Тот, кто улыбается слишком спокойно.

Лёд снова блестел. Слишком чисто. Слишком спокойно. Эллиот ненавидел это чувство. Он стоял у борта и крутил в руках телефон, перечитывая последнее сообщение от неизвестного. Он скоро вернётся на лёд. — Кто «он»… — пробормотал Эллиот. — Ты сегодня странный, — сказал Шанс, подходя сзади. Эллиот вздрогнул. — Чёрт, ты как призрак. — А ты слишком задумчивый, — Шанс усмехнулся, но в глазах была тревога. — Что-то случилось? Эллиот хотел отмахнуться. Но не стал. — У меня плохое предчувствие. — Когда у тебя его нет? — Сейчас другое. Шанс опёрся на борт рядом. — Это из-за них? — Да. — Из-за 1х4? — И не только. Шанс молчал секунду. Потом тихо сказал: — Айтраппед вернулся. Эллиот резко повернулся. — Что? — Я видел его сегодня. Внизу, у служебного входа. — Ты уверен? — Я бы узнал его где угодно. Эллиот почувствовал, как внутри что-то холодеет. — Он… он теперь с «Убийцами»? — Да. — Чёрт… Шанс усмехнулся, но это была пустая, больная улыбка. — Забавно, да? Человек, который говорил, что я ему как брат… теперь играет против меня. Эллиот сжал кулаки. — Он использовал тебя. — Я знаю. — И ты всё равно… — Всё равно помню, — тихо ответил Шанс. — Это хуже. Он появился на льду во время разминки. Высокий. Спокойный. Улыбка — ровная, почти дружелюбная. Глаза — пустые. — Вот он, — прошептал Эллиот. Айтраппед скользнул по льду легко, будто не касаясь его. Подъехал к 1х4, что-то сказал — тот едва заметно кивнул. Потом Айтраппед повернул голову. И посмотрел прямо на Шанса. Улыбка стала шире. — Привет, — сказал он, подъехав ближе. — Давно не виделись. Шанс напрягся. — Не подходи. — Всё ещё обижаешься? — мягко спросил Айтраппед. — Я же просто… воспользовался возможностью. — Ты использовал меня. — Ты сам позволил. Эллиот шагнул вперёд. — Отойди от него. — О, так это ты, — Айтраппед окинул его взглядом. — Значит, это ты теперь его «опора»? — Следи за языком. — А то что? — усмехнулся он. — Заплачешь? Шанс резко шагнул вперёд. — Хватит. Айтраппед посмотрел на него с лёгким разочарованием. — Всё ещё выбираешь слабых. — Я выбираю тех, кто не предаёт, — ответил Шанс. И впервые за всё время Айтраппед… потерял улыбку. На другой стороне льда Азур стоял неподвижно. Он не смотрел на игру. Он смотрел на Ту Тайма. Тот чувствовал этот взгляд кожей. — Хватит, — прошептал Ту Тайм. — Ты боишься? — тихо спросил Азур. — Я боюсь себя. — Поздно. Азур сделал шаг ближе. — Ты убил меня. — Я… — Не оправдывайся. Ты выбрал. Ту Тайм сжал кулаки. — Я хотел спасти тебя. — Ты хотел спасти себя. Пауза. — И теперь ты живёшь с этим, — продолжил Азур. — А я — с тем, что всё ещё люблю тебя. Ту Тайм закрыл глаза. — Не надо. — Надо, — холодно ответил Азур. — Потому что это — твой ад. Свисток — начало нового матча Трибуны гудели. Напряжение висело в воздухе, как электричество. Команды выстроились. Эллиот смотрел на Айтраппеда. Айтраппед — на Шанса. Ту Тайм — на Азура. 1х4 — на всех сразу. Судья поднял руку. — ИГРА НАЧАЛАСЬ! Шайба упала. И сразу стало ясно — это будет не просто матч.

Это будет разборка.