Часть 16. Рик

Рика посадили. Конечно, из-за внушения он больше о ней не заботился, но не все еще знали, что Рик сложил свои полномочия, так что ей не могли не позвонить. Елена едва выслушала шерифа Форбс, которая и была той, кто позвонила ей, тут же собралась в участок. Она очень устала, но сейчас было не время отдыхать. Елена порадовалась, что теперь у нее есть такая полезная способность, как повышенная скорость. Благодаря ей она успела переодеться во что-то, что не пахнет потом, пылью и долгой дорогой, быстро умыться, и даже съесть пару черствых кусков кекса, завалявшегося на кухне, где стояла жуткая вонь от ее прокисшего так и не доготовленного ужина. После чего отправилась в участок. Елена быстро добралась до места и поднялась по лестнице, ведущей к дверям. Она дернула их на себя, стараясь контролировать свою силу, чтобы не сорвать ту с петель, как было с бельевым шкафом, где теперь не было одной дверцы, и тумбочкой около двери, где осталась вмятина от ее пинка. Елена вошла в участок, огляделась, вспоминая, где находится кабинет шерифа и вновь ощутила вспышку едва угомонившейся злобы, когда она увидела Деймона, появившегося прямо на ее пути. — Елена… — хмуро произнес он, подойдя ближе и оглядывая ее с ног до головы, отчего у нее возникла невольная паническая мысль, что вот сейчас он поймет, что она беременна и… И что? Она задалась вопросом, почему ее вообще должно волновать то, что подумает Деймон, узнав о ее беременности. Они явно разорвали мосты, не без инициативы с ее стороны, и разошлись в разные стороны. Так что ее жизнь — это не его дело и не дело его брата, сделавшего все, чтобы Елена стала свободной женщиной, которая могла спать с кем хотела и носить ребенка от кого бы то не было. На Клауса, если даже поймет, в каком она состоянии, Деймон уж точно не подумает. Или даже если и подумает, но это, опять же, тоже не его дело и не дело Стефана. Елена не обязана спрашивать ничьего разрешения, особенно в том, что делать со своим телом и от кого рожать. — Ты был у Рика? Что случилось? Шериф мне почти ничего не сказала, — холодно спросила она, не отрицая того, что может между ними все кончено, Рик все же остается другом Деймона, насколько ей было известно. Вампир слегка скривился. — Рик в порядке, — коротко ответил он и наклонил голову, пытаясь поймать ее взгляд, который она тщательно от него отводила. — Елена, нам надо поговорить. Она жестко зыркнула на него. — О чем, Деймон? — нетерпеливо спросила Елена. — О том, что ты влепил мне пощечину? — Ты переспала с Клаусом!.. — прошипел Деймон, напомнив старую заезженную пластинку, и наклонившись к ее лицу ближе. — И что, это был повод меня ударить? — рыкнула в ответ Елена, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не оскалиться и молясь, чтобы ее глаза сейчас не сверкали как фары машины. — Тебе было больно и обидно? Понятно. Я виновата? Может быть. Но знаешь что? Твой брат в тот момент уже сделал все, чтобы показать, что, между нами, все кончено, а у нас с тобой ничего не было, так что я могла спать с кем хочу и где хочу, ясно? А ты не имел права меня бить. Ты мог мне голову оторвать!.. Деймон в раз сдулся. — Мне жаль, — тихо произнес он. И Елена видела по его печальным красивым голубым глазам, которые некогда заставляли ее сердце по-глупому трепетать, что Деймон не лжет. Ему правда было жаль, и какая-то маленькая часть нее, которая всегда будет принадлежать этим двум братьям, шептала о том, что надо его простить. Но она была уже слишком мала, а рычание ее внутреннего волка, вставшего на дыбы при виде своего исконного соперника, окончательно ее задушила. — Поздно, Деймон, — твердо сказала Елена, или по крайней мере она надеялась, что это звучит именно так. — С меня хватит этой драмы, тянувшейся уже сто пятьдесят лет и где я даже не главное лицо, а лишь заменитель оного. В отличии от вас я смертна, и я не хочу тратить свое немногочисленное время на все это. Я устала. Быть тенью Кэтрин, быть вашим со Стефаном канатом, который вы туда-сюда тянете, двойником и кем-то там еще. Я хочу быть просто Еленой, закончить школу, спокойно жить, растить детей и не волноваться обо всей этой любовной лихорадке, где слишком много углов и участников. Прощай. После чего обошла Деймона и направила к шерифу, чтобы узнать в чем черт возьми обвинялся Рик. Впрочем, шериф Форбс не пустила ее поговорить с Риком, только дала понять, что тот обвиняется в нападении на доктора Фелл, а также в убийстве патологоанатома и Билла Форбса. Елена уже не была удивлена в том, что не знала о очередном приезде отца Кэролайн в город, как и о том, что тот был убит. А еще она не верила, что Рик мог быть виноватым во всем том, в чем его обвиняют. Он просто не мог!.. Выйдя из участка, Елена направилась прямиком в больницу, чтобы поймать Мередит и поговорить с ней. Она не знала, что именно хочет сказать, но не могла ничего не делать. Не могла же?..… Елена чуть заметно нахмурилась, когда эта мысль пронеслась в ее голове, но быстро отбросила это в сторону, поскольку увидела, как на стоянке появилась машина Фелл. — У меня операция, — тут же сказала Мередит, едва Елена появилась у нее на пути. — Что бы ты не хотела сказать об Аларике, говори быстрее. — Он не виноват, — мгновенно сказала Елена. — Я его знаю, он не мог убить всех этих людей. Мередит фыркнула. — Откуда ты знаешь? Он — алкоголик, охотящийся на вампиров, которого ты пожалела, но о ком ничего не знаешь. Его четыре раза за драки арестовывали, а в Дьюке его будущая тогда жена Изобель дважды подавала заявления на судебный запрет, запрещающий ему к ней приближаться. Господи, он даже не живет с тобой больше, и не заботится, кажется, устав решать проблемы двух чужих сирот, — колко сказала она и тут без того хрупкий контроль Елены полетел к чертям. Она схватила докторшу за локоть, отчего та вскрикнула, затащила ее за колонну, прижала к ней и сжала ее шею. — Слушай меня, Мередит Фелл, — глубоким голосом сказал Елена, смотря в расширившиеся от страха глаза женщины и испытывая первобытное удовольствие от ужаса своей добычи. — Аларик не виноват и ты это знаешь. И даже если это так, не тебе и не шерифу решать, что с ним делать. — А кому? Тебе? — прохрипела Мередит, схватив ее за запястье, но Елена была сильнее ее. — Что ты знаешь? Я чую твою ложь за версту, — прорычала Елена, буквально уловив, каким-то седьмым чувством, некогда заставившие ее поверить Еве и Джексону, что Мередит что-то не договаривает. Фелл упрямилась, и Елена сильнее сжала ее шею. — Х-хорошо, — выдохнула Мередит, чье лицо уже было бордового цвета от недостатка кислорода. — Кольцо… Кольцо вашей семьи, которое носит А-аларик. Я думаю, что это оно. Елена нахмурилась и чуть-чуть ослабила хватку. — То есть? — непонимающе спросила она. — Причем тут кольцо? Мередит сделала небольшой вздох. — Твой предок, Саманта Гилберт, она убивала членов совета, — сипло начала Фелл. — Это все было из-за кольца. Она слишком часто умирала, а потом возвращалась, и это свело ее с ума. Я думаю, что с Алариком происходит то же самое. Рассеянно Елена окончательно выпустила докторшу из захвата, отчего та начала жадно глотать кислород и лихорадочно пыталась вспомнить все то, что знала о Саманте Гилберт, кроме того, что она чокнулась и что именно из-за жены ее брата, она теперь оборотень. И ничего. Вроде бы та вела дневники, как и ее дедушка Джонатан, и многие другие Гилберты, но… В домике у озера их не было, как и у нее дома, так что они либо утеряны, либо… — Твоя семья украла дневники моего предка, — обвиняюще сказала Елена, мгновенно понимая, что о том, что Саманту свело с ума кольцо та могла знать только из личного дневника последней. Поджатые губы Мередит еще больше ее в этом убедили. — Верни мне их, и отзови обвинения против Рика, а то пожалеешь, — жестко сказала Елена, сама себе поражаясь. Когда она стала такой жестокой?.. — Это угроза? — недоверчиво спросила Мередит, смерив ее суровым взглядом. — Ты же знаешь, что я могу сообщить об этом шерифу?.. Елена холодно усмехнулась. — Ты же знаешь, где ты живешь? — саркастично спросила она. — В городе, где то и дело люди умирают по причине нападения «зверя» и где порой они даже пропадают и с концами. Ты же не хочешь повторить их судьбу? Или судьбу своего кузена Логана? Я жду до вечера, или… — Вы, Гилберты, всегда были чокнутыми, — выплюнула Мередит, потирая шею. — Вы… — Все в порядке? — вдруг спросил мужской голос и, резко повернув голову, Елена увидела высокого парня атлетичного телосложения с немного растрепанными каштановыми волосами и голубыми глазами, который пристально смотрели на нее. Смотрели так, будто Мередит здесь не было. Елена ощутила с ним мгновенную неуловимую связь и быстро поняла, что перед ней был оборотень. Или гибрид. Скорее всего, именно последнее, поскольку сейчас просто волком в этом городе была только она. Елена нахмурилась, понимая, что Клаус, кажется, опять к ней приставил наблюдателя, что ей очень не понравилось. — Да, уйди, — рявкнула она и каково же было ее удивление, когда тот правда исчез. Ее бровь еле заметно дернулась, а потом Елена вернула свое внимание к Мередит, которая попыталась тихо сбежать, когда она отвлеклась на новоприбывшего. — Я жду до вечера, — четко проговорила Елена, поймав ту за руку, и предупреждающе сжав ее, отчего Мередит вскрикнула, после чего отпустила докторшу и покинула парковку.

***

Елена не могла найти сил в себе, чтобы выйти из машины. Она крепко сжимала руль, отчего тот жалобно скрипел, и все смотрела и смотрела на дом, некогда принадлежащий Шейле Беннет, а сейчас являющийся местом жительства Бонни. Елена знала, что ей нужна помощь с Риком, если Мередит права и тот правда убил тех людей, потому что кольцо Гилбертов начала сводить его с ума. Это результат действия магии, и чтобы решить эту проблему нужна ведьма. Но ее тело отказывалось сотрудничать. Елена не могла разжать пальцы и не могла пошевелить ногами. Она буквально приросла к сидению и все не могла заставить себя выйти из машины, пересечь эту короткую дистанцию до двери, постучать и сказать: «привет, Бонни». Что не говори, а внутри, глубоко-глубоко, ей было все же очень обидно, что никто не заметил то, что Финн ее похитил. А если бы она не активировала свои гены оборотня, о которых даже не подозревала?.. «То была бы уже мертва», — мрачно подумала Елена, понимая, что тот бал бы уж точно не покинула живой, не говоря уже о том, чтобы сбежать от Финна. Вдруг дверь дом Беннетов открылся и наружу вышла Бонни. Она поежилась от прохлады, сложила руки на груди, а взгляд безошибочно нашел машину Елены. Вероятно, она увидела из окна, но поняв, что Елена не торопится зайти, решила выйти сама. Бонни немного помялась и, словно собравшись с силами, решительно направилась к ней. — Привет, — неуверенно произнесла молодая ведьма, остановившись рядом с дверцей водительского сидения, где было опущено стекло. Елена молчала. Она все смотрела и смотрела на старую подругу, ища в ней что-то, что могло сказать, какова была ее причина отдалится, и поняла, что ничего нет. Это была все та же Бонни, какой Елена ее знала. Это она теперь была слишком другой. Может быть, именно поэтому подруги от нее отдалились?.. — Почему? — тихо вырвалось из ее уст почти против воли. — Почему вы все ушли? Бонни растерянно моргнула. — Что? — выдохнула она и помотала головой. — Нет, Елена, мы не… мы не… — Несколько месяцев, — четко проговорила Елена, когда Бонни вдруг замолкла, так и не договорив. — Вы избегали меня с самого дня рождения Кэролайн, будто я чумная. Замолкали, когда я была рядом, иногда днями напролет в школе не замечали, не звонили… Я даже не знала, что твоя мать вернулась в город и что отец Кэролайн мертв. Я уже не говорю о том, что я не знала о том, что это ты пробудила Эстер. И я хочу понять, почему?.. Беннет открыла и закрыла рот, а потом замотала головой. — Нет, Елена, все не так! — в ужасе воскликнула она. — Мы не отдалились! Просто… просто… Мы думали, что тебе нужно побыть одной и не хотели тебя волновать. Особенно после того, как Джереми вдруг уехал, а Аларик стал таким странным. Я пыталась понять почему, а Эстер… гроб… Его я хотела открыть, думая, что там что-то такое, что поможет нам убить Клауса. Освободить наконец всех нас от него!.. Я не знала, что все так выйдет. Я так погрязла в этом, что просто не заметила, как время пролетело… Правда, Елена, я не хотела причинить тебе боль. Просто случилось столько всего! Гробы, моя мама, Эстер, вселившаяся в Эбби, которая вновь сбежала и бросила меня… и… и… и… Елена горько усмехнулась. — И вам было не до меня, ясно, — прохладно сказала она и отвернулась от Бонни. — Ладно, я поняла. Знаешь, я даже рада этому, поскольку от меня все равно одни беды. Но если тебе действительно жаль, исправь то, что происходит с Риком из-за кольца, которое создала Эмили. Оно сводит его с ума и из-за этого он может попасть в тюрьму. И завела мотор. Бонни что-то еще говорила, кажется, звала ее, но Елена не хотела ничего слушать. Она просто хотела поехать домой и хоть немного отдохнуть после этих тяжелых дней, которые ей пришлось пережить.