❄️ Часть 4 ❄️ - "Долгожданная гостья"

      Массивные железные ворота, украшенные позолоченной вязью филигранной работы, распахнулись с протяжным надрывным скрипом, нехотя пропуская в просторные сады поместья низкую женскую фигурку с чемоданом в руках, плотно закутанную в нежно-розовый пуховик.       Абсолютно всё вокруг было занесено пушистым снегом — идеально подстриженный газон, стройные ряды кустов розария, мраморные статуи и каскадные фонтаны, вода в которых была зачарована в причудливые ледяные узоры. Малфой Мэнор выглядел величественно и одновременно с этим очень тоскливо, словно прячась от внешнего мира в этом белоснежном саване. Натянув воротник своего пальто повыше, чтобы пронизывающий холодный ветер не добрался до уже раскрасневшихся на морозе щёк, Лилиан решительно зашагала по недавно расчищенной тропинке, ведущей прямо к особняку, на ходу отмечая про себя, как преобразились знакомые ей пейзажи. Раньше в это время года Малфои уже вовсю готовились к наступлению Рождества, начиная примерно за месяц до самого праздника: все деревья и кусты украшались алыми лентами и блестящими золотыми гирляндами, балконы и арки сияли магическими огоньками, а зачарованные фонтаны тихо играли рождественские мелодии — сейчас же единственным напоминанием о приближающемся празднике был одинокий венок омелы над центральным входом, выглядевший ужасно сиротливо в сравнении с роскошным декором из её воспоминаний…       Её, разумеется, уже ждали — стоило массивным дубовым дверям распахнуться, пропуская внутрь порыв ледяного воздуха и саму гостью, как в полумраке фойе возникли три высокие статные фигуры: миссис Малфой, неестественно бледная, но всё такая же изящная и красивая, опиралась на крепкий локоть своего супруга, возвышавшегося над ней с немного усталым выражением лица, на котором вместо привычной надменности застыло пристальное внимание и сосредоточенность. Драко, облаченный в черный смокинг, стоял чуть позади родителей с абсолютно нечитаемой миной, однако его широкие плечи были напряжены. Первой из них отреагировала Нарцисса: её тонкие губы сами расплылись в мягкой улыбке, а голубые глаза, внимательно отметив про себя каждую деталь — красные от мороза скулы, густые каштановые косы с застрявшими в них снежинками, и очаровательное пальто французского кроя — засияли от плохо скрываемого удовольствия: — Лилиан, милая! Проходи скорее, сегодня на улице такой кошмарный мороз! Мы так рады видеть тебя здесь… — Женщина шагнула ей навстречу и, оставив на её щеке невесомый приветственный поцелуй, как этого требовал этикет, принялась с хозяйским видом аккуратно стряхивать с её волос остатки снега, — Не утомилась ли ты от путешествия? Надеюсь, дорога была не слишком долгой? Поздравляю тебя с получением степени магистра! Ты так выросла, так похорошела, настоящая красавица и юная леди… — Тут она властно щелкнула тонкими пальцами, призывая пару домовых эльфов, которые сразу же тихо засуетились, помогая смущенной девушке снять пальто и вежливо принимая её саквояж, — Так ведь, дорогой?       Последний вопрос явно адресовался Люциусу, который в это время был полностью поглощен тем, что незаметно окутывал свою супругу невербальными согревающими чарами, чтобы даже самый маленький уличный сквозняк в фойе не посмел добраться до неё. Он утвердительно выдохнул и перевёл взгляд пронзительных серых глаз с жены на прибывшую гостью, слегка склонив голову в знак приветствия: — Абсолютно так, дорогая. Примите мои поздравления, мисс Уинтер. — Благодарю вас за гостеприимство, мистер Малфой, миссис Нарцисса… — Лилиан смущенно улыбнулась, беглым взором осматривая чету Малфоев: оба выглядели безупречно и одновременно с этим немного устало — кожа Нарциссы была бледна, как императорский фарфор, а сама она практически незаметно опиралась на предусмотрительно подставленную руку мужа, что впрочем можно было бы списать на обычную светскую галантность, если бы не общая прозрачность и болезненный вид матроны. Люциус же держался всё так же прямо и с достоинством, однако, если внимательно приглядеться, то в его длинных платиновых локонах, убранных в низкий хвост, проглядывала едва уловимая благородная седина у висков. Тем не менее, больше всего девушку удивил — и чуть-чуть напугал — Драко: за те года, что они не виделись, он очень сильно вытянулся и возмужал, исчезли нахальность и бывшая подростковая угловатость, уступая место рельефным скулам, волевому подбородку и широким плечам. Однако его лицо было бледным, абсолютно отстранённым и даже слегка холодным, а взгляд серых глаз казался не надменным, а настороженным и затравленным. Словно молодой человек чего-то опасался, словно его насильно заставили сюда прийти, словно её визит был для него неким душевным испытанием.       «Он… так изменился.» — растерянно подумала про себя Уинтер, которой пришлось немного задрать голову, чтобы встретиться с юношей взором — Драко тут же отвел глаза, ограничившись мимолетным скованным кивком головы в качестве приветствия, — «Я его почти не узнаю… Выглядит так, будто боится… меня? Или, скорее, моей реакции?» — Девушка осторожно попыталась с ним заговорить, но Малфой младший отвечал вежливо и односложно, глядя куда-то поверх её кудрявой макушки — Мерлин, он теперь был выше её на целую голову. После непродолжительного неловкого молчания с обеих сторон, во время которого Лилиан с упрямым прищуром глаз изучала Драко, пока тот в свою очередь делал вид, что он древнегреческая статуя, которая сливается с темными стенами фойе, миссис Малфой решила взять дело в свои руки: одарив сына мягкой улыбкой и убийственным взглядом, она плавно подцепила локоть мисс Уинтер, ненавязчиво уводя её вглубь поместья и приглашая «спокойно обсудить последние новости Парижа за чашечкой чая». Люциус последовал за ними, держась на почтительном расстоянии, чтобы дать дамам возможность поговорить в приватной обстановке, но тихий мерный стук его трости о мраморный пол явно намекал на то, что оставлять без присмотра супругу, пока та не доберется до гостиной в целости и сохранности, он не собирается…

***

      «…Двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять…» — Последние пятнадцать минут ужина Драко был занят тем, что старательно нарезал свою порцию «Веллингтона» с трюфельным соусом на тончайшие кусочки, делая вид, что это занятие государственной важности, которое требует его абсолютного и непрерывного внимания, — «Тридцать, черт бы меня побрал! Когда уже наконец подадут десерт и я смогу отсюда свалить?» — Родители, уже привыкшие к его многогранным и изобретательным способам избегания любых разговоров за столом, кажется лишь мысленно вздыхали — Нарцисса оживленно обсуждала с Лилиан, как прошел её выпускной бал из магистратуры во Франции, Люциус иногда вставлял свои краткие комментарии или задавал уточняющие вопросы про систему образования Шармбатона. «Она… невозможная. Добровольно согласиться на еще два года образовательной каторги — это просто сумасшествие! И я еще когда-то называл Грейнджер заучкой…» — Драко незаметно бросил взгляд исподлобья на молодую ведьму, пока та, изящно жестикулируя вилкой, объясняла что-то про свои финальные экзамены по Заклинаниям, — «Сумасшедшая. Невыносимая. И такая красивая…» — Его серые глаза, впервые за долгое время не затуманенные пеленой окклюменции, казалось, прилипли к фигуре бывшей школьной знакомой: Уинтер выглядела… взрослее и изящнее, чем девчонка с пятого курса из его воспоминаний. Её волосы не вились пушистыми кудрями, а лежали шелковыми волнами, аккуратно убранные в две косы, которые доставали аж до талии. Вместо когтевранской формы девушка облачилась в элегантное фланелевое платье цвета чайной розы, идеально подчеркивавшее её женственный силуэт. Лилиан, словно почувствовав его взгляд, осторожно покосилась на него, заставив юношу тут же опустить глаза на тарелку, где идеально нашинкованный на тридцать кусочков стейк сменился хрустальной вазочкой с пуддингом, — «Не смотри на меня! Я… Я уже не тот, с кем ты обсуждала сложные зелья и промашки школьной программы… Я бывший Пожиратель Смерти, я — монстр.»       Всё оставшееся время, отведенное на десерт, Драко потратил на молчаливое самобичевание и вынырнул из своих мрачных мыслей только тогда, когда девушка, поблагодарив за ужин и теплый прием, начала понемногу собираться, смущенно отказываясь от приглашения миссис Малфой остаться на вечерний чай. «Матушка… выглядит намного лучше в обществе Уинтер. Думаю, ей очень не хватало искреннего живого общения все эти три года нашей тихой изоляции…» — Молодой человек нехотя поднялся, чтобы вместе с родителями проводить гостью до выхода в фойе, — «Не могу поверить, что она просто так возьмет и отпустит её…» — Мрачно подумал Драко и оказался прав. Нарцисса, быстро убедившись, что её вежливые уговоры неэффективны, действовала со свойственной ей тонкостью и безупречным расчетом. Она дождалась пока Лилиан облачится в свой пуховик и, подойдя для прощальных объятий, тихо прошептала: — Ах, дорогая, мы так благодарны тебе за сегодняшний визит, ты даже не представляешь. Одна мысль о разлуке с такой очаровательной юной леди, как ты, наполняет моё слабое сердце… Ох, сердце… — Пепельноволосая матрона слегка прижала руку к груди и, позволив своим небесно-голубым глазам закатиться, начала изящно оседать на пол с усталым вздохом. Уинтер, конечно запаниковала, растерянно пытаясь хоть как-то удержать полубессознательную женщину, однако Люциус, явно сталкивавшийся с такими ситуациями не раз и не два, действовал молниеносно: вежливо, но быстро отодвинув испуганную девушку в сторону, он склонился на одно колено, внимательно изучая бледное лицо супруги и двумя пальцами проверяя пульс на её тонкой шее. Ему потребовалось три секунды, чтобы справиться с собственным беспокойством о здоровье жены, и ровно столько же, чтобы понять, что она блефует. Каменная маска патриарха дрогнула лишь на мгновение, обнажая смесь облегчения и раздражения на её драматичную выходку, но их вскоре сменило понимание, которое приходит только после долгих лет совместной жизни. Мужчина глубоко вздохнул и, легко подняв Нарциссу на руки, словно та не весила ни грамма, осторожно понёс в сторону её будуара, коротко бросив через плечо: — Драко, не стой столбом, принеси нюхательные соли и раствор полыни с тёртой Мандрагорой, скорее! — Он недолго помолчал и, кажется поймав требовательный взгляд жены, посланный ему из-под опущенных век, добавил: — Мисс Уинтер, прошу, останьтесь на время, у моей дражайшей супруги очень слабое здоровье, ей потребуется покой и… ваша моральная поддержка. — Последние слова были произнесены с неуловимой ноткой иронии, означавшей, что Люциус считал себя более чем способным предоставить Нарциссе эту несчастную «моральную поддержку», но тем не менее уступал её капризу удержать юную леди в их доме подольше. — Конечно, мистер Малфой! — Девушка, на ходу сбрасывая пальто, поспешила следом за удаляющейся высокой фигурой, оставляя Драко одного в просторном фойе Манора. — «Моральная поддержка… Ха.»