шаг вперёд и тянет обмотанную бинтами руку. — Добе, — коротко кивает Саске, прикрыв глаза. Он стравливает воздух через нос и задирает подбородок. — Я кое-что принёс. Ты должен посмотреть. — Потом посмотрим, даттебайо! Где ты был столько времени, придурок? — взрывается Наруто. Он моментально оказывается нос к носу с Саске и впивается звериной хваткой так, что у него на миг немеет плечо. Учиха хватает его за запястье, гася желание переломать другу парочку костей. Но тот будто не чувствует — лишь продолжает свирепо разглядывать Саске и сжимать губы до побеления. — Седьмой, — непривычно участливо бросает Шикамару и встаёт почти между ними. — Ты посмотри внимательно. Ничего не замечаешь? — Замечаю, — шипит Наруто. — Замечаю, что кое-кто давно не получал по роже и охренел просто вконец! Не видел лучшего друга пять лет, и вместо приветствия, что я получаю? Вечно постную харю и… — Наруто крутит кистью, вырывая её из захвата, и отдёргивает руку. — Больно же! Чё ты вцепился так? — он потирает запястье и бегает обиженным взглядом по лицу Саске, напоминая тринадцатилетнего себя. Саске смотрит на его надутые губы и покрасневшие кончики ушей. Будто перед ним не Седьмой Хокаге — сильнейший шиноби современности, а генин-первогодка, которого лучший друг уложил в грязь элементарной подсечкой. Душащее раздражение улетучивается, освобождая место другим мыслям — Наруто всегда был идиотом, решающим проблемы через одно место. Разве следовало ожидать от его поступков чего-то иного? Однако попытаться вбить в эту пустую башку хоть крупицу здравого смысла будет необходимо позже. — Наруто, смотри на него и думай, — усмехается Шикамару, словно прочитав мысли Саске и поняв, что кровопролитие откладывается. — Он умеет думать? — язвит Саске, приподнимая бровь, отчего Наруто вертит головой от одного к другому и пыхтит, надувая щёки до красноты. — Умею, прикинь! Я твой Хокаге, если ты забыл! — он ерошит и без того лохматую макушку и расплывается в ещё более бесящей улыбке. — Пошли ко мне в кабинет! Там и обсудим всё! — Наруто хлопает Саске по плечу и мотает головой в сторону двери, чиркнув взглядом по ухмыляющемуся Шикамару. — Идём? Тот щурится и морщится в ответ. Уголок рта неуверенно ползёт вбок, но лицо вовсе не выражает радости. Саске даже кажется, что слышен шелест мыслей в голове Шикамару. — Я лучше домой, если ничего срочного, — он театрально зевает, суёт руки в карманы, но смотрит Саске прямо в глаза прямым твёрдым взглядом, вовсе не совпадающим с напускным безразличием. — Вы же взрослые мужики. Справитесь сами? — насмешливо бросает, так и не взглянув на Наруто даже искоса. Саске лишь медленно моргает и кивает, безмолвно обещая держать ситуацию. В конце концов, будь у них с Наруто желание снова повалять друг друга в пыли — кто бы мог им помешать? — Джа нэ, — расслабленно добавляет Шикамару, машет рукой и не спеша удаляется, шаркая подошвами по пересохшей утоптанной тропинке.

⠄⠂⠁⠁⠂⠄

Наруто громко плюхается в кресло Хокаге, скрипнув механизмом, но сразу же соскакивает и начинает рыться в ящике стола. Внутри что-то гремит, шуршит и постукивает. Саске медленно подходит впритык, почти касаясь стола полами плаща, и терпеливо смотрит на копошащегося друга. Брезгливо сдвигает в сторону кучу свитков и несколько пустых упаковок из-под рамена с присохшими остатками лапши. А в одном стакане краем глаза даже замечает дохлую муху. Он достаёт свой свиток, разворачивает на освободившемся месте в центре и кладёт на него ладонь, призывая маленький бумажный свёрток. — Ась? — Наруто поднимает голову от лёгкого хлопка, которым сопровождается призыв, и вопросительно моргает. — Смотри. Я был в одном измерении Кагуи, — монотонно начинает Саске, разворачивая свёрток, на котором поблёскивают маленькие алые чешуйки. — Там я сразился с одним существом, явно из того же вида, что и Кагуя. Победить его сразу невозможно, поэтому я покинул это место. В руках у твари были какие-то плоды. Это, — он кивает подбородком в сторону свёртка, — осыпалось с них. Нужно изучить и как-то использовать. — Хм, — Наруто стучит пальцем по губам и хмурится. — Чё-то я где-то такое видел… — он так старательно изображает задумчивость, что глаза Саске закатываются сами по себе. — Конечно, видел. Это похоже на остатки плода с древа чакры. Только эти меньше, — раздражённо фыркает он и бережно начинает подгибать шуршащие бумажные уголки, не касаясь загадочных лепестков. — Точняк! — Наруто шлёпает ладонями по столу, отчего чешуйки заметно шевелятся от потока воздуха. — Угомонись, усуратонкачи! — рявкает Саске, полоснув друга ледяным взглядом. Он спешно сворачивает свою находку, пока идиот не расшвырял всё по кабинету, и прячет за пазуху. Лучше самому отнести это в лабораторию, пока Наруто не порвал их, не потерял или не облапал. — Утром я передам это исследователям. Хорошо бы вернуться туда и осмотреть получше, но… — Куда вернуться собрался, даттебайо? — щетинится Наруто и наклоняется к лицу Саске. — Домой не хочешь заглянуть, дурья твоя башка? — он хватает его за ворот плаща и тянет на себя. — Я уже был дома, идиот, — сквозь зубы цедит Саске, не отводя взгляда. Теперь за разговоры о миссии не ухватиться, и злость на Наруто заставляет звенеть каждый нерв. Саске до боли стискивает челюсти, словно пытается запереть рвущиеся наружу едкие вопросы. — Был, да? И как тебе? Что там Сакура-чан? — издевательски режет Наруто. — Сакура, она… — Саске хмурится и сухо сглатывает, пытаясь подобрать верное слово хотя бы для самого себя. Как может он ответить сейчас, если сам ни черта до конца не разобрался? — Она удивилась, — глухо добавляет он. — Удивилась? Удивилась?! — Наруто тянет Саске ещё сильнее, сдавливает горло, отчего ткань плаща больно врезается в шею. — Да как у тебя вообще совести хватило свалить так надолго! Не мог хоть раз в год притащить свою задницу и помаячить своей кислой рожей перед женой? — Да ты посмотри на мою рожу внимательнее, дебил! — Саске хватает Наруто за пальцы, грубо отрывая от себя, и пихает в грудь. — Неужели ты настолько тупой? — кричит, уже не сдерживаясь. Зрачки Наруто расширяются так же, как и рот. Он нервно бегает глазами по лицу Саске, рвано дышит и шевелит бровями. Суетливо оббегает стол, разворачивает Саске к себе, будто куклу, и втягивает воздух, принюхиваясь. Затем зажимает воротник плаща и трёт между пальцами. — Прекрати, — гудит Саске, играя желваками. — Мерзость какая. Глаза Наруто вылезают из орбит всё больше и больше и, кажется, скоро вывалятся совсем. «Да неужели?» — издевательски думает Саске и отходит в сторону. — Погоди… — рассеяно шепчет Наруто. — Ты чё… ты на миссии был или… Я не понял. Ты эти пять лет чё — в холодильнике спал? — Наконец-то, — ядовито бормочет Саске и вздыхает. — Очевидно, в том измерении время течёт иначе. — Так ты теперь младше меня, что ли? На пять лет целых, даттебайо? — игриво тянет Наруто. Он скалится в самодовольной улыбке, расправляет плечи и выпрямляется, складывая руки крестом на груди. Пытается изобразить покровительственный взгляд сверху вниз, опустив веки и надув губы, но из-за незначительной разницы в росте получается паршиво. — Это единственное, что тебя волнует? — выдыхает Саске так небрежно, словно сдувает волосы с лица. Он качает головой и прикрывает глаза, перебирая в голове кучу привычных обидных эпитетов, которые упрямо лезут наружу. Большинство из них он уже высказал, а сочинять что-то новое нет желания совершенно. Идиот останется идиотом, как ты его не называй. — Сакура сказала, что ты получал от меня письма. Полагаю, вряд ли кто-то писал их от моего имени, — Саске прижимает Наруто к полу одним только металлическим голосом и тяжёлым взглядом из-под бровей. — Да блин, один раз ляпнул не подумав, а потом уже поздно было признаваться, — куксится Наруто, закусив губы. — Но я же прав оказался! Ты живой и вернулся! — отбивается он, но от Саске не скрыть плещущуюся в его бегающих глазах панику. — Зачем ты вообще это начал? — рыкает он. — И это я ещё тупой! — Наруто взмахивает руками, упирая их в бока. — Когда мне было рассказывать, что ты пропал, даттебайо? Когда она беременная ходила? Или когда с двумя детьми управлялась в одиночку, а? Я как лучше хотел, да только никто не оценил! — обиженно бросает он и отворачивается, тяжело дыша. — Ясно, — тихо бормочет Саске, по крупицам складывая новую информацию в свою голову. Теперь поступок Наруто не выглядит совсем уж бредовым и безответственным, и Саске даже умудряется разглядеть в нём проблески логики. Узумаки просто хотел помочь — как и всегда. Но было бы лучше, признайся он сразу? Теперь и не выяснить. К счастью, Сакура всегда была очень умной и вряд ли поверила в ложь Наруто безоговорочно. В конце концов — она явно потребовала бы предъявить письма, верно? И в этом случае сразу бы раскусила враньё. Наруто устало улыбается и поворачивает голову. Теперь, переварив первые эмоции радости и вывалив накопленное, он позволяет себе обнажить своё истинное состояние. Саске замечает, насколько вымотанным выглядит лучший друг — синяки под глазами, искусанные губы и коричневые пятна от кофе на рукавах. Пост Хокаге явно тяжёлым грузом рухнул на его героические плечи. И пока тот не сумел найти в себе резервы, чтобы осилить эту ношу. — И всё же я понять не могу — какого хрена ты притащился сюда ночью? Когда ты вернулся? — расслабленно уточняет Наруто, поворачиваясь полностью и разминая шею. — Около часа назад, — равнодушно откликается Саске. — Ты серьёзно? — всё добродушие Узумаки исчезает как по щелчку, и он опять подрывается к Саске на расстояние ладони. — А ты не думал, что надо бы с семьёй побыть? Сейчас всё равно никто эти листья исследовать не будет! Сакура-чан пять лет тебя не видела! А дети? Ты хоть видел мало́го? Ну вылитый ты в детстве! — кипит Наруто, швыряя обвинения Саске в лицо и едва не плюясь от возмущения. — Видел, — хрипло сознаётся Саске, чувствуя, как губы сами складываются в подобие улыбки. — Всех видел, и с Сакурой всё в порядке. Она поняла. — А, ну раз поняла… — нараспев бормочет Наруто, почёсывая затылок и расслабляя плечи. — Ну хорошо, даттебайо! Раз вы успели разобраться и поговорить! Эти слова влетают в уши Саске, как песок, царапая его уверенность и пробегая по спине волной электричества. — Я-то думал, Сакура-чан тебя выставит. На порог не пустит! Уж больно свирепая была! Уже не песок, а тяжеленный кирпич прилетает в стену уверенности Саске, кроша её и оставляя заметную трещину. — Она даже разводиться с тобой собралась, прикинь? Хорошо я развеселил её и отговорил, вроде как… И вот теперь стена обваливается совсем, хороня уверенность Саске под своими острыми обломками. Его видимый глаз вспыхивает красным, а вена на лбу вздувается и пульсирует. — Что? — хрипит он так низко, что воздух вокруг начинает трещать от холода. — Что — «что»? Ну брякнула, не подумала, когда задолбалась совсем. Дом большой ей тяжело убирать, что ли… — Наруто давит дурацкую улыбку, щурится и складывает руки за голову. С детства знакомый язык тела безошибочно даёт понять, что он сочиняет на ходу и пытается увильнуть. — Главное, вы поговорили и всё уладили! — нарочито бодро выпаливает Наруто. — Надо встретиться семьями! Мы выпьем, детишки поиграют. У меня ведь тоже двое! Последние слова Саске слышит уже сквозь шум крови в ушах и тяжёлый топот собственных ног. Он даже не понимает, как сорвался с места и вышел прочь.

⠄⠂⠁⠁⠂⠄

Знакомая дорога расплывается перед глазами. Дома с чёрными окнами сливаются в единую стену, прорезаемую отсветами уличных фонарей, которые кажутся бесконечными жёлтыми лентами. Дыхание спирает от огромной скорости, на которой Саске несётся домой — по земле, по крышам, минуя заборы и тротуары. А свежий ночной воздух колет разгорячённую кожу на щеках. Слова о разводе до сих пор трещат как угли в его взбудораженных мозгах, и Саске старается остудить их, заливая потоками мыслей. Мог ли Наруто ошибиться? Или что-то не так понять? Ведь сколько раз такое бывало, что этот болван слушал через слово и выхватывал из разговора только часть? Кучу раз! Да и Сакура с чего бы стала делиться своими планами — даже будь эти бредни о разводе реальными — с Наруто? В этом нет ни грамма здравого смысла! Но вот то, что это решение Сакуры подходит к её сегодняшним словам и взглядам, как кинжал к ножнам, режет сердце. Саске вспоминает, как они прощались, когда он уходил на эту миссию. Как ярко горели глаза Сакуры. Её нежную улыбку, просьбы быть осторожнее и обещания, что всё будет хорошо. Тогда они не спали полночи — у Саске даже пару дней ныли рёбра и губы от крепкой хватки Сакуры и её отчаянных поцелуев. А после молча сидели на крыше и смотрели на звёзды до самого рассвета. Они были счастливы до его ухода — тут и думать нечего! Саске даёт себе мгновение отдышаться, когда запрыгивает на крыльцо и рывком дёргает дверную ручку, с опозданием задумываясь — была ли дверь вообще закрыта или он просто сорвал замок? Тишина в доме вовсе не уютная. Она душит, лезет в горло, закладывает уши. Уверенно шагая по лестнице, он улавливает шуршание одеял со стороны детской комнаты и запоздало понимает, что следует быть осторожнее. Саске молниеносно, но уже беззвучно оказывается у супружеской спальни и входит, напоровшись на родные, но будто незнакомые зелёные глаза.