Глава 6. Как всё исправить?

Рано утром Вероника проснулась и посмотрела на большие часы, стоявшие в комнате. - Четыре часа? Рано, очень рано... Она честно старалась уснуть, но не могла. - Что ж... Тогда я могу немного прогуляться по саду, пока все спят. Если спят... Девушка наскоро переоделась и тихо, дабы не перебудить всех, вышла в сад. Где неожиданно столкнулась с Матвеем, который как раз проходил мимо с ведром, наполненным водой для полива цветов. - Доброго утра, Ника. - И тебе, Матвей, - ответила она. - А почему ты не спишь? Рано же ещё... - Mon ami, у меня к тебе тот же вопрос. - Не спится. После вчерашних событий сон был отвратительным. - Наслышан, сестрица, наслышан... Но ты прости его, - посоветовал мужчина. - Почему это? - Ma chérie, он ведь не такой плохой человек. Просто немного ребёнок. А ты взрослая и умная. И красивая. Поэтому и привлекла его внимание. - Но я не игрушка! - возмутилась девушка. - Полностью согласен с тобой. Ипполит иногда переходит границы. Но, всё-таки его следует простить. Пойми, я никому не желаю зла. Мною движет лишь любовь к моим родным и стремление помочь в трудные времена. - А я для тебя родная?..- спросила Вероника. Матвей поставил на землю ведро, подошёл к девушке, крепко её обнял и поцеловал в макушку со словами: - Ну конечно, ma petite fleur. Конечно, mon myosotis lumineux. Может ли быть иначе, сестрёнка? - тут мужчина присел на колени, взял в обе ладони лицо Вероники, наклонил к себе и ещё раз нежно поцеловал её, но уже в лоб. - Мы все тебя очень любим и ценим. - Как и я - вас... - Не сомневаюсь, mon chéri, - ответил Матвей, улыбаясь. - Быть может, тебе помочь, Матюша? - Нет, благодарю, не нужно, - вежливо отказался мужчина. - Давненько меня так не называли, как ты сказала... - Зато хотя бы сейчас. - Это точно... - Я пойду к себе? - Конечно же, иди... По дороге к себе Вероника размышляла о том, как постарается уснуть. - Ведь солнце уже встало... Попробую. *** - Доброе утро, брат! - с весёлой улыбкой произнёс юноша. - Кому доброе, un jeune homme, а кому нет... - последовал ответ. - Что такое? - Тебе прекрасно известно... - Матвей, Серёжа уже со мной провёл conversation éducative на эту тему. Прошу, не поднимай её сегодня. Особенно утром. И так голова разболелась... - А что произошло? - К сожалению, мне неизвестно. Проснулся с адскими болями... - А ко мне по какой надобности пришёл? - решил уточнить мужчина. - Где травы хранятся, которые ты собирал для матушки, чтобы она их себе заваривала при головных болях? - Зачем они тебе? - Я же говорю, что проснулся с адскими болями. - Милый братец, дело в том, что они лечат голову, но никак не совесть. - Совесть у меня имеется. - Неужто? - спросил Матвей. - А мы с Сергеем думаем несколько по-иному... - И ты туда же? - И я. - Матвей, ещё раз говорю: я умоляю тебя, не надо сейчас об этом. Я не смогу должным образом вникнуть в смысл твоих нравоучений. - Это наставление, мой дорогой, - поправил мужчина. - Так и быть. Иди в дом, далее - на кухню, посмотри: рядом с сервантом в правом шкафчике есть коробка. В ней найдешь травы. Завёрнуты в коричневую бумагу и подписаны как "Des maux de tête". Возьмёшь чашку и бросишь туда три щепоти трав (не больше). Затем нагреешь воду, но не до кипения. После налей в чашку и подожди около десяти минут, потому как должно настояться. - Десять минут? Почему так долго... - охнув, спросил Ипполит. - Надобно так. А в твоём случае тебе следовало бы не давать ничего. - Изволь объяснить, по какой же причине? - Помучился бы немного, быть может, и вести себя иначе бы стал. - Братец, мне и так плохо... - упрашивал юноша. - Всё, ступай. Если понадобится помощь - я в саду. - Сомневаюсь... - А я - ничуть... - тут Матвей сделал паузу. - Иди в дом. - Хорошо, - ответил Ипполит. Когда юноша ушёл, мужчина тихо, дабы никто не услышал, произнёс: - Чую, братец, помощь моя тебе сегодня ох как нужна будет... - после этих слов он усмехнулся и продолжил работать. *** - Серёжа, вы же скоро? - Скоро-скоро, ma cherie, не переживай. Только дела завершим и вернёмся. А ты отдыхай, сестрёнка, - с улыбкой отвечал Сергей. - От чего же мне отдыхать? У меня же всё хорошо... - Найди себе дело, моя дорогая. Спроси кого-нибудь, пусть тебе дадут нити, ленты, вышьешь что-то. Или, коль захочешь, можешь спросить красок. Изобразишь прекрасный пейзаж или напишешь чей-нибудь портрет... - женщина, стоявшая рядом с Сергеем, заговорщически подмигнула. - Бог с вами, Анна Семёновна, чей же? - спросила Вероника. - А тут как твоей душеньке угодно будет. Кого начнёт рука отображать, тот человек и будет. - Хорошо. Благодарю за совет, Анна Семёновна, - поблагодарила девушка. - Быть может, ваш портрет и напишу... Вы сегодня прекрасно выглядите, особенно в этом синем платье. - Деточка моя, не льсти мне, прошу. Мне ведь столько лет... - Возраст не имеет значения, коли душа молода, - ответила девушка. - Полностью согласен с Никой, - поддержал Иван Матвеевич. - А коли так, то я протестовать не буду, - согласилась женщина. Затем обратилась к Сергею. - Поедем теперь, родной, иначе не успеем. - Да, хорошо, матушка, - ответил мужчина. Затем приобнял девушку, поцеловал её в лоб, при этом тихо шепнув: "Всё будет хорошо", и вместе с родителями пошёл к экипажу. - Поскорее возвращайтесь... - произнесла Вероника, когда они отъехали от двора. - Чем бы мне заняться? - подумала девушка. - Быть может, и вправду спросить красок?.. Хотя нет, грифель попрошу. Набросок только сделаю, а там поглядим, как далее получится. Через несколько минут Вероника сидела в комнате, рассматривая ещё пустой холст и держа в руке чёрный грифель. - Нет, так дело не пойдёт. Пойду-ка я в сад. Быть может, там у меня что-то выйдет... Девушка направилась в сад и вскоре нашла себе подходящее место. - Прекрасно. Здесь и устроюсь... А место и вправду было замечательное: удобно расположенное огромное дерево с ветвями, едва не касавшимися земли. И одна из них, самая низкая, была настолько широкой, что на неё можно было сесть без особого труда. Вероника провела первую линию. И тут же увлеклась... ...-Что произошло? - Ничего, ma douce petite étoile, решительно ничего. - Почему ты меня так называешь? - Позволь потом рассказать, ma cherie. - Почему не сейчас? - Потому что я так сказал. - Ты ужасно невыносим... Он усмехнулся. - Беру пример с одной замечательной особы... - О Боже мой, сколько я должна это терпеть? - Столько, сколько потребуется. Он поцеловал девушке руку, затем развернулся и стал уходить. - Постой!.. ...- Что это такое? - недоумевала Вероника. Затем бросила взгляд на холст и... потеряла дар речи. На бумаге был изображён портрет молодого человека, который слегка улыбался и смотрел прямо на девушку... - Как? Я совершенно не помню, каким образом я это сделала. Надо стереть поскорее, иначе... Ах, боюсь себе вообразить... И Вероника поскорее убежала за резинкой для того, чтобы стереть то, что она изобразила. А, точнее сказать, кого... *** - Матвей, Матвей! Ты где? - Здесь я, Ипполит. Что стряслось? - Ничего. Просто пришёл помочь своему дорогому брату. - Что-то мне подсказывает - не за этим ты меня искал... - с недоверием ответил мужчина. - Как угадал? - Это весьма нетрудно сделать. Тебе надо с чем-то помочь? - Да... - ответил юноша. - Дело касается Ники, я правильно понял? - Всё верно, - подтвердил Ипполит. - Я хотел попросить тебя кое о чём... Не позволишь ли ты сорвать несколько твоих цветов? Хотел бы ей букет подарить... И извиниться. - Отчего же не позволить? Иди. Только не слишком много рви. И выбирай, какие простые - васильки, ромашки, - Ника такие более всех любит, - посоветовал Матвей. - Спасибо, брат. - Не за что, - ответил мужчина. Затем тихо сказал: - Bon chance, дорогой братец... Ипполит отправился на поиски подходящих цветов. И, когда букет был собран, юноша решил немного прогуляться и случайно набрёл на то место, где росло самое большое дерево во всём саду... Тут он увидел, что на самой низкой ветке лежит какой-то предмет. Подойдя ближе, Ипполит понял, что это холст бумаги, на котором был изображён... - Неужели это... Как красиво. Кто же это чудо сотворил? А, впрочем, я догадываюсь... Он хотел было получше рассмотреть портрет, однако услышал чьи-то быстрые шаги, и тут же спрятался за кустами роз. - Так, здесь кто-нибудь был? - Вероника огляделась. - Надеюсь, нет... И только она хотела начать стирать портрет, как услышала какой-то шорох. Девушка вздрогнула. А Ипполит вышел из своего укрытия. - Что вы здесь делаете? - Было бы правильнее, если бы я задал этот вопрос. - Я ничего не делаю. Просто дышу свежим воздухом, - ответила Вероника, пряча портрет за спиной. - А мне показалось... - Вам показалось. Что вы хотели? - Почему вы спрашиваете? - Вы бы не заговорили со мной, - пояснила девушка. - Да, - согласился юноша, - я действительно хотел вам сказать одну очень важную вещь... Прошу меня простить за моё вчерашнее прескверное поведение. Я глубоко перед вами виноват... - Извинения приняты, - прохладно ответила Вероника, - но говорить с вами у меня нет решительно никакого желания, Ипполит... Иванович. Она резко развернулась и хотела уйти, но юноша остановил её: - Подождите! - Я вас прошу: оставьте меня. - Я понял и полностью осознал свою вину за вчерашнее. Но в чём же дело теперь, когда вы столь холодно со мной говорите? - Отвечу вам честно: моя обида не прошла, хоть я вас и простила. - Прошу вас, только не уходите. Останьтесь здесь... Вероника посмотрела в глаза Ипполиту и увидела в них нечто похожее на смесь отчаяния, грусти и вины. - Ещё чуть-чуть, и не миновать будет слёз... - подумала она. Тут девушке стало его по-настоящему жалко. - Хорошо, так и быть, - согласилась она, - останусь. - Благодарю вас. Вы доставили мне несказанную радость, - обрадованно произнёс юноша. - И ещё: я больше не в обиде на вас... - Правда? - Истинная, - Вероника улыбнулась. Ипполит тут же, повинуясь неведомому порыву внезапно нахлынувших чувств и эмоций, взял ладони девушки и крепко, хоть и нежно, поцеловал их, шепотом при этом сказав: - Merci. Вероника смутилась, но не подала виду. Тут она заметила на траве букет и спросила, указав на него: - А это вы для кого такую красоту сделали? - Это? Не знаю... - Не для Матвея случаем? - на этих словах девушка не выдержала и рассмеялась. - Нет, - так же сильно смеясь, ответил юноша. А про себя подумал: - Какая же она удивительная. Какой у неё смех. Будто колокольчики звенят... Их веселье продолжалось около пары минут. Вдоволь насмеявшись, Вероника повторила свой вопрос: - Так для кого эти цветы? - Прошу прощения, - извинился Ипполит, - я был настолько сбит с толку своими эмоциями и совсем позабыл, что сей прекрасный букет я собрал для вас... - Правда? - Истинная. - Благодарю вас, мне очень приятно. - ответила Вероника, смущённо улыбаясь, - Они прелестны... - Но сии цветы не столь прекрасны, сколь вы, Вероника... - тут глаза юноши заблестели. - Вы мне льстите... - Ничуть. - Как вам угодно... - Так что же вы рисуете? - спросил Ипполит после недолгого молчания. - Ничего особенного: природу - деревья, кусты, цветы, небо... - ответила девушка. И добавила: - Быть может, пойдём в дом? Скоро завтрак должны подавать, если я не ошибаюсь. - К сожалению, у меня нет часов, - ответил юноша. - Но вы правы: нам следует вернуться. Иначе нас могут хватиться. И молодые люди пошли домой, дабы не опоздать к завтраку. И всю дорогу Вероника, неся холст в одной руке и держа локоть юноши другой, следила за тем, чтобы тот не увидел изображение...