Глава 25: Ядро и Забвение

Возвращение на «Сторожевую Башню» с Ключом Ветров было больше похоже на похоронную процессию, чем на триумф. Мы выжили. Мы спасли Атлантиду и Гималайских Хранителей. Но цена... Два Ключа были уничтожены, третий — Ключ Ветров — теперь лежал в защищенном отсеке станции, пульсируя тихой, непостоянной энергией, словно пойманная птица. Атланты и амазонки стали нашими союзниками, но их силы были ограничены, их миры — ранены. Хуже всего было отсутствие Мар-Нода. С тех пор как он указал нам на Фемискиру, от него не было ни звука. Эта тишина давила сильнее любых слов. Виктор дни напролет проводил, изучая Ключ Ветров, пытаясь понять его природу. Его кибернетическая половина теперь была покрыта инеем, который не таял, а голос приобрел легкое, свистящее эхо. — Он не просто источник силы, — сказал он нам на очередном совещании. Голограмма Земли перед нами была усеяна отметками — места, где реальность истончалась, как старая кожа. — Он... живой. В каком-то смысле. Он связан с самой планетой. И он страдает. — Страдает? — Барри, обычно такой подвижный, сидел неподвижно, его плечи были ссутулены. — Как может страдать кристалл? — Не кристалл, — поправила Диана. — То, что он представляет. Воздух. Дыхание мира. Оно отравлено страхом, который принес Дарксайд. Брюс, стоявший в тени, нахмурился. — Наши сенсоры фиксируют увеличение числа аномалий по всей планете. Небольшие разрывы, искажения. Как будто реальность... трескается под давлением. — Это потому, что система защиты планеты ослаблена, — сказал я, чувствуя тяжесть их слов в своей собственной груди. — С тремя Ключами, либо уничтоженными, либо изъятыми, баланс нарушен. Дарксайд продавливает нашу реальность, как тонкий лед. — Осталось два Ключа, — напомнила Мера, ее голограммное изображение мерцало, словно она была под водой. — Ключ Земли и Ключ Забвения. Мар-Нод сказал, что последний скрыт в Зале Забвения. — А где этот зал? — спросил Барри. — В справочнике магических мест его нет. — Потому что его не должно быть, — раздался голос, которого мы не слышали несколько дней. Из тени в углу зала вышел Мар-Нод. Но он изменился. Его форма была почти прозрачной, серебристые волосы потускнели, а в его черных, бездонных глазах плескалась усталость, которой хватило бы на миллион лет. — Мар-Нод! — Диана сделала шаг к нему. — Мы думали... — ...что я погиб? — он улыбнулся, и это было похоже на трещину на старой фреске. — Смерть... для моего народа это понятие относительное. Но время мое истекло. Я нашел Забвение. Мы замерли, ожидая. — И? — нетерпеливо спросил Барри. — И я не могу войти, — просто сказал Мар-Нод. — Никто не может. Забвение — это не место. Это... состояние. Идея. Ключ Забвения защищает нечто большее, чем просто физическое пространство. Он защищает саму концепцию конца. Того, что должно быть забыто, чтобы могло начаться новое. — То есть... он защищает смерть? — медленно проговорил я. — Не смерть, — покачал головой Мар-Нод. — Забвение. Разницу понимаете? Смерть — это переход. Забвение... это конец перехода. Абсолютный финал. Без него... реальность стала бы статичной. Вечной, но мертвой. Как крик, застывший в камне. В зале повисла тяжелая тишина. Мы защищали не просто планету. Мы защищали саму идею конца. Без которой не могло быть начала. — А Ключ Земли? — спросил Брюс, его практичный ум искал точку опоры. — Где он? — В самом сердце мира, — ответил Мар-Нод. — Там, где горят огни первых дней. И Дарксайд уже там. Он послал своего лучшего землекопа. Гогонуата. — Гогонуата? — переспросил Барри. — Звучит как название пиццы. — Это титул, — мрачно сказал Мар-Нод. — «Тот, кто роет». Существо, способное прорываться сквозь измерения. Оно уже пробивается к ядру. И когда оно достигнет его... — ...Дарксайд получит доступ к силе, достаточной, чтобы переписать законы физики, — закончил Виктор. — Он сможет сделать Землю... чем угодно. Своей крепостью. Своей тюрьмой. Своей могилой. — Значит, нам нужно остановить Гогонуата, — сказал я, вставая. — Пока не поздно. — Это только половина задачи, — остановил меня Мар-Нод. — Даже если вы спасете Ключ Земли, без Ключа Забвения система нестабильна. Дарксайд найдет другой способ. Нет, вам нужно сделать больше. Вам нужно... активировать Ключи. Мы уставились на него. — Активировать? — переспросила Диана. — Но мы уже видели, что происходит при активации! Они уничтожаются! — Не уничтожаются, — поправил Мар-Нод. — Высвобождаются. Их энергия возвращается в планету, исцеляя ее. Но по отдельности... да, это подобно кровопусканию. Но если активировать все пять одновременно... — ...можно создать поле абсолютной реальности, — вспомнил я его слова. — Которое не сможет исказить даже Дарксайд. — Именно, — кивнул Мар-Нод. — Но для этого вам нужны все пять Ключей. А у вас... — он посмотрел на нас, и в его взгляде была бездонная печаль, — ...только один. И тот, что у вас есть, неполон. — Как это неполон? — спросил Виктор. — Ключ Ветров был активирован Хранителями, чтобы спасти вас, — объяснил Мар-Нод. — Он отдал часть своей силы. Он... умирает. Как и я. Он посмотрел на свои почти прозрачные руки. — Мое время вышло. Я не могу идти с вами. Но я могу указать путь. Гогонуата роет в месте, которое вы называете «Тихоокеанским вулканическим огненным кольцом». Глубоко. Очень глубоко. А Ключ Забвения... — он замолчал, и его форма дрогнула. — Чтобы найти его, вам нужно потерять себя. Отказаться от всего, что вы знаете. От своей памяти. От своей сущности. Только тогда вы сможете войти в Зал. — Это безумие, — пробормотал Барри. — Как мы можем сражаться, если забудем, кто мы? — Вы не забудете, — сказал Мар-Нод. — Вы... отложите. Как одежду. А потом... наденте снова. Если сможете. Его форма стала еще прозрачнее. — Прощайте, защитники. Помните... даже в самом конце... есть надежда... И он исчез. На этот раз навсегда. Мы стояли в гробовой тишине, пытаясь осознать масштаб задачи. Остановить монстра, роющегося к сердцу мира. И найти концепцию забвения, пожертвовав своей памятью. — Ну что ж, — наконец сказал Брюс. — Похоже, у нас два фронта. И оба — самоубийственны. — Тогда не будем тратить время, — сказал я, поворачиваясь к выходу. — Диана, Барри, Виктор — вы с Брюсом летите к «Огненному кольцу». Остановите Гогонуата. — А ты? — спросила Диана. — Я найду Забвение, — ответил я. — В одиночку. — Это безумие, Кларк! — запротестовал Барри. — Ты не знаешь, что там! — Именно поэтому я должен идти один, — сказал я. — Если я не вернусь... ну, по крайней мере, вы сможете продолжить без меня. Они смотрели на меня, и в их глазах читалось понимание. Иногда лидер должен идти первым. В самое пекло. Путь к «Огненному кольцу» занял у них несколько часов. Брюс вел «Черепаху» на предельной скорости, пока Виктор сканировал океанское дно в поисках аномалий. — Нашел! — наконец крикнул Виктор. — Энергетическая сигнатура... она чудовищна! На глубине десяти километров! И она движется к мантии! — Спускаемся, — приказал Брюс. «Черепаха» нырнула в черную бездну. Давление снаружи было таким, что даже корпус корабля трещал. Наконец, они достигли дна. И увидели это. Гигантская, извивающаяся форма, похожая на червя, но размером с небоскреб. Ее тело было покрыто каменными пластинами, которые светились адским красным светом изнутри. Она вгрызалась в скальное дно, выплевывая потоки магмы и энергии. Это был Гогонуата. Вокруг него кишмя кишели парадемоны, охраняя своего господина. — Боже, — прошептал Барри. — Он... он огромен. — Цель — голова, — сказал Брюс, уже заряжая орудия. — Виктор, отвлекай парадемонов. Диана, Барри, со мной. Мы должны пробиться к нему. Битва была адской. Парадемоны атаковали со всех сторон. Диана сражалась с яростью, ее меч рассекал тьму. Барри, используя свою скорость, создавал водяные вихри, которые сбивали парадемонов с толку. Брюс и Виктор вели огонь по Гогонуата, но его каменная броня была почти непробиваемой. Гогонуата, почувствовав их, повернул свою огромную голову. Его пасть, усеянная кристаллическими зубами, разверзлась, и он изрыгнул поток чистой энергии, который едва не попал в «Черепаху». — Он слишком силен! — крикнул Виктор. — Наши атаки его не берут! — Тогда атакуем изнутри! — сказала Диана. — Барри, доставь меня ему в пасть! — Ты с ума сошла?! — закричал Барри. — Это единственный способ! — настаивала она. Барри посмотрел на Брюса. Тот, после секундного раздумья, кивнул. — Делай. Барри схватил Диану и рванул к Гогонуата. Они пронеслись мимо его зубов как раз в тот момент, когда он снова открыл пасть, и исчезли внутри. Для Дианы это был ад. Внутри Гогонуата было не телом, а целым миром боли и ярости. Энергия клокотала вокруг нее, пытаясь стереть ее сущность. Но она была дочерью богов. Ее воля была крепче алмаза. Она пробивалась к сердцу существа, к тому месту, где пульсировал Ключ Земли — огромный, темный кристалл, вплетенный в самую суть Гогонуата. Снаружи Брюс и Виктор отчаянно сражались, чтобы отвлечь монстра. Но Гогонуата, почувствовав угрозу внутри, пришел в ярость. Он начал биться о стены пещеры, вызывая подводные землетрясения. — Диана, скорее! — крикнул Брюс в комлинк. — Мы не выдержим долго! Внутри Диана наконец добралась до Ключа. Но как его забрать? Он был частью монстра. И тогда она вспомнила слова Меры на Фемискире. Не сила. Любовь. Память. Она прикоснулась к Ключу не мечом, а рукой. И начала... говорить. Говорить с Землей. Вспоминать ее. Ее запахи. Ее краски. Ее жизнь. Она вспоминала поля пшеницы в Канзасе, о которых рассказывал Кларк. Леса Фемискиры. Океаны Атлантиды. Города людей. Ключ ответил. Его темный свет сменился теплым, золотистым. Гогонуата заревел — но на этот раз не от ярости, а от боли. Он был создан из тьмы, и свет был ему противен. — СЕЙЧАС, БАРРИ! — крикнула Диана. Барри, который ждал у входа в пасть, рванул внутрь, схватил Диану и Ключ и вылетел обратно как раз в тот момент, когда Гогонуата начал разваливаться на части. Они вырвались на свободу, держа в руках Ключ Земли — теплый, живой, пульсирующий силой самого мира. Но их победа была недолгой. Ибо в тот момент, когда Ключ Земли был извлечен, что-то щелкнуло в самой реальности. И портал в Забвение... открылся. Тем временем я летел в никуда. В буквальном смысле. Я оставил позади все — «Сторожевую Башню», Землю, даже звезды. Я летел в пустоту, следуя лишь смутному внутреннему чувству, тому, что осталось от указаний Мар-Нода. «Потерять себя». И я терял. Сначала воспоминания. Имя Марты. Лицо Лоис. Голос Джонатана. Они уплывали, как дым. Потом ощущения. Запах дождя. Вкус пирога. Тепло солнца на коже. Наконец, саму суть. Кто я? Зачем я здесь? Что я защищаю? Я стал ничем. Пустотой. Эхом без звука. И тогда я увидел его. Дверь. Не дверь из дерева или металла. Дверь из... ничего. Обрамление из тьмы, абсолютной и совершенной. И за ней... Зал Забвения. Я вошел. Внутри не было ничего. Ни света, ни тьмы, ни времени, ни пространства. Только... тишина. И в центре этой тишины — он. Ключ Забвения. Не кристалл. Не артефакт. Просто... идея. Понимание того, что все имеет конец. И рядом с ним... он. Дарксайд. Но не физический. Его проекция. Его сущность. «КАЛ-ЭЛ, — его голос был тише шепота, но громче грома. — ТЫ ПРИШЕЛ. К КОНЦУ». — Я пришел за тем, что мое, — сказал я, но это был не мой голос. Это был голос самой пустоты. «НИЧТО НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ ТЕБЕ. ВСЕ ПРИНАДЛЕЖИТ МНЕ. ДАЖЕ ЗАБВЕНИЕ». — Забвение не принадлежит никому, — ответил я. — Оно просто есть. «И ОНО БУДЕТ МОИМ. Я СТАНУ КОНЦОМ ВСЕГО. ВЕЧНОСТЬЮ БЕЗ НАЧАЛА. ПОРЯДКОМ БЕЗ ХАОСА». — Без хаоса нет жизни, — сказал я. — Без конца нет начала. Ты уничтожишь саму суть существования. «СУЩЕСТВОВАНИЕ — ЭТО БОЛЕЗНЬ. А Я — ЛЕКАРСТВО». Он протянул руку к Ключу. Но я был быстрее. Я не двинулся с места. Я просто... вспомнил. Вспомнил все. Марту. Лоис. Джонатана. Друзей. Землю. Каждую спасенную жизнь. Каждую потерю. Каждую надежду. И из этой памяти родился свет. Не солнечный. Не криптонский. Человеческий. Свет надежды. Он ударил в Дарксайда, и его проекция дрогнула. «ЧТО... ЧТО ЭТО?» — Это то, чего ты никогда не поймешь, — сказал я, подходя к Ключу. — Потому что чтобы понять это, нужно быть уязвимым. Нужно уметь терять. Нужно... любить. Я взял Ключ Забвения. Он не был физическим. Он просто... стал частью меня. «НЕТ!» — заревел Дарксайд, но его голос терялся в пустоте. «Я ВЕРНУСЬ! Я...» Его проекция исчезла. Он был изгнан из Зала. На время. Я стоял один в центре ничего, держа в руках концепцию конца. И понимал, что теперь нам нужно собрать все части. И сделать то, что никогда не делалось. Активировать все пять Ключей одновременно.