Глава 4

В спортивном зале, играя в любимую игру, Логан всегда обретал покой. И он снова захотел ощутить это чувство. Он отправился туда к команде, которая регулярно тренировалась после уроков. — Соберись, Логан, это не игра! — после бессмысленного беганья по залу и постоянных промахов, процедил сквозь зубы Дилан. — Если ты продолжишь в том же духе, мы вряд ли ещё раз одолеем «Бульдогов». Катитесь все по домам. На сегодня достаточно этого позора. Выйдя из спортивного зала, они пошагали по пустому школьному коридору. Дилан посмотрел на понурого Логана, идущего рядом. Опустив плечи, уставившись в пол, тот молча плёлся, шоркая по серому кафелю ногами. По-дружески толкнув кулаком его в плечо, он предложил: — Пошли, что ли, пива попьём?! Логан лишь кивнул поникшей головой.

***

— Ну, рассказывай, Ловелас, — начал допрос Дилан, сидя за барной стойкой, когда им подали по пиву. — Я ведь совсем не такой. Никакой я не ловелас или дамский угодник. Элис — первая, с кем у меня всё зашло так далеко. До этого ничего серьёзного никогда не было, а тут сразу на глубину, а я и плавать-то толком не умел, — стал оправдываться Логан и, чувствуя, как у него пересохло во рту, сделал глоток холодного «Budweiser». — А в Наоми я влюбился, когда пацаном совсем ещё был, и несколько лет собирался с силами, только чтобы заговорить, а сейчас вот она — реальная. Он вздохнул. — Про Элис вообще и не думал даже. Она всю жизнь смотрела сквозь меня, вернее, сверху. Такая недосягаемая, как луна. Знаешь, что она есть, и видишь её! Но никогда не дотронешься. — Знаешь, жизнь не стоит на месте, всё меняется. С Наоми ты уже разговариваешь. И из последних новостей известно, что одними разговорами дело не обошлось. И до своей луны ты очень даже дотронулся, и не раз, — всё глумился Дилан. — Мечты сбываются. Это же круто! И сейчас ты — наш главный атакующий. У тебя лучший бросок с любой дистанции, который я только видел. Тренер не прогадал с тобой. «Бульдоги» позади, во многом благодаря тебе. А сейчас ты свободен — девчонки в очередь выстроятся. Выбирай любую. — Не нужна мне любая, — вздохнул Логан, отодвигая опустевший стакан с пивом. — Ты ошибся, как и все. Мы все люди. Элис остынет со временем. И с Наоми наладится всё, вот увидишь. Дай им время. Определись только, кого хочешь, — со снисходительной улыбкой заключил Дилан и заказал ещё по пиву. В то время как Логан с Диланом в баре пытался разобраться в своей, внезапно ставшей трагикомедией, жизни, Наоми пыталась помириться с Элис. Только безуспешно: место выбрали совершенно неподходящее. Они сидели у Логана дома в комнате Хейли, разбросанные по разным углам, и готовили презентацию по географии. — Давайте вы будете убивать друг друга взглядом после, — не выдержала Хейли, вскакивая из-за письменного стола. — Завтра — последний день сдачи этого дурацкого проекта, — пыталась она вернуть Элис с Наоми в работу. — Я свою часть уже давно сделала, а вы как обычно, всё в последний момент. Так вот сегодня — самый, наверное, неподходящий, но, к сожалению, последний — так что делайте что хотите, но закончите ваши разделы, иначе всем нам влепят по единице. — Так, Элис, вот твоя часть, — вручила она ей листок с вопросами. — Приступай. — А это тебе, Нао, — и протянула Наоми такой же. — Итак, первый вопрос... Шлюха и предательница? — проводя пальцем по чёрным буквам, сделала первый выстрел Элис. — А знаю — Наоми! — звонко ответила она на свой же вопрос. — Самодовольная эгоистка, пуп земли? — Элис! — отстреливалась та. — Господи, дай мне сил. Я за кофе! — взвыла Хейли, схватившись за голову. Вылетела из комнаты, и топот её шагов по лестнице вскоре затих. Наоми и Элис остались в одиночестве и тишине, в тёмной комнате, залитой полумраком. Холодный свет лампы лежал ярким пятном на стопке конспектов и резал глаза. — Между нами ничего не было, — тихо заговорила Наоми. — Да, к этому шло, не стану отрицать, я виновата, что допустила это. Но мы остановились. Логан остановился. Наоми медленно поднялась из кресла у окна и осторожно опустилась на кровать, придвинувшись к подруге. Элис не шелохнулась. Она молчала, уткнувшись носом в махровую подушку и уставившись в одну невидимую точку на полу. — Пожалуйста, прости меня. Это уже произошло, я не могу повернуть назад и всё изменить, но если бы могла, то сделала бы это. Ни за что на свете не стала бы с ним целоваться! Мне больше ничего не остаётся, как просто просить прощения. Я прошу. И буду просить, пока ты не простишь меня. Сжимая в кулаке листок, вручённый Хейли, она не сдавалась. — Я была расстроена… и пьяная, а он такой хороший. Он меня поддерживал тогда, когда ты была — непонятно где. Ты даже не знаешь, как мне плохо. Папа уехал… Мама вечно на нервах… Прикусив губу, Элис наконец подняла на Наоми глаза, и та продолжала: — Логан помогал мне с этим всем справиться. И если честно, я понятия не имела, что для тебя он так важен. Я думала, ты поиграешь и выбросишь его, как всех предыдущих. Он очень переживал из-за того парня на той тупой вечеринке. Мне стало его жаль, он не заслуживает такого. Если бы я знала, что ты его любишь, я бы никогда... Элис глубоко вздохнула, прерывая её. — Я не знаю, что чувствую к нему… — она снова отвела взгляд в пустую стену. — Логан... Он не такой, как другие. Это пугает меня. Он лучше меня — добрее, умнее, честнее. С ним я очень счастлива... Была... Но в то же время — такая неуверенная и слабая. Мне страшно… Она провела ладонями по ворсистой ткани подушки на своих коленях, и голос стал тверже. — Я никогда не была такой... И не хочу быть. Выпрямив плечи, она подняла подбородок. — Мне будет лучше без него! Элис посмотрела на Наоми, и впервые за вечер её взгляд потеплел. — Мне очень жаль, что твои родители развелись и что меня не было рядом, чтобы тебя поддержать. Ты права, я забыла о тебе. Прости. Никакой парень не станет выше нашей с тобой дружбы. В комнату вошла Хейли с бутылкой какого-то виски и тремя чашками. — Может, это повысит вашу производительность? Как успехи? — она заглянула в листочки девушек и вздохнула. — Понятно… Она поставила чашки на толстые книги для равновесия на кровать, наполнила каждую так, что в бутылке осталось чуть меньше половины. — Угощайтесь! — гневно вырвала у обеих по очереди листы с вопросами, села за стол и забарабанила пальцами по клавиатуре. — Подайте мне чашку! — прошипела нервозно, не отрывая взгляд от экрана. Элис мгновенно привстала, взяла чашку и протянула ей. Они с Наоми переглянулись и засмеялись. — Я безмерно рада, что вам наконец весело, — оторвалась Хейли от клавиатуры и подняла свою чашку в воздух. — Cheers! Наоми с Элис схватили по чашке, и все втроём чокнулись. Отпили, каждая из своей, и поморщились, каждая по-своему, от крепости напитка. Но, увидев реакцию друг друга, снова захохотали. — Одна я всё равно не справлюсь, давайте — помогайте, — повернулась и, отставив чашку, начала печатать Хейли. — Самая длинная река в Калифорнии? — Колорадо! — выпалила Элис. Хейли вопросительно посмотрела на неё. — Ты знаешь? — Конечно. Окружена глубокими каньонами. Длина около 1500 миль. — Она только притворяется глупой, — отпивая из чашки, с лукаво-умным видом заметила Наоми. — Чтобы улизнуть от таких вот домашек. — И Логан вовсе не лучше, и вряд ли умнее тебя, — обратилась она к Элис и мягко коснулась её руки. — Кто? Логан? — вмешалась Хейли. — Да он вообще ноль в географии. Раньше кроме баскетбола ничего не видел, а потом на Элис помешался! — неожиданно для себя и остальных озвучила она свои мысли. — Ой! — прикрыла рот рукой, когда поняла это и допила, что оставалось в чашке. — Мы расстались. Твой братец меня бросил. Если ты вдруг не в курсе, но, уверена, слышала, — возвращаясь к неприятной теме, сказала Элис. Настороженно взглянув на содержимое чашки, она всё же немного отпила сомнительного напитка и, морщась, добавила: — Может, лёд есть? — Вообще забавно, никогда бы не подумала, что вы из-за него поссоритесь. Он сам не знает, чего хочет. С седьмого класса сохнет по Наоми, а потом резко бросается на Элис. Не будь он моим братом, засомневалась бы в его адекватности, — продолжала рассуждать уже хорошо захмелевшая Хейли. — Сохнет по Нао? — переспросила, нахмурив лоб, Элис. Они с Наоми снова переглянулись, но теперь с явным недоумением. И язык Хейли полностью развязался, она сдала Логана подчистую. — Ну да! — уставилась она на Наоми. — В восьмом классе собирался признаться тебе в любви. Написал письмо, но не отдал. Я как-то украла и прочитала. «Милая Оми, сегодня мы снова увидимся на математике, я с нетерпением жду нашей встречи… Бла, бла, бла». — Серьёзно? — щёки Наоми залились румянцем. А Хейли продолжала закапывать брата. — Он так воодушевился, когда ты ходила ко мне на дополнительные. Я думала, может, уже наберётся смелости и пригласит тебя куда-нибудь. Но нет! А потом внезапно с тобой, — она ткнула в Элис пальцем, — голову потерял! Я его таким поехавшим никогда не видела. Грохот в дверь прервал их. Девушки выбежали из комнаты, спустились по лестнице — и увидели Дилана, державшего под руку еле живого, совершенно пьяного Логана. — Боже мой, мама скоро вернётся, срочно давай его в комнату! — судорожно хлопая ладонями по раскрасневшимся щекам, Хейли старалась прийти в себя от выпитого алкоголя. — Нужно уложить его поскорее в постель, она его прибьёт, если увидит в таком состоянии. Они с Диланом схватили его под руки и повели наверх, спотыкающегося о каждую ступеньку. — Элис, помоги нам… Какой же он тяжёлый! Наоми, принеси из кухни воды! — раздавала она команды. Несмотря ни на что, она обожала брата и не хотела, чтобы ему влетело. Пока Хейли с Диланом раздевали и укладывали баскетболиста-пьянчужку в постель, Наоми из кухни принесла стакан воды. Дилан ногой пододвинул к кровати мусорное ведро, стоявшее у письменного стола. — На всякий случай… — пробормотал себе под нос. Элис присела на кресло у окна и сказала: — Теперь всё понятно. Он любит Наоми с какого… седьмого класса? — Любил, — тихо возразила Наоми и поставила стакан с водой на тумбочку у его головы. — Он встретил тебя и помешался, Хейли же сказала. Она пристально глянула на Хейли, поправлявшую подушку брата. — Это было временное помешательство… Он меня бросил, — выдавила из себя горькую усмешку Элис. — Вообще… В баре он сказал, что вы обе ему нравитесь… Он сам не знает... Не определился ещё… — чуть покачиваясь, заплетающимся языком вставил свои пять копеек Дилан. Хейли стукнула его по плечу, чтобы тот заткнулся. — Что? — почти в один голос возмутились девушки. — Не определился? — подскочила с кресла Элис. — Не знает? Выбирает… — качала головой Наоми, скрестив руки на груди. Обе застыли у кровати, смотря на нелепое пьяное тело, неуклюже развалившееся, скомкав под себя одеяло. Логан вдруг пришёл в себя, с трудом разлепил веки и, увидев девушек, стоявших у его кровати, в полубреду прохрипел: — Элис — ты огонь! Наоми — классные ноги! Это было эпично. Утро следующего дня принесло Логану и его сестре лишь дикую головную боль, но Элис и Наоми начали общаться. Они вновь объединились, пусть и против Логана. И это была победа! И Дилан в баре оказался прав. Со временем всё уладилось и встало на свои места. Весна выпускного класса поглотила всех целиком. Учёба, подготовка к финальным экзаменам, томительное ожидание ответов от университетов не оставляли места сердечным драмам. Воздух был густо наполнен ожиданием и стрессом. Элис успокоилась и зажила прежней жизнью. Жизнью, в которой больше не было Логана. Она больше не приходила на матчи, а случайно встретив его в коридоре в школе, ограничивалась сухим, приветственным кивком. Не стало больше томных переглядываний на общих уроках. Теперь она смотрела то в конспекты с вопросами к итоговым экзаменам, то обсуждала своё будущее на факультете дизайна, флиртуя с соседом по парте. Наоми перестала избегать Логана, тоже с головой уйдя в учебники. Её единственным отвлечением стал Джейк — барабанщик из местной рок-группы. Он учился в соседней школе и настойчиво звал её на свои концерты. А она, помешанная на музыке, сходила от него с ума. Логан полностью отдался игре, пропадая в спортзале и на баскетбольной площадке. Теперь он разрывался лишь между спортом и учёбой. Голова шла кругом из-за подготовки к выпускным экзаменам. Но любимая сестра пришла на помощь, вытаскивая из математических и грамматических дебрей. Даже его финальные, отчаянные извинения на выпускном балу были приняты — все, скрепя сердцем, решили остаться друзьями. Все взволнованно ждали ответов — решений от университетов. В Северной Каролине сильнейшими считались два: престижный Дюкский университет в Дареме и знаменитый своим прибрежным расположением Уилмингтонский университет Северной Каролины. Для Логана и Дилана была важна баскетбольная программа, но главным для всех оставалось то, что Уилмингтон — это дом. Хотя соседи из Чапел-Хилла славились легендарной программой, сам Майкл Джордан когда-то там играл, местная команда «Морские Ястребы» в Уилмингтоне была амбициозной, и главное — они оставались дома. Когда пришли заветные письма о зачислении и выяснилось, что всех их приняли в Уилмингтонский университет, восторгу не было предела. Они с нетерпением ждали начала новой жизни. И вот, ворвавшись в неё сразу после летних каникул, перед ними открылся новый мир. Мир университетский: современный кампус, окружённый зеленью и пальмами, который простирался до самого океана, и новые, такие разные лица. Предстояла взрослая жизнь. Элис блистала теперь среди нового круга восторженных глаз студентов. Наоми пропадала с рок-музыкантом. Логан завоёвывал уважение тренера и новой команды «Ястребов». Когда он познакомился с Лидией, оказавшейся в итоге старшей сестрой ещё одной звезды кампуса Джеймса, он и вовсе забыл о прошлом. Лидия, второкурсница Джорджтаунского университета в Вашингтоне, часто прилетала к брату. Эта красотка сразу положила глаз на симпатягу-баскетболиста. Парни из новой студенческой команды Логана, все как один, завидовали ему. Всё окончательно приходило в норму; казалось, страница перевернута. Каждый начал свою, новую жизнь. И какое-то время у них даже получалось ею жить. Пока Логан не понял, что просто дружить с Элис он не сможет.