Часть II. Глава 7. Казнь

      Карета везла Ягу через Диколесье весь день, плавно и монотонно. Она была совсем одна, но сбежать не получалось: дверь не поддавалась, на окнах были надёжные решётки. Магия не работала. Яга сохраняла спокойствие, но ругала себя за слабость, за то, что повелась на простейшую ловушку. А свои остались наедине с огромными пчёлами! И ещё эти проклятые эльфы в кустах — проводили карету взглядами из засады.       Лошади не сбавляли бешеного аллюра. Несколько часов воображение ведьмы рисовало страшные картины. Проезжая ближе к вечеру через опущенный мост к замку, измученная Яга невольно вздохнула с облегчением.       К карете подошли эльфы, открыли дверцу и жестами приказали следовать за ними. Спасибо, что не скрутили и не избили, мило с их стороны. Даже не обыскали. Её отвели на третий этаж одной из башен замка и заперли.       На полу просторной комнаты ковёр чуть светился фиолетовым. Над столом висела картина с изображением синего гуманоида с расправленными крыльями, хвостом и лицом сродни совиному.       Судя по всему, замок возвели посреди реки. Яга подозревала, что ниже есть плотина: очень уж неспешным было течение полупрозрачной синей воды, за которым она второй час наблюдала из окна, гадая, когда за ней придут и к какой казни приговорят. Периодически слышались шаги по лестнице: раз в десять-пятнадцать минут в замок кто-то заходил. Каждый раз сердце ведьмы замирало. Возникла мысль броситься в реку, но Яга вовремя заметила под водой многочисленные тени: кажется, крупные змеи и крокодилы. Она поёжилась и передумала прыгать. Откуда вообще крокодилы в этих широтах? И чем их кормят, пленниками?       Солнце село, стало быстро смеркаться. Вдруг Яга похолодела: Рог Смерти, который ей дали на хранение!.. Она распахнула сумку, вытащила рог и, поколебавшись с полминуты, швырнула в воду. Рог начал погружаться, но тут, к своему отчаянию, ведьма увидела, как его схватила одна из змей и поплыла к мосту. Яга протянула руку, но магия по-прежнему не слушалась. Оставалось бессильно наблюдать, как змея выползла на сушу, где по ней чуть не проехалась четвёрка лошадей, запряжённая в богатую карету. Лошади затормозили, и из кареты вышла Велла. Она наклонилась и взяла из пасти змеи рог; змея уползла обратно в воду. Яга чуть не выдрала у себя огромный клок волос. Вполне вероятно, что если бы её обыскали люди Владычицы и отобрали Рог, то на эльфов бы по крайней мере легло проклятие, которое она ощущала в этом артефакте. А так она, по сути, добровольно его отдала. Яга тяжело опустилась на кровать и взялась за горячий лоб.       Щёлкнул замок, отворилась дверь, и в комнату зашла Велла. На ней был походный плащ, весь в пыли, будто она ехала не в экипаже, а верхом. Владычица сделала знак сопровождавшим оставить её и присела рядом на кровать.       — Здравствуй, Ведьяга.       Холод прошёл по спине ведьмы. Она хотела ответить, но язык не слушался.       — Тебя не обидели? Обошлись с уважением? Если есть жалобы, не стесняйся. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить за вещичку, которую ты мне возвратила.       На поясе Веллы Яга уже заметила рог. Она обречённо уставилась на ковёр.       — Извини за неудобства. Сейчас будет ужин, за ним и поговорим. Желаешь пройти в столовую, или подать сюда? Я думаю, здесь удобней. Несколько минут, я приведу себя в порядок. Ты можешь тоже: в соседней комнате есть тёплая вода.       Владычица вышла. Яга запоздало осмотрела комнату внимательней и с досадой заметила неприметную дверцу, за которой в самом деле нашлись две лохани с чистой водой и полотенце. Что ж, немного освежиться не помешает.       Вскоре принесли соблазнительно пахнущий ужин: жаркое из кролика, душистый хлеб, огромных красных раков, вино и десерт. Появилась Велла в простом домашнем платье, с убранными в хвостик волосами. Слуги принесли ещё один стул и удалились.       Сначала ели молча. После бокала вина Яга немного расслабилась и настроение улучшилось, хотя глубокая тревога не исчезала при взгляде на безоблачное лицо Владычицы.       Велла взмахнула клешнёй рака, проглотила, что было во рту, и сказала:       — Долго я тебя не продержу.       Яга побледнела.       — Нет, казнить не буду, не переживай. Это бы стоило слишком дорого.       — Благодарю и на том, — глухо сказала Яга, когда к ней вернулась способность дышать.       Велла задумчиво кивнула.       — Да, наша добрая королева хиффиров не сегодня завтра приведёт сюда всё своё войско. Ты ей ещё нужна. А если с ними будет друид, то несмотря на рог, положение моё окажется не из приятных. Особенно если Белый сообразит присоединиться к ним. Так что, назову вещи своими именами: уж извини, но ближайшее время тебе придётся побыть моей заложницей. Но, как я уже сказала, недолго.       Ведьяга поморщилась при словах «ты ей ещё нужна», которые прозвучали искренне, как тонко действующий яд.       Владычица не сводила с неё кроткого взора. Она продолжила не менее мягким голосом:       — Как вообще у тебя дела, Яга? Чем занималась последние годы, о чём думала? О чём мечтала? Как настроение?       От неё веяло добротой и заботой. Ведьяга смутилась.       — Жаль, что наши пути разошлись, — вздохнула Велла. — Но, как говорится, бывает; не беда. Смотри, кстати, что у меня есть.       Велла достала из воздуха хрустальный флакончик со светящейся фиолетовой жидкостью. Яга всмотрелась — и не смогла сдержать вскрика.       — Эликсир молодости! — прошептала она, не в силах прийти в себя от изумления.       — Точно. И мне, как ты понимаешь, он не особо нужен. Налить тебе ещё старого ухирамского? Между прочим, любимое вино нашего Ворона. Есть всё-таки у некоторых людей вкус!       

* * *

      Лон за несколько взмахов крыльев оказался далеко от солдат. Теперь ему ничего не стоило уворачиваться от стрел, но он предпочёл поскорее обогнуть излучину Линны близко к воде и скрыться за крутым берегом. При этом он не забывал напряжённо всматриваться в прозрачную воду, но безуспешно: Лахли словно растворилась; видимо, слилась с дном настолько, что даже острые глаза Лона оказались бессильны. Вроде бы поплыла вниз по течению. Поколебавшись, он полетел дальше над рекой.       Внезапно Лон резко затормозил, замахал крыльями и сел на валун посреди Линны. Место показалось знакомым. Да, именно здесь его уронило в воду полотенце! Он передумал лететь дальше и напряг всю свою зоркость, но безрезультатно. Лон сгибал и разгибал пальцы на лапе всё нервнее.       Нильвар уже решил лезть в воду и ощупывать песчаное дно, как вдруг скорее почувствовал, чем увидел движение сбоку. Не раздумывая, он прыгнул в воду, нырнул и вскоре взлетел обратно, быстро махая крыльями, грозя нарушить законы физики: в лапах он держал неподвижного бобра размером с себя, но явно гораздо тяжелее.       Это была Лахли; судя по всему, без сознания. Лон вытащил её на берег и тревожно осмотрел. Он помнил, что в ногу девушки вонзился дротик. И сейчас на левой нижней лапе остался след. Но, кажется, обошлось без отравы: обычное сонное снадобье. Лон разлёгся на траве рядом с ней.       Через полчаса Лахли очнулась и вновь обратилась в девушку. Лон заметил, что одежда не вымокла — уже хорошо. Лахли недоумённо огляделась.       — Привет! Как водичка?       — Лон! Ты меня вытащил! Я чуть не уснула прямо на дне. Как остальные, где они? Я видела, как дядю Ворона уволокли люди короля!       — Всё более-менее в порядке. Айн и Миа успешно удрали. Ворон — да, в плену, и это печально.       — Пойдём скорее его спасать!       — Погоди, дай немного подумать…       — От короля не жди ничего хорошего!       — Боюсь, ты права. И всё же наш путь лежит не в замок Ворона.       — Как так! А куда? Искать Айна и Миойи?       — Обратно в Рэа.       — Чего? Нет уж, дудки! Наши друзья либо в опасности, либо в плену. Ворона нужно выручать, а ты хочешь, чтобы я отсиживалась в заповеднике?       — Отсиживаться? Ну уж нет! Можешь поверить, скучать ты не будешь.       Лахли вздрогнула от улыбки Лона.       — Ты забыла про Ягу, — сказал он. — Мы попробуем выяснить, что с ней, и, если получится, освободим.       — Из страны эльфов? Из лесов, где они как рыба в воде? Из столицы, Амналирна, куда её скорей всего уволокли?       — Ну да. Именно так.       — Но…       — А Вороном должны заняться Айн с Миойи. Здесь в относительной близости ещё серебристые лисы. Ты помнишь, Миа рассказывала. Она медлить не будет.       — Что она может? И они?       — Надеюсь, что в этот раз мы об этом до конца не узнаем! Главное, что сможем мы. Если отдохнула, пойдём.       — Уверен, дядя Лон?       — Не совсем. Но это моя лучшая идея.       — Почему мы сразу не вернулись в Рэа? И в окрестности Амналирна через его западные ворота?       — У нас были дела в Алонмаре, ты помнишь? Да и эльфы на хвосте.       — Так ничего же не добились! Сбежали из одного плена, чтобы Ворон попал в другой.       — Кое-что изменилось. И Миойи, мне кажется, наконец-то вывели из терпения. Говорю же, дальше дело за ней и за Айном. Кроме того, мне пришла в голову одна мысль.       — Ну ладно… Садись на плечо, что ли.       — Благодарю!       Лон примостился на одну лапу возле головы Лахли. Она удивилась, насколько лёгким он оказался для своего размера, но вскоре плечо всё равно устало. Лон по-джентльменски пересел на другое.       Часа через два остановились отдохнуть.       — Я совсем забыла… У меня ничего нет. Ни палатки, ни одеяла, ни куска хлеба! Лишь десять золотых в кармане, что зачем-то сунула мне Яга.       — Заночуем в Виллоре, там золотые и пригодятся.       — Нас арестуют! Прямо в воротах.       Лон пожал плечами.       — Проплывёшь бобром по Линне, в чём проблема? Мне тоже ворота не особо нужны.       — Есть хочется! Прямо сейчас.       — Лахли, деточка, ещё раз: нырни в реку! И налови себе рыбы. Здесь её, к счастью, хватает.       — Она же сырая!       — Пока так, что поделаешь! Мне тоже можешь поймать парочку, я не против.       Лахли подумала и вздохнула. Она разбежалась и прыгнула с берега. Сделав сальто, обратилась в бобриху и исчезла в воде.       Перекусив, через полчаса двинулись дальше. Когда за поворотом показались восточные ворота Виллора, Лон напутствовал Лахли:       — Нам нужна на этот раз гостиница поскромнее и подальше от центра. Ты проплывёшь под первым мостом, вылезешь на левый берег. Увидишь таверну «Чёрный меч». С виду захудалая, а кормят там неплохо. Я прилечу, когда стемнеет, но постараюсь присматривать за тобой издалека — мало ли что. В кабаке, как ты понимаешь, не сработает приём, что обратил в бегство каменного гиганта. Постарайся сразу снять комнату и запрись там.       Лахли покраснела и кивнула.       

* * *

      Первый этаж таверны украшали лианы с длинными стеблями и широкими желтеющими листьями. Они цеплялись за стены и заглядывали в раскрытые окна. Лахли осмотрелась, открыла дверь, нерешительно подошла к стойке бара, но там никого не оказалось. Она скромно присела за пустой стол и стала ждать.       Посетителей было немного. Внимание Лахли привлёк массивный субъект с рыжими волосами и огромной пивной кружкой, не совсем трезвый; он не сводил с неё глаз. Лахли тревожно поглядывала по сторонам.       Рыжий поднялся и опёрся о стол, так что он заскрипел. Потом двинулся к ней. Лахли побледнела, встала и отступила к окну. Однако толстяк вдруг заколебался. Словно уловив в воздухе неявное предостережение, он попятился, махнул рукой и уселся обратно за свой стол. Тут появился трактирщик и поинтересовался, что ей угодно. Лахли вздохнула с облегчением. Она сняла комнату на втором этаже, попросила подать туда обильный ужин и заперлась на все засовы.       Уже смеркалось, когда раздался стук в окно.       — Ага! — сказал Лон, потирая крылья. — Хоть на этот раз я прямо к обеду.       — На меня почти напали! Ты где задержался? Толстый чуть драться не полез.       — Но ведь не полез же!       — Легко тебе говорить.       — Зато ты теперь бодрая и настороже. Так, а где моя кровать?       — Нам одной кровати хватит, дядя Лон. Я хоть и не пушистая, как Миа, но места меньше занимаю.       — Уговорила.       

* * *

      — Мокро и холодно, — поёжилась Лахли. — Опять мне плыть?       Вид волн с белыми барашками на широченной Айр-Ане под моросящим дождём не внушал оптимизма.       — Я думал, ты любишь плавать и не мёрзнешь. Можно, конечно, подождать солнца, скоро должно вылезти.       — В такую погоду предпочла бы на корабле. Хорошо тебе: раз! и перелетел.       — То есть на плече ты меня через реку не повезёшь, я правильно понял?       — Да ну тебя!       — Входи в воду осторожно: у берега камни.       — А то я не вижу.       Переправа прошла успешно. На этот раз Лахли-бобриха не пряталась, и Лон без труда проследовал за ней на западный берег, почти не сместившись по течению.       Идти ко входу в Рэа было тяжелей, чем оттуда, из-за несильного, но постоянного уклона. Когда миновали просёлочную дорогу, по которой карета увезла Ягу, Лон рискнул взлететь и осмотреться.       — Пусто кругом. Интересно, где сейчас наши пчёлы?       К раннему вечеру дошли до зарослей высокого кустарника возле отвесной стены гор. К тому времени запасы, что Лахли взяла с собой из таверны — по крайней мере, самое вкусное — закончились, и она принялась ворчать.       — Нужно было больше брать, — хмыкнул Лон.       — Я девочка, я не могу много тащить! Вот сам бы и нёс.       — Ничего, в Рэа наверняка осталось чем поживиться. Или наловишь в реке рыбы.       — Туда ещё топать и топать. И рыбы нет ни в Полукруглой, ни в Водопадной, дракон всё уничтожил. А мы даже вход не нашли.       — Да помню я дорогу. Сверни вот здесь.       — Тебе обязательно сидеть на моём плече и курить трубку?       — Лучше да. Надо будет сместиться, и раздельно мы можем потерять друг друга. А курить что мне прикажешь, кроме трубки? Сигар нет, да и они так себе в этой местности.       Так пререкаясь, преодолели запутанный, цепкий лабиринт до входа в пещеру и зашли во влажный туннель. Выйдя в тёплое ущелье, зажмурились от неожиданно яркого солнца, которое уже опускалось за горы.       — Вот она, долина нашего Айна, — сказал Лон.       — Интересно, как он? Скучаю, будто сто лет не видела. И по Миа тоже.       Лон слетел с плеча Лахли на ближайший валун.       — Думаю, развлекаются не хуже нас. А мы пока отдохнём минутку.       — Я что хотела спросить: дядя Лон, ты старый…       — Спасибо!       — …И мудрый. Как думаешь, у нас с Айном всё хорошо будет? Может, я что-то делаю не так?       Лон долго смотрел на Лахли необычайно острым глазом.       — Признаться, первый раз вижу, — сказал он. — Тебе до совершеннолетия ещё два года, а я с тысячелетним опытом не знаю, что можно посоветовать. Ты прекрасно со всем справляешься. Так держать! Единственное, будь осторожней, когда нас рядом нет. Не все вокруг добрые, как Айн.       — Дядя Лон, — нерешительно сказала Лахли чуть погодя. — У меня к тебе просьба.       — Догадываюсь, но скажи.       — Не говори никому, и особенно Айну, что до двадцати четырёх мне осталось два года, а не пять.       — Ну разумеется, хитрюга! Только не потеряй документы, а то, когда будет нужно, он может не сразу поверить.       Лахли покраснела.       — Солнце село. Сейчас будет темнеть, — сказала она.       — Это хорошо. Глядишь, кобры уснут и не тронут тебя. Если, конечно, ты на них не наступишь.       — Ой-ой! Точно же, нам придётся сейчас пройти мимо этих змей!       — Не нам, а тебе. Я полечу вперёд, через Рэа и на разведку в Амналирн.       — Что?! Ты оставишь меня одну?       — Не переживай, всё будет хорошо. Рэа — самое безопасное место на свете. Нам нельзя терять времени. Встретимся в долине Яги, надеюсь, утром. Или в течение дня. — Лон распахнул широкие крылья.       — Я останусь на корм змеям, не встретимся! — закричала Лахли, но Лон уже улетел.       Рассерженная и испуганная Лахли послала ему вслед череду ругательств, услышанных от Яги, но сама себе устыдилась.       — «Скучать не будешь, Лахли, не переживай!» Да уж, не зря обещал!       Впервые за долгое время она осталась одна, как после бегства из Звёздного. Лахли поёжилась от воспоминаний, осмотрелась и воспряла духом. Всё-таки она в Рэа, в заповедном краю Айна. Нужно лишь миновать кобр… Как можно быстрее, пока светло.       Лахли пошла по густой траве ущелья, внимательно глядя под ноги и прислушиваясь. До утоптанной поляны она добралась без происшествий, если не считать сурка, который выскочил из-под ног, напугав до полусмерти. Лахли вздохнула глубоко несколько раз, успокаивая сердце, ступила на поляну и постаралась поскорее пересечь её.       И тут она услышала то, чего больше всего боялась: тихое шуршание. Прямо перед ней завораживающе медленно приподнялась зелёная голова гигантской кобры.       — Хо… хорошая змейка!       Лахли попыталась сделать жест, которым Айн успокоил змею, но кобра не обратила на протянутую руку никакого внимания. Змея тихо прошипела и подползла к ногам девушки. Прикоснулась к ноге. Обвилась вокруг тела и… положила голову на плечо.       Лахли мелко дрожала, не в силах пошевелиться от ужаса. Но постепенно до неё дошло, что кобра не расправляет капюшон и больше не шипит. И вообще, при её толщине, она могла бы раздавить хрупкую девушку на месте, если бы захотела.       — Хорошая змейка. Ты прости, но мне нужно дальше. Если хочешь, можешь пойти со мной.       Лахли тут же пожалела о своих словах. Будто поняв её, кобра спустилась на траву и выжидательно уставилась кошачьими зелёными глазами, поигрывая раздвоенным языком. И поползла следом, стоило Лахли сделать шаг.       Лахли покачала головой, облизала пересохшие губы, но тут же с невольной гордостью улыбнулась сама себе. Вышла из положения! Пускай с хвостом, зато невредимая.       Вскоре кобра, поняв, куда движется Лахли, поползла впереди. Длиной она была, наверное, все четыре метра.       По сторонам то и дело что-то шуршало, но змеи больше не показывались, возможно, благодаря новоявленному зелёному проводнику.       — Чувствую себя немножко друидом.       Когда трава уступила место выжженной земле, совсем стемнело и разница между чёрным и зелёным была едва уловимой. Впереди показалась Полукруглая. Пройдя вдоль неё чуть дольше получаса, Лахли услышала водопад и обрадовалась ему, как старому знакомому.       Ночевать она решила в бане. Там же нашлось немного сухарей и последняя банка консервов. Лахли, устав за день, съела её холодной. Она предлагала мясо змее, но та отказалась. На ночь кобра свернулась у входа в баню в спираль и уснула.       Утром Лахли не сразу поняла, где она, и чуть не свалилась с полка. Пришла в себя и решила, что неплохо бы позавтракать. У крыльца её встретил задушенный суслик; кобра куда-то исчезла. Как ни голодна была девушка, она не захотела разделывать тушку, кроме того, в ней мог остаться яд. Лахли решила поскорее добраться до озера Яги. Там должны лежать припасы, если их не растащили такие вот зверьки, и её палатка.       Когда она переходила Полукруглую вброд по камням, кобра догнала её.       — Привет большой. Кругом всё чёрное, ты как на ладони. Как охотиться будешь?       Кобра не ответила.       Через полчаса Лахли добралась до западного ущелья и зеркального озера. Она всмотрелась в тёмную воду и с удивлением поняла, что хочет свежей рыбы. Только на этот раз жареной. Она уже собралась прыгнуть в озеро, как рядом с ней приземлился Лон. И тут же перед ним раскрыла капюшон кобра и громко зашипела.       — Ого! А это ещё кто и откуда?       — Это… Василиса. Она со мной.       — Здрасьте! Попроси, чтоб меня не съедала.       — Василиса, фу! Место!       Змея послушно отползла.       — Видишь, — сказал Лон, — полезно иногда оставаться одной. Можно завести новых друзей.       — Ладно, — отмахнулась Лахли. — Как там Яга?       — Жива, здорова, в замке. Который стоит посреди реки Лирн.       — И что нам делать?       — Пока не знаю. Чем ты собиралась сейчас заняться? Наловить рыбы? Хорошая мысль, давай позавтракаем и будем думать.       Лахли махнула рукой и прыгнула в озеро, в полёте обращаясь в бобриху. Но не прошло и минуты, как она торопливо вылезла на берег.       — Там кто-то есть! — воскликнула она. — Большой и толстый, навроде того рыжего в таверне!       — Водяной, — сказал Лон. — Зови его к нам.       — Что?       — Пусть присоединяется к завтраку. Тут есть солонина, сухари, сушёные фрукты, сейчас приготовим чай. Небось ему надоела рыба. Отличная будет компания: девушка, попугай, гигантская кобра и Водяной… Только толстым его не называй.       Было страшновато, но Лахли вдруг вспомнила, что Водяной дружит с Ягой. Стоило попробовать. Она вновь нырнула и углубилась в тёмную бездну, ища глазами массивную фигуру. Крупная тень, заметив её, всколыхнулась и стала погружаться. Лахли замахала лапой. Водяной на секунду замер, потом не спеша подплыл к ней и внимательно рассмотрел светящимися зелёными глазами. Лахли почувствовала себя странновато, но страха он не внушал. Она жестом предложила выйти на берег.       На суше Водяной предстал как упитанный человек среднего роста с синей кожей. Низ тела был покрыт зелёной тиной. На пальцах рук и ног имелись перепонки. Он уселся прямо на траву, и на коленях его тут же улеглась кобра Василиса.       — Звали? — пробасил он.       — Да, уважаемый хранитель вод, — ответил Лон. — Дело в том, что Яга попала в плен. Мы хотели спросить твоего совета и предложить скромный завтрак.       — Приступим к завтраку поскорее, — пророкотал Водяной. — Расскажешь подробнее.       Пока Лахли ставила чай и раскладывала посуду, Лон поведал, как была взята в плен Яга и где она сидит.       — Жаль, далековато до Амналирна, — вздохнул Лон. — А то мы бы попросили тебя пойти с нами.       — Это озеро бездонно, — отозвался Водяной, — как и Мир-Аилла. Внизу сообщается с эльфийской рекой. Я разведал. Можно плыть. Крокодилам объявим выговор.       Он издал булькающий звук: очевидно, это была тонкая шутка. Лон и Лахли переглянулись.       — Жаль, мы не можем так долго держаться под водой, — сказала Лахли.       — Со мной сможете! Яга как-то у меня два дня гостила. Давайте её спасать.       — Что думаешь, Лахли? Рискнёшь? Я тем временем успею облететь.       — Страшно! Как представлю, сколько плыть в кромешной тьме без воздуха.       — Ты же не хотела отсиживаться! Решай.       — С тобой не соскучишься, дядя Лон. Давайте попьём чаю, я подумаю.       — Чего бояться? — удивился Водяной. — Это же вода!       

* * *

      Когда прошли термоклин, резко похолодало, но тёплая шерсть Лахли спасала. Чем глубже, тем сильнее сдавливало уши. Склон был почти отвесным, вскоре появился обратный уклон, который перешёл в широкий подводный туннель. Последний сом вильнул длинным хвостом и лениво уплыл прочь. Василиса было кинулась за ним, но передумала.       Тьма пугала неизвестностью. Через четверть часа Лахли стало не хватать воздуха. Она дотронулась лапой до Водяного, присутствие которого отчётливо ощущала в метре от себя. Водяной блеснул зелёными глазами и хмыкнул.       — Расслабься. Со мной рядом можешь дышать. И не замёрзнешь. Хотя ты и так не мёрзнешь. Не отставай.       Туннель казался бесконечным. Он то сужался до колодца, куда Водяной непонятно как пролазил, то превращался в пещеру неясных размеров, то разветвлялся в стороны, вверх или вниз. Водяной выбирал путь без колебаний.       Внезапно шерсть Лахли встала дыбом: из ложбины выплыла и нагоняла их огромная тень! Ящер или особо крупный крокодил. Василиса, которая плыла рядом, забеспокоилась и раскрыла капюшон.       — Это Тузик, — проворчал Водяной. — Он с нами. Эльфийские крокодилы — ужасные хамы, но его боятся. Особо нерасторопные пойдут ему на обед.       Менее подходящего имени для гигантского ящера Лахли не могла представить. Ну ладно, Тузик так Тузик, если обедает только крокодилами. Она успокоила кобру.       Плыли, казалось, неделю. Лахли давно потеряла направление, но вот она ощутила, что преграда сверху исчезла и появилось течение: они очутились на дне глубокой реки. Водяной стал постепенно всплывать, плавно перебирая зелёными ногами. Позади и чуть ниже можно было рассмотреть силуэт Тузика.       — Отлично, — сказал Водяной. — Почти стемнело. До замка недалеко.       Впереди стали попадаться крокодилы и змеи. Однако они явно не хотели оказаться в обществе Тузика и поспешно уплывали восвояси.       Водяной остановился в небольшой заводи и прислушался. Потом всмотрелся сквозь поверхность воды.       — Не видно ничего, — сказал он. — Теперь твоя очередь. Сходи на берег, поищи Синего. Я слишком заметен на суше.       Лахли высунула нос из воды, придала себе маскировочную окраску, осторожно вылезла под куст и осмотрелась. Перед ней посреди лесной реки возвышался тёмно-серый замок. В окне третьего этажа она увидела Ягу и помахала ей лапой. Но, судя по всему, ведьма её не заметила. Зато появился Лон: он спрыгнул с верхушки вяза и приземлился рядом с ней.       — Какой ты синий! — вполголоса сказала бобриха. — Тебя видно из Амора.       — Что поделаешь! В общем, с Ягой я поговорил. Она прыгнет в воду по моему сигналу. Подплывите с Водяным поближе к стене. Давай уже, не спи!       Лахли, ворча про себя, бесшумно нырнула.       — Лон здесь, — сказала она Водяному. — Лучше сместимся вот туда. Сейчас по его сигналу Яга прыгнет.       Возникла пауза. Пожалуй, слишком долгая. Лахли и Водяной тревожно переглянулись. В воображении Лахли Лон шипел, отчаянно жестикулируя: «Прыгай, чёрт тебя возьми!»       Тут с внезапностью лавины произошло многое. На Водяного бросился крокодил, но его схватил поперёк туловища Тузик и уволок на дно. Взметнулась, как пыль, туча ила. Василиса, явно испугавшись, выскользнула на берег. Приглушённо вскрикнул Лон. Водяной схватил Лахли за лапу и увлёк на глубину. Все звуки поглотил оглушительный треск.       Лахли, придя в себя, увидела над головой толстый слой льда.       

* * *

      — Не стесняйся, Ворон, поешь, — с сочувствием сказал король. — Все там будем. Последний вечер жизни стоит того, чтобы его отметить. Для тебя только лучшее вино. Арноллийское.       Ворон мрачно смотрел, как Белый наполняет два хрустальных кубка. Потом неожиданно для себя пожал плечами и подумал: «Пусть будет арноллийское. Оно не лучшее, всего лишь самое дорогое». Со вздохом он чокнулся с королём и залпом осушил кубок.       — Мне будет тебя не хватать, — сказал Белый.       — Мне тоже… будет себя не хватать. Может, отпустишь? Зачем я тебе?       Ворон перешёл на панибратский тон, чему король наедине с ним вовсе не противился. Исчезли повелительные тона, величественные жесты, он вёл себя как компанейский приятель.       — Не могу. Нельзя давать слабину. И я уже обещал трёмстам человек показательное повешение. Разве я могу нарушить слово? Сам подумай.       — Печально вот так умирать. Ладно бы подвиг совершил. Сделал бы хоть что-то хорошее. А погибать зазря…       — Твоя смерть принесёт пользу Кристалии. Все знают, что я к тебе был привязан, давал поблажки и предлагал должность генерала, которую ты отверг. И ты долго оставался на свободе, после того как дважды обманул меня, на что я смотрел сквозь пальцы. Подобные жертвы людьми ценятся высоко.       — Я бы предпочёл, чтобы каждая страна жила самостоятельной жизнью.       — Знаю, и отчасти поэтому я принял такое решение.       «За мной придут, и тебе несдобровать», — хотел сказать Ворон, но несмотря на вино, воздержался, чтобы не помешать друзьям действовать, когда понадобится.       Король бросил на него понимающий, чуть насмешливый взгляд.       — Без сомнения, сюда придут. Только у меня гораздо больше людей, и серебристая шерсть твоим друзьям не поможет: я подготовился. А друид мне не помеха: я и без магов обойдусь. Вот видишь, я, в отличие от тебя, откровенен.       Ворон вздрогнул.       Разговор перешёл на новейшую историю Кристалии, на войны с Диколесьем и Листвобором. Король, словно с издёвкой, советовался с ним насчёт стратегии борьбы с эльфами и прикидывал, когда удастся присоединить к империи Алонмар.       Ворон незаметно опустил кубок под стол и пальцами отломил донышко.       — Жаль, что твоя подруга Яга попалась, — произнёс Белый. — Тебе и твоим товарищам лучше бы со мной сотрудничать, ведь теперь Владычица грозит уничтожить всю Дарону. А вы действительно могли бы помочь.       — Я готов сотрудничать, — поспешно сказал Ворон.       — Вижу, как ты готов, — вздохнул король, — по-братски ударить горлышком бокала по виску своего монарха. Эх, Ворон, Ворон. Не отчаивайся ты так. В следующей жизни повезёт.       Ворон на мягком позолоченном кресле выпрямился и гордо улыбнулся. Король, внимательно на него посмотрев, нахмурился с беспокойством, которое не смог до конца скрыть.       — Ладно, — сказал Белый. — Завтра много дел. Закругляемся. Подумай пока о вечном; если что надо, попроси позвать начальника стражи.       Он коснулся колокольчика, и в столовую тотчас же вошли пятеро солдат с полным вооружением.       — Проводите господина Ворона на верхний этаж донжона.       Ворон усилием воли принял покорный вид и постарался отключить мысли. По ступенькам башни он поднимался с закрытыми глазами, пытаясь успокоить сердце.       Его накрепко заперли в караульной, из которой открывался живописный вид на Линну и на дубраву. На окнах были отменные решётки.       Ворон зажёг свечи в канделябре, лёг на кровать и стал ждать, когда за ним перестанут подсматривать в замочную скважину. Мысли неслись лихорадочным потоком: король явно не знал о тайных ходах в его, Ворона, замке, которые он приказал соорудить в нескольких местах из любви к романтике. В том числе и в самой высокой башне. До этого две ночи его держали на первом этаже в гостевой комнате.       Дождаться темноты и бежать.       Где, интересно, остальные? И явятся ли они? Миа вроде спаслась, но пойдут ли другие лисы за ней? И сколько нужно времени, чтобы их собрать? Айн тоже удрал. Что бы ни говорил Белый, хорошо, если он будет с Миойи: под началом короля могущественные маги. Лон полетел за Лахли под обстрелом, но вроде живой. Ворон вспомнил, что король обещал найти средство против серебристой шерсти, а значит, и против Лона. Ему стало страшно за друзей. Лучше пусть идут спасать Ягу от эльфов! У этих зазнаек, мнящих себя идеальными лучниками, хоть стрелы и мечи обычные. А он, Ворон, сам справится.       Ворон хотел подремать, но не смог сомкнуть глаз. Так ли уж беспечен король? Он предвидит многое, но не всё. Что ж, другого выхода всё равно нет. За обедом Белый предугадал, что Ворон хочет его убить, и посмотрел как на крысу. Как будто он не дал ясно понять, что с удовольствием избавился бы от короля, что он враг! Вместо раскаяния и досады в Вороне пробудилась дремлющая гордость, с ней пришли новые силы.       Разгорелись звёзды, взошла Мышь. Ворон сидел в смутном забытьи. Когда фиолетовые лучи сквозь решётку упали на лицо, он вздрогнул. И сосредоточился.       В очередной раз на него посмотрели через замочную скважину. Ворон улёгся на кровать лицом к стене и с головой накрылся одеялом. Когда еле слышные шаги стали удаляться, он вскочил и постарался придать постели объём. Затем подошёл к потайной дверце. В голове мелькнула мысль: он таскает с собой в пространстве тяжёлый меч, но не сообразил положить туда же крохотную отмычку. Глупо! Хотя, на этот раз, как и в Виллоре, меч у него отобрали, а потайная дверь была не заперта, требовалось лишь нажать на два кирпича одновременно.       Щёлкнула пружина. Ворон взял свечу, ступил в узкий коридор и бесшумно закрыл за собой дверцу. Сердце билось ровно и ритмично. Он стал спускаться по крутой винтовой лестнице. Двумя этажами ниже находилась ещё одна комната. Ворон посмотрел в щёлочку потайной дверцы: пусто, как всегда. Нужно спешить дальше. По внезапному побуждению, Ворон раскрыл проход и вошёл. Дверь в наружный коридор оказалась заперта. На стене висела композиция из холодного оружия. Ворон осторожно снял с виду ржавый, а на деле великолепный топор, остро отточенный даже в таком плачевном состоянии. Хоть Ворон видел оружие в этой комнате своего замка в первый раз, топор показался чем-то знакомым. Довольный, воин протянул руку, убрал его в воздух и продолжил спускаться.       Лестница закончилась в подвале. Потайной ход вёл к берегу реки. Ворон подумал, что он хоть и не бобёр-хамелеон, но плавать умеет отлично. Ещё бы луна зашла. С этой мыслью Ворон отворил последнюю дверь, за которой должен быть люк наверх.       В небольшом помещении на низком потолке светился белый кристалл, а перед ним стоял высокий, мускулистый человек в кольчуге и с мечом. За его спиной были ещё трое, вооружённые не хуже.       Ворон выругался. Он узнал наместника Эрна, Аоста, и бессильно опустился на пол возле сырой стены, держась за голову. Прорваться через этого великого воина шансов не было.       — Прости, Ворон, — негромко сказал Аост. — Мне очень жаль. Но Архалин меня прибьёт, если я дам тебе сбежать.       — Он поставил тебя здесь? — глухо спросил Ворон.       — Нет, я сам. Приходится служить на совесть. Ты же знаешь короля.       — Я бы предпочёл видеть королём тебя, Аост. Королём Эрна.       — И я. Мы мыслим схоже. Мне действительно жаль.       — Твои телохранители не сдадут тебя за такие слова?       — Это проверенные люди. Думай лучше о себе.       — Что тут думать! Завтра утром меня вздёрнут, и дело с концом.       — К востоку от замка собрался отряд хиффиров.       Ворон вздрогнул с новой надеждой, а сердце отозвалось мучительной болью.       — Король придумал средство их расстрелять, — процедил он. — Подозреваю, что он спилил чёрное дерево, которое мы нашли вместе с ним.       — Именно так.       — Вот видишь, всё бесполезно.       — Не отчаивайся. Я кое-что знаю об этом. Секретами чёрного дерева владели только алонмы.       — Кто? Аост, я сам выстругал из ветки чёрный кинжал, и он прекрасно работал.       — Да? Интересно. Так ли уж хорошо? Или ты проверил на волоске и перерезал его с десятого раза?       — Со второго.       — Этого маловато! Кроме того, руки у тебя явно растут откуда надо. Чего не скажешь о кузнецах короля. Говорю тебе, вместо смертельного оружия у него вышли детские поделки.       — Чёрт возьми!       — Иди обратно, Ворон. Пожалуйста. И надейся на лучшее.       — Иду… Последнее: попробуй предупредить серебристых лис об этом.       — О чём? Ах, понял тебя. Эту мелочь я могу обещать.       — Прощай, властитель.       — Пока. Поговорим после.       Ворон со вздохом вернулся к винтовой лестнице и стал взбираться обратно, чувствуя себя идиотом.       

* * *

      Утреннее солнце ярко светило, словно приветствуя осуждённого. Поляна возле замка была сплошь окружена пехотой и лучниками короля. Стоял невнятный гул, который стих, как только ворота замка открылись и на поляну вывели Ворона. Он шёл бледный, задумчиво глядя в землю, но с прямой спиной.       Ворона подвели к эшафоту и остановились.       Раздался хриплый, заунывный зов труб, и из ворот появился король в дорожном платье. Он сел на походный трон возле стены замка и сделал знак начинать.       Вышел человек в белых придворных цветах, развернул длинную бумагу и зачитал обвинительный приговор. За измену Кристалии Ворон подлежал повешению как враг народов.       — Приступай, палач, — сказал Аост ар Эрн, который сидел в числе сановников возле короля, пониже.       Человек в чёрном продел голову Ворона в петлю и немного затянул. И связал ему руки за спиной. Ворон пристально посмотрел на Архалина. Тот выдержал взгляд, но тут же поднялся и хмуро оглянулся по сторонам.       — Где маги? Чего они спят? Сделайте что-нибудь!       Люди недоумённо завертели головами, не понимая, из-за чего волнуется король. Палач же, послушный приказу, выбил из-под ног Ворона опору; тот повис, лицо его покраснело.       Позади Ворона из воздуха возник человек в зелёном и лёгким движением перерезал верёвку наконечником стрелы. Ворон упал на колени и закашлялся. Пришелец достал из воздуха лук и мгновенно прицелился в Архалину в глаз.       Солдаты возмущённо зароптали, но никто не посмел приблизиться к наглому субъекту. Король надменно вскинул руку, и гомон оборвался.       — Как. Ты. Смеешь? — тихо и грозно произнёс король.       — Ты на моей земле, сеньор Белый, — сказал лорд Аррамос спокойно, будто приказывал подлить ещё чая. — На территории Алонмара только я казню и милую. Только я распоряжаюсь войсками. Ты здесь без моего позволения. Сделай одолжение, передай пленника мне, и, если нужно, я сам буду его судить. И уведи солдат.       — Подумай ещё раз, мошенник! Ты один, а нас здесь несколько сотен. Тебя истыкают стрелами. А меня так просто не ранишь.       — Я не один, — с улыбкой сказал Аррамос и кивнул в сторону леса.       — Да, да, знаю, — с досадой ответил король. — Пропустите их ближе.       Солдаты расступились, и на поляну вышло с дюжину серебристых лис. Впереди медленно шагала Миойи в венке из осенних барвинков, рядом с ней шёл Айн, поглядывая по сторонам.       — Остальные где? Сзади? Неважно. Целься!       Люди короля натянули луки.       — Сдавайтесь по-хорошему, — сказал король. — Это стрелы с наконечниками из чёрного дерева.       Миойи медленно покачала головой. Лорд Аррамос нахмурился, опустил лук и помог Ворону подняться и избавиться от остатков верёвки.       В воздухе мелькнула тень; на плечо Ворону приземлился большой синий попугай. Он что-то шепнул ему на ухо и обвёл взглядом поляну. Ворон радостно улыбнулся. Попугай помахал крылом Айну и Миойи. Королева серебристых лис повернулась хвостом к королю и приветливо кивнула Лону.       — Что ж, — холодно сказал Архалин. — Огонь на поражение.       Засвистели стрелы, тучей полетев в Айна и хиффиров. Один из молодых лучников, от усердия перепутав, выстрелил в Ворона. Аррамос, державшийся настороже, протянул руку с перстнем, и стрела воткнулась в землю.       Все наконечники отскочили от серебристой шерсти. Немало стрел угодили в Айна и так же бессильно упали возле него.       Вновь в воздухе повисла напряжённая тишина. Миойи невесело, но мелодично рассмеялась.       — Ох, Белый, Белый. Тебе бы детей учить палочки строгать, а не на войну идти. Как тебе утро твоего триумфа? Ты доволен?       Король в гневе скрестил руки на груди и на несколько секунд задумался. Потом повернулся к военачальникам.       — Построить войско к походу. Мы возвращаемся в Эрн.       Воеводы пытались возражать, ссылаясь на то, что их в десять раз больше, чем серебристых лис. Архалин хотел резко ответить, но сдержался и спокойно объяснил:       — Вы не знаете, на что они способны, но хотя бы могли убедиться, что наше оружие их не берёт. И сталь не возьмёт. И маги бесполезны. Выполняйте приказ.       Он повернулся к лорду Алонмара.       — Мы ещё встретимся, господин Аррамос.       — Добро, — кивнул тот. — Встретимся и выпьем за продуктивное сотрудничество.       Белый сжал зубы и скрылся в замке Ворона, хлопнув дверьми.       Вокруг все задвигались. Люди расходились, с силой сжимая мечи и луки. У многих лица краснели от стыда.       Через четверть часа на поляне остались только Ворон с Лоном на плече, лорд Аррамос, Айн и Миойи с тремя десятками хиффиров.       — А теперь, — произнесла Миа, — не откладывая в долгий ящик, пойдём освобождать Ведьягу.       — Она уже на свободе, — сказал Ворон. — Лон мне сообщил.       — Да, — кивнул нильвар. — Яга и Лахли покинули Рэа на востоке и движутся к Айр-Ане с двумя хиффирами, что ты, видимо, послала на разведку. Они представились как Аолри и Вьюина.       — Прекрасные новости!.. Скорей пойдёмте навстречу. Друзья, — повысила голос Миойи, обращаясь к хиффирам, — благодарю за помощь. Отправляйтесь домой. Обнимаю каждого из вас. Надеюсь, что следующим поводом, по которому соберёмся, будет возвращение в Синеель! Лии, если можешь, проводи нас до Великой реки.       — Охотно, королева.       Хиффиры стали бесшумно расходиться.       До Ворона вдруг дошло; он вытаращил глаза.       — Королева?! — изумился он.       Айн рассмеялся.       — Наверное, у меня было такое же глупое лицо, когда я узнал. Рад видеть тебя, Ворон!       — Я ещё больше, дружище; поверь.       — Я тоже поражён, — сказал Аррамос. — Подумать только! Сама королева лис была у меня в гостях, и я её арестовал.       Он стал прощаться.       — Пора мне домой. Но я и Алгия ждём вас на совет. Приходите, освободив Ведьягу или когда вздумается.       Он поклонился перед Миойи и пожал всем руки и лапы, особенно крепко — лапу Лии.       — Теперь я имею честь быть знакомым с твоей королевой и её друзьями. Я впечатлён!       Он помахал рукой и растворился в воздухе.       Из замка вышел посыльный короля и принёс Ворону его вещи.       — Эй, а где мой меч?       — Оставь, — вмешалась Миойи. — У меня для тебя есть новый, точнее, очень старый, гораздо лучше. Пойдёмте, по пути расскажу.       Друзья двинулись на запад, сделав большой крюк к югу, чтобы не встретиться с солдатами короля, которые отправились по дороге вдоль Линны. Настроение у всех было прекрасное. Каждому не терпелось поделиться новостями и выслушать остальных.       — Про чёрные стрелы, — сказал Ворон, — вам передали, что они пустышка?       — Да, — ответил Айн. — Мы шли на встречу с лисами, как вдруг в старый дуб рядом со мной и Миойи ударила стрела с наконечником из чёрного дерева. И отскочила. Мы огляделись, но никого не увидели. Мне пришла мысль проверить стрелу на серебристом волоске: где это видано, чтоб стрела не могла воткнуться в дерево! Ну и вот, подумав, мы решили, что это было послание от неизвестного друга. Или же, наоборот, западня. Я склонялся к тому, что западня, а Миа уверяла, что это неведомый друг.       — Это был наместник Эрна.       — Любопытно! — сказала Миа. — Кажется, у нас ещё один союзник. Но мне не терпится услышать про Ягу. Расскажи, Лон, не томи!       Попугай хорошенько затянулся трубкой, выпустил сонм колечек и поведал о бегстве вдоль Линны, о том, как он вытащил Лахли, о путешествии к озеру Яги и встрече с Водяным. Он рассказал, как на следующий день ближе к ночи прилетел к амналирнскому замку.       — Эльфов мне удалось избежать. А дальше началось самое интересное. Яга согласилась прыгнуть в воду, стоило мне пообещать, что её встретит Водяной и распугает крокодилов, но вид у неё был странный. Потерянный какой-то. Когда показалась Лахли, я замахал Яге крылом. Но она стала колебаться. Высунулась, уже вытащила наружу одну ногу, как вдруг передумала и исчезла из окна. Тут на берег выпрыгнула Василиса — гигантская кобра, подруга Лахли — и быстрее ветра поползла куда-то в сторону. Я глянул и разинул рот: под деревом спрятался эльфийский друид! Он сделал жест в воздухе, и Лирн сковало льдом! Потом он потянулся к рогу на груди, очевидно, чтобы подать сигнал тревоги. Странно, что остальные эльфы не заметили лёд и без него, видать, крепко спали… Тут на эльфа накинулась Василиса и сжала кольцами своего мощного тела. Друид покраснел, как помидор — то ли от давления, то ли со стыда. Какой из него друид, если над ним взяла верх обычная змейка?       Лон хмыкнул и замолчал.       — Дальше, дальше! — сказала Миа.       — Василиса и не думала отпускать друида. Я осмелел, спустился на лёд и постучал. Никакого ответа. Через минут десять я постучал ещё раз, и на этот раз услышал слабые удары. Я достал кинжал и выдолбил во льду небольшую дырку, как мог, без шума. Мне еле хватило длины клинка, настолько толстый был лёд. С той стороны отозвался Водяной и сказал, что всё в порядке и Яга с ними. Не веря ушам, я переспросил — и услышал её голос. Что ж, мне оставалось только вернуться в Рэа. Я на всякий случай сделал круг возле замка и заметил двух хиффиров, что прятались в зарослях. Оказалось, что их послала в разведку ты, Миа. Я попросил их вернуться назад и ждать нас возле восточных Гигантских гор, где мы выходили из Рэа. И сам полетел обратно к озеру Яги. Там я бродил вокруг озера с нетерпением, искурил почти весь запас табака. И вот они вылазят! Отдохнув остаток ночи, мы двинулись к востоку, вышли к долине Айр-Аны, встретились с Аолри и Вью, и я полетел сюда, искать вас.       — Как спаслась Яга? — спросил Айн.       — Дальше с её слов. Она в конце концов решилась прыгать, но воду уже сковало льдом. Разочарованная, без сил она опустилась на кровать. Тут же послышалась возня в двери. Сперва Яга не обращала внимания, думая, что это очередной обход, как вдруг поняла, что в замке копаются отмычкой. Дверь вскрыли, и в камеру вошла Найра. Та самая, которая подложила письмо Яге. Она убедила нашу ведьму следовать за ней и привела в подвал, где открывался один из входов в воду. Яга уже собралась вернуться в свою комнату, чтобы сообщить мне, как из воды выплыла Лахли, а следом — Водяной. Видимо, у девушки какое-то чутьё, обнаружила проход там, где он проплыл мимо. Она вылазила в нескольких местах в подвале, пытаясь сориентироваться, и в конце концов нашла нишу, где находилась её мать с ведьмой. Яга и Лахли благополучно выплыли в Лирн и вернулись в Рэа. Вот такая история.       — Что же будет с Найрой? — подумала вслух Миа. — И с этой Василисой.       — Найру убеждали бежать вместе с ними. Но она отказалась. Лишь обняла дочь и уронила две слезинки. Были ли слёзы у нашей Лахли, Яга не сообщила: под водой не разберёшь. Подозреваю, что да. В общем, Найра убежала в Диколесье. Сказала, что постарается перебраться к нальфийцам, в Анаго́р и оттуда в Алонмар. Насчёт кобры — когда я улетал, она всё ещё держала эльфа. Надеюсь, с ней всё в порядке.       — Отлично, — сказала Миа. — На этот раз Велле повезло. Поспешим к ним.       Стражи у восточных ворот Виллора отсалютовали друзьям мечами. Никто не думал их арестовывать. Кое-кто в центре города показывал пальцем, но не более того.       Айр-Ану решили пересечь так же на льдине. Вёсла нашлись под кустом, где их спрятали.       Лии попрощался со всеми.       — Вроде бы всё в порядке, — сказала Миа, на миг нахмурившись. — Заглядывай в Виллор; надеюсь, скоро встретимся.       — Сейчас я вернусь по зеркальцу в Наурвилл, но потом перейду туда. Буду тебя ждать.       Миа помахала ему лапой.       Лон не стал дожидаться, пока льдина доплывёт до западного берега, он полетел искать Ягу и Лахли и нашёл их под деревом. Пришлось хорошенько пройтись на север, так как на этот раз дул юго-западный ветер и льдину сильно сносило по течению. Деревьев на левом берегу стало больше.       И вот случилась ещё одна волнующая встреча. Яга, Лахли и два хиффира дождались наконец, когда льдина пристанет. Айн крепко обнял Лахли. Приветствиям и расспросам не было конца.       — Как с тобой обошлась Велла, Яга? — спросила Миа.       — Слишком ласково. Предлагала эликсир молодости. Можно подумать, будто я барахло на рынке, кто хошь — налетай.       — Не грусти. Быть может, мы найдём подобный эликсир и без неё.       — Ай да ну! Я осталась верна себе… и тебе. Мне прекрасно. Лучше скажи, Айн, что это у тебя за штуковина болтается на груди?       Все уставились на серебряную подвеску друида в виде небольшой кисти, сложенной в откровенную фигу.       — Это знак Алгии. Она через него наблюдает за нами, и, если нужно, вмешается. Я могу позвать её.       Лахли недовольно хмыкнула.       — Подвеску можно быстро нейтрализовать, — поспешно добавил Айн. — Достаточно снять. А как вы добрались от Рэа до реки? Нормально?       — Мы миновали небольшой отряд эльфов, — сказал Аолри. — Но при виде нас они отступили.       — Видали мы эльфов и поглупее, — добавила Вьюина. — Эти, признаться, удивили. Решили не ввязываться. В любом случае, советую держаться настороже.       — Хм, — сказала Миа. — Действительно, необычно. Ладно. Спасибо большое! Не стану вас двоих задерживать.       — К твоим услугам, королева. Если что, дай знать.       Хиффиры попрощались, поклонились Миа и вошли в реку, чтобы вплавь добраться до Алонмара.       Настала пора Лахли изумляться неожиданной роли Миойи. Лиса уступила просьбе и ненадолго надела корону. Но венок Айна ей нравилось носить явно больше.       — Как тебе Аолри и его подруга? — поинтересовалась Миа.       — У них был такой вид, будто каждый день здесь ходят. Весёлые и беззаботные. Несмотря на это, с ними гораздо спокойней. Почти как с тобой.       — Это мои лучшие разведчики. Намного опытнее меня.       Путешественники отошли от берега и устроили привал, чтобы после вернуться в Рэа, хорошенько отдохнуть и составить новый план. Казалось, все неприятности позади; по крайней мере, ни у кого не было сил думать об опасностях.       И именно сейчас их окружил большой отряд незаметно подкравшихся эльфов. Они появились один за другим из-за стволов словно из ниоткуда.       Ворон и Айн выругались. Яга тяжело вздохнула. Лон присвистнул.       — Вот как чувствовала, что что-то не то, — пробормотала Миа. — Рановато отпустила Лии.       Эльфы держали луки, но пока не целились. Миойи устало поднялась на ноги, чтобы встретиться лицом к лицу с вожаком.       — Люди, — презрительно сказал эльф. — И какая-то шакалиха. Что вам нужно?       — Ничего, — сказала Миа. — Мы уже уходим.       — Не так быстро. Откуда вы? Что здесь делаете? Шпионите?       — Нет. Мы из Алонмара. Шли мимо.       — «Шли мимо», — передразнил эльф. — Что мне с вами делать? И почему со мной разговаривает никчёмное животное? Остальные что, в рот воды набрали?       — Сам ты никчёмное животное, — буркнул Айн.       — Ну-ну, — хмыкнул эльф. — Храбрись, человек.       — Вы из Диколесья? — спросил Ворон.       — Глупейший вопрос! Разумеется, нет! Там живут наши заблудшие товарищи, которых обманула Велла, присвоившая себе титул Владычицы. Какая из неё владычица! — Он выругался на своём языке. — Настоящие, верные эльфы остались только в Диких Землях. Между прочим, вы пересекли границу. Диколесцы же со вчерашней ночи рыщут по округе, чего-то разыскивают. Уж не вас ли? Мы решили прогуляться, проверить обстановку.       Миа оживилась.       — Серьёзно? Вот это новости! Присоединяйся к нашему скромному обеду.       — Ты глупа, шакалиха. И невежа. Предлагать эльфу такую грубую пищу! И прикажешь есть на виду у моих товарищей, а они будут стоять и целиться в вас? Так что вам нужно?       — У вас должен быть ключ, как попасть в Неину, — подал голос Лон.       — Замечательно! Сперва глупая толстая лиса, теперь какой-то ощипанный попугай-переросток. Зачем вам, недотёпам, в Неину?       — Чтобы я полностью обрёл свою силу, — хмуро сказал Айн, начинающий терять терпение.       — Ты? А кто ты? Кстати, не трогай свой ржавый амулетик. Обойдёмся здесь без человеческих недомагов.       — Я анфейр.       — Шутишь, да? Ого!.. Похоже, нет, смотри-ка. Удивил, человек!       Вожак эльфов ненадолго задумался.       — Мне тоже интересно, как там сейчас, — негромко сказал он. — Но мы не ходим туда, чтобы какой-нибудь расторопный маг не подсмотрел и не скопировал путь. Вот бы увидеть разок крылатых духов-стражей наших преданий, из заповедного края нау́ров…       — Кто это? — поинтересовался Айн. — Никогда о таких не слышал.       — Куда вам, — отмахнулся эльф. — Хотя ты, как анфейр, быть может, даже достоин встречи с ними. Это хранители магии! Легендарные существа. Так что вы хотите в итоге?       — Всего ничего, — сказал Ворон. — Изгнать Веллу вместе с Белым из Дароны и, по возможности, из Райела.       — Похвальные намерения! Но непомерно сложные для таких ничтожеств, как вы. Хотя то, что с вами анфейр, многое меняет. Знаете что, я готов подумать на эту тему. Оставайтесь здесь до утра, мы вернёмся с ответом. Идёт? Хотя что я спрашиваю! Разумеется, вы счастливы, не так ли, глупыши?       — Вполне, — сказал Ворон. — Ждём вас утром!       Эльф презрительно хмыкнул, однако подошёл к Айну и пожал ему руку, внимательно глядя в глаза.       — До завтра, анфейр.       И не удостоив остальных тени внимания, удалился; эльфы исчезли следом, словно их и не было.       Друзья переглянулись в наступившей тишине.       — Ну и хамло эти истинные эльфы! — сказала Яга. — Хуже диколесцев. Однако ж вот он, наш шанс.