Виноват тот, кто чувствует.

Третий период начинался вязко. Лёд уже не был нейтральным — он помнил. Каждое падение, каждый удар, каждый взгляд, брошенный исподлобья. Игроки выходили на него так, будто шли не в матч, а в суд. Эллиот чувствовал это особенно остро. Шанс ехал рядом, молчаливый, сосредоточенный. Он больше не искал глазами Эллиота каждую секунду — и это одновременно радовало и ранило. — Ты в порядке? — тихо спросил Эллиот. — Да, — ответил Шанс после паузы. — Просто думаю. — О нём? — О нас, — честно сказал Шанс. — Но сейчас — игра. Эллиот кивнул. Потом. Он всегда оставлял «потом».

***

Айтраппед наблюдал. Он больше не лез в открытую, не пытался доминировать. Он ждал. — Ты нервничаешь, — заметил Джон Доу, подъезжая к нему. — Я думаю, — спокойно ответил Айтраппед. — Это опасно для окружающих? — Только для тех, кто слишком эмоционален. Джон прищурился. — Эллиот? — Именно. Джейн подъехала ближе к мужу, мягко коснулась его руки. — Не лезь в это, Джон. — Я и не собираюсь, — он слегка улыбнулся ей. — Но если кто-то попытается сломать игру грязно, я вмешаюсь. Айтраппед услышал это. И внутренне усмехнулся. Тем интереснее.

***

У ворот «Выживших» было… непривычно спокойно. 007н7 стоял собранный, неподвижный, как всегда. Ноли кружил неподалёку, будто случайно. — Ты сегодня хорош, — бросил он между делом. 007н7 не ответил. — Нет, серьёзно. Реакция — огонь. — Это моя работа. — Скромняга, — усмехнулся Ноли. — Раньше ты не был таким занудой. 007н7 наконец посмотрел на него. — Раньше ты был более дерзким. — А тебе не нравится? — Я не сказал этого. Ноли наклонился чуть ближе, слишком близко для «просто разговора». — Знаешь… мне нравится, когда ты злишься. Ты тогда живой. — Отъедь, — спокойно сказал 007н7. — А то что? — А то я перестану ловить твои броски. Ноли рассмеялся. — Шантажист. — Учился у лучших. И всё же Ноли отъехал — но с улыбкой.

***

В центре льда Джейн Доу получила шайбу. Редко. Но уверенно. — Джон, слева! — Вижу. Они играли так, будто говорили без слов. Джон подстроился, прикрыл, дал ей пространство — и она прошла дальше, чем ожидал кто-либо. — Молодец, — сказал он, когда она вернулась. — Ты поддался, — заметила она тихо. — Возможно. — Спасибо. — Всегда пожалуйста. Их спокойствие резало глаз на фоне общего напряжения. Период шёл спокойно, как и всегда. Шайба летала по льду от игрока к игроку, пока не случилась она…

подстава.

Всё случилось быстро. Слишком. Айтраппед нарочно замедлился, пропуская Эллиота вперёд. Слешер оказался сбоку. Кулкид — сзади. — Не лезь, — крикнул Шанс. Но Эллиот уже шёл на перехват. Айтраппед споткнулся. Очень убедительно. Эллиот врезался в него плечом — жёстко, но в пределах допустимого. Но в ту же секунду Слешер толкнул Айтраппеда в спину, усилив удар. Айтраппед рухнул на лёд, ударившись головой. Шлем слетел. — А-А-А! — он закричал, схватившись за лицо. — СУДЬЯ! Эллиот замер. — Что?! Я— — ГРУБАЯ АТАКА! — рявкнул судья. — ЭЛЛИОТ, ШТРАФ! — Это подстава! — заорал Эллиот. — Он сам— — ДОВОЛЬНО! ДЕСЯТЬ МИНУТ! Трибуны взорвались. Шанс подъехал. — Эл, спокойно! — Я ничего не сделал! — Эллиот вырывался, когда его уводили. — ОН СЫГРАЛ, КАК АКТЁР ПОСЛЕДНИЙ! Айтраппед лежал, «стонал», но сквозь пальцы смотрел на Эллиота. И улыбался. На скамейке штрафников Эллиот бил кулаком по борту. — УБЛЮДОК. — Он тебя спровоцировал, — тихо сказал Гость. — И что?! — И ты попался. Эллиот закрыл лицо руками. — Я подвёл их. — Нет, — сказал Шанс, подъезжая ближе к борту. — Ты злишься — значит, тебе не плевать. Это не преступление. — Иногда преступление, — горько усмехнулся Эллиот.

***

Игра без Эллиота шла плохо.

«Выжившие» держались. С трудом. Нуб дрожал, но не отступал. Вироника играла осторожнее, прикрывая экран. Ту Тайм был на грани — глаза стеклянные, движения резкие. Азур заметил это. — Ты разваливаешься, — бросил он. — А ты всё ещё здесь, — ответил Ту Тайм. — Я здесь, чтобы смотреть, как ты страдаешь. — Тогда смотри внимательно.

***

Ноли вновь оказался у ворот «Выживших», опираясь локтём о каркас ворот. — Ты правда считаешь, что он виноват? — спросил Ноли, бросая взгляд на штрафную. — Нет, — ответил 007н7. — Тогда почему молчишь? — Потому что судьи не слушают таких, как я. Ноли наклонил голову. — А я бы послушал. 007н7 посмотрел на него дольше обычного. — Ты странный. — Ты тоже. Поэтому мы и ладим. Шайба летит — Ноли бросает. 007н7 ловит. — Чёрт, — усмехнулся Ноли. — Когда-нибудь я тебя пробью. — Сомневаюсь. — Проверим после матча? — Возможно.

***

Наконец десять минут мучений «Выживших» и Эллиота прошли, а это означало, что пришёл конец штрафа, который получил Эллиот.

Дверца открылась. Эллиот вышел на лёд — злой, собранный, опасный. Айтраппед встретил его взглядом. — Осторожнее, — мягко сказал он. — Ещё одно неверное движение — и тебя выкинут совсем. — Я тебя вижу, — прошипел Эллиот. — Надеюсь. Я для этого и стараюсь.

Свисток.

Игра продолжилась.

Но теперь каждый знал: граница стерта.

***

Продолжение следует…