Часть III. Глава 7. Пещеры Смерти

      «Привет! Вот, решил написать письмо, пока выдалось несколько спокойных дней. Как ты там? Хорошо ли ладишь с Алгией? Мне кажется, чтобы восстановить целую страну, нужно много сил. Насколько слышал, там всё сгорело полностью, ещё хуже, чем у меня в Рэа. То есть я хотел сказать… а впрочем, скажу лично, когда придёт время. Я так понял, у колдуньи Алгии не самый лёгкий характер, даже удивительно, как она ладила с нашей Ягой.       У нас всё хорошо. Мы три дня назад прилетели из Издола в алонмарский город серебристых лис, Наурвилл. Я здесь второй раз; первый раз был, когда искал для Миа лекарство от яда пчелы, ты помнишь, я рассказывал. Из сада главный замок похож на семейство гигантских грибов. Кстати, сад просто прекрасный! Я хочу попробовать вырастить некоторые цветы и кустарники у себя.       Так вот, снаружи замок — белоснежные стены, криволинейные башни и башенки с аккуратными красными крышами. Миойи, которая, как ты помнишь, королева всех хиффиров, занимает самую высокую башню. Я живу вместе с ней. Её тут очень уважают, беспрекословно слушаются, стоит ей взмахнуть лапой. Кстати, о лапах: перебитая лапка её быстро идёт на поправку. Местные врачи помогли. Кажется, ещё дня три, и можно будет снять гипс, хотя в это сложно поверить. Она ждёт этого часа с нетерпением: мы должны отправиться в путешествие по Пещерам Смерти. Теперь, когда у неё есть эта особая руна-подвеска, она должна помочь. Миа верит, что и я помогу, хотя понятия не имею как. Насколько понял, анфейры древности всё могли именно потому, что у них была корона, которой больше нет. Мы с Вороном тогда на всякий случай порылись в пепле камина, её точно нет.       Так вот, пещеры эти разбросаны по всей Дароне, и это несколько месяцев пути даже для одной лисы бегом вприпрыжку. А уж со мной пешком ушли бы годы. Однако же грифона мы отпустили восвояси. Миа сказала, что найдёт способ быстро перемещаться — значит, так. Сама она заявляет, что в жизни больше не поднимется никуда выше дерева. Видимо, она забыла, как лазила по стволу высоченного наура на самую вершину… Зря, конечно: грифоны мне и Ворону достались покладистые и послушные. Кстати, Ворон остался в Издоле со Стеилом и Ниафи. Что там произошло, я, пожалуй, расскажу тебе лично, когда мы снова встретимся, где-нибудь возле моего озера в горах. А ты расскажешь о работе в Алгии. Сейчас же главное — закончить необходимые дела. Миа говорит, что наш поход по пещерам будет смертельно опасным, отговаривает меня. Как будто это подействует! Кстати, ты тоже не бери в голову.       Однако ж, кто знает. После подобной беседы я и решил письмо написать, хотя уверен, что всё будет хорошо. Так что не будем о грустном.       Из башни Миа прекрасные виды на восток, где из-за деревьев утром встаёт солнце, и на запад, на сад. Делать мне особо нечего, разве что бродить по чудесным коридорам, комнатам и амфитеатрам, или как их там. Много времени провожу в местной библиотеке, книг здесь полно древних, но лишь немногие я могу прочесть. Потихоньку учу язык хиффиров. Он вроде бы мягкий, певучий и пушистый, но в то же время с нотками силы — под стать самим лисам. Кстати, однажды я, когда прогуливался по змеевидному коридору, освещённому розовыми кристаллами, случайно услышал, как Миойи кого-то распекает. Я и не знал, что она умеет ругаться. Впрочем, даже это руганью сложно назвать: несколько резких слов, и подчинённый стрелой вылетел из кабинета с виноватым видом, а это был из тех, кто ходят весьма гордые, какой-то аналог местной знати или начальства, не разберёшь.       Уже не помню, писал или нет, а перечитывать не хочу: примета плохая — ко мне жители замка относятся запредельно хорошо, так что постоянно неловко. Оказалось, им многое интересно; вечерами у камина я рассказывал о своей жизни в Рэа, об Издоле и о тебе, Лахли. И о всех последних событиях. Лисы обещали помочь построить мой дом возле Водопадной. Обещали, что он будет лучше прежнего, и почему-то я им верю. Известия о смерти Вьири их опечалили чуть ли не как меня самого, представляешь? Они хоть и держатся особняком, в том числе и в Неине, но знают цену жизни других. По их книгам я понял, что все древние рода медленно, но неуклонно угасают. Это очень печально.       Дописываю через три дня. Лапа Миа полностью зажила. Мы готовимся в путь. Кристалл, заряженный на порталы, мне дала Яга. В отличие от тех, что мы позаимствовали у Белого, в этом семь зарядов. Да, Яга живёт здесь же пока что, в личных покоях и, кажется, чувствует себя так же неловко, как и я. Так что путь наш должен быть быстрее, чем на лошади или тем более пешком. Первая пещера — тут, в лесах Алонмара, в одной из заброшенных деревень алонмов. Жуткое место, скажу я тебе… Остальные пещеры — в песках Фаина; в Нальфии, возле Малинора; в джунглях; посреди столицы Эрна — Миры (представь себе!); в горах между Алларном и Алгией, по одной и там и там. В той, что в Алгии, мы побываем в последнюю очередь. И хотя шанс встретить тебя в огромной пустой стране минимален, он заставляет моё сердце биться сильнее, чем от мысли про эти дурацкие пещеры. Но не переживай: я понимаю, что всё серьёзно, и буду предельно аккуратен. Миойи стоит тут рядом и, чтобы меня ободрить, говорит, что почти уверена, что мы вернёмся назад.       Буду понемногу прощаться. Очень скучаю. Обнимаю. Письмо пошлю с филином Яги: он тебя помнит, а как он нашёл сам Ягу здесь, в глуши Алонмара, я не знаю.       Привет тебе также от Ворона, от Лона, Яги и, само собой, Миойи. Пока.       Айн».       

* * *

      Искусно замаскированный в траве люк бесшумно открылся, оттуда выпрыгнула серебристая лиса, а следом, пыхтя, вылез мужчина. Их окружил дремучий осенний лес.       — Не знал, что в Наурвилле есть подземный ход, — сказал Айн.       — Разумеется, не знал. Но он есть. Я предпочла уйти по-тихому, без прощаний и напутствий.       — И так понятно, — кивнул друид, — что они переживают. Теперь как? Воспользуемся порталом?       — Зачем? Прогуляемся. Сохраним один заряд на всякий случай. За пару дней дойдём. Я одна добегаю за часа два-три. А тебе бы грифона!       — Не зли меня, лиса!.. Расскажи хоть, пока идём, что мы увидим в этой пещере.       — Не знаю.       — Вот как! Опять шутишь? Ты же сто раз там была.       — Ты забываешь, что я никогда не заходила внутрь. Всё, что мне требовалось — побыть немного рядом.       — Вот бы все проблемы так решались: просто побыть немного рядом.       — Это уже очень многое.       Хмурый день вяло светлел. Вскоре вышли из густого осинника на широкую тропу. Айн удивился:       — Прямо здесь, под боком у лис, человеческая дорога?       — Ага. Там, дальше ещё и перекрёсток. Вокруг несколько охотничьих деревень. Бывает, наши встречают в дебрях людей, когда сами охотятся, но обходят далеко стороной.       С тропы свернули уже к вечеру. Казалось, что в густой кустарник можно лезть с единственной целью — застрять там навеки, но Миа уверенно находила проходы. Правда, для Айна они были узковаты; он то и дело ворчал, продирая за собой рюкзак сквозь колючие ветви. Вдобавок пошёл холодный дождь.       Миа остановилась на крошечной полянке, где едва можно было развернуться вдвоём.       — Лучшая лужайка в округе. Здесь заночуем. Доставай палатку.       Айн покосился на неё, но удержался от комментариев.       В конце концов худо-бедно места для палатки хватило. Но выходить приходилось прямо в колючки.       — Пойдёт, — махнул рукой Айн. — Костёр всё равно не развести.       Дождь снаружи лил всё сильней. Айн на одеяле продрог и жался к мягкой шерсти Миойи. Лиса положила ему голову на шею и зевнула, щекоча усами.       — В твоей башне, пожалуй, теплее.       — Как бы нам не стало слишком жарко в одной из пещер, — задумчиво ответила Миа. — Как-никак, нас всего двое.       — Почему мы не позвали кого-нибудь ещё? — запоздало спросил Айн. — Лона, Ягу?       — Не нужно. Это касается только нас, хиффиров. В самый неподходящий момент дух Пещеры может спрятаться, если завалиться к нему толпой.       — Я тогда тут каким местом?       — Ты же свой, Райн.       — Думаешь?       — А ты сам — иногда думаешь? Как считаешь, много ли кто может похвастать тем, что лежит в обнимку с королевой серебристых лис?       — Например, Лахли.       Миа хихикнула.       — Я вас почти не разделяю, — не слишком понятно объяснила она и добавила ещё загадочней: — Вот только подземелье для неё губительно.       Айн хотел уточнить, но Миойи рядом хорошенько потянулась, серебристую лапу уткнула ему в рот и закрыла глаза. Айн укусил её за лапу и вскоре сам умиротворённо задремал. Но тут он вспомнил своё обещание Лахли быть ответственным. Нужно приготовить заклинания! Так лениво. Может, завтра? Нет, сейчас. Что понадобится, какие опасности бывают в пещерах? Например, внезапная яма. Тут он ничем не поможет: заклятие полёта ему доступно только в зелье. Камень, упавший на голову? Магический щит у него так себе, но лучше, чем ничего. Пусть будет. Дождь из сосулек? Вот это уже серьёзней. Пригодится для нападения, мало ли что. Призвать вино? Хм, стоит ли тратить на это место в голове… Ай, пусть будет. Теперь — спать.       

* * *

      В поселении алонмов было неожиданно ясное небо, хоть и еле видное за высоченными чёрными деревьями и вечнозелёными дубами. Однако мрачное настроение нахлынуло на Айна куда сильнее, чем в унылом голом лесу под моросящим дождём.       — Ты чего? — сказала Миа. — Не первый же раз.       — Здесь кто-то есть, — прошептал друид.       — Перестань. Алонмы покинули эту деревеньку уже как сотню лет.       На всякий случай лиса поводила носом и покачала головой.       — Пойдём. Тут совсем близко.       Друзья пошли вдоль рядов гладких прямых стволов, образующих стены жилищ алонмов. Вскоре друид почти потерял ориентацию, но чувствовал впереди опасность и тревожился всё больше. Миа уверенно вела его по ирреальному лабиринту, подавляющему размахом и глухой тишиной.       Вдруг лиса остановилась. Она бережно сняла венок и улыбнулась Айну.       — Я пока надену корону.       Миойи достала из воздуха чёрную руну на цепочке, повесила на шею; достала фиолетовую корону, и Айн очередной раз непроизвольно ахнул: даже в своём замке Миа не выглядела так величественно. Странно, но она теперь смотрелась почти своей в этом негостеприимном краю. Друид вздохнул и почувствовал себя уверенней. Лиса же вздрогнула.       — Знаешь, — сказала она, — ты прав. Там действительно кто-то есть. Будь готов!       Айн сжал зубы и шагнул за ней сквозь великое чёрное дерево.       Друид оказался в просторном доме алонма с высоченной крышей из листвы, увидел грубую массивную кровать, шкаф, стол… и чёрную лохматую фигуру в углу, призрачный комок ночи. Монстр шевельнулся, и Айн убедился, что это родственник хирама: с хвостом, когтистыми пальцами и крыльями, только древнее, спокойнее, собраннее; аура угрозы вокруг него была не в пример мощнее.       Миойи села возле ноги Айна.       — Привет, — сказала она. — Тебе чего здесь надо?       Айн посчитал вопрос крайне наглым. Монстр не шевельнулся.       — Нам нужно в шкаф. Пустишь?       — Нет, — ответил алонм неожиданно мягким, обволакивающим голосом.       — Почему?       — Пещера закрыта. Уходите.       — Боюсь, не сможем так просто.       — За осень двое глупых лисиц сгинуло там, хиффира. Третью я не пустил. Вас тоже не пущу.       — Мы за тем и пришли, — спокойно объяснила Миа, — чтобы избавить эту дыру от проклятия.       Алонм не спеша выпрямился и взглянул на Миойи огненными глазами. Айна чуть не парализовало, хотя его алонм словно не замечал. Миа сидела непринуждённо.       — Сказок я тоже могу поведать много, — сказал алонм. — Уходите. Или, чтобы вас не поглотила тьма, я вас убью.       Миа встала и шагнула вперёд. У Айна запульсировало в висках. Среагировал он вовремя: послал мысленную команду, как раз когда страж молниеносно расправил огромные крылья.       Айн временно лишил его магии и содрогнулся, ощутив непомерную силу заклятия, что чуть было не обрушилось на них. Алонм нисколько не смутился и кинулся на Миойи. Айн отскочил назад с бьющимся сердцем.       В серебристо-чёрном клубке несколько секунд ничего нельзя было разглядеть. Потом крылья сомкнулись и скрыли Миойи. Не успел Айн настроиться на собственное заклинание, как алонм отполз вбок. Миойи лежала на траве, к её горлу был приставлен чёрный коготь.       — Удивила, — проговорил алонм. — Не зря носишь эту стекляшку. Ты что, королева?       Айн выдохнул и с досадой подумал, что соображают алонмы так же туго, как хирамы.       — Ага, — ответила Миа. — А ты хам!       Страж убрал руку с горла и помог ей подняться.       — Вы не похожи на безумцев, — решил он. — Проходите. В следующий раз стучитесь. Я могу рефлекторно напасть с порога.       — Благодарим.       Миойи с трудом открыла огромный шкаф и прыгнула внутрь. Айн поспешил следом — и полетел кувырком во тьме под откос. Он приземлился на лису, сбив её с ног.       — Опять уронили, — проворчала Миа.       Айн торопливо помог ей встать и зажёг кристалл, который держал наготове. Округлый туннель уходил вдаль и вниз, а сзади высоко виднелся свет, но тут же погас: видимо, страж закрыл шкаф.       — Обратно пожалуй что и не заберёмся, — заметила лиса.       Айн развёл руками.       — Пойдём тогда вперёд.       Воздух в пещере был чем ниже, тем холоднее и суше. Пол всё наклонялся, под конец Айн стал опасаться, что вновь полетит кубарем; однако же спуск неожиданно кончился, и впереди открылась большая пещера.       Кристалл освещал лишь несколько метров возле входа. Айн поднял его выше и добавил сил. У дальней стены показались два красных глаза и полупрозрачный силуэт гуманоида.       — Призрак, — хмыкнул Айн. — Только и всего?       Миойи смотрела в пол.       — Этот не так прост, — сказала она. — Он безмолвно приказывает мне взглянуть ему в глаза, а моя руна подсказывает, что это смертельно.       — Понял.       Айн призвал образ зеленеющего Рэа и направил его в призрака. Тот быстро растаял.       — Всё, — сказал друид. — Какая там следующая пещера?       Миа удивлённо выпрямилась — и обняла его.       — Вот видишь! — промурлыкала она ему на ухо. — Что бы я без тебя делала!.. Следующая, как и планировали, на севере Фаина. Доставай Ягин аметист.       — Кстати, порталы же всегда сильно отсвечивают. Этот тоже будет?       — Конечно. Но можно предположить, что всем пока не до нас. Разве что примут за вражеских лазутчиков… Сейчас перейдём — и узнаем.       Миойи сосредоточилась на песчаных дюнах возле скал. Айн прижался к её лбу своим и ясно увидел образ. Он сделал аметистом сложный жест, подсказанный Ягой. В воздухе вспыхнула фиолетовая искра и стала постепенно увеличиваться в овал.       — Часа два нужно, — произнёс Айн. — По бутерброду, может?..       

* * *

      — Я прыгну первая, — сказала Миа. — Ты сосчитай до ста, прежде чем идти, хорошо?       Не дожидаясь ответа, серебристая лиса исчезла в портале. Айн отсчитал, как она просила, шагнул следом и зажмурился от яркого солнца.       Вокруг Миа лежали стрелы. Чуть поодаль виднелись растерянные лучники.       — Хорошо, что ты не попал на тёплый приём, — сказала Миойи. — Мы уже с ними всё обсудили. И сошлись на том, что они разойдутся тотчас же. Ведь так?       Стражи суеверно опустили луки и попятились. Вскоре на горизонте не осталось никого.       — Проследят, разумеется, куда мы пойдём, — предположила Миа. — Но после пусть делают с этой пещерой что хотят. Лишь бы нам не помешали.       Айн удовлетворённо вздохнул, когда скрылся от палящего солнца в прохладном гроте. Миойи же настороженно прижала уши. Подождали, пока глаза привыкнут к полумраку кристалла, и двинулись вглубь.       Широкий ход плавно понижался. Вскоре друзья вышли к развилке: от главного коридора отделялись два боковых.       — Какая из дорог тебе больше нравится? — поинтересовалась Миа.       Айн почесал макушку. Хотел ответить, но тут лиса резко развернулась.       Перед ними стоял маленький человечек, сущий гном с длинным носом и фиолетовой бородой. На нём была шапка-ушанка и плащ до земли.       — Привет! — воскликнул гном, скалясь в улыбке. — Наконец я вас дождался. Вы пришли избавить эту пещеру от проклятия, да? Твой приход, королева лис, был давно предсказан.       Миа промолчала. Айн пробормотал приветствие и стал перебирать в уме заклятия.       — Пойдёмте скорей, нам туда, — гном махнул ручкой в левый коридор.       Друид и хиффира переглянулись; лиса чуть заметно изогнула бровь. Они последовали за провожатым.       — Хорошая погода, правда? — оживлённо вскрикнул гном. — Там, дальше ещё свежее: растёт пряная трава. Она здорово подстёгивает аппетит. Кстати, пирожок не хотите?       Айн покачал головой; Миойи не отозвалась.       — Хорошо выглядите! Могучий воин и прекрасная лиса. Жаль, мне природа выделила лишь хлипкое тельце. Но и от меня будет толк, вот увидишь. Ты друид, верно?       — Да.       — Хочешь пирожок?       — Нет, спасибо.       — Пойдёмте дальше! А вот как раз и новая развилка. Нам в этот, самый узкий и мрачный туннель. Что поделаешь! Самому страшновато. А давайте споём бодрящую песню!       Ему никто не ответил.       — Ладно, вы правы, — чуть тише продолжил гном. — Так ещё чудище нас услышит слишком рано! Тогда пиши пропало. Давайте лучше знакомиться. Меня зовут Хвинстрём. А вас?.. Ну же, друид! Тебе жалко, что ли, имя назвать?       — Айн.       — Ура! Айн и Хвинстрём. И молчаливая лиса. Может, по пирожку за знакомство?       — Нет! Уже ответили. Мы не голодны.       — Ладно. Путь длинный; когда захотите, скажите.       Постепенно, но неумолимо холодало. Каменные неровные стены покрылись сперва инеем, потом льдом. Чуть дальше Айн понял, что лёд голубовато светится. Вскоре он убрал кристалл за ненадобностью.       Под ногами что-то зашуршало. Айн пригляделся и увидел траву, сперва чуть заметную, но вскоре длинные блеклые стебельки заполнили весь проход. Запахло мятой. Травинки наклонились в сторону Миойи, как будто она их магнитила.       — Осторожней, они ядовитые.       «Врёт», — подумал Айн.       — Есть у меня средство от отравы, — добавил гном. — Я уже предлагал, не буду больше навязываться. Вам покажется странным, но пирожки отлично помогают от ядов.       «Само собой», — хмыкнул про себя Айн.       — А вообще, друзья, вы знаете, неплохо было бы вывести новых существ, иммунных к ядам, к параличу. Умных, добрых и мирных. Не думали над этим?       — Как это?       — Простой селекцией. Нужно лишь, чтобы потомство давали лучшие особи. Немножко магии, какие-нибудь сто лет — и вуаля. Сверхгномы, сверхчеловеки и сверхлисы готовы.       — Интересная мысль, — сказал друид.       — Отвратительная мысль, — подала голос Миа. — Это заезженная тема. Привлекательна она ровно до той минуты, как «селекторы» придут к тебе домой.       — Она разговаривает! — восторженно воскликнул гном. — Вот это да! Ещё наверняка понимает нас, правда? Лиса, давай я поделюсь пирожком!       — Ешь сам.       — Ладно, но ты всё равно подумай, пока идём. То, что я предлагаю, реально. У меня есть ключи, а ты можешь сыграть одну из главных ролей. Ведь это нужно именно тебе. Теперь, когда Белого больше нет, в мире настанет хаос.       — Леди Хаоса тоже больше нет.       — А хаос в головах жителей есть.       — Гном, отстань.       — Как скажешь, — обиженно отозвался Хвинстрём. — Могла бы и по имени назвать.       — Отстань, Хвинстрём.       — Так гораздо лучше! А мы почти на месте.       Странные заросли остались позади. Путники вышли в широкую ледяную пещеру. Ледяные сталагмиты грозили проткнуть оступившегося зеваку, с ледяного потолка свисали огромные сосульки. Посреди пещеры стоял ледяной алтарь, возле него — три деревянных стульчика.       — Наконец-то дошли, — потёр руки гном. — Присядем, перекусим!       — Это тупик? — разочарованно произнёс Айн.       — Конечно! Держи. — Гном достал из-за пазухи аппетитно пахнущий пирожок.       — К чёрту твои пироги!       — Друид, — медленно произнёс гном изменившимся голосом. — Ты очень хочешь этот пирожок.       — Засунь его себе в…       Гном выхватил из-за пазухи пистолет и направил на Айна.       — Что это? — удивился друид. — Неважно. Его засунь туда же.       Хвинстрём выстрелил чуть выше головы Айна. От грохота заложило уши. Пещера отозвалась гулом. Айн попятился.       — Лиса, — повернулся к ней гном со скверной улыбкой. — Давай хоть ты съешь пирожок. Или я пристрелю твоего друида.       — Мой друид тебе уже ответил.       Лицо гнома исказила гримаса. Он направил пистолет Айну в глаз и нажал на спусковой крючок.       Ничего не произошло. Миойи подняла лапу и вонзила коготь в сердце Хвинстрёма; шапка слетела с его фиолетовых волос.       — Тебе же ответили, — произнесла лиса, глядя в злые глаза. — Мы не хотим пирожок.       Она отдёрнула лапу и швырнула гнома на ближайший сталагмит. Айн отвернулся и вдруг вскрикнул.       — Скорей, скорей, Миа, сюда! в этот угол!       — Что такое…       Айн потащил Миойи за собой к наиболее гладкой стене и прижал к себе.       Вскоре дошло и до неё. Пещера загудела на порядок сильнее, сверху стали падать и разбиваться сосульки. А потом повалились целые глыбы льда.       Через полминуты грозный шум стих; пещера с чёрным алтарём полностью разрушилась.       

* * *

      Айн был друидом. Вероятно, не самым опытным, сильным и усердным, но способным. Больше всего он любил леса, но и стихии земли был не чужд, ведь в своём краю постоянно гулял по превосходным горам и скалам. Он не очень хорошо, но всё же чувствовал землю и камень. И куда лучше умел манипулировать льдом. Было ли это важно? Вполне возможно; он накрыл себя и Миойи заклинанием защиты. Получилось весьма скверно: со всех сторон в полуметре лису и друида окружали ледяные глыбы. Никакого намёка на выход не было.       Миойи вцепилась в Айна и дрожала. Айн с удивлением и не без самодовольства понял, что и у королевы хиффиров есть свои страхи. Он погладил её по голове и поцеловал в лоб. Собственный ужас отступил, рассеялся.       — Всё хорошо, дорогая Миа. Может, немного вина? Потом пойдём дальше.       — Какое… вино. Ты что, нас замуровало здесь навеки!       — У нас ещё остались порталы.       — Ах да.       Айн полез в карман за аметистом. С четверть минуты он не мог его найти и уже начал беспокоиться. Нахмурился и наконец нащупал кристалл. Инициировал портал; для этого им пришлось прижаться к краю. Миойи опасливо покосилась наверх.       — Всё хорошо, Миа. Давай чуток перекусим, в самом деле.       — Ага. Райн…       — Что?       — Ты храбрый.       Айн хотел ответить, но осёкся и покачал головой. Он налил себе и Миойи вина, и они стали ждать, когда портал окрепнет.       — Хорошо, что ты так вовремя вспомнил, — вдруг сказала Миа.       — О чём?       — Что умеешь обезвреживать порох.       — Чёрт! А ведь правда. Мне тогда удалось отключить эти взрывающиеся ловушки в Фаине. Думаешь, в этой стреляющей палке тоже порох? Вообще, логично.       — Что?! То есть ты ничего не делал, когда он в тебя стрелял? Положился на случайную осечку?       — Ладно, не волнуйся. Я пошутил.       — Сейчас рассержусь!       — Лучше скажи, откуда у этого гнома оружие Древних. И как он тут жил один. Ведь это не призрак.       — Не такой явный призрак, — подтвердила Миа. — Хуже.       Айн призадумался.       

* * *

      Друид с любопытством рассматривал идеально подстриженные кустарники и симметричные клумбы цветов на округлом газоне. Поодаль ровными рядами росли деревца с шарообразными кронами бордовых листьев.       — Как тебе? — спросила Миа. — Скоро зима, а здесь всё благоухает.       — Красиво. Но мой сад мне нравится… то есть нравился больше. В Малиноре слишком всё аккуратно. Больше по душе предоставлять растениям полную свободу, чтобы росли, как хотят; я следил только, чтоб не мешали друг другу. Дико и не так изящно, да, но как-то естественней.       — Покажешь потом, когда вырастет снова. Не вздыхай! С Лахли дело пойдёт куда быстрее. Если Алгия не заморит её до смерти. А нам сюда.       Миа сбежала со склона холма и остановилась возле зарешёченного чёрного окна, еле видного на фоне густой травы. Рядом с ним была табличка: «Пещера крайне опасна, держитесь подальше! Решётку не трогать! Увижу хулиганов — голову оторву!»       — Кто бы мог быть этими хулиганами, — сказала Миа. — Впрочем, знаю, кто. Боюсь, они и так расстались со своими головами…       Она перерезала когтем проволоку, которой крепилась решётка, и с силой выдернула её. Друзья вступили в прохладную темноту.       Узкий туннель вскоре разделился на три одинаковых. На этот раз позади не возникло никакого гнома. Изредка раздавалось эхо далёких капель. Посовещавшись, решили идти по правилу правой руки.       Вскоре друид и лиса полностью потеряли ориентацию в лабиринте извилистых переплетающихся коридоров. Понимали только, что то и дело проходят там, где уже были. Побродив ещё час, решили вернуться. Миа повела назад, но на очередном перекрёстке остановилась.       — Я не знаю, откуда мы пришли! Наш след и так был слабый, а теперь исчез.       — Так можно всю жизнь бродить. Вернёмся по кристаллу.       Так и сделали, и вновь оказались у цветущего холма.       Стояла звёздная ночь. Айн и Миа изрядно утомились и решили отдохнуть до утра. Айн поставил палатку возле таблички, обещавшей оторвать головы тем, кто сорвёт решётку.       На склоне спать было необычно, но удобно. Только к утру друид скатился к самому выходу, а Миойи лежала на нём сверху.       — Что дальше, Миа?       — Выбора нет. Попробуем ещё раз.       Возле первой развилки долго стояли в нерешительности.       — Опять будем петлять? — сказала Миа. — На этот раз по правилу левой руки?       — Давай просто пойдём прямо.       — А давай.       На каждом перекрёстке они стали выбирать средний путь. Всё шло хорошо до тех пор, пока не остановились перед двумя одинаковыми тоннелями.       — И где здесь «прямо»? Направо или налево?       Айн осмотрелся внимательней.       — Гляди! — сказал он. — Наверху посередине дыра. И по этой стене, кажется, можно залезть.       — Ты-то сможешь, — засомневалась лиса. — А у меня пальцы не такие ловкие.       — Я взял верёвку на всякий случай.       Айн полез первым. Кряхтя, он благополучно вскарабкался на два метра и исчез за поворотом. Потом высунулся обратно, довольный и готовый помочь. Миа попробовала лапой камни и легко взбежала наверх.       — Получилось! Я не думала, что мои когти смогут зацепиться за этот твёрдый гранит.       Айн убрал верёвку с лёгкой досадой. Он не стал говорить лисе, что это не гранит, а разновидность базальта, гораздо более прочная.       Дальше туннель вёл прямо и больше не ветвился. Ровные стены наводили на мысль, что проход этот выкопали специально. Вскоре вышли в квадратную комнату, на стенах которой светились синие кристаллы. Посередине на пьедестале стояла статуя Веллы в натуральную величину. Возле неё лежали кости и черепа, напоминающие лисьи.       Миойи содрогнулась. Айн почувствовал присутствие сильного заклятия. Почти рефлекторно он заглушил магию этого места. Глаза статуи тут же зажглись синим.       «Как ты смеешь!» — раздалось у Миойи и Айна в головах так неожиданно, что друид подпрыгнул.       — Ты и сейчас меня преследуешь? — воскликнула Миа. — В этой пещере плохие существа остаются без голов. Видимо, табличку нарисовали про тебя.       Миойи медленно подошла к каменной Велле.       «Подожди, не спеши! — мысленно сказала статуя. — Выслушай щедрое предложение».       — Не интересно.       «И всё же. Друид правильно догадался, что тебе нужно идти прямо, прямо к своей цели. Служить истинной богине тьмы! У тебя будет неограниченная сила, бессмертие, все падут ниц в ужасе перед тобой. Представь!»       Айн затаил дыхание. Миойи вздохнула.       — Не интересно, — повторила она и молниеносным ударом серебристой лапы смахнула голову статуе.       Айн зажмурился. Внешне ничего не произошло, но он почувствовал, что незримая сила покинула комнату.       Миойи широко и чуть нервно зевнула.       — Где там твоё вино, — сказала она. — Сейчас нам не помешает.       Пока ждали раскрытия портала, Айн не сводил взгляда с лисы.       — Знаешь, — сказал он. — Тебя избавили от одержимости Хаосом там, в замке короля. Такое значимое событие. Но ты почти такая же, как прежде, словно ничего не изменилось. Только как будто чуть веселей стала, легче, больше улыбаешься и меньше грустишь.       — Силы, что дремлют внутри, — медленно ответила Миа, — это другое измерение. Их не видно обычным взглядом. Хорошие маги могут разглядеть, да. И Яга, и Алгия заметили сразу же. Но ты же видишь, что мне стало легче, а это совсем не пустяки.       — Ты поверила, что эта статуя может дать тебе то, что обещала?       — Вполне. Но мне этого не нужно. Не хочу никому служить, даже какой-то там богине. Вьири была права. И Хаоса я наелась досыта.       

* * *

      Следующая пещера была в джунглях. На этот раз Миойи не смогла точно представить нужное место, и портал привёл их в дремучие заросли. Впрочем, лиса быстро сориентировалась.       — Нам туда, — невесело сказала она. — Роковая пещера притягивает, заблудиться невозможно.       По пути Айн заметил гигантскую сколопендру и ядовитых лягушек, греющихся на камнях. Проводил взглядом огромного мохнатого паука, дерущегося с крысой. Вовремя разглядел змею, слившуюся с листвой, и остановил Миа.       — После Нарилона здешние джунгли — сущие пустяки, — сказал он.       Вышли на старую полузаросшую тропу. Впереди увидели красно-белые пятна. Это оказались останки людей в рваных королевских одеждах.       — Бежали в суете и страхе, — пробормотала Миа. — Не добежали. Не знала, что замок Белого отсюда так близко. Мы почти пришли.       Пещера оказалась широким гротом с низким потолком. Возле стен лежали обломки стульев и, вероятно, кроватей. Чуть поодаль было два полуразрушенных очага. Посредине пещеры стоял, скрестив руки, могучий мужчина в кольчуге, золотой короне и с трезубцем. Он повернулся к Айну и Миа и презрительно улыбнулся.       — Не надоедает? — спросила лиса. — Стоять здесь годами в ожидании жертв?       — Молчи, недостойная. Время умирать!       Король шагнул вперёд и вдруг остановился, заметив руну на груди Миа. Он опустил трезубец.       — Знак Хаоса! Кому ты служишь, несчастная?       — Никому.       — Это ещё хуже! Но есть повод всё изменить. Направить твою силу во благо. Щедро предлагаю тебе власть, о которой Архалин мог только мечтать. Ты не станешь рабом порядка, ведь это будет твой, именно твой порядок. Как тебе нравится. Вдобавок — полноценный дар предвидения.       — Это всё? А цена — подчиниться тебе и тем, кто за тобой стоит? Предать всех, кто мне дорог?       — Единичные жертвы — мелочи на пути к великой цели. Я предлагаю тебе могущество истинного короля. Нельзя от такого отказываться.       Миойи села на землю, приподняла лапу и выпустила голубоватые когти.       — Я уже пообщалась с одним. По счастью, раны удалось залечить, но кость всё ещё ноет по ночам. А ты ответишь за гибель моих хиффиров. Сейчас ты — единичная жертва, мелочь и никому не нужный мусор.       Король покраснел, оскалился и молниеносно направил трезубец на Миа. Лиса прыгнула на него. Она была куда быстрее.       Айн заворожённо смотрел, как кровь вытекает из разорванной шеи короля. Очнулся, когда Миа мягко дотронулась до него лапой.       — Пойдём, Райн. Пока всё идёт хорошо.       

* * *

      Айн вошёл в портал следом за Миа. Они оказались перед воротами столицы Эрна, Миры. Место это на самом виду выбрали специально. Стражники направили на них мечи и луки, но по команде старшего опустили оружие.       — Эти двое из тех, кого должно пропускать без задержки и проявлять максимум уважения. Приказ короля Эрна, Аоста.       Друзья беспрепятственно вошли в город.       — Быстро здесь всё устаканилось, — заметил Айн.       Действительно, словно и не было события, потрясшего всю Дарону. Горожане жили своей жизнью. На улицах мирно поскрипывали повозки; патрульные прохаживались с вальяжным и гордым видом.       — Да, — рассеянно сказала Миойи. — Нам туда, в эту аллею.       Тяжеленный люк, спрятанный среди акаций, открыли с некоторым трудом. Лестница уходила вертикально в темноту.       — Я первый, — сказал Айн. — Вдруг ты сорвёшься! Когти здесь не помогут.       Спускались долго. Айн устал считать ступени. Лестница неожиданно кончилась, и они оказались в огромной пещере с высоким сводом. Повсюду были прямоугольные строения из камня, словно в городе.       Миойи подошла к одному из домов, открыла дверь и прыгнула внутрь. Айн осторожно заглянул следом.       — Дом, — сказал он. — Заброшенный. Без крыши, зато с мебелью. Хотя зачем в пещере крыша!       — Незачем. Разве что как защита от шума. Но здесь давно никого не было. Возможно, это один из проектов Белого. Только почему так тихо?       Миа стёрла лапой пыль с табурета. И вдруг попятилась.       — Что такое? — не понял Айн.       — Ничего. Пойдём отсюда скорей!       Друид послушался, они покинули дом и двинулись дальше по подземной улице. Обернулись, услышав лёгкий стук. За ними, неловко перебирая ножками, шагал табурет.       — Ого! — воскликнула Миойи. — Это понеобычней странных гномов.       Айн растерянно встал, часто моргая, потом поспешил за лисой.       Дальний конец пещеры светился бело-голубоватым, туда Миа и направилась.       Когда проходили мимо зданий, распахивались сами собой двери, и оттуда выходили стулья, табуреты и даже одно кресло. Деревянный отряд не отставал от Миойи.       — Видимо, какие-то способности к оживлению у тебя остались, — предположил Айн.       — Надеюсь, — хмуро сказала Миа, — это пройдёт, когда я избавлюсь от подвески.       — Что им от нас надо? Ты что-нибудь слышала о хищной мебели?       — Только иллюзорной. А эти вполне настоящие.       Подошли к видимому концу пещеры. Свечение стало ярче. Вблизи отыскался поворот, за которым взглядам друида и лисы открылся грот поменьше, в дальней его половине пол отсутствовал и чернела пустота. Возле края пропасти сидел ослепительно белый дракон. Из ноздрей его вырывался туман.       Айн, готовый выпустить в незримых врагов дождь сосулек, понял, что это будет бесполезно. Дракон медленно повернул к ним голову и уставился чёрными глазами.       — Отлично, — пророкотал дракон совсем тихо, но голос его заполнил всё пространство. — Проходите.       И тут Айн понял, что нужно сделать. Шаг, другой, хорошенько разбежаться — и прыгнуть в чёрную яму, на дне которой скрыты все смыслы и ожидает вечное блаженство. Миойи спохватилась, настигла его и вцепилась в штанину.       — Пусти! Сейчас же отпусти!       Штаны порвались; Айн побежал. Миа догнала его и повалила на каменный пол. Айн с неожиданной силой отшвырнул лису.       Тем временем табуреты, стулья и одно мягкое кресло вдруг ускорились и тоже побежали к пропасти. У самого края резко остановились, повернулись к дракону и набросились на него.       Дракон зашипел так, что заложило уши. Он выдохнул смертоносное ледяное облако, но попал лишь в несколько табуретов, которые стали двигаться чуть медленней. Остальные усердно пинали его с боков. Забрались на спину, вцепились в крылья и начали их рвать. В полминуты от них остались одни лохмотья. Дракон взревел так, что пещера затряслась, и скатился в пропасть, увлекая за собой почти всю мебель.       Айн стоял на самом краю, пытаясь изо всех сил вырваться из хватки Миойи, которая вновь держала его за ногу. На этот раз нога, где штанина была оторвана, побагровела от крови. Когда дракон исчез и стал падать с неясным гулом, друид вдруг очнулся и вскрикнул от боли. Миойи ослабила хватку, но не спешила его отпускать.       — Всё! Всё, Миа! Я пришёл в себя!.. Спасибо.       С глубины пропасти раздался и усилился эхом мощный глухой удар.       Лиса подозрительно взглянула на друида, встала между ним и бездной.       — Отойди.       Айн послушно отступил к центру грота. Миойи подошла к единственному уцелевшему стульчику, который стоял на краю на трёх ножках. Четвёртая была обломана. Лиса уже собралась спихнуть его в пропасть, как вдруг в головах их раздался голос.       — Постой! Выслушай.       — Что ещё? — устало спросила Миа. — Меня уже манили мировым господством, любым на выбор — со стороны добра или зла. Обещали, что я создам счастливых сверхлис. Что может предложить хромой табурет?       — Корона анфейра не утеряна. Ты получишь её. И полноту сил Райела. Ты сможешь предотвращать все беды. Ни от кого не будешь зависеть, не подчинишься ни силам порядка, ни Хаоса. Ты будешь стоять над всеми. Это единственный верный выбор.       — Заманчиво.       — Ты согласна?       — Нет.       Она со всей силы врезала по стулу, тот разлетелся на три части и исчез во тьме.       Айн подошёл к ней, протягивая руки. Миойи тяжело дышала. Она посмотрела на него и грустно улыбнулась.       — Лучше я останусь маленькой лисой. Но с друзьями.       

* * *

      На западе Алларна наступило снежное утро. Айн стучал зубами. Он собрался нырнуть в пещеру, стоило Миа показать вход.       — Погоди, Райн! Взгляни на водопад. Такие встречаются только здесь.       С обширного высокогорного плато полукругом низвергались десятки бурных потоков в далёкую пропасть, дно которой скрывала дымка. Яркая радуга, будто мост, висела над бездной.       — Легко тебе говорить! Ты в шубе. Пойдём, меня сейчас сдует.       Айн первый прошёл сквозь каменную стену и оказался в кромешной темноте.       — Забавно, — сказала Миа. — Иллюзии не только на входе. Они тут везде!       — Я ничего не вижу. Появились странные тени. Голова кружится. Зато тепло!       — Держись мне за спину. Пойдём не спеша.       Зрительный центр Айна словно сошёл с ума. Перед глазами сменяли друг друга калейдоскопы, в разы красочней, чем радуга у водопада. Он пробирался на ощупь, не отпуская мягкой шерсти. То и дело ему казалось, что пол исчезает из-под ног, но лиса шла уверенно, иногда поворачивая.       Вспышка — и Айн увидел перед собой ровный коридор с мраморным полом и факелами на кирпичных стенах.       — Наконец-то нормальная дорога!       — Ага, — сказала Миа. — Прямиком в бездну. Нам налево.       Она свернула в стену между факелами. Айн, пожав плечами, вошёл следом.       Миновали несколько обманчивых проходов. Задержались возле комнаты с мягкими коврами. По словам Миойи, пол в ней был ледяной, утыканный шипами, не уступающими сталагмитам в пещере с гномом. Прошли вдоль пропасти, которой не было. Наконец попали в светлый зал с золотым троном посередине, с красной шерстяной подстилкой, на которой с величественным видом сидел большой хиффир. Он поднялся на ноги. Миойи затаила дыхание.       — Ты видишь то же, что и я? — повернулся к ней друид.       Миа не отвечала. Она не отрываясь смотрела в зелёные глаза хиффира. Тот долго стоял неподвижно.       Лис улыбнулся; Миойи мелко задрожала.       — Поздравляю, — сказал он. — Ты прошла испытание. Не соблазнилась даже короной анфейра. И правда, твоя смотрится на тебе гораздо лучше.       Миа скромно опустила голову.       — Как ты понимаешь, Миойи, тебя избрали. Избрали для высших целей. Нет ничего важнее служение богу солнца, Райу. И первая твоя награда будет — уйдём со мной вместе!       Айн вздрогнул. Полчаса назад у него зуб на зуб не попадал, теперь же пот чуть ли не лился со лба.       Миойи внимательно изучала узор на мраморном полу. И вот она выпрямилась.       — Спасибо, — сказала Миа. — Пожалуй, нет.       Хиффир кивнул, ничуть не смутившись.       — Хорошо. Есть альтернативный вариант. Даже два.       Возникла пауза. Айн отёр лоб.       — Первый, — продолжил лис, — ты приворожишь любого, если понадобится. Сможешь превратить его в хиффира. Второй вариант: сама станешь человеком. Ты слишком долго была одна, Миа. Так какой из двух путей выбираешь? Третий — уйти со мной — остаётся в силе.       Миойи задумалась. Хиффир ждал на троне. Айн потел.       Лиса медленно повернулась к друиду, встала на задние лапы и обняла его, положив голову на плечо. Шепнула на ухо:       — Спасибо за всё, Райн.       — Что… Что ты задумала? — еле выговорил Айн.       Миойи опустилась на землю. Не спеша, будто неохотно, подошла вплотную к хиффиру, который не спускал с неё взгляда.       — Миа, — хрипло выговорил Айн вслед, но она не обернулась.       Фиолетовая корона на голове лисы сверкнула.       — Уходи, — сказала она хиффиру. — Уходи и забирай все свои выборы с собой.       — Что?! — изумился лис и соскочил на пол. — Ты отказываешься? Берегись, — его голос изменился, — предложения Райа нельзя отвергать.       — Я сыта по горло замечаниями о том, что нам нужно, что можно и что нельзя.       — И что теперь? — он встал к Миойи нос к носу. — Убьёшь меня, как остальных? Прикончишь одного из своего народа?       — Говорю же — уходи. Через вот эту заднюю дверь, в которую ты хотел выманить меня.       Лис поднял лапу и угрожающе выпустил когти. Миа не шелохнулась. Айн усилием воли пришёл в себя и шагнул к ней: пора было помочь.       Хиффир опустил лапу, круто развернулся, взмахнув пушистым хвостом, и в два прыжка исчез в дальней стене.       Миа проводила его взглядом, в котором на миг сверкнуло сожаление. Глубоко вздохнула и повернулась от стены к Айну.       — Присядь, пожалуйста, на этот жёлтый табурет, трон, или как его там.       Айн понял, что спорить не время. Он с огромным облегчением развалился в троне. Миойи села рядом и уронила ему голову на колени.       — Я немножко отдохну, — сказала она. — Осталась последняя пещера.       

* * *

      — Итак, — произнёс Айн. — У кристалла один заряд. Можем переместиться к пещере Алгии, чтобы потом неизвестно как вернуться домой. Искать Лахли и саму колдунью-королеву по всей стране, мне кажется, безнадёжно. Или же пойдём сейчас к той пещере пешком, как обычно делала ты. Только я, боюсь, совсем замёрзну по пути.       — Нужно лишь преодолеть узкий перевал, — ответила Миа. — В Алгии гораздо теплее, из-за моря. Ты вроде бы научился перемещаться по лунам? Подождём ночи?       — В Дароне не пробовал. Мне кажется, получится только в Рэа. Но теперь Мышь стала заходить слишком рано. Пока не выйдет.       — Тогда пойдём пешком.       — Ладно, помёрзну.       — Укройся хоть этим ковриком, на котором ты сидел. Он, кажется, тёплый.       Действительно, в красной шерстяной ткани с трона, в которую Айн завернулся как в шаль, было не так холодно. Друид убедился в этом, когда вышел из иллюзорных коридоров, следуя за Миойи, и оказался в горах.       Они быстро спустились по серпантину. На этот раз Айн по достоинству оценил вид на водопады и заскучал по своему, скромному, но такому родному.       — Тут бы полетать на грифоне, — мечтательно сказал друид. Миа отозвалась ворчанием.       Друзья нырнули в узкий перевал на запад, когда солнце уже исчезло за горами. Здесь не было ветра, но грозила новая опасность. Айн шёл, задрав голову на узкую щёлку неба, и гадал, что будет, если плохо закреплённые камни посыпятся вниз. Для этого достаточно было бы дракона или даже гномика с пистолетом. Но в ущелье, соединяющем Алгию и Алларн, стояла тишина, только эхо поначалу доносило неясный гул.       Вышли на западный склон уже глубоко ночью. Ветер дул тёплый и влажный. Айн кое-как разложил палатку на первом сравнительно ровном месте, даже не закрепив колышки; подвинул Миойи, которая успела залезть внутрь и задремать, кое-как накрыл одеялом её и себя и мгновенно уснул.       Утром им открылся вид на чёрную, выжженную равнину. Однако местами вдали пестрели островки зелени.       — Это обнадёживает, — сказала Миа. — Колдунья и наша Лахли не сидят сложа руки.       Вскоре равнина скрылась за скалами. Миойи уверенно вела по петляющей горной тропе. Через два дня, к вечеру, добрались до заветной дыры в склоне. Решили не откладывать до утра и вошли в тёплую влажную пещеру.       Туннель постепенно снижался. Стало сухо и жарко. Появились грубые ступеньки. Боковых коридоров не было.       — Даже скучно, — заметил Айн.       Миа вдруг остановилась и принюхалась.       — Там, дальше облако невидимого газа. Как пройдём? Им явно дышать нельзя.       Айн сел на землю, закрыл глаза и сосредоточился. Подходящее заклинание витало где-то рядом. Свежесть утреннего леса, чистейший воздух казались реальней, чем эта пещера, нужно было лишь облечь чувство в подходящую формулу.       Айн поднялся, постоял немного и широко взмахнул рукой. Сзади подуло влажной прохладой.       Миойи рысью побежала вперёд, Айн постарался не отставать. Вскоре туннель перестал снижаться; ступени некоторое время вели вверх. Потом вновь устремился в горные недра.       Под конец стало так жарко, что Айн всерьёз подумывал раздеться полностью. Неожиданно за очередным поворотом открылся большой светлый грот. Вдоль стен своеобразным бассейном неспешно текла лава. В центре стояло чёрное крылатое существо наподобие дракона, только размером поменьше грифона. Оно повернулось к друзьям и насмешливо оскалилось.       — Давай быстрее, — сказала Миа. — Нам очень жарко. Чего тебе, чёрт?       Айн удивлённо вскинул брови.       — Торопыги, — выговорил чёрт каркающим голосом. — Раз так спешите, прыгайте в лаву.       Айн ощутил чуждую волю, манящую подчиниться чёрту, но на этот раз он полностью владел собой.       — Халтура, — сказала Миа. — Переходи сразу к делу. Либо умрёшь.       — Что бы такого тебе предложить, — прокаркал чёрт. — Может, шоколадку?       — Айн, — Миойи повернулась к друиду. — Давай.       — Погоди-погоди! — монстр поднял чёрное крыло. — Я знаю путь к центру мироздания. Следуй за мной, лиса, и ты увеличишься до космических пределов. Твоё сознание и бытие.       — Раствориться в высшем?       — Можно и так назвать.       — Кажется, ты не шутишь. Нечто такое ощущается здесь в воздухе.       — Так иди за мной.       — Сперва ответь. Если раствориться в высшем, которое есть и без меня, то я-то, я где тогда останусь?       — Тебя не будет. Но тебя и так не будет, когда ты умрёшь. Это высший конец, доступный редким избранным.       Миа покачала головой.       — Вьири была права, — сказала она. — Действуй, Айн.       Над чёртом сгустилась туча. Тот поднял чешуйчатую голову и, по-видимому, стал произносить собственное заклинание. Миа сняла руну с шеи и с силой кинула её чёрту в голову. Тот покачнулся и упал.       …И тут же из тучи на него полился дождь из сосулек.       Раздался вопль, от которого друид и лиса заткнули уши, потом шипение, и всё скрыло серое пыльное облако. Краем глаза Айн успел заметить, как несколько сосулек попали в лаву и смертоносные брызги объяли часть пещеры. Друзья бросились обратно в туннель.       Через минуту шум стих, лишь мерно гудела лава.       Вернулись по ступеням выше, где жара была терпимей, и опустились возле стены. Айн призвал последний портал, и аметист раскрошился в песок.       Миойи глубоко, с облегчением вздохнула, посмотрела на Айна и рассмеялась. Тот улыбнулся, сперва криво, потом до ушей.       Сиреневый портал в пещере чертей разгорался. Друид и серебристая лиса не сводили друг с друга взгляда и хохотали так, что долго ещё болели животы.