❄️ Часть 5 ❄️ - "Капризы миссис Малфой"

      Когда ты живёшь с человеком в браке больше двух десятилетий, волей неволей приобретаешь потрясающую и иногда крайне полезную способность: понимать свою вторую половинку без слов. Именно такой немой диалог происходил между лордом Малфоем и его супругой, пока тот бережно нёс её на руках по длинным коридорам поместья, направляясь к хозяйскому крылу. «Цисси, неужели действительно была такая необходимость в подобных крайностях?» — Лёгкий подъем серебристо платиновой брови Люциуса. «Разумеется, дорогой, разве ты не видел? Она же собиралась просто уйти! Немыслимо!» — Едва уловимое движение изящных ресниц Нарциссы. «Мы бы просто пригласили её посетить нас ещё раз, на следующей неделе например, я уверен мисс Уинтер не отказала бы…» — Он слегка сжал губы, склонив голову набок. «На следующей неделе! Это же так долго, дорогой! А если бы Аврорат не пустил? А если бы у нее внезапно появились другие планы? Нет, я хочу чтобы эта очаровательная юная леди осталась у нас погостить ещё на денёк или два, её компания весьма благотворно влияет на моё самочувствие. Да и Драко с её визитом оживился, ты заметил? А то из него в иной день и слова не выдавишь, а тут… И вообще, не спорь со мной.» — Она недовольно выдохнула и немного нахмурилась, ясно давая понять, что тема закрыта.       Люциус лишь обречённо вздохнул, полностью отдавая себе отчет в том, что он будет потворствовать этому капризу жены, как и многим другим, просто потому что это была его Цисси и, если она захотела мисс Уинтер себе в собеседницы на постоянной основе — а он был уверен, что одним днём всё это дело не ограничится — то так тому и быть. В конце концов, он позволил бы даже Нюхлерам или Нарглам навсегда поселиться в своем поместье, если бы это сделало Нарциссу хоть капельку счастливее, что уж там говорить об одной молодой девушке. «Подумать только, а ведь когда она восемь лет назад впервые переступила порог этого дома, я почти что её выгнал… Слава Мерлину, у Цисси хватило благоразумия меня остановить и заставить приглядеться к этой девочке получше — такие дарования ни в коем случае нельзя упускать.» — Патриарх Малфой чуть усмехнулся про себя, краем глаза наблюдая, как чуть позади его плеча периодически мелькает встревоженное лицо Лилиан, которая явно не поспевала за его быстрым шагом из-за слишком большой разницы в росте, — «Мой достопочтенный отец Абраксас наверняка проклял бы меня, если бы узнал, что я отдал предпочтение талантливому уму, а не безупречной родословной. С другой стороны, такие способности к ментальной магии в столь юном возрасте встречаются в наше время реже, чем настоящее перо феникса. Превосходно сданные С.О.В. и Ж.А.Б.А., второе высшее образование в Шармбатоне, степень магистра в двух предметах, а какой у неё высокий магический потенциал — если его направить в нужное русло, конечно. Да и Цисси всегда так хотелось иметь дочь или невестку…» — Мужчина едва слышно вздохнул и, войдя в просторный светлый будуар, неспешно направился к кровати с серебристым балдахином, чтобы аккуратно опустить супругу на идеально взбитые шелковые перины. Только убедившись, что Нарцисса расположилась с максимальным комфортом, он отступил назад в полутень от портьеры, лёгким кивком головы давая разрешение мисс Уинтер медленно приблизиться. Пепельноволосая женщина тут же приняла грациозную позу умирающего лебедя, откинувшись спиной на подушки и положив одну руку на свой лоб, и послала мужу мимолетный, но полный искренней благодарности взгляд из-под полуприкрытых ресниц.       Ни один актер Британского драматического театра не смог бы перевоплотиться в умирающую леди викторианской эпохи с такой же убедительностью, как это делала миссис Нарцисса Малфой, урождённая Блэк. Люциус иногда с усмешкой говорил, что магический мир потерял в её лице гениальнейшую актрису, зато он заполучил себе самую хитрую, самую проницательную и самую обворожительную жену в истории человечества. Она стояла рядом с ним плечом к плечу и на скучных светских раутах, и в огне финальных сражений Первой и Второй Волшебной войны, её светлый образ был тем якорем, что удерживал его сознание и не давал ему сойти с ума в мрачных острогах Азкабана. Поэтому любая прихоть Нарциссы — например приобрести половину модных бутиков из Парижа, выкупить монополию на все бриллиантовые украшения Британии или же заполучить мисс Уинтер себе в компаньонки — превращалась для лорда Малфоя в непреложный закон и затем немедленно претворялась им в реальность. Даже если для этого приходилось мириться с расчетливым драматизмом Блэков или же делить внимание своей драгоценной жены с… — Миссис Нарцисса, вам всё еще дурно? Хотите глоток холодной воды? Или мне открыть окно? Может нужно вызвать целителей? Я могу послать патронуса в Святого Мунго, я сейчас… — Пока патриарх предавался глубоким размышлениям о том, какую комнату лучше выделить для их гостьи: пудровую залу или всё-таки лазурную, которая ближе к будуару его супруги и лучше оттеняет её серо-голубые глаза и платиновые локоны, Лилиан металась вокруг постели Нарциссы, не зная, стоит ли ей пытаться налить стакан воды, бороться с резными ставнями 18-го века или хвататься за палочку для вызова патронуса. «От её мельтешения даже у меня сейчас начнёт рябить в глазах. Тск, никакой утонченности… Хотя я понимаю, почему Цисси так привязалась к этому ребенку — она весьма искренна в своих мотивах и стремлении помочь тем, кто ей дорог. Святая когтевранская наивность.» — Люциус вальяжно оперся на трость, наблюдая со стороны, как девушка уже колдует успокоительные и диагностические чары над своей «пациенткой», которая расцветает от удовольствия и всеобщего внимания к своей персоне, хотя и не подаёт виду — чистокровные дамы по этикету должны быть образцом скромности. — Ах, дорогая, мне уже намного лучше, благодарю за беспокойство… — Нарцисса слабо улыбнулась, поправляя и без того идеальную прическу, — Это всё слабые нервы, понимаешь? Сейчас ведь зима, сырость, холод, это всё просто отвратительно сказывается на моих нерв… Ох, Драко! — радостно воскликнула Миссис Малфой, заметив сына в полутьме коридора, и, тут же спохватившись, изящно закашлялась, возвращаясь в образ больной леди: — Драко, милый, ты ведь принёс мои нюхательные соли? — Молодой человек застыл в дверном проходе ровно на долю секунды, словно борясь сам с собой, и затем медленно прошел в будуар, держа в длинных пальцах две прозрачные склянки — нашатырь и общеукрепляющее зелье. Его острый взгляд быстро скользнул по статной фигуре отца в углу, мимолетно дёрнулся в сторону девушки, сидевшей на маленькой скамеечке у изголовья огромной кровати, и остановился на лице матери. — Разумеется, матушка. — Спасибо, дорогой, ты так внимателен… — Нарцисса элегантным и одновременно с этим властным жестом подозвала его ближе, протянув юноше навстречу аристократически тонкую руку, которую он почтительно сжал в своей на пару секунд прежде чем отдать флаконы. — Оставайтесь в добром здравии, матушка, желаю Вам приятного вечера. — Драко быстро откланялся и, сухо попрощавшись с отцом и гостьей, растворился в темноте коридоров быстрее, чем кто-либо успел его окликнуть. — Ах, мой милый мальчик, — Нарцисса мечтательно вздохнула, аккуратно выставляя зелья на прикроватной тумбочке, — Он сегодня в таком хорошем настроении… — Едва слышно добавила она с плохо скрываемой нежностью в голосе, заслужив тихое мрачное фырканье от Люциуса и недоуменный взгляд от Лилиан. «Ровно две минуты и двадцать четыре секунды добровольного пребывания со мной в одной комнате вне семейных или деловых обязательств — это точно прогресс. Цисси действительно оказалась права, впрочем как и всегда. Присутствие мисс Уинтер весьма благотворно на него влияет…» — Лорд Малфой позволил уголкам губ чуть-чуть приподняться в самодовольной манере: он уже мысленно планировал, каким образом следует увеличить время социальных взаимодействий своего сына без критического давления на его психику. «Если это называется хорошим настроением, то я боюсь представить, на что похож Драко в гневе… Странный он всё-таки.» — Подумала девушка, вспоминая нервное подергивание скул, печально-отстранённый взгляд серых глаз и общую напряженность и скованность молодого человека, совсем не вязавшуюся с той скрытой нежностью, с которой юноша обращался с матерью, но вскоре отвлеклась на вопросы миссис Нарциссы о Франции: какая погода в Париже летом, понравились ли ей местные деликатесы и не интересовались ли ею тамошние ухажёры. — …милая, ты даже не представляешь какие там встречаются донжуаны, абсолютно никакой утонченности! Совершенно не ровня нашим британским джентльменам! Так ведь, Люциус? — Именно так, дорогая.