Глава 1. Добро пожаловать домой

      Хогвартс-экспресс привычно стучал колёсами, рассекая вечерний туман. За окнами мелькали поля, утопающие в его серой дымке. Редкие деревья покачивались на ветру, провожая мчавшийся к школе поезд шелестом крон. Воздух в коридорах был пропитан запахом шоколада, травяного чая и холодного металла рельс. Женщина с тележкой сладостей неторопливо двигалась по вагонам, отбиваясь от стай первокурсников, желающих попробовать знаменитые сладости. Всё казалось до боли знакомым, даже родным — но в купе пятикурсников стояла гнетущая тишина, в которой гул колёс звучал особенно тяжело. – Откуда там взялся дементор? – нарушила молчание Гермиона, не отрывая взгляда от окна. – Они не обитают в районе магглов. – Мне кажется, его специально отправили убить меня, – сказал Гарри. Его голос звучал отстранённо, будто бы он рассуждал не о собственной смерти. – Кто? – Рон невольно понизил голос. – Волдеморт, конечно. Рон с Гермионой переглянулись. – Что? Думаете, у меня паранойя? – вскинулся он. – Или, может, вы тоже считаете, что я всё выдумал? – Гарри, перестань, – незамедлительно отозвалась Гермиона. – Ты же знаешь, мы тебе верим. Просто... переживаем за тебя. Он отвёл взгляд. – Кто бы ни отправил за мной дементора, он действовал по указке Волдеморта, – твёрдо произнёс Поттер. – Он набирает союзников. Нам нельзя медлить. В Ордене Феникса от меня было бы больше пользы. – В Хогвартсе ты будешь в безопасности, – подал голос Рон. – Уверен? – горько усмехнулся Гарри. Ребята притихли. Смерть Седрика и события прошлого года всё ещё были свежи в памяти. Гермиона поднялась, не в силах вынести повисшее в воздухе напряжение. – Я пойду принесу нам чего-нибудь перекусить. Рон проводил её печальным взглядом. Когда дверь за девушкой закрылась, в купе резко стало тесно. Пауза, возникшая с её уходом, стала почти невыносимой. – Сегодня прохладно, да? – натужно усмехнулся друг, поёрзав на сиденье. Гарри бросил на него красноречивый взгляд исподлобья и отвернулся к окну.

***

      Гермиона вышла в тамбур, подальше от чужих глаз, и с облегчением вдохнула свежий воздух. Холод скользнул по коже, в ушах тонко звенел ветер, пробивавшийся сквозь щели в дверях. С каждым годом становилось всё сложнее оставаться холодным мозгом команды. Она не сомневалась в словах Гарри, но это не отменяло того факта, что прошлые события оставили на нём свой отпечаток. Казалось, страх и паранойя медленно сводят его с ума. Гермиона это чувствовала, но не знала, как ему помочь. И это уже сводило с ума её.  Дверь в тамбур с грохотом отворилась. В проходе стояла статная фигура Малфоя. Он заметно подрос в плечах и ещё не успел сменить строгий чёрный костюм на школьную форму. А вот причёска и острый надменный взгляд остались неизменными. – Кажется, этот поезд слишком тесен для нас двоих, Грейнджер. – Не прибедняйся, – незамедлительно ответила Гермиона. – Тебе тесно в одном мире со мной, Малфой. – Не льсти себе, мы живём в абсолютно разных мирах. – И слава богу, – пробурчала Гермиона и отвернулась к окну, намекая на то, что обмен любезностями закончен. Однако Драко, видимо, так не считал. Он прошёл внутрь и встал напротив, облокотившись на дверь и небрежно опустив руки в карманы. Малфой умудрялся выглядеть элегантно даже в таком невзрачном и сером месте, при этом не прилагая никаких усилий. Хоть сейчас картину с него пиши. – Слышал, избранного чуть из школы не выперли. Грейнджер решила его игнорировать.  – По-моему, так лучше б его сожрали дементоры. Тогда бы он действительно стал героем дня. Хотя бы для местных газет. Никакой реакции. Драко шагнул вперёд и резко развернул девушку за плечо. – Ты оглохла, Грейнджер? Я с тобой разговариваю! Гермиона одарила его презрительным взглядом. – О. Ты ещё здесь. Малфой, кажется, готов был задохнуться от злости. Глубокое оскорбление, которое она посмела ему нанести, так красочно отразилось на его обычно невозмутимом лице, что ей невольно захотелось рассмеяться. – Смотри не лопни от возмущения, – сладко улыбнулась она. Малфой сделал отчаянный шаг вперёд, будто собирался наброситься на неё с кулаками. На его лице застыло странное выражение, словно он боролся сам с собой. – Знаешь, я, пожалуй, пойду. Здесь становится слишком душно, – Гермиона беспечно махнула рукой и направилась обратно в вагон. Однако Малфой выставил руку прямо перед её лицом, перегородив путь к отступлению. Гермиона сделала шаг назад, но тут же встретила спиной стену. Холод металла подействовал на неё отрезвляюще. В висках запульсировала кровь, в нос ударил запах свежей мяты и дорогого парфюма. Драко навис над ней в опасной близости. – Очень невежливо уходить, когда с тобой разговаривают, Грейнджер. Так некстати вспомнился момент, когда они были так же близко друг к другу. Гермиона внезапно осознала, что больше не оставалась с ним наедине с тех пор. И теперь не сомневалась в том, что не зря избегала этой встречи. В отличие от прошлого раза, выразительные серые глаза светились совсем иначе. Они смотрели на неё с вызовом и раздражением, губы были сомкнуты в одну ровную линию. Время будто замедлилось, весь мир сузился до этого мгновения и одного шага размером с пропасть, разделявшую их. Скрипнула дверь, впуская мальчика в мантии без отличительных знаков факультета. Драко не успел убрать руку с двери и поехал вместе с ней в сторону. Пытаясь восстановить равновесие, парень смешно замахал руками в воздухе, но проиграл в неравной схватке силе притяжения и неудачно упал на бок. – Ах ты мелкий...! – зашипел Малфой, быстро поднимаясь с пола и прижимая к себе ушибленное запястье, на которое пришлося весь его вес при падении. Заблудившийся первокурсник поспешил покинуть тамбур. – Чтоб я тебя больше не видел! – крикнул ему вдогонку Драко. Гермиона прыснула, осознавая нелепость всей ситуации. – Думаешь, это смешно? – скрипнув зубами, проговорил Драко. Уязвленнное самолюбие Малфоя пострадало явно больше, чем его запястье. – Думаю, что запугивать маленьких – низко даже для тебя, Малфой, – она снова мысленно прокрутила в голове этот момент и согласилась с улыбкой на лице. – И да, это очень смешно. – Если ты кому-то об этом расскажешь... – угрожающе прошипел парень. – Что? Как Драко Малфой валялся у меня в ногах? – невинно хлопнула ресницами Гермиона. Малфой прищурился. – Я тебя предупредил. И развернувшись на пятках, он ретировался обратно в свой вагон. Гермиона осталась стоять в пустом тамбуре, наедине со своими мыслями и смешанными чувствами.

***

      В Большом зале было непривычно тихо. Даже за гриффиндорским столом разговоры снизились до робкого шёпота. Всему виной было не только общее напряжение в волшебном мире в связи со слухами о возвращении Того-кого-нельзя-называть, но и приземистая полноватая женщина с приторно сладким голоском и одетая в не менее приторно розовый костюм, при взгляде на которой начинало тошнить. Долорес Джейн Амбридж имела нелестную репутацию в министерстве, а теперь явилась в Хогвартс в звании инспектора и нового преподавателя по защите от тёмных искусств. – Спешу напомнить нашим дорогим студентам пятого курса, что порядок экзамена был несколько изменён, – вещала с трибуны Амбридж. – Однако я уверена, что при должном упорстве и надлежащей каждому студенту прилежности, он не составит для вас большого труда. В конце концов, Хогвартс – лишь малая часть испытаний, с которыми вам предстоит столкнуться в жизни, и встречать их стоит как подобает настоящему волшебнику. Разумеется, я, мои коллеги и Министерство делаем всё необходимое, чтобы направить вас на этом непростом пути. – Благодарю, мисс Амбридж, – сказал Дамблдор, возращая себе слово. – Ну а теперь мне бы хотелось уделить немного внимания новому факультативу, а именно Искусству зачарования и создания магических артефактов, который с этого года доступен для всех студентов, начиная с пятого курса. К сожалению, его преподаватель, профессор Хартманн, не смог присутствовать на сегодняшнем вечере, однако он заверил меня, что прибудет в срок к началу занятий. От себя лично попрошу его поприветствовать так же тепло, как мы сегодня приняли профессора Амбридж. И поздравляю всех с началом нового учебного года! Раздались жиденькие аплодисменты и, теперь, когда наконец с официальной частью было покончено, можно было приступить к еде. Однако студенты воспользовались моментом, чтобы приступить к обсуждениям. Разговор, конечно, касался новоиспечённой преподавательницы. – Мой отец работает в министерстве, – поделился один из слизеринцев. – Там давно идут разговоры о том, что Амбридж хочет сместить Дамблдора на посту директора. – Ну, может тогда это место наконец станет походить на школу, а не на цирк уродов, – неспешно произнёс Малфой, лениво ковыряя еду в тарелке. – Не зарекайся, – пошутил однокурсник. – А то ещё развернётся и школу по своему вкусу переделает. – Иу, – сморщила носик Паркинсон. – Глядя на этот беретик, ответственно заявляю, что вкуса у неё нет. – Шутишь? Этот розовый... – Блейз цокнул и одобрительно покачал головой, глядя на наряд Амбридж. – Только представь наши серые коридоры в новом цвете! – Розовые стены, розовые ковры, розовая форма... – Тебе бы пошёл розовый, – подперев щёку рукой, мечтательно улыбнулась Панси, обращаясь к Драко. Малфоя передёрнуло. – Я скорее сожру очки Поттера. Слизеринцы посмеялись. – Ужесточение порядка сдачи СОВ, кстати, тоже её идея. – Удачи гриффиндорским отбросам со сдачей ЗОТИ в этом году. Вот уж кто дисциплиной не отличается. – Если за несдачу СОВ наш золотой мальчик вылетит из школы я этой женщине буду руки целовать, – хмыкнул Малфой. – Кстати, Драко, как твоя рука? – поинтересовалась Панси. Парень отмахнулся, не желая вспоминать о досадном инциденте. – А что с рукой? – студент, что сидел рядом и до этого момента не вступал в разговор, вдруг поднял глаза от стола. Ребята переглянулись. Молчаливый парень с задорными кудрями на голове был новеньким учеником на Слизерине. Малфой не запомнил его имя, только фамилию. Нотт. В голове тут же всплыл недавний разговор между его отцом и незнакомцами в чёрном, который Драко подслушал. Случайно, конечно. – На Драко напал какой-то гриффиндорец, – с радостью подхватила разговор Панси, вырывая Драко из его мыслей. – У него был серьёзный ушиб, но он почему-то не признается, кто это был. – Паркинсон, – зарычал Драко, – вместо того чтобы бездумно открывать рот, заведи себе привычку сначала думать, а только потом говорить. Девушка вспыхнула. – Не выпускай свои коготки на меня, будь добр, пожалуйста! Я между прочим на твоей стороне! – Панси, зайка... – начал было Забини. – Не зайкай мне, Блейз! Или ты забыл, как он на тебя наорал в поезде? – она выставила палец вверх, давая понять, что не закончила, и повернула голову обратно к Драко. – Если у тебя зудит в одном месте, так иди и поливай грязью Поттера и его честну́ю компанию, а срываться на нас я не позволю! За столом повисло молчание. Забини медленно проглотил кусочек сэндвича, который забыл прожевать и, закашлявшись, потянулся за тыквенным соком. Нотт заботливо пододвинул ему свой бокал, наполненный ярко-оранжевым напитком до краёв. Забини, не теряя своей элегантности, отпил часть и изящным жестом руки вернул стакан на место. – Спасибо, – коротко поблагодарил Блейз. Парень кивнул. – Ты новенький, да? Нотт, кажется? – Теодор. – И какими судьбами тебя занесло в наше змеиное гнёздышко, Теодор? – Забини широко улыбнулся, растягивая слоги его имени, будто смакуя. – Это правда, что ты учился в Ду́н Дри́хта? – подхватила Панси. – Я... – парень стушевался, ощущая себя явно неловко будучи в центре внимания. – ...думал это тайна. – У меня есть свои связи, – загадочно улыбнулась Панси. Теодор нахмурился. Это была секундная реакция, выдающая напряжение. Затем Нотт выпрямился и усмехнулся краешком губ. – Формально, я всё это время был зачислен в Хогвартс. Так что – формально – я не новенький. – Отлично, – хмыкнул Драко. – Значит, тебе не придётся объяснять правила. – Правила? Какие правила? – Слизеринцы не сдают своих, слизеринцы выше других, – начала перечислять Панси как заученную мантру. – Слизеринцы носят только зелёный и черный, – подключился Забини. – Слизеринцы не могут загорать, – важно поднял палец вверх Драко. – Слизеринцы не спят по ночам. – Ха, ха, – закатил глаза парень, заметно расслабляясь. – Я понял. Вы просто шутите. Не могу поверить, что я повёлся. – Какие шутки! Как вернёмся в гостиную, проведём тебе ритуал посвящения, – ответственно заявил Драко. – Ладно, я подыграю, – Тео озадаченно свёл брови и подался вперёд, изображая заинтересованность. – И что же мне надо будет сделать? – Испить кровь змеи... – И вырезать себе на пятке герб Слизерина, – кивнула Панси. – Станцевать на столе в шкуре Василиска, – подключились остальные ребята. – Сменить имя на Салазара. – Назвать ребёнка в честь Салазара! Слизеринцы накидывали свои варианты, один нелепее другого, и уже откровенно хихикали. – Выкрасть у Филча изъятый предмет. – И поклясться на своей крови в верности Тёмному Лорду! За столом мигом стало тихо. Драко вперил взгляд в студента, который это произнёс. Если это была шутка, все слишком хорошо знали, что она не так уж далека от правды. – Кх-кхм, – неловко вставил Блейз. – Что ж.. какие дополнительные ты себе взял, Нотт? – Честно говоря, я ещё не думал об этом, – пожал плечами парень. – Летом было... немного не до того. – Можешь выбрать мои, если тебе всё равно, – широко улыбнулся Забини. – А что, интересные курсы? – Ну разумеется, – самодовольно усмехнулся Блейз и, подмигнув, добавил: – Ведь на них буду я. Драко с Панси одновременно закатили глаза. Теодор же, и бровью не поведя, ответил: – Спасибо, но в курсах дешёвого пикапа я не заинтересован. Лицо Забини вытянулось. Панси прыснула в бокал, разбрызгивая содержимое, а Драко расплылся в одобрительной улыбке. – Знаешь, Нотт, а ты не хочешь завтра вечером присоединиться к нам в общей гостиной? – Зачем? – Старшие курсы... – Это мы, – вставил Блейз, гордо положив себе руку на грудь. –...каждый год устраивают вечеринку по поводу начала нового учебного года. Так называемый факультетский вечер... – игнорируя его реплику, продолжил Малфой. – Танцы в змеиной шкуре, конечно, не обещаем, но тоже будет весело. – Хорошо, – кивнул Нотт. – Я приду.

***

      В гостиной Гриффиндора по-домашнему уютно трещал камин. За окном уже стемнело, но студенты не спешили расходиться по своим спальням: всем было что обсудить после долгой разлуки. Запах горячего шоколада, приглушённый гул голосов и мягкий свет огня создавали хотя бы иллюзию спокойствия. Занятия ещё не успели начаться, а Гермиона уже сидела на диване за книгой, поджав к себе ноги. Что-то настолько привычное, как чтение очередного фолианта, позволяло ненадолго отвлечься от не самых радужных мыслей. Рон вертелся у большого зеркала, разглядывая себя со всех сторон. – Ну, как я выгляжу? – он сделал несколько демонстративных оборотов вокруг своей оси, ожидая её реакции. – Один лишь значок не меняет весь твой внешний вид, Рональд, – снисходительно улыбнулась девушка, оставляя все колкие комментарии Симусу и Дину, что сидели неподалёку и со смехом наблюдали за внезапным показом мод от Уизли. – Ещё как меняет! – возразил Рон. – Я теперь важная шишка, знаешь ли. Представляешь, я смогу снимать баллы со Слизерина, когда захочу! – мечтательно улыбнулся парень. – Нет, не сможешь, – вздохнула Гермиона. – Нам запрещено снимать баллы с чужого факультета. Ты вообще читал устав? – Только ту часть, где написано, что я могу ходить по коридорам после отбоя, – подмигнул Уизли. – Тогда тебе стоило быть повнимательнее на собрании. Вместо того, чтобы строить рожицы Малфою, к примеру. – Он первый начал! – Да уж, могу представить, – прыснула Гермиона, возвращаясь к книге. В комнату зашёл Гарри. Разговоры моментально стихли. Симус что-то зашептал Дину на ухо. Тот посмотрел на Гарри и быстро отвёл взгляд. Внутри поднялась волна раздражения. Гермионе захотелось встать и раздать подзатыльники каждому, кто косо смотрит на парня. Поттер, впрочем, не обратил на них никакого внимания. За годы жизни в волшебном мире он выработал к подобным взглядам иммунитет. Казалось, его и вправду уже не могло волновать чужое мнение. Гермионе хотелось в это верить. Он поприветствовал Рона взмахом руки и сел на подлокотник дивана рядом с Гермионой.   – Что читаешь? – Гарри склонил голову, пытаясь различить название на обороте. – «Родословную и библиографию волшебных семей» Ба́хиса. – Нам придётся это изучать? – вскинул брови парень, прикидывая количество страниц внушительного томика. – Нет, это для личного чтения. – Думаешь, там найдется что-то полезное из жизни Тома Реддла? Гермиона замялась, но не оттого, что у неё не было ответа на этот вопрос. – Эм... думаю, тут описаны более древние представители рода. К сожалению, автор книги не дожил до наших дней. Гарри кивнул и наконец обратил внимание на значок старосты на груди Рона. – Ого, Рон, ты теперь староста? Поздравляю! – Ага, – кивнул парень, нервно теребя мантию за рукав. Друзья помолчали. – Я, наверное, пойду переоденусь, – сказал Уизли. – Всё равно сегодня не моё дежурство. Он поспешно вышел, избегая взгляда Гарри. – Что это с ним? – нахмурился Поттер. Гермиона пожала плечами. Она прекрасно понимала, в чём дело. – Может, за ужином переел.

***

      В Астрономической башне было по обыкновению тихо. Драко любил это место не только за изолированность от остального замка, но и за вид, открывавшийся с такой высоты. Оперевшись на перила, он смотрел на горизонт, куда давно закатился золотой диск солнца, и то и дело в нетерпении поглядывал на часы. Конечно, ему теперь нечего было переживать из-за комендантского часа, так как он староста, но как минимум одного человека из группы, которого он ждал, это не касалось. Собрание старост прошло... довольно гладко. В присутствии деканов своих факультетов все старались вести себя прилично. И всё же Драко не отпускала тревожная мысль, что Грейнджер и Уизли теперь тоже старосты. А это значит вдвое больше Грейнджер в его жизни. Как будто совмещённых уроков было мало. В два раза чаще видеть её раздражающую растрёпанную макушку, ловить на себе проницательный взгляд внимательных карих глаз, чувствовать её присутствие рядом, её запах... И Уизли! Не будем забывать про Уизли! Он... такой Уизли! Как же... раздражает! Бесячая Грейнджер! Какого чёрта он вообще думает о Грейнджер!? – Par les sortilèges! Сзади послышалось кряхтение и что-то явно нецензурное на французском. – Mon Dieu, Драко! Обязательно было так высоко забираться? Панси подошла к перилам, стряхивая с себя несуществующую пыль. – Пожалуйста, скажи, что Блейз с тобой, – вместо ответа в надежде спросил Драко. – Он скоро подойдёт, – отозвалась девушка и добавила. – Наверное. – Наверное? – Я откуда знаю! Я за ним не слежу! Что такого важного тебе потребовалось обсудить, что это нельзя было сделать в общей гостиной? – Слишком людно, – покачал головой парень. – Ни́дус? – Тоже не вариант. Там сегодня седьмой курс. Панси раздражённо цокнула. Она достала из кармана жилетки сигарету и, облокотившись на перила спиной, закурила. Несколько минут прошло в молчании. В конце концов Драко решил воспользоваться моментом, чтобы задать волнующий его вопрос, пока они наедине. – Как... как дела у миссис Паркинсон? – Хорошо. – Почему ты не отвечала мне на каникулах? – Потому что была занята. – Чем? – Не твоё дело. – Раз спрашиваю – моё. – Уверен? – Уверен. Они схлестнулись взглядами. Панси молча выдохнула дым сквозь сжатые губы. Драко выждал паузу, прежде чем продолжить. – Ну? – Что "ну"? – Я задал вопрос. – Какой? – Ты чем-то была так занята всё лето, что не соизволила ответить ни на одно моё письмо. – Я не слышу вопроса. – Чтоб тебя, Пэнс! – не выдержав, прорычал Драко. Паркинсон бросила курить, выкинув окурок за перила. Остаток сигареты тут же вспыхнул в воздухе и растворился в пепел. Девушка скрестила руки на груди, но выражение её лица смягчилось. – Я читала. Всё, что ты мне присылал. Доволен? Драко сцепил пальцы на переносице и тяжело вздохнул. – Ты... в порядке? – Да. – Уверена? Панси хмыкнула. – Уверена. Как раз в этот момент на лестнице появилась макушка Блейза. Парень поправил пиджак несомненно дорогого чёрного костюма и приветственно махнул рукой. – Знаю-знаю! Я задержался, извините. Малфой закатил глаза, но не стал это комментировать. – Что ж, теперь когда все в сборе... я хотел рассказать вам кое-что. Блейз и Панси встали по обе стороны от Драко, создавая небольшой узкий круг. – Это насчёт Нотта. – А что с ним? – вскинулся Блейз. – Не этот Нотт. Я имел ввиду Нотта-старшего. Помните тот благотворительный вечер в Малфой-мэноре пару недель назад? Как оказалось, это было лишь прикрытие для собрания Пожирателей. Я не видел их лиц, но я узнал голос твоего отца, Блейз. Они обсуждали некое оружие против магглов и упомянули фамилию Нотта. Если учесть, что Нотт-старший вернулся в Англию, думаю именно ему Лорд поручил создание этого... оружия. Блейз и Панси молча переглянулись. – И ты хочешь, чтобы мы расспросили Теодора об этом? – догадалась Паркинсон. – Возможно, – кивнул Драко. – Он учился в Дун Дрихта, кто знает, может он и сам причастен к его созданию? – Так, для не посвященных, – подал голос Блейз. – Кто-нибудь может мне объяснить, что особенного в этой школе? – Скажем так, она не совсем законна, – начала Панси. – Формально, это маленькая частная школа для тех, кто не хочет ехать учиться в Англию. Но слухи разные ходят. Что там учатся только чистокровные. Что профессора там бывшие преступники. Что там преподают запретную магию... Забини в удивлении вскинул брови. – Тёмную магию, – подсказал Драко. – Да понял я! – отмахнулся Блейз. – И что, после этого его так просто взяли в Хогвартс? – Связи, дружок, – пожала плечами Панси. – В общем, думаю, нам стоит его проверить. Прежде, чем мы сможем его расспросить. – Или... я могла бы просто залезть к нему в голову, – хищно улыбнулась Панси. Малфой нахмурился, но кивнул. – Или так. – Не-а, – покачал головой Блейз. – Я против. – А тебя не спрашивали, – ласково проговорила девушка. – По-моему, это лишнее, – проигнорировал её Забини. – Нотт кажется нормальным парнем. Предлагаю просто узнать его поближе, думаю, он сам будет не против поделиться. В конце концов, мы все здесь в одной лодке. – Ты просто повёлся на милую мордашку, Блейз, – ядовито улыбнулась Панси. – Я права? – Иди к чёрту. Её улыбка стала шире. – Я права. – А что насчёт тебя, Паркинсон? Думаешь, я не заметил, как ты ему на обеде глазки строила? – Блейз начал наматывать на палец воображаемую прядь волос, изображая подругу. – Ой, Тео, я так переживаю за Драко, ой, Тео, я уже знаю про тебя всё, я такая загадочная! – Не было такого, – закатила глаза девушка, глядя на его жалкие попытки задеть её. – Так, сложили палочки, оба! – вмешался Драко. – Завтра Ночь Салазара. Я попробую вывести его на разговор. Забини довольно улыбнулся. – Если не получится, – он перевёл взгляд на девушку. – Перейдём к плану "б". Теперь уже улыбалась Панси. – И, пожалуйста, держите себя в руках. Сейчас вы похожи на двух куриц, не поделивших цыплят, а не на элиту всей школы. Вы что, хотите втоптать свою репутацию в грязь прямо перед выпускным годом? – Не переживай, Драко, – Паркинсон направилась к лестнице с озорным блеском в глазах. – Этот год все запомнят надолго.