Часть III. Глава 3. Неиниты

      Яга бессильно махнула рукой.       — Уже силов нет никаких с тобой. Охрипла совсем. Где хоть прячешь-то? Сколь не искала, не нашла.       Ворон чуть приободрился. Он встал с бревна и постарался непринуждённо расставить ноги пошире.       — Не осталось больше, — сказал он грустно, почёсывая трёхдневную щетину. — Я же так, понемногу. Вот всё и кончилось.       — Понемногу! То-то тебя шатает, — фыркнула ведьма, не добавив по обыкновению «алкаш». — Доводишь себя почём зря. Ничего уже не изменить. Когда до тебя дойдёт?       — Что-то мы сделали не так, — покачал головой старый воин. — Где-то упустили.       — Опять двадцать пять! Сто раз тебе вталдычивала: не в нас дело. Хоть в лепёшку расшибись, против природы не попрёшь. Мы сделали всё, что могли.       — Легко тебе говорить, бесчувственная! А у меня вот камень на сердце до сих пор.       — Мне легко говорить?! Я бесчувственная?       — Не заводись снова.       — Да ты глянь на меня! Старая, как вешалка, стала, а мне ещё четырёхсот пятидесяти нет! Думаешь, ты один такой страдалец с нежным сердцем? Эгоист!       Ворон на минуту задумался.       — Должно быть, просто дурное влияние. Хорошее рано или поздно пробьётся. Вот увидишь.       — Увижу? Когда последний раз ты вообще хотя бы слышал что-то?       — Да недавно. Лет пять назад. Спутался очередной раз с бандитами. Случайно.       — Случайно! Держи карман шире.       — Знаешь что? Я хочу с ним поговорить.       — У тебя склонность к мазохизму? Последнюю беседу напомнить?       — Не надо…       — Нет уж, я напомню. Ты с достоинством поднял руку, печально и торжественно произнёс: «Не торопись, подумай. Однажды запятнанную честь не обелить полностью вновь». А он в ответ: «О чём талдычишь, папаша? Не маши руками, расслабь прыгучесть! На дело иду. Глядишь, тебе перепадёт, покуда я добрый. Мигом повеселеешь». — «Если ты сейчас переступишь порог, не возвращайся больше». — «Да не вопрос. Без меня вам, развалинам, только лучше будет. Бывай, господин!»       — Видишь, — неуверенно сказал Ворон, — он немного думал о том, как нам лучше. Вот если бы успели вовремя дать доброты и заботы…       — Палок по заду не успел ты додать ему!       — Ничего. В молодости все куролесили. Побесится, поумнеет. Вернётся.       — Все, говоришь? Все грабили, убивали и жгли хаты тех, кто несговорчив или у кого ни медяка за душой? Выпускали кишки у коней? Поджигали кошек? Пытали странников огнём?       — Ты преувеличиваешь.       — В сотый раз тебе говорю. Дурная кровь. Воспитание не помогло. Смирись.       — Можно подумать, будь он родным нам, не смог бы вляпаться.       — Всяко бывает. Я вот думаю как раз так: нет, не смог бы. Только что толку языком чесать! Бы да кабы. Что это тебя накрыло? В ладу путешествовали, компания появилась, цели нашли.       — Да, нашли. Только как я один остался, сразу снова нахлынуло.       — Один он остался. А я, значит, не в счёт! Простуженная старуха на одной ноге! Из добра куча хлама на земле и палатка. Кто-то, между прочим, мне дом обещал построить. Если ты не заметил, третий день моросит дождь!       — Никакая ты не старуха. Молодая ещё. Распрямиться тебе надо и улыбнуться.       — Давай я тебе ногу сломаю, костыль дам, а ты будешь гордо вышагивать и довольно лыбиться.       — Если дело только в этом, гипс через несколько дней можно будет снять. Что про дом — мне не утащить одному брёвна. И инструмент нормальный Лон забрал.       — А как до этого таскали?       — Так и таскали. Молча. Давай лучше обед сообразим.       — Нет, ты не увиливай от ответа. Я отлично видела, как ты тащил это бревно. А сейчас вдруг тяжело стало?       — Так Лон нёс большую часть, — признался Ворон. — И Миа поддерживала.       — Надо было синего прокуру себе оставить, а тебя послать в Неину.       Ворон промолчал.       — Ладно, — сказала ведьма. — Не дуйся. Не всерьёз я. Очень ты мне тут помогаешь. Только прошлое забудь. Надо будет, оно само настигнет. У нас сейчас иная печаль и тревога. Как там наши?       Ворон долго глядел на озеро. Рябь на воде постепенно исчезла, из-за хмурых туч выглянуло солнце, и озеро вновь стало Зеркальным. Полотенце возле Яги развернулась, и гигантская пчела на нём довольно прожужжала.       — Как-то надо связаться с ними, — задумчиво сказал Ворон. — Поправляйся быстрее, и попробуем найти кого-нибудь из стоящих магов.       — Вот спасибо! Нет, я смекаю, о чём ты. Но, крысы и кости, думай, прежде чем говоришь! Я ещё покажу себя, когда хаос в голове уляжется.       — Я не это имел в виду.       — Ай, — отмахнулась Яга. — Назавтра скину гипс, ещё денёк-другой похромаю, и, надеюсь, пойдём уже.       — Поищем Алгию в Виллоре или её домике в лесу. Так понял, она к нам нормально расположена.       — Угу. Коли доберёмся. По пути к Великой — и эльфы Владычицы, и Свободные эльфы. Одни других хлеще.       Через два дня гипс сняли. Яга ковыляла кругами, тяжело опираясь на посох. Охала, причитала, но смотрела всё решительней.       — Собираемся, — ответила она на вопросительный взгляд Ворона. — Дорога — лучшее средство от тоски по выпивке. И от воспоминаний о дурных недородичах.       

* * *

      Вход в Рэа нашли не без труда. Ворон уже отчаялся, когда краем глаза заметил в однородной серой скале заветную тёмную дыру.       Когда проходили вдоль изгиба Полукруглой, Яга с тревогой обернулась. За ними по чёрной земле ползла длинная зелёная кобра.       — Это знакомая Лахли, — вспомнил Ворон. — Пусть себе топает. Глядишь, скажет своим подружкам на востоке Рэа, чтоб нас не съедали.       Яга вздрогнула, подумав о кобрах. Змея успокаивающе присвистнула и последовала за ними на расстоянии.       Когда вышли из восточного туннеля в заросли колючего кустарника в долине Айр-Аны, Яга неуютно поёжилась.       — Бр-р! Ну и холодрыга.       — Тише! Вокруг неспокойно.       — Эльфы?       — Вероятно. Я пойду впереди.       Через минут десять, когда уткнулись в очередной тупик, Яга ущипнула Ворона пониже спины.       — Завёл в дебри, спасибо! Айда теперь за мной.       Ведьма уверенно зашагала по извилистому лабиринту веток, колючек и прошлогодних листьев. После недавнего дождя листва под ногами не шуршала. Перед очередным поворотом Ворон схватил Ягу за рукав. И осторожно выглянул сам.       Вечерело. Берёзовое редколесье светилось вдалеке огоньками костров. Чутьё Ворона подсказало ему, что впереди многочисленный отряд.       Яга прикрыла глаза, вероятно, заготавливая заклинания. Ворон в задумчивости оглядывал окрестности и прикидывал, где лучше идти. Вековой опыт в скрытных передвижениях должен помочь. Их никто не заметил, и…       — Привет, — раздалось совсем рядом и чуть снизу.       Ворон подскочил; Яга открыла глаза. Перед ними стояли двое хиффиров.       — Помните нас? Я Аолри, это моя подруга Вьюина.       — Как вы здесь оказались? — вымолвил Ворон. — Я думал, вы давно в Наурвилле или ещё где в Алонмаре.       — Где-то неделю назад мы встретили вашего друга Лонуи, — ответила Вьюина. — Он сказал, что примерно в это время вы должны быть здесь, и попросил проводить до Виллора. Как оказалось, не зря: вы наверняка уже увидели эльфийскую заставу.       — Синий чёрт, — пробормотал Ворон. — Везде успел.       — Эльфы снуют бесшумно, но мы неизменно начеку, — гордо сказал Аолри. — Нас никто не заметил. Предлагаю дождаться полной темноты в этих кустах, и мы вас проводим.       — Это правда, — рассмеялась Вьюина. — Сама видела, как мой дорогой стоял в метре позади эльфа и корчил ему рожи, а тому хоть бы что. Даже я испугалась.       Яга и Ворон переглянулись и кивнули.       

* * *

      К несчастью, ночью взошли обе луны. Видно стало на порядочное расстояние. Пришлось полностью положиться на серебристых лис. «Вроде бы Миойи упоминала, что это её лучшие разведчики, — подумал Ворон. — Хорошо, если так».       Он вздохнул и постарался не отставать: хиффиры двигались между берёз словно призраки и то и дело непостижимым образом скрывались из виду. Временами они останавливались, нюхали воздух и настороженно прислушивались.       Трава была испещрена неясными тенями, по две от каждой берёзы. Тишину нарушало трубное уханье большой выпи. Река медленно приближалась. Ворон не видел её, но хорошо ощущал впереди. Он постепенно успокаивался; кажется, лисы выбрали удачный маршрут.       — Сдавайтесь, — послышался насмешливый голос с эльфийским акцентом. — Поверьте, сопротивляться глупо. Вы полностью окружены.       — Кто бы сомневался, — проворчала Яга, медленно поднимая руки. Ворон последовал её примеру.       Чуть поодаль зажёгся белый огонёк, описал дугу и приземлился возле полотенца, на котором невозмутимо восседала единственная пчела. На свет вышел высокий эльф со скрещёнными руками, без оружия. Он обратился к хиффирам.       — Вы, двое псин, снуёте по долине уже второй день. Порядком утомили. А сейчас ещё притащили за собой двоих людей. Вот потеха!       Вокруг действительно послышались смешки. Аолри и Вьюина выглядели сконфуженными. Ворон не сомневался, что в них целятся, и старался не делать лишних движений.       — Вы, людишки, не думаете, что вас предали нам эти хвостатые? М? Откуда вам знать?       — Ты, видать, по себе судишь, — сказал Ворон. — У нас и наших друзей такое не в обычае.       — Что? Это ты мне? А не больно ли широко ты рот открываешь?       Эльф добавил отрывистую фразу на своём языке. Раздался свист: стрела пролетела прямо над головой Ворона, взъерошив волосы на макушке.       Ворон не шелохнулся.       — Герой, герой, — хмыкнул вожак эльфов. — Или просто медленный такой? Ладно, неважно. Мне не до пары нищих людишек с двумя собачками. Впрочем, как показала практика, и от вас может быть минимальный толк.       — Судя по твоему не сильно вежливому тону, — холодно сказал Ворон, — ты из Свободных эльфов.       — Судя по моему не сильно вежливому тону, я из Свободных эльфов! Не утруждай себя загадками, непосильными твоему маленькому мозгу. Спросишь, не чувствуем ли мы угрызений совести, что столковались с Архалином? Разумеется, нет! И, как видишь, не зря: Велла в плену и Рога у неё больше нет. Большее зло позади, теперь время разделаться с меньшим. Да, с самим Архалином. Теперь он ожидаемо наглеет.       — А что с ним? Что он делает? — вырвалось у Ворона.       — У тебя точно кисель вместо думательного вещества. Разумеется, хочет захватить то, что ещё не заграбастал! Кажется, решил начать с Алонмара. И наши заблудшие братья поневоле теперь служат ему. Мы здесь, чтобы попробовать вразумить их. Вскоре они нападут на Виллор. Ступайте и помогите местному правителю и его колдунье. Советов им не надо, поумнее вас будут, хоть и люди. Но колдовством ты сможешь им помочь, ведьма. — Последнее слово эльф произнёс с издёвкой. — Постарайтесь, чтобы дело не дошло до кровопролития.       Ворон подумал, что последняя фраза слабо соотносится с поведением нагловатого типа, но кивнул.       — Идите прямо к Айр-Ане, — промолвил эльф неожиданно серьёзно и печально. — Не петляйте больше, словно пьяные черти. Можете нарваться на стрелу часового по случайности. Ваши лисы стащили и спрятали лодку. Она годна только на дрова, для вас в самый раз.       Он махнул рукой и скрылся в тени.       — Нда, — виновато сказал Аолри, когда убедился, что эльфы ушли. — Ничего не скажешь, опростоволосились. Пойдёмте, у нас на самом деле заготовлена хорошая лодка. Вы ведь не думаете, что мы предатели?       — Не болтай ерунду, хвостатый, — отмахнулась Яга. — Мы слишком хорошо знаем вашу королеву.       

* * *

      Миойи задумчиво смотрела на звёздное небо сквозь ветви наура, положив лапы на колени Айну. Друид неподвижно уставился на огонь и теребил ей шерсть на спине.       — Ай! Чуть больно, Райн.       Айн вздрогнул.       — Извини.       Он повернулся к лисе, но тут же смущённо отвёл глаза.       Миойи сидела вроде бы как всегда просто и непринуждённо. Но сейчас, на крыше дворца миафинов, в её мечтательности проглядывалось нечто особенное. При первом знакомстве в Издоле Айну показалось, что она будто светится, сейчас это ощущение вернулось и усилилось.       «Что есть Миа? — подумалось друиду. — Сокрытая сила, весенняя свежесть, запах астр и неугасающие синие глаза — как те звёзды, с которых она не сводит взгляд, только грустные». Айн осознал, что боится пошевелиться.       — Не напрягайся, — мягко сказала лиса. — Отдохни перед дорогой.       — Думаешь, нас ждёт дорога?       — Ага. Как обычно. Как с первой нашей встречи.       — Давно мы так не сидели вдвоём возле костра.       — Точно. Особенно возле такого. И в таком месте. Настолько ярких звёзд больше нигде нет.       Посреди плоского, как поле для спортивных игр, зелёного луга небольшой очаг горел всеми цветами радугами и искрился сотнями светлячков. Сверху нависали кроны двух науров, стволы их можно было разглядеть, если подойти к трёхсотметровому обрыву. Где заканчивалась листва, начинался сад; большие белые цветы хорошо виднелись даже пока не взошли луны. Чуть поодаль через луг в треугольном канале из розового камня протекала река. Ближе к краю канал разделялся на пять поменьше.       Миа перевела взгляд на костёр и удивлённо приподнялась.       — Смотри, Райн! Светлячки в огне мигают в такт звёздам!       — Точно, — отозвался Айн, немного подумал и добавил: — А может, наоборот, звёзды мерцают в такт нашему костру.       Миойи хотела что-то сказать, но осеклась и задумалась. Глубоко вздохнула и положила голову на ноги Айну. Друид улыбнулся. Но тут же нахмурился.       — Я не спросил, — проговорил он, — ты, наверно, хотела бы отдохнуть во дворце. Отлично выглядишь здесь. А я настоял, чтобы мы остались вдвоём и в тишине. Тебе, кажется, миафины по душе.       — А тебе?       — Тоже нравятся. Красивые, энергичные, разговорчивые. Только больно шумные. Это и есть пресловутые хранители магии? Важные для всего Райела?       — Ага.       — Постой-ка! Если они нападут на своих родичей хиллей и друг друга перебьют… Что тогда будет? Ужас!       — Соображаешь, Райн.       — Как они сказали? Празднуют рождение первого ребёнка за последнюю треть тысячелетия?       — И это правда. Вовремя ты об этом подумал!       — Не стоило им говорить про корону. Чёрт, я дурак.       — Не стоило. Но не вини себя.       — Да?       — Ага. Давай лучше я буду винить тебя. Так вот! Ты зря рассказал миафинам про корону и глупость нильваров! За это я тебя сейчас цапну за ногу.       Миойи так и сделала.       — Ай! Шутишь, а вообще-то всё серьёзно! Лучше подумай, как там Лахли? Убежала и даже не посоветовалась!       — Спонтанные решения иногда самые верные. К сожалению, не всегда.       — Ты заметила, как миафины отреагировали на её хиллинский облик? Как на важнейшую для себя богиню.       — Ты очень наблюдателен, Райн.       — И если с ней что-то случится… и миафины об этом узнают, ой, что начнётся! Пока что они чуть успокоились и согласились подождать, подумать. Они точно умеют думать?       — Я их совсем не знаю. Увидела, как и ты, вчера в первый раз. Помнишь, Вьири сказала, что раньше равновесие поддерживал наш Лон?       — Угу. Надеюсь, она присмотрит за Лахли. Хорошо, что успела прыгнуть в портал за ней.       — Не переживай. Лахли большая девочка.       — Да какая большая! — воскликнул Айн. — Она порой наивнее меня.       — И это правда.       — А миафины могли бы быть и поумней. Почему их здесь нет, кстати? Такое отличное место для прогулок эта их крыша.       — Из уважения к нам. Особенно к тебе. Ты захотел посидеть в тишине. Заметил, что их почти не слышно здесь?       — Нет, особенно к тебе, Миа. Кажется, для них ты легендарный зверь или что-то вроде того.       — Пустяки.       — Ну да, ты, как королева, привыкла ко всему такому.       — Р-р-р!       Айн был уверен, что она вот-вот укусит его вновь, и сжался.       — Ладно уж, — сказала лиса, — так и быть. Не буду. Кстати, ты мог заметить, некоторые из миафинов вполне рассудительны. Те двое, что к нам подошли. Из них один ещё среди музыкантов играл на тазике.       — Это не тазик! А сложный технологичный инструмент. Забыл, как называется.       — Пусть так… Смотри! Появилась Мышь.       Цветы в саду окрасились в сиреневый. Зелёные трава и листья почти не отражали свет Мыши. Айн вдруг почувствовал лёгкое головокружение.       — Нам не пора спать? — спросил он.       — Ты хочешь?       — Вроде нет.       Некоторое время сидели молча.       Взошёл Кот. Синий свет смешался с фиолетовым. У Айна задвоилось в глазах. Голова закружилась пуще прежнего. Он испуганно встал и покачнулся. Ему показалось, что сквозь зелень проглядывают очертания развалин замка.       — Райн? Что с тобой?       — Ах, вы здесь, — послышался вдруг запыхавшийся голос. — Хорошо, что я вас нашла!       Возле костра приземлилась Вьири. В рассеянном свете лун синие перья блестели непередаваемыми оттенками. Впрочем, через минуту Кот скрылся за облаком.       — Лахли взяли в плен! — вскричала Вьири. — Её арестовали и заключили в хилльский замок в горах! Меня отпустили и приказали доставить вам вот это.       Нильвара достала из воздуха конверт и протянула Айну. После чего в изнеможении легла возле радужного огня.       Айн забыл про луны. Он схватился за голову от новостей, но внимательно осмотрел письмо. Миойи вскочила на ноги и, чуть прищурившись, изучала Вьири.       Письмо на эрнском гласило: «Нильвара по имени Вьириаллиа́на подтвердит: ваша шпионка-человек, неудачно притворяющаяся хиллиной, у нас. Немедленно явитесь в Фа́ан ко мне, если хотите, чтобы она осталась жить. У вас ровно три дня. Подпись: Анн».       Айн выругался и отшвырнул письмо. Миойи задумалась. Вьири с трудом поднялась, подпрыгнула и разлеглась на руках друида.       — Почему почерк такой слабый и дрожащий? — сказала лиса.       — Аннеиари, королева хиллей, больна, — ответила нильвара. — По всем симптомам у неё лихорадка Хаоса.       — Интересно откуда.       — Мне тоже, — оживился Айн. — Однако это многое меняет. Не будем терять времени. Нам нужно добраться в этот… Фаан, или как там его.       — Да, Райн, и как можно скорее. Нужно уходить отсюда. Если миафины узнают, что Лахли в плену, всем будет плохо. Вьири, тебя не должны видеть! Расскажешь подробней после.       — Понимаю… ваше величество.       — Перестань! Где встретимся?       — Возле Чиарна, — ответил Айн. — Нам понадобится ещё один ближний портал к амангирам. Если дальний, к хиллям они открыть не смогут. Сколько, кстати, до Фаана пешком?       — Даже не знаю. Дней сто. Но по пути есть горы, которые не преодолеть без крыльев. И в лесах есть очень неприятные места.       — Ясно. Мы тотчас уходим, — сказала Миа и повернулась к небольшой скале, за которой скрывался лифт.       — Погоди, — сказал Айн. — Как понимаю, ночью половина миафинов не спит. Я хочу попроситься заглянуть в здешнюю лабораторию.       Миойи задумалась на миг и кивнула. Вьири нехотя слезла с рук друида, помахала ему крылом, смущённо поклонилась Миа и с необычайной скоростью взмыла ввысь.       Лифт представлял собой закуток с двумя разноцветными дырами в земле, синей и зелёной. Айн заставил себя ступить в одну из них и стал плавно опускаться.       

* * *

      С прошлого раза, казалось, туман стал ещё гуще. В трёх шагах всё терялось в голубоватой дымке. И как в прошлый раз, перед лицом Айна повисли чёрные змеи.       — Вы вернулись за следующим уроком? — медленно проговорил один из амангиров.       — Были бы рады, — ответила Миа. — К сожалению, боюсь, придётся это отложить. Нам срочно нужно к хиллям. Для этого, как мы поняли, мы можем пройти через ваш туннель к северным степям.       — К хиллям напрямую стабильный портал отсюда создать непросто. Вы были у миафинов, живейших? С источниками Лиллфаандоара подобный проход отрыть легко. Почему вы не попросили у них, вежливо?       — Гм. У нас были определённые причины, — сказал Айн.       — Обдумайте свои причины с разных сторон, внимательно. Потратьте на это год. Размышления принесут вам частичку мудрости, ценнейшую.       — Нет времени. Нам нужно быть у хиллей через два дня, к сожалению, — сказала Вьири.       — Не совершите ошибки, второпях! Потом будете винить себя, прискорбно. Но разрешение посетить Шиисахат нами вам уже дано, как помните. Если спешите, то почему медлите? Вам в ту сторону, на северо-запад.       — Спасибо, — сказал Айн.       — Погодите же! Не заблудитесь в тумане. Никуда не сворачивайте. Как достигните болот, идите строго на север. Вы сможете идти строго на север?       — С нами друид, — проговорила Миа. — Вполне.       — Увидите возвышенность. Чёрная треугольная гора посередине. В ней нора. Вам туда. Удачи и полезного опыта! Главное, берегитесь шимм, подлейших. Из земли хирамов попасть к хиллям будет просто. Хоть они на противоположных концах Неины, что удивительно.       Амангиры бесшумно скрылись в тумане. Айн зашагал впереди по податливой земле, покрытой голубым мхом.       Казалось, мир сузился до маленькой поляны. Ореховые деревья возникали из ничего каждые несколько метров. Мимо то и дело пролетали гигантские комары. Один из них сел на ногу Айну. Он не возражал, тем более что комар, похоже, кусаться не собирался. Вскоре он улетел, испугавшись Вьири, когда она на плече Айна расправила крыло.       — Можно наконец поговорить, — сказал друид. — Что случилось у хиллей?       — Портал миафинов привёл нас на южную окраину Нарилона, — ответила Вьири. — Дальше начинаются отвесные скалы и горы, испещрённые глубокими оврагами. Пешком там идти невозможно. В горах кое-где растут одиночные алларны, цепко держатся корнями за камни, проникают глубоко в недра. Лететь было сложно: дул сильный встречный ветер, словно не хотел, чтобы мы явились к хиллям. Замок Фаан стоит на высокогорном плато. Он окружён белоснежной стеной. Я бывала там пару раз, в лучшие времена. Лахли, по-видимому, сильно волновалась. Она приземлилась возле ворот, привести мысли в порядок. Не знаю, когда ворота открывали последний раз, обычно нужды в них нет. Вот и в этот раз через стену перемахнули сразу дюжины две хиллей. Они внимательно оглядели нас, и изначальное дружелюбие их испарилось. «Лазутчик из Дароны! — воскликнули они. — Как раз вовремя. Докладывайте, кто ещё с вами!» Особых причин утаивать у нас не было, и мы рассказали, что Лахли действительно прибыла из Дароны с тобой, Айн. Лахли пыталась объяснить, что происходит, но слушать они не стали. Кажется, они про вас слышали откуда-то.       — Откуда-то! — хмуро воскликнул Айн. — Ясно откуда. От проклятого Белого.       — К сожалению, Лахли схватили и увели. Меня не тронули. Проводили в тронный зал, где сама королева Аннеиари написала это письмо и приказала поспешить. Я попыталась объяснить, но от жеста её вялого от болезни крыла я на время буквально онемела. Спорить с ней опасно для жизни. Даже когда она крайне слаба.       — Чёрт возьми! Как представлю, что Лахли в плену у чуждых диких существ, совсем одна! — Айн прибавил шаг.       Миойи вгляделась в его лицо.       — А ты стал решительней, Райн. Пожалуй, я не позавидую хиллям, если они что-то натворят.       — Я тоже, — буркнул Айн, хотя он и не понимал, что сможет сделать против родичей миафинов, таких же хранителей магии Райела и, судя по всему, великих воинов.       Почва под ногами становилась всё мягче. И вот наконец впереди показалась вода, сплошь затянутая ряской. Айн напряжённо вгляделся в болото.       — Мне кажется, здесь мелко и можно более-менее идти. Главное, ботинки не потерять. Нам нужно повернуть чуть правее. Ну что?       — Идём, — пожала плечами Миа.       — У тебя есть верёвка в рюкзаке? — поинтересовалась Вьири. — Чтоб, если что, я могла вас вытащить.       — Есть, да.       Айн ступил вперёд. Как он и предполагал, болото оказалось неглубоким, по щиколотку. Пейзаж вокруг был удручающе однообразным: остовы деревьев, кое-где кочки с болотной травой.       Туман поредел. Больше стало комаров. Нескольких сшибла лапой Миа, один укусил Айна в спину. Он подпрыгнул от боли и неожиданности, напугав Вьири.       На одной из кочек сидела большая жаба. Серое блестящее тело её плавно переливалось радугой. Близко от неё неосторожно пролетел комар и тут же исчез. Айн покосился, проходя мимо; жаба будто бы хихикнула ему вслед.       Вьири на плече вздрогнула.       — Мне почудилось, или… Впрочем, неважно.       — Ты здесь первый раз, Ири? — спросила Миа.       — Первый. Амангиры никогда раньше не пускали никого вглубь своего края.       Впереди показалась ещё радужная жаба и ещё одна. На этот раз Айн услышал совершенно точно, как ближайшая жаба издала короткий смешок, а вторая повторила. Друид почесал затылок. Вьири больно вцепилась в плечо.       Чем дальше, тем больше кочек и больше жаб. Смех зазвучал непрерывно, ритмично. Вокруг некоторых жаб по склонам бугорков сидели зелёные тараканы размером с мышь.       — Почему они смеются? — недоумевающе спросил Айн.       — Видимо, есть повод похохотать над нами, — проговорила Вьири.       — О чём это вы? — удивилась Миойи.       — Как о чём? Жабий смех кругом.       Миойи широко раскрыла глаза.       — С вами точно всё в порядке? Я слышу только наши шаги.       Айн засмотрелся на одну из жаб. Вокруг неё тараканы, взявшись за лапы, водили хоровод, приседая в такт смеху жаб. Хи-хи, ха-ха. Хи-хи, ха-ха. Хи, хи хи-хи. Хи, хи ха-ха.       — Так-с, — сказал друид и услышал свой голос издалека. — Не знаю, что это, но нам нельзя сворачивать. Миа! Нам прямо. Проводишь? Прямо нам.       — Ага. Уже вижу, что с вами что-то не так. Не отставайте.       — Интересно, далеко ли нам? — поинтересовалась керосиновая лампа на плече Айна. Хи-хи, ха-ха. Хи-ха, ха-ха. Хи, хи хи-хи. Ха, хи ха-ха.       — Амангиры не сообщили, — сонно отозвался Айн. — Надеюсь, что нет. Я, кажется, засыпаю под эти танцы.       Жаб и тараканьих хороводов стало ещё больше.       — Держитесь, — послышался голос Миа из глубокого колодца.       — Держусь, — медленно отозвалась Вьири. — Только у меня вопрос.       — Какой?       — Почему я керосиновая лампа?       — Не знаю, — ответил Айн. — Подозреваю, что из-за ясной погоды и высокого атмосферного давления. Не упади с плеча.       Ряска на болоте постепенно поредела, а потом и вовсе исчезла. Айн шёл по поверхности широкой мутной реки. Дно ушло из-под ног, и он поплыл. Рядом скользил по воде серебристый тюлень, плавно шевеля спинным плавником.       — Разве здесь была река? Предлагаю выйти на берег.       — Всё нормально, Райн, — сказал тюлень голосом Миа. — Поторопимся. Впереди уже видны очертания холмов.       — Да, всё хорошо, — добавила керосиновая лампа. — Жабы кончились, как и их смешки. Мне уже лучше.       Действительно, вскоре стихло за спиной последнее «ха-ха, хи-хи».       Река всё ускорялась. Берега стали круче, держаться на течении было намного легче, чем пытаться выбраться, и Айн решил пока плыть дальше, тем более что река текла на север. Вода постепенно стала синей и почти прозрачной. «Как на море», — подумал друид.       Его несло дальше. По берегам дубы сильно раскачивались от ветра, как живые. Айн посмотрел на воду и увидел, как стайка медуз спасается бегством от крокодила, который гнал их до самого берега и дальше вглубь леса. Что-то в этом было не так, но что, друид не мог понять. Он протёр глаза, в которые попала вода, и стал смотреть на берег.       Берег проносился мимо, как пикирующий сапсан. «Действительно, как живые», — задумчиво сказал себе Айн, глядя на дубы. Один дуб вдруг вскочил, взмахнул ветвями, выдернул ими растущий рядом кипарис и кинул в воду. «Странная река, — подумал Айн. — Я почти уверен, что кипарисы у воды не растут». Другие дубы стали также выдёргивать кипарисы и швыряться ими как копьями в Айна.       — Прячься под водой! — крикнула лампа.       — Спокойствие, — добавил тюлень откуда-то сбоку.       Айн периодически нырял, чтобы увернуться от проносящихся кипарисов. Один раз он увидел под водой квадратный деревянный стол. «Дерево же всегда было легче воды!» — уверенно сказал себе друид. Словно чтобы доказать это, стол принялся синхронно, как осьминог, взмахивать ножками и всплывать. За ним проплыла стайка маленьких стульчиков.       Кипарисы перестали проноситься мимо, Айн вынырнул и вздохнул. На крутых берегах теперь были сплошь валуны и скалы, причём камни не лежали на месте, а вприпрыжку носились. За ними бегали дубы и кидались кипарисами уже в них. Айн удовлетворённо кивнул. «Нашли себе занятие», — подумал он. Потом посмотрел наверх. На синем небе солнце наполовину спряталось за тучей и, сосредоточенно прищурясь, целилось по нему из арбалета. «Ой», — подумал Айн и опять нырнул. Он пробыл под водой так долго, как только мог, едва обращая внимание на проносящуюся мимо стайку бутылок с плавниками. Айн вынырнул, чтобы увидеть, как на него мчится волна метров десять в вышину с огромной пастью, усыпанной длинными зубами. Друид решил не проверять, насколько острыми могут быть водяные зубы, и нырнул обратно, гадая, что на этот раз увидит на дне. Как ни странно, под водой не оказалось ничего интересного. Айн огляделся, помахал зелёному слонику, что хоботом собирал со дна одуванчики, всплыл и обнаружил в приступе головокружения, что река теперь сверху, а он плывёт по ней, как по потолку, и вот-вот упадёт. Тюленю с плавником это неудобства, очевидно, не доставляло. Айн стал держаться за воду, и это вполне удавалось некоторое время, но потом он всё-таки стал падать, всё быстрее и быстрее. Мимо пролетел ларёк с надписью «Предательство». Продавщица кричала во всё горло: «Пирожки с лавой и лисьим ядом, свежие, только что из печки, налетайте, покупайте…» Рядом с ней сидела огненная птица с длинным хвостом и ела плюшку.       Тут и сам Айн приземлился наконец в реку из лавы и поплыл дальше, уносимый течением. «Жарковато, — заметил друид про себя. — И чем это так пахнет?» Он принюхался и понял, что пахнет хлоркой, которую обильно добавили в лаву, чтобы убить устойчивых к высокой температуре микробов. Тут его руку что-то больно стиснуло. Айн обернулся, ожидая увидеть как минимум саблезубую огнедышащую тумбочку с глазами, но это был всего-навсего большой зелёный рак. Айн сжал зубы, покачнулся и упал, по пути подхватывая Вьири, что сорвалась с его плеча…       

* * *

      Айн пришёл в себя. Перед ним почти правильным треугольником возвышалась высокая чёрная скала. Сбоку были холмы поменьше. Вокруг распростёрлось тихое мутное болото. Большой зелёный рак уполз под ряску, щёлкнув клешнёй.       Вьири тоже очнулась и уселась на руки друиду.       — Надеюсь, нам не придётся возвращаться тем же путём, — сказал Айн, морща лоб. — Это было нечто! Мне пси-медузы больше нравятся, чем эти жабы! Но что-то я не вижу никакого входа.       — Вы всё, очнулись? — спросила Миа. — Видите перед собой то же, что и я? Горку, не дракона или летающего кита? Вход прямо по центру. Спрятан простенькой иллюзией.       — Пойдём поскорее, — предложила Вьири, — пока эти лягушки не вернулись.       

* * *

      Миойи с Вьири на спине невозмутимо прошла сквозь каменную стену. Айн задрал голову на верхушку чёрной скалы, покачнулся и поспешно шагнул вперёд, зажмурив глаза.       Повеяло холодом. Темнота оказалась неожиданной после болотного сумрака.       — Ну, — нетерпеливо сказала Миойи, — где свет, Райн?       Мелодичный голос лисы отозвался гулким эхом. Айн достал камень, подобранный в подземелье Инфолла. В золотистом свете обозначился полукруглый низкий свод туннеля, уходящего вдаль и чуть вбок. Через полсотни шагов проход закончился тупиком.       — А дальше куда? — почесал макушку Айн.       — Очевидно, сквозь стену, — сказала Вьири.       — Вот что, Райн, — обернулась к нему Миойи. — Нелишним будет напомнить, что мы в чужом краю. Пусть даже здесь живут люди. Не спеши говорить с местными!       — Ладно, ладно. Мы выйдем к людям? К неинитам?       — Как я поняла амангиров, да.       Друзья шагнули через стену — и зажмурились от дневного света.       Впереди было непроглядное море пожухлой двухметровой травы, похожей на рожь, уже без колосьев. Несмотря на лёгкий шелест и отдалённое чириканье птиц, Айн ощутил гнетущее безмолвие. Он отогнал мрачные мысли, но Вьири встрепенулась.       — Это степь! Степь! — тихо воскликнула она. — Кошмар!       — Что такое? — удивился Айн.       Нильвара села ему на плечо и испуганно огляделась.       — Степь, анфейр! Да как ты не понимаешь!       — Хирамы? — осторожно спросила Миа.       — Именно!       — Ерунда, — неуверенно сказал Айн. — Ты же с нами. Привыкла ведь к местным опасностям.       — Глупый человек! Я тебе говорю, что за наши жизни никто сейчас не даст ни медяка! Бегом обратно в туннель!       Айну наконец передалась её тревога. Он подался к чёрной стене.       — Не-а, — сказала Миойи, — назад ход закрыт.       — Всё равно, — хмуро сказал друид, — некогда ходить взад-вперёд. Лахли совсем одна чёрт знает где.       Миойи взглянула на Айна и Вьири, словно оценивая их решимость.       — Пойду впереди, — сказала Миа. — Если что, я…       — Нет, — глухо возразила Вьири. — Они нападают сзади. Сначала пойдём мы. Только куда?       — Туда, — лиса махнула лапой чуть влево. — На еле заметный запах дыма.       Путешественники углубились в густые заросли. Чёрная скала постепенно скрылась из виду. Айн попытался сосредоточиться, не обращая внимания на громкое шуршание травы.       — Зачем хирамам на нас нападать? — недоумевал он. — Мы ничего им не сделали.       — Мы нет, — отозвалась Вьири. — А местные люди, которых мы ищем — очень даже. Хирамы давно отвыкли разбираться, кто к ним пожаловал. Сначала нападают.       — Вокруг вполне спокойно. Только птицы, небольшие зверьки и змеи.       — Я тоже никого не чувствую, — сказала Миа. — Может, ты сверху взглянешь, Ири?       — Бесполезно, — махнула крылом нильвара. — Их не увидишь и не учуешь. Только когда уже поздно. Город людей могу посмотреть, но, сдаётся мне, ты права, он там.       Тучи на небе помрачнели, время от времени на лицо или рукав падала капля. Зарослям, казалось, не будет конца. Встречались небольшие полянки. Из-под ног то и дело выскакивала крупная саранча или взлетал потревоженный жаворонок.       — Живность непугана, — сказал Айн. — Не будь я друидом, зуб даю, здесь никого нет.       Боковым зрением он уловил движение; Миойи вдруг неуклюже отлетела вверх и в сторону. Вьири на плече вскрикнула. Айн обернулся и увидел престранное существо.       На сером лице тускло светились чёрные глаза. Голову и тело покрывала длинная серо-коричневая шерсть. За спиной виднелись сложенные крылья. Пальцы рук оканчивались внушительными чёрными когтями, а вместо ног был толстый змеиный хвост. Существо неестественно быстро и бесшумно подползло к Айну и нависло над ним.       — Прошлогодняя солома цена твоему зубу, друид, — глухо произнёс хирам. — В последний миг я понял, что передо мной хиффира, и убрал когти.       Айн повернулся к нему спиной, бросился к Миойи и помог ей подняться. Лиса с трудом встала на ноги, тяжело дыша.       — Я бы извинился, — сказал хирам. — Но вас сюда никто не приглашал.       — Почему ты говоришь на эрнском? — спросила Вьири, складывая синие крылья.       — Я подслеповат, но не настолько, чтоб не отличить человека-неинита от даронца. Пусть и с нильварой из Нарилона и хиффирой из… Не знаю, откуда.       — Неважно, — сказала Миойи. — Зачем ты напал, если распознал нас?       — …Кроме того, вы сами говорили по-эрнски, — невозмутимо продолжил хирам. — Так что твой вопрос, нильвара, несколько обиден. Что до тебя, леди хиффира, — в голосе его промелькнула уважительная нотка, — напал я по привычке. Вековой рефлекс. Вам повезло, что встретили именно меня. Иные из нас раздумывают куда меньше.       «Куда уж меньше, — проворчал про себя Айн, постепенно успокаиваясь. — Ладно, Миа вроде бы невредима».       — Ты нас выследил от чёрной скалы? — спросила лиса.       — Нет. Заметил пару минут назад. За километр. От вашей компании сильная эманация королевских кровей. Не будем показывать пальцем, это ни к чему. Но, в любом случае, хозяева здесь мы.       — Встреча действительно королевская, — заметил Айн.       — Рефлекс, — повторил хирам. — Теперь: куда вас проводить? Одним путешествовать по степи не советую.       — До поселения неинитов, — сказал Айн, не подумав.       Хирам мгновенно распахнул широкие серо-коричневые крылья, выпустил когти — и застыл. Затем сложил крылья и словно бы уменьшился.       — Идёмте… Если будут вопросы, можете звать меня Он-Ао́рн.       Идти, пробираясь сквозь густую высоченную траву, пришлось далеко. Впереди, как наваждение, полз Он-Аорн, не оглядываясь и словно позабыв про спутников. У Айна на языке крутились невысказанные слова.       — Если вы враждуете с неинитами, — спросил он наконец, — то вам не приходило в голову напасть и разделаться с ними?       — Нет, — ответил хирам. — Пояснения нужны? Хорошо. Нас не интересуют чужие земли. Нам не нужна чужая кровь. Нам нужна наша степь. Это всё. Мы не нападаем, мы защищаемся. Мы всерьёз даже не злились на людей. Пока что.       Часа через два пути Миойи спросила:       — Где находится портал к стране хиллей?       — Там, — хирам махнул рукой назад. — Полчаса моих на хвосте или три часа вашей ходьбы отсюда. Близко от чёрной скалы.       — Но мы движемся в обратном направлении! — воскликнул Айн.       — Мы идём к неинитам, куда вы и хотели.       Миойи насмешливо взглянула на Айна; тот покраснел.       — Ладно уж, — проворчал он. — Зайдём к людям. Посмотрим, что к чему.       — Посмотрим, что к чему, — задумчиво отозвалась Миа. — Мы спешим к Лахли, забыл?       — Городская стена перед вами, — сказал хирам.       Айн с досадой понял, что в степи он ориентируется так себе. Метров через десять заросли раздвинулись, и он уткнулся в стену. Он-Аорн проводил друзей до самых ворот. Стражи в нескольких шагах бдительно вглядывались в степь, но их пока что не заметили.       — Сами видите, какие из них воины, — хмыкнул хирам. — До встречи.       Айн повернулся к нему, но Он-Аорн исчез. Без звука, без следа.       В ворота войти оказалось легче, чем думал Айн. Он приготовился к въедливому допросу, но удивлённые стражи лишь внимательно проводили друзей взглядами, когда они появились на дороге посреди степи и вошли в город.       Мостовая была неожиданно гладкой, мокрой от моросящего дождя, но не особенно чистой: то и дело на обочине попадались объедки, обрывки тканей и прочий мусор. Фонари по сторонам не горели и выглядели странно: круглые, стеклянные и с тонкой проволокой внутри. Дома здесь строили каменные, от пяти до семи этажей; Айн заметил, что они смотрятся ещё унылей, чем в фаинской Орне. Немногим веселее были и лица прохожих, сумрачные и тяжёлые. На друида внимания не обращали, на Миа и Вьири поглядывали исподлобья.       — Совсем не благоухающий миафинский сад, — сказала Миойи, — но вот оттуда пахнет получше. Трактир за поворотом, не иначе.       Действительно, через три квартала показалась опрятная двухэтажная таверна. Ровные буквы вывески гласили на эрнском: «Череп южанина».       — Пообедаем, пополним запасы и вернёмся к порталу, — сказал Айн.       — Мы ночь не спали почти. И Вьири тоже. Не хочешь отдохнуть подольше?       — Время не ждёт. И город неинских людей мне не по душе.       — Тут ты прав, — сказала Вьири. — Грязно, тускло и магии нет.       Прошли мимо парка. Айн взглянул на кое-как подстриженные кусты, на нелепые скамейки, от сидения на которых наверняка заболит поясница, и на круглый фонтан в центре с прозрачной водой.       — Здесь огромный источник магии! — воскликнул Айн. — Почти как у миафинов. Даже не пробуждённой. Как будто ей никогда не пользовались.       — Никогда, — кивнула Вьири. — И лучше его не трогать.       Миойи распахнула металлическую дверь, и слова нильвары остались без объяснения.       Внутри таверны стоял полумрак: мутные узкие окна пропускали мало света, который кое-как дополняли длинные лампы на низком потолке. Миа и Вьири пожаловались, что от ламп сильно рябит в глазах; Айн ничего такого не чувствовал. Он осмотрел посетителей: с виду обычные рабочие на отдыхе пили пиво, играли в кости и негромко переговаривались. Особняком сидели двое: тощий служащий в чёрном за пустым столом и коренастый мужчина со стаканом виски, лицо которого скрывал капюшон. В отличие от остальных, он даже не взглянул на друзей. Прочие посетители их внимательно осмотрели, пошептались и вернулись к своим делам. Миойи настороженно принюхалась, застыла на миг, но первая заняла место за лучшим столом.       Пахло хорошим пивом и жареным мясом с чесноком. Когда принесли заказанный обед, состоящий также из салатов, супа и десертов, Айн мысленно согласился с лисой, что едят неиниты неплохо. Вьири, однако, воротила нос и съела лишь кусочек свежайшего пирога.       — Мерцание отбивает аппетит. И на вкус у них всё пресное. По мне, остринки не хватает.       Айн так не считал и сосредоточился на обеде. Пища в походных условиях ему несколько приелась. Через десять минут он удовлетворённо вздохнул, откинулся на спинку стула и заметил, что подозрительный субъект в чёрном исчез. Ничего в этом странного не было: люди заходили и уходили, в том числе мелкие чиновники и стража… и вот эти патрульные наверняка не прочь подкрепиться пивом. Но вошедшие стражи направились прямиком к нему. Вьири нахмурилась.       — Вы не местные, — объявил капитан. — И у тебя странный акцент, мне доложили. Ты с юга?       — Нет, — поспешила сказать лиса, прежде чем Айн успел ответить «да». — Он и мы издалека. С Дароны.       — Надеюсь, — продолжил капитан. — Наглые южане давно поджали хвосты и не суют сюда носа. Это было бы крайне опрометчиво.       Миойи кивнула.       — Подозрительно ты смотришь, всё равно, — прищурился вояка. — Даронец, говоришь? Ну-ну. Ладно. Как идёт служба даронскому королю?       — Мы ему не служим, — сказал Айн. — Скорее, действуем против него, за свободные народы.       Миа ущипнула его за бок, но было поздно. Капитан мгновенно приставил остриё короткого копья к груди Айна. Остальные стражи достали оружие и окружили стол.       — Это вы зря, — спокойно сказал капитан. — Поступило распоряжение полностью содействовать его величеству и ловить тамошних отступников. Весьма глупых людей, посмевших повернуться против великой империи. Хоть и далёкой.       Вьири угрожающе растопырила перья, но не двинулась с места. Миойи хотела встать, но капитан демонстративно прижал копьё так, что Айн ойкнул.       — Ты нам не нужна, лиса. И ты, нильвара. В ваши дела мы не вмешиваемся. И вы не лезьте в разборки людей. Сделайте милость, проваливайте отсюда.       Коренастый мужчина в уголке допил виски, с шумом поставил стакан и поднялся.       — Проваливайте сами отсюда, господа стражи и капитан Ги́улас, сделайте милость! — громко сказал он и откинул капюшон.       Неожиданно стражи опустили копья. Друид взглянул на мужчину и удивлённо вскрикнул. Тот кивнул.       — Вот так встреча, господин Айн, не правда ли?