Прощание (3)

У Питера звонит телефон, и он открывает глаза. На часах 5:45 утра, и парень сидит за столом, положив голову на руки, не спав всю ночь из-за учёбы. Он сонно отодвигает свои записи по химии, потирает лицо рукой, и наощупь ищет телефон. Когда рука обхватывает телефон, Паркер видит размытое имя, начинающееся на букву Н, и вздыхает. Он подносит мобильник к уху, зевает и стонет: — Нед, мне нужны три часа. Я всю ночь готовился к этому дурацкому тесту… — Я могу перезвонить позже, Питер. Я не хотела тебя будить. Просто хотела поговорить с тобой, пока ты не ушёл в школу, и я знала, что ты уходишь рано. Питер выпрямляется, мгновенно просыпаясь. Он нахмурился. — Нат? С другой стороны трубки раздаётся тихий смешок: — Что, ты уже забыл, как звучит мой голос? Питер смущённо опускает глаза, прислоняется к столу и проводит рукой по своим кудрям: — Нет, нет, конечно нет, я просто… я не ожидал, что ты позвонишь. Я думал… — Что нам строго запретили с тобой видеться? — Паркер практически слышит, как Наташа ухмыляется через телефон, и не может сдержать улыбку. Питер мнётся и медленно кивает. — Ну… да. — Тогда хорошо, что я не вижу тебя, я просто звоню по телефону. У нас у всех ещё есть твой номер, парень, и мы планируем им пользоваться. Можешь ожидать, что мы будем звонить тебе время от времени. Мы все по-прежнему беспокоимся за тебя и по-прежнему заботимся о тебе. — Вот почему вы все соглашаетесь с этой чепухой? — ворчит подросток. — Да, — твёрдо отвечает Нат. — Слушай, я всего лишь посредник, так что не нападай на посланника. Как у тебя дела? — Лучше, — подозрительно признаётся Питер. — Нат, я… — Эй. Дай мне объяснить мою точку зрения. Пять минут? Парень смотрит на часы, хватает бутылку с водой, в которую он незаметно перелил кофе, и делает большой глоток. — Пять минут, — говорит он. — Мы не согласны с этим. Никто из нас. Даже Тони. — ХА! Я бы хотел возразить, — резко отвечает Питер. Нат прерывает его: — Ты обещал мне пять минут. — Подросток вздыхает и замолкает, позволяя ей продолжить. — Мы все в одной лодке, Питер. Мы хотим, чтобы ты был в безопасности. Проблема в том, как реализовать этот план. Ты можешь злиться на нас сколько угодно, но для этого и нужна семья. Она должна тебя злить. Мы все хотим защитить тебя, и нравится тебе это или нет, ты ещё молод. И каждый из нас видит в тебе себя. Мы вторгаемся в твоё детство, потому что хотим, чтобы у тебя оно было. Мы не хотим, чтобы ты повторял наши ошибки. — Но ты хоть думала о том, чего хочу я? Что, может, я хочу именно этого? Этой жизни? — Питер тихо рычит, сжимая руку в кулак на столе. — Нет, — произносит Нат, и Паркер хмурится. — Нет, не задумывались, потому что я думаю, что твои желания были сильно подвержены нашему влиянию, а это несправедливо по отношению к тебе. Питер, ты не можешь честно сказать, что проходит день, когда ты ни разу не желаешь быть нормальным. Ты даже говорил со мной об этом. Футбол. Ты хочешь играть, но знаешь, что не должен. Или тот парень, который ведёт себя с тобой как придурок в школе. Разве ты не хочешь ему ответить? Питер молчит. Он прижимает ладонь к виску и глубоко вздыхает. — Возможно, ладно? Иногда я хочу быть нормальным. Подай на меня в суд. — Питер, я просто пытаюсь объяснить нашу точку зрения… Подросток проводит рукой по своим кудрям, дёргая за волосы, прежде чем вздохнуть. — Да, я знаю. Ты справляешься лучше, чем Тони. — Это хороший переход к моему следующему пункту. Тони. Ты же знаешь, что он заботится о тебе, правда? Питер фыркает, но затем наступает напряженная тишина. Он бормочет: — Конечно. — Я знаю, что означает это слово. Я понимаю, ты злишься. Я бы на твоём месте тоже злилась. Вы, наверное, сказали друг другу вещи, которые не имели в виду, и теперь слишком упрямы, чтобы признать это. Вы ругаетесь профессионально и используете все свои навыки в этой адской ссоре. Но ты должен понять одну вещь. Когда мы вернулись на днях и нашли Тони, он не спал, не ел, снова пил и был совершенно разбит, Питер. Но он был так упрям и полон решимости довести это до конца, потому что это обеспечит тебе безопасность. Это его единственная цель. Ты для него как сын. Глаза Питера наполняются слезами, он задерживает дыхание, держа телефон дрожащими руками, на случай, если небольшой выдох будет слышен. — Вы оба готовы пожертвовать всем ради друг друга, умереть друг за друга. Это и хорошо, и плохо одновременно. Ты достаточно умён, чтобы понимать, что это делает тебя мишенью для людей, которые хотят добраться до Тони. А людей, которые хотят добраться до Тони, много. У него талант злить людей. Питер слабо улыбается. Затем Нат продолжает, и её усмешка исчезает из голоса: — Но дело в том, что Тони не способен… отстраниться от тебя. Если он закроет на это глаза, он будет мучиться до смерти. Если он будет притворяться, что ты просто стажёр, это съест его заживо. Если он не проверит, в порядке ли ты после патрулирования, он будет думать, что с единственным человеком, без которого он не может жить, случилось что-то плохое. — На самом деле, я думаю, он вполне может жить без меня, — резко отвечает парень. — Я думаю, ты неправильно используешь определение «жить без». Твоя смерть — это совсем другое, Питер. Подросток смотрит на свои ноги и медленно кивает: — Я знаю. — Тони не сможет жить с собой, если ты снова пострадаешь из-за него. Но вам обоим будет ещё больнее, если вы попытаетесь забыть все, что произошло, и будете строго придерживаться отношений наставника и ученика. — Значит, он идет ва-банк, — тихо говорит Питер, осознавая ситуацию. — Потому что он не может поступить иначе. — Так ты думаешь, что он поступает правильно? — спрашивает Паркер. — Нет. Я не знаю, что делать в этой ситуации, честно говоря, я не знаю ответа на этот вопрос, Питер. Я просто пытаюсь убедиться, что ты понимаешь, почему Тони так поступает. Если ты исчезнешь из его жизни, может быть, вы оба сможете… приспособиться. Но каждый раз, когда он смотрит на тебя сейчас, он видит ребенка, которого должен был защищать, ребенка, которого любит как сына, который был ранен ножом в живот ради него, которого он украл из его жизни и который готов умереть за него. Мало что пугает Тони, но это — да. Поэтому этот глупый, упрямый ублюдок отталкивает тебя. Потому что он любит тебя. Питер глубоко вздыхает: — Ну, я думаю, я такой же глупый и упрямый, как и он. Потому что я не собираюсь извиняться за то, что взял тот планер, и я не собираюсь исправлять ситуацию. Он должен проявить инициативу. — Питер, он скорее умрёт, чем скажет тебе, что готов рисковать своей жизнью ради тебя. — Это не то, что… — В глубине души ты знаешь, что для него это именно так. Питер почти соглашается с этим. Затем он качает головой, его глаза горят. Его голос тверже, чем он думает: — Нет. Наташа вздыхает: — Вы двое так похожи, что это пугает. Питер кивает, потирая нос. В тот момент он принял решение. Тони был прав. Они не могли пойти на компромисс. Всё или ничего, и Питер собирался выбрать правильный путь. Это был более болезненный путь, но он помог бы Тони двигаться дальше, и Питер догадался, что это именно то, чего тот хотел. Паркер не желает, чтобы Тони страдал, и если для этого нужно уйти из его жизни, то Питер сделает и это. Подросток опускает глаза и слегка улыбается: — Да… Пожалуй, да. Береги себя, Нат. И передай команде… что-нибудь от меня. — Питер… Он вешает трубку, встаёт, подходит к краю шкафа, наклоняется, чтобы надеть маску, и моргает, сдерживая слезы: — Карен? — Его голос дрожит, — Удали и заблокируй всех Мстителей из моего телефона, ладно? И всё, что связано со Stark Industries. — Ты уверен, Питер? Ты не сможешь отменить это действие. Питер медлит. Затем он облизывает губы, кивает и, прочищая горло, отвечает: — Да. Да, всё. GPS, всё. И сделай мне одолжение… ты можешь… тоже забыть об этом? Его телефон снова звонит из другой комнаты, и Паркер с тоской поворачивается, чтобы посмотреть на него. Он видит, как маленькая линия доходит до конца дисплея, и на экране мигает зелёное оповещение ЗАВЕРШЕНО. Через секунду телефон отключается, и что-то внутри Питера ломается. Он на секунду не может дышать, его легкие сжимаются, в горле появляется комок, сдерживающий нарастающий рыдание. — Готово. Все записи удалены. Удаляю это действие и из моей центральной базы данных. — С-спасибо, — бормочет парень, снова моргая и нащупывая нижнюю часть маски, прежде чем Карен догадается. Но уже слишком поздно. — Питер, твои показатели… — Я знаю, какие они, Карен, — резко отвечает парень, срывая маску и бросая её на пол. Может быть, он и Тони были слишком похожи. Потому что он не собирался вести себя так, как будто они не прошли через всё вместе. Он собирался сжечь всё и начать сначала, потому что это был единственный способ, который он знал, чтобы двигаться дальше. Питер подходит к своему столу и видит фотографию, где Тони вместе с ним стоит в костюме, прикреплённую к доске. Подросток срывает её и подумывает выбросить в мусорное ведро, но вместо этого смотрит на нее с гневом и засовывает глубоко в ящик стола. Затем он глубоко вздыхает, сжимает края стола побелевшими от напряжения костяшками пальцев и пытается дышать ровно. Потом Питер хватает все свои записи по химии и начинает их сортировать, позволяя себе пролить всего одну слезу. Как только она падает ему на колени, подросток яростно вытирает щеку тыльной стороной ладони и сжимает челюсти. Затем Питер проводит следующие несколько минут, пытаясь изобразить улыбку. Он всё ещё пытается притворяться в школьном коридоре, и на этот раз ему приходится постараться больше, потому что Нед по какой-то причине более разговорчив, чем обычно. — Чувак, я учился всю ночь, и все равно не думаю, что готов, — смеётся Нед. — Я имею в виду, да ладно, это же химия! И это мистер Росс! В этом классе буквально невозможно получить выше четверки. И это если ты будешь работать как проклятый. Я слышал, что он снял баллы, потому что чьё-то имя не было написано прямо вверху листа. — Правда? — спрашивает Паркер, улыбаясь через силу. Он затягивает ремни рюкзака. — Да, — восклицает Нед, когда они проталкиваются сквозь толпу школьников, чтобы подняться по ступенькам. Затем его друг хлопает его по плечу. — Ладно, чувак, большая новость. Я хотел подождать до завтра, чтобы рассказать тебе, но не могу. Питер смотрит на него: — Что? Глаза Неда сияют, и он шепчет: — LEGO «Тысячелетний сокол». — Не может быть! — Питер слабо улыбается, пытаясь придать больше энтузиазма своему безжизненному голосу: — Ты серьезно? Это же круто! Сколько деталей? — 8445, — гордо отвечает друг. — Безумие, — подросток качает головой, протягивая руку, чтобы обменяться рукопожатием с Недом. Они проходят по коридору с шкафчиками, держась правой стороны: — Так ты хочешь прийти сегодня вечером, чтобы мы могли это построить? — спрашивает Нед. — Или я могу зайти к тебе. Скорее всего, к тебе, потому что мама говорит, что наш дом похож на развалину. Или, постой, чёрт, у тебя сегодня стажировка в Старк Индастриз? Питер останавливается, застывая на месте посреди коридора. Горло сдавливает, и он чувствует, как в груди поднимается паника. — Эй, Питер… — Нед тащит его в сторону, когда мимо проходит толпа старшеклассников-спортсменов, и нервно смотрит на Питера: — Чувак, ты в порядке? Паркер приходит в себя, впиваясь ногтями в ладони. — Да, я… э-э… Нед… — Он опускает глаза и понижает голос. — Я просто… потерял стажировку у Старка, ладно? Глаза друга расширяются, и он отводит взгляд: — Что? — О боже, мне так жаль. Ты, наверное, в отчаянии, да, Паркер? Питер резко оборачивается и видит Флэша, стоящего с широкой улыбкой на лице. Его выражение лица изменилось, и парень качает головой: — Оставь меня в покое, Флэш, — он поворачивается, чтобы уйти, но одноклассник хватает его рюкзак и толкает в шкафчик. Питер морщится от громкого хлопка, а Флэш ухмыляется. — Подожди, давай разберёмся, ты потерял стажировку, которой у тебя и не было? — хихикает парень, вызывая смех своих друзей и нескольких наблюдающих за ними людей. — Ты закончил? — рычит Паркер, смотря на него разъярённым взглядом. Флэш поднимает руки, хихикая: — Ребята, смотрите, Паркер немного обижен. Что случилось, Пит? — он выпячил нижнюю губу. — Не называй меня Пит, — жёстко отчеканивает подросток. В ответ Флэш сжимает руку на плече Питера, заставляя его вздрогнуть: — Я могу называть тебя как хочу. А теперь расскажи нам, что случилось. У тебя с большим человеком произошла мелкая ссора? — Заткнись, — кипит Питер, сжимая руки в кулаки. Флэш надавливает на плечо ещё сильнее и шепчет с притворной озабоченностью: — Тони Старк выгнал тебя на улицу? — Я сказал, заткнись! — кричит Питер, ударяя ладонью по руке Флэша, чтобы сбить её с плеча. Он тяжело дышит, в глазах мутнеет. В этот момент звенит звонок, и один из учителей зовёт Флэша с конца коридора. Хулиган злобно смотри на одноклассника, смерив его взглядом с ног до головы: — Тебе повезло, Паркер. Я с тобой еще разберусь. Тебе придется несладко. Он толкает парня в грудь, прежде чем развернуться и пойти в класс. Питер сильно ударяяется о шкафчик и прикусывает губу, чтобы скрыть стон боли, прикладывает руки к ранам, которые забинтовал перед дорогой в школу. — Я тебя понял, бро, — Нед аккуратно подталкивает Питера и ведёт его в класс, который находится всего в одной двери от них, проскальзывая внутрь, прежде чем учитель успевает заметить, что они опоздали: — Это из-за Человека-паука? — Да, я вроде как был в больнице? Мне сегодня вообще не положено быть здесь. Я обещал Мэй, что останусь дома, но я просто не хотел пропустить этот тест, а у неё сегодня дневная смена, так что… — Питер стонет, у него болит спина от того, что его швырнули в шкафчик. — Насколько всё плохо? — Нед полон беспокойства и тревоги, когда помогает другу снять рюкзак и сесть на место. — Ножевое ранение. Двойное. От Зеленого Гоблина, — бормочет подросток. — Чёрт… — ругается Нед, прежде чем встретиться взглядом с другом. Он привык видеть Питера с травмами. Он видел это постоянно, а значит, знал, как Паркер выглядит. Но сейчас его что-то грызёт, и это не что-то физическое. — Чувак, ты в порядке? — шепчет парень, наклонившись и поддвинув свой стул ближе. — Я в порядке, — отвечает Паркер, потирая ладонями виски. — Питер… — тихо говорит Нед. — Это из-за стажировки у Старка? Ты сказал… ты сказал, что потерял её? Что-то случилось между тобой и Тони… Внутри Питера что-то ломается. Его зрение становится нечётким, и он смотрит на Неда из-под лобья, прежде чем ответить, немного в грубой форме: — Если ты ещё раз упомянешь Тони или Мстителей, клянусь Богом, Нед, я… Сначала тот вздрагивает, но затем его потрясенное выражение лица смягчается, и Нед кивает: — Хорошо, Питер, хорошо. — Нет сомнений, что он беспокоится за своего друга, но парень никогда раньше не видел такого выражения в глазах Паркера. Выражения, которое говорит о том, что Питер потерял что-то важное и вряд ли это можно исправить. Нед старается не упоминать Старк Индастриз и Тони в разговоре с Питером до конца дня, даже помогает ему избежать Флэша, потому что знает: если этот парень ещё раз разозлит Питера, тот может на него наброситься. Как бы Нед ни хотел, чтобы Питер отомстил своему хулигану за всё, что тот ему причинил, он понимает: в таком случае Паркер, скорее всего, окажется в больнице. Питер замечает, как Нед наблюдает за ним, но как только их взгляды встречаются, тот утешительно хлопает его по плечу, мягко улыбается и меняет тему. Это милый жест, но он не помогает Питеру почувствовать себя лучше. Ничто не помогает. — Тайская еда всегда улучшает настроение, правда? — с надеждой улыбается Мэй позже тем же вечером. Питер пришёл домой измученный, пропустил патрулирование и сразу сел за домашнюю работу. Тётя нашла его в комнате в восемь часов, Паркер учился и крутил карандаш в руке. Мэй погладила его по плечу, помогла встать из кресла и взяла ключи от машины. Ей нужно было вытащить парня из дома. — Питер, — повторяет женщина, выводя племянника из транса, — Ты со мной? — Да, да, прости, — Питер улыбается в ответ и кивает, вертя вилкой в нетронутом ларбе. Он не чувствукт вкуса и не может заполнить пустоту внутри себя. Что-то исчезает, что-то, что нельзя заменить. Больше всего его пугает не чувство пустоты, а осознание того, что он меняется. С ним что-то не так. Поняв, что он безучастно смотрит на свою тарелку, Питер поднимает глаза, чтобы не выглядеть подозрительно. Но когда делает это, видит, что Мэй тоже странно смотрит на него, и Паркер хмурится. Теперь он задумывается: тётя тоже ведёт себя непонятно весь вечер, как будто скрывает что-то от него. Он наклоняется и крадёт клецку с её тарелки, чтобы разрядить напряжение, поднимает бровь, спрашивает с набитым ртом: — Что такое? Его тётя поднимает глаза и снова улыбается: — Ничего. Ничего такого. — Мэй, — он не медлит, — да ладно тебе. Мы с тобой наедине, помнишь? — Я однажды воспользовалась этой картой, когда у тебя был тот провал с паромом, и теперь ты не даёшь мне этого забыть, — вздыхает тётя, опуская голову на руки. Затем она бормочет: — Сегодня мне предложили тур. Питер чуть не вскакивает со стула. Она уже давно работала над этим в своей работе. По крайней мере, пару лет. На лице подростка появляется искренняя улыбка, и он восклицает: — Мэй! Это же здорово! — Да, — слабо отвечает женщина, и на её лице медленно расцветает улыбка от его энтузиазма. Это — полная противоположность его предыдущему настроению, из которого, как Мэй думала, он никогда не выйдет: — Но я не поеду. — Что? — почти сердито спрашивает Паркер. — Почему, блин, нет? Мэй поднимает глаза и делает гримасу. — Ты что, шутишь? Время просто ужасное! Ты ранен, а теперь еще и Тони… — К чёрту Тони, — говорит подросток, яростно качая головой. — Мэй, да ладно тебе! Ты всегда хотела это сделать. Мы планировали это годами! Я не позволю тебе отказаться от этого из-за меня. Когда это будет? — Они хотят, чтобы я уехала через пять недель, и я буду отсутствовать три месяца, — говорит тётя, прежде чем наклониться вперёд и нервно посмотреть на племянника. — Целых три месяца, Питер! — Это же здорово! — радуется парень, запинаясь. — Мэй, ты должна! И это даже нескоро. Через две недели все наладится.— Это на самом деле ложь, но Питер собирается убедить себя, что это правда — ради Мэй. — Питер, — женщина качает головой и откладывает вилку, — Я не могу… — Я прошу тебя, — молится подросток, сдвигая стул ближе. — Мэй, послушай меня. Я испортил жизнь Тони, всех Мстителей, а теперь и свою… И Бог знает, что я перевернул и твою жизнь. Прошу тебя, — повторяет он, — это единственное, о чём я слышал от тебя за последние три года. Не дай мне испортить ещё что-нибудь. Ты поедешь. — Ты будешь звонить мне каждый день? — настойчиво спрашивает Мэй, широко раскрыв глаза. Питер смеётся и кивает. — У нас есть полный план! Помнишь, мы записали его в тот маленький блокнот пару лет назад? Он всё ещё лежит в кухонном ящике. — Да, да, я помню, — она прижимает руки к голове и нервно проводит пальцами по волосам, а затем вздыхает. — Не могу поверить, что я действительно собираюсь это сделать. Не могу поверить, что ты меня уговариваешь! Ты уверен? Потому что, если ты не хочешь, чтобы я уезжала, я не поеду. Я хочу остаться здесь… — Мэй, — Паркер искренне улыбается, — я не был так счастлив последние пару дней. Я на сто процентов уверен, обещаю. К тому же, через пару дней моя спина будет в порядке. Ты поедешь, и точка. Я не хочу слышать никаких возражений. Мэй счастливо улыбается. — Хоть ещё один плюс, — признаётся тётя. Они с Питером дают друг другу «пять», а затем Мэй опускает руки на стол и становится серьёзной. — Квартира будет оплачена. Тебе нужно только ходить в школу и возвращаться домой, что ты и делал раньше, когда я работала в ночную смену. — Именно, — соглашается подросток. — Со мной все будет хорошо! И если кто-нибудь зайдет, я его запутаю паутиной, не волнуйся. — Никаких поздних патрулей, — указывает она на него. Питер перекрещивает руки на груди: — Обещаю. — И ты ни во что не станешь ввязываться? — строго спрашивает женщина. Паркер закатывает глаза. — Да ладно тебе. Я не сдам все предметы… Шучу! Все будет хорошо. У меня в быстром наборе есть номер миссис Лидс. Нед сказал, что я могу остаться у него в любое время. Мэй глубоко вздыхает: — Ладно… ладно. — И я должен научиться жить самостоятельно, чтобы быть готовым к поступлению в колледж! — замечает Питер, отпивая глоток Пепси. Мэй снова задерживает дыхание, а затем прикладывает руку ко лбу — Не напоминай мне об этом. У меня ещё пару лет с тобой, позволь мне насладиться ими. Ты так хочешь уехать? — Нет, конечно, нет, — смеётся парень, — я просто… Я очень рад за тебя, Мэй. После всего, что произошло… мне нужны были хорошие новости. А это была действительно хорошая новость. — Спасибо, дорогой, — тихо говорит она, сжимая руку племянника. — А теперь извини, я доем свой ларб, — произносит Питер и сразу же бросается на свою еду, которая вновь обрела вкус. — Я ларблю тебя, — Мэй подмигивает, доедая свои клецки, а затем они делят клейкий рис. На лице Питера до конца дня остаётся искренняя улыбка, которую, как он думал, не будет видеть ещё очень долго.

***

День спустя Тони сидит один в лаборатории, вертя в руках отвертку и бесцельно поворачивая болт на своём костюме. В фоновом режиме работает телевизор, но мужчина не обращает на него внимания. Он просто думает, думает, что было бы, если бы Питер помешал ему уйти. Он задаваётся вопросом, как сейчас дела у мальчика. Старк даже спрашивал себя: правильно ли он поступил. — Сэр, вам нужно поесть. Уже почти четыре дня прошло. — Да, я поужинаю позже, — говорит Тони, допивая ещё одну бутылку воды, наполненную кофе. — Вы превысили рекомендуемую дозу кофеина. Тони кривит лицо и вздыхает. Его гнев бурлит внутри, и он прибегает к сарказму: — Ну, тогда, наверное, я заслужил медаль, да? — Тони… — Пятница! — кричит Старк, не отрывая яростного взгляда от стола. — Я не в порядке! Понятно? Ты довольна? — спрашивает он с лишенной юмора усмешкой. — Я разбит, я проиграл, я в полном беспорядке, назови это как хочешь. Но я больше не притворяюсь. С меня хватит, ясно? С меня хватит. Я не могу есть, потому что единственная причина, по которой я ел, была в том, что Питер отказывался есть, пока я не начну. Я не могу спать, потому что каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу, как два ножа вонзаются в грудь мальчика. Так что, если это то, от чего Питер сбежал, то хорошо для него. Поэтому просто оставь меня в покое, ладно? — он пытается слабо улыбнуться и качает головой. — Просто дай мне разрушиться в покое, это всё, о чем я прошу. Тони снова сосредоточивается на своем репульсоре, когда вдруг слышит новости в фоновом режиме. — Перед вами прямая трансляция с места событий, где Человек-паук из Квинса сражается с бандой, которая, по всей видимости, ограбила почти тридцать магазинов за последние пару месяцев. Тони слышит выстрелы на заднем плане и поворачивается на стуле, наблюдая за дрожащей камерой. Его конечности остаются напряженными, пока он смотрит, морщась, как Питер врезается в стену, прежде чем выстрелить паутиной в ответ. Через секунду отвёртка и репульсор падают на пол, забытые, а дверь аварийного выхода закрывается, некоторые бумаги шелестят на легком ветру. Телевизор все ещё работает в пустой лаборатории и показывает Человека-паука, камера приближается, когда его бьют ногой в грудь и отбрасывают на другой конец комнаты. Питер ударяется о пол и разбивает подбородок. Он откатывается в сторону, когда пули сыплются на пол, а затем отталкивается от ближайшей стены и обматывает ноги мужчины паутиной, сбивая его с ног. Паркер стреляет в потолок и сильно бьётся о него, падает и ловит удар кулаком, а затем бросает мужчину в стену. Он падает на другого, переворачивает его через спину, а затем скользит за один из опрокинутых столов. Что-то скрипит, останавливаясь рядом с ним, и глаза подростка расширяются. — Одиннадцать секунд! — предупреждает Карен, когда мигание становится всё быстрее. Питер хватает бомбу и бежит к ближайшему окну, разбивает его и выбрасывается в воздух, бросая гранату как можно выше. Сила удара сбивает его с ног, и парень падает на дорогу на спину, ударяясь головой об асфальт. — Ау, — стонет он, переворачиваясь на локти. Он привязывает паутину к фонарному столбу и перебирается за машину, чтобы укрыться, осматривает длинный разрез на костюме и прощупывает кости, чтобы убедиться, что ничего серьёзного не сломано. Голова болит, из носа течёт кровь, и Питер глубоко вздыхает, резко моргая, прежде чем перепрыгнуть через капот машины. Он не видел, как мужчина позади него был сбит ударной волной в спину, не успев выстрелить. Раздаются выстрелы, и Питер пригибается, двигаясь зигзагом, пока не может выстрелить в пистолет, обмотав его своей паутиной и с полной силой ударив им по мужчине, стоящему рядом с ним. Он уклоняется от удара ножом и, поворачиваясь, выбивает оружие из руки мужчины, бьёт его коленом в живот. Питер бросает его на следующего парня и разворачивается, приняв удар в живот, чтобы сбить следующего человека, прежде чем обмотать паутиной спину мужчины и повалить его на землю. Питер перекатывается за стену, пытаясь избежать выстрелов, и взбирается на неё, прыгая и перекатываясь по крыше, прежде чем спрыгнуть вниз и нанести удар мужчине, который в него стрелял, приземлившись обеими ногами на его поясницу. Питер щурится и разворачивается на земле, сбивая мужчину с ног, а затем привязывает его запястья к земле. Он ловко отскакивает в сторону, когда раздаётся выстрел, попавший в кирпичную стену перед ним, а затем отталкивается пяткой, чувствуя, как она врезается в живот. Он разворачивается и бьёт кулаком мужчину в грудь, отбрасывая его назад на припаркованную у дороги машину. Он видит ещё одну гранату в руке мужчины, которая взрывается, подбрасывая машину на пятьдесят футов в воздух. Питер отталкивается вперёд, прыгая с авто, который, вероятно, был сдвинут взрывом, потому что находится в удобном положении. Подросток поднимается и привязывает машину к земле, оттягивая её назад, чтобы она приземлилась на улице, а не на толпу прохожих, находящихся за полицейским кордоном. Последний человек позади него направляет пистолет на спину Питера, но ощущает удар в грудь, прежде чем успевает нажать на курок. Паркер идеально приземляется на корточках в центре дороги, тяжело дыша. Полицейские идут вперёд, некоторые кивают ему и приветствуют героя кулаками, когда начинают задерживать преступников. Питер видит, как к нему приближаются журналисты с вопросами и камерами, и слабо машет им рукой, прежде чем бросается вниз по улице. Питер даже не пытается переодеться, он просто натягивает одежду поверх костюма Человека-паука и сдёргивает маску, дыша только ртом, так как нос забит кровью. Парень знает, что тот сломан, но пока не хочет его вправлять. Чем дольше Паркер ждёт, тем сильнее будет боль, Питер это понимает, но просто хочет побыть хотя бы пару минут без боли. Он возвращается в свою квартиру и, опукая голову, бежит через вестибюль к лестнице, оглядываясь, нет ли кого-нибудь, кто мог бы за ним наблюдать, прежде чем цепляется паутиной за самый верхний поручень и подтягивается. Мэй нет дома; у неё поздняя смена, так что это хорошо. Утром, после того как Питер наложит повязки, он будет выглядеть немного лучше. Парень слабо толкает плечом дверь на лестничной площадкет и, спотыкаясь, входит в свой коридор. У Паркера кружится голова, и он заплетается в собственных ногах, чуть не падая лицом вниз посреди коридора. Сильные руки обхватывают его за плечи и сжимают куртку, удерживая его в вертикальном положении, и он слышит знакомый голос. — Спокойно, малыш. На мгновение подросток чувствует себя в безопасности и позволяет ногам ослабнуть, пока мужчина поддерживает его. Затем Питер мгновенно хмурится, его взгляд снова становится более резким, и он оттаалкивает Тони: — Какого черта ты здесь делаешь? — бормочет он, вытирая кровь с губы. Паркер спотыкается, всё ещё не удерживая равновесия, и кривится от боли, ударяясь о стену. Тони инстинктивно бросается к нему, но Питер резко говорит: — Я в порядке. — Я… я видел новости, — произносит Тони, уважая молчаливую просьбу Питера отойти. Он стоит с руками в карманах у противоположной стены. — Молодец, — яростно отвечает подросток, прежде чем до него доходит. Машина, которая появилась из ниоткуда. Люди, которых Питер не помнил, что обезвредил. Это был Тони. Мужчина осознаёт, что Паркер обо всём догадался, и кивает. — Да, — он отвечает на вопрос, который Питер даже не задал вслух, — Я просто… я просто хотел помочь. — Ты хотел помочь? — рычит парень, смеясь от недоверия, когда он идёт по коридору, слыша, как Старк следует за ним в нескольких шагах. — Для этого уже немного поздно. Тони переносит вес с одной ноги на другую, когда они тормозят у двери Питера, и бормочет: — Правда, Пит? Питер поднял глаза, но не ответил. Он извинялся? Он отказывался от всего сказанного? Может, если бы он ответил «нет», разговор пошел бы по-другому, но гнев и боль Питера взяли верх, и он стиснул зубы, — Да. Тони делает шаг назад, и подросток жалеет о своём ответе. Он больше всего на свете хочет всё исправить. Особенно если это именно Тони спровоцировал конфликт. Питер в глубине души понимает, что, возможно, только что зажёг спичку, которая сожжет последнюю связь, оставшуюся между ними. Гнев хватает их обоих и не отпускает, нарастая в напряжённой тишине. Старк слегка приподимает уголки губ в попытке улыбнуться. Затем он небрежно трёт нос и моргает, — О, — это всё, что он говорит в ответ. — Что ты здесь делаешь, Тони? — с тоской спрашивает Питер, стараясь, чтобы его голос не дрожал. Старк смотрит на него, и в его глазах читается больше боли, чем подросток когда-либо видел: — Честно говоря, малыш? Я… я не знаю, — шепчет мужчина. — Ну, может, тебе стоило это выяснить, прежде чем приходить, — фыркает Питер, доставая ключ из кармана. Он неуклюже ищет его и из-за дрожащих рук роняет. Ключ падает на ковер, и Старк, который стоит ближе, нагибается, чтобы его поднять, но парень хватает ключ первым и сердито оборачивается на Тони. Тот медленно выпрямляется, и Паркер чувствует его взгляд на себе, когда открывает дверь. — Ты ранен, — мягко произносит Тони. Ещё одна попытка перейти к разговору, в котором они могли бы все уладить. Питер отвергает и эту попытку. Он не знает, почему. Просто отвергает. Подросток презрительно мычит и оглядывается через плечо, бросая сумку внутрь: — И тебе не всё равно, почему? — Тони вздрагивает, но Питер этого не замечает. Затем подросток резко поворачивается, а Старк сжал губы и смотрит вниз, внезапно увлеченный полом. — Срочная новость, Тони, я все ещё получаю травмы, даже когда мы не лучшие друзья. — Я знаю это, — негромко отвечает мужчина. — Я просто… Послушай, я видел новости, я видел, как ты… Я не мог просто сидеть и смотреть, ладно? — Ну, это же то, чего ты хотел, верно? Ты хотел просто сидеть и смотреть. Ты хотел, чтобы я просто стоял там. Это был твой большой план, помнишь? Тони бросает на него тяжёлый взгляд: — Нет, Пит, это не было… — Так мы будем делать вид, что этого огромного разрыва не было? Поэтому ты здесь? Впервые в жизни ты собираешься извиниться? — спрашивает подросток. Тони мог бы ответить, но Питер не даёт ему времени. Вместо этого он притворяется возмущенным и набирается смелости, чтобы поднять руки. Его голос становится всё громче с каждым вопросом, который он безжалостно задаёт Старку. — Ты ждёшь, что мы обнимемся? Помиримся? Поплачем и все будет хорошо? Ты думаешь, это так просто? — Нет, конечно нет, — шипит Тони в ответ, поддавшись ярости Питера. Температура, кажется, понижается, когда их голоса становятся ледяными, но в их глазах горит только огонь. — Тогда почему ты все ещё здесь? — тихо шепчет парень. — Я просто подумал… — Тони молчит, качает головой и делает шаг назад. — Мы явно на разных волнах. Я вижу, что ты прекрасно обходишься без меня, — это не утверждение, а вопрос. Питер проводил с Тони больше времени, чем с кем-либо другим, и знал, как тот говорит. Сейчас он спрашивает его. — Да, так и есть, — Паркер даёт ответ, не задумываясь. Слова вырываются из его губ прежде, чем он успевает посоветоваться со своим мозгом и тем жгучим чувством в груди. Он замирает. Тони замирает. Здесь что-то не так, и ни один из них не хочет этого признавать. Воздух становится холодным и напряженным. В течение следующих нескольких секунд ни один из них не произносит ни слова. Они обмениваются взглядами, которые говорят многое вместо тысячи слов. Каждый раз, когда один из них избегает зрительного контакта, другой умоляет его остаться, извиняясь так явно, что даже двухлетний ребенок мог бы это понять. Но это выражение лица не задерживается надолго. Когда их взгляды встречаются, они сталкиваются с яростью, упрямством и гневом из-за того, что сказали по ошибке, по ощущениям, уже очень давно. Затем, через целую минуту, Тони и Питер приходят к выводу. Это съедает их изнутри, мешая даже самостоятельно стоять на ногах. Но оба сохраняют достаточно энергии, чтобы казаться в порядке, как будто они этого хотели, потому что предполагали, что другой тоже этого хочет. Учитывая, как долго два героя знают друг друга, или, скорее, как хорошо — как они знают друг друга до мельчайших подробностей: от подергивания, которое у них появляется во время лжи, до шуток, которые они отпускают, говоря, что всё в порядке, до того, как они встают на ноги, когда переходят в оборону… можно подумать, что они бы это заметили. Но, видимо, нет. — Позаботься о себе, парень, — говорит Тони, прочищая горло и делая ещё один шаг назад. Он указывает на порезы Питера, прежде чем опустить взгляд и сделать ещё один шаг, не замечая, как подросток перед ним кривится от боли. — Да. Тебе лучше уйти, — Питер говорит дрожащим голосом сквозь слёзы, кивая и скрещивая руки. — Хорошо, — тихо соглашается мужчина, засовывая руки обратно в карманы. — Хорошо, — слабо кивает Паркер но в его голосе слышится резкость, и он умудряется сохранять прищуренные глаза. Тони поворачивается и идёт по коридору, прежде чем останавливается и оборачивается: — Береги себя, Пит. Питер не отвечает, потому что не может. Потому что ком в горле слишком велик, и он не хочет говорить ничего, что не имеет в виду. Ему так тошно, и подросток делает единственное, на что способен: бросает на Старка последний гневный взгляд, открывает дверь, входит и хлопает ею. Она дребезжит, и с скрипящих петель осыпается пыль. Питер стоит, его руки дрожат, он стоит так целую минуту, прежде чем прижимается спиной к двери и опускается на пол. Он утыкается головой в дерево за спиной, его волосы сбиваются в комок, и парень чувствует, как всё его тело расслабляется. Его накрывает волна боли, его внутренности бурлят, во рту пересыхает, узел в желудке закручивается всё сильнее и сильнее. В этот момент он ничего не ощущает, и это пугает его. Питер чувствует пустоту, слёзы даже не заставляют его глаза щипать. И чувство страха, отсутствие каких-либо эмоций… вот что ломает его. Но хуже всего — чувство вины. Первая ссора? Сто процентов вина Тони. Может, это и не так, но упрямство Питера убеждает его — в основном это была его вина. А в этот раз? Это была его вина. Слёзы текут по щекам Питера, и он задерживает дыхание, пока не слышит, как закрывается дверь, ведущая к лестнице. Он опускает голову на колени, кровь капает с подбородка и носа, который снова начинает кровоточить. Паркер чувствует всю тяжесть своих ран — некоторые даже начинают кровоточить снова, как будто он действительно разваливается на части. Сдерживая рыдания, подросток с лёгким криком вправляет нос на место. Но он даже не чувствует этого. То, что окружает его — боль от одного единственного слова, которое не было сказано. Больнее всего осознавать, что это — последняя ссора. Это было прощание.

3… месяца… спустя

Питер прижимает телефон к уху и кивает: — Да, Мэй, я в порядке. Новости преувеличивают. Послушай, ты не можешь волноваться каждый раз, когда видишь, как меня швыряют об стену! Он потирает бок, который всё ещё немного болит после вчерашнего патрулирования. Мэй узнала новости с небольшим опозданием, да и в Квинсе Человек-паук всегда был героем, которого избивали все эти преступники, но он всё равно побеждал. Паркер улыбается, берёт банан и плюхается на диван, чтобы дослушать волнение Мэй: — Да, всё в порядке, клянусь. Я только что посмотрел фильм, сделал домашнюю работу, а потом поговорил с Недом по видеосвязи. Сейчас собираюсь в магазин. Да. Обычная суббота. Просто будь осторожна, ладно? Эй! Я прекрасно справляюсь сам! На самом деле, здесь гораздо спокойнее. Шучу, шучу! Посуда? Питер смотрит на заполненную раковину: — Кухня будет чистой. В конце концов. Определённо к твоему возвращению, так что не волнуйся! Я тоже тебя люблю. Пока. Парень чувствует прилив усталости после того, как кладёт трубку. С лица пропадает натянутая улыбка, Питер вздыхает и идёт на кухню, чтобы налить кофе в термос. Подросток выпивает половину, а затем снова наполяет термос, надеясь, что это поможет не заснуть, ведь он спал всего сорок пять минут. Затем Питер хватает пакет сухой черники и съедает его за один присест, понимая, что он не завтракал и не обедал. Газета лежит на столе, и Питер открывает её, бессмысленно листая страницы в поисках раздела о спорте, когда его внимание привлекает одна статья. Питер видит фотографию Тони, и его лицо меркнет. Он быстро переворачивает страницу, а затем закрывает газету и выбрасывает её в мусор. Затем подросток хватает телефон и ключи, выбегает из дома, запирая за собой дверь, и направляется к лестнице. Питер проверяет лестничную клетку, прежде чем выстрелить паутиной в верхнюю часть и спуститься вниз, распахнув дверь плечом и войдя в вестибюль. Он уже собирается надеть наушники, когда слышит, как кто-то зовёт его по имени. — Мистер Паркер! Питер! — Один из соседей машет ему рукой у двери, а два парня стоят по бокам. — Эти люди хотят с тобой поговорить! Подросток хмурится и подходит, улыбаясь мистеру Риггсу, который похлопывает его по спине и скрывается в дверях. Двое мужчин в костюмах улыбаются: — Вы Питер Паркер? Парень протягивает руку, и мужчины по очереди пожимают её. — Да. Да, это я, — медленно говорит Питер, скрещивая руки. — А кто спрашивает? — Мы из телефонной компании вашей тети. Она за границей, верно? — спрашивают незнакомцы. Паркер кивает: — Да, она не скоро вернется. А что? — Дело в том, что ваш текущий тарифный план позволяет совершать только определённое количество звонков, а вы уже почти превысили этот лимит. — Насколько близко? — вздыхает подросток. — Менее десяти звонков, — грустно отвечает мужчина. Питер ругается: — Это ужасно. И превышение лимита обойдётся в кругленькую сумму, я полагаю? — Да, больше, чем мы хотели бы выставить вам в счёте, — медленно кивает незнакомец, продолжая диалог. — Мы с удовольствием переведём вас на наш премиум-пакет по той же цене, поскольку ваша тётя является серебряным членом. Для этого нам нужно будет предоставить вам другой телефон, с которого вы сможете звонить без ограничений. Мы хотели бы оставить это на ваше усмотрение. Подросток слабо улыбается: — Послушайте, ребята, я не оплачиваю счета, и не думаю, что она будет в восторге от того, что я принимаю решения, понимаете? Так что я поговорю с ней позже и позвоню вам, чтобы сообщить решение. — Да, конечно, — кивает мужчина.— Пожалуйста, не стесняйтесь позвонить, и мы с удовольствием всё для вас настроим. Питер берёт предложенную ему визитку и с улыбкой убирает её в карман. — Спасибо. Хорошего дня, господа. — Вам тоже, мистер Паркер, — они прощаются с ним, и Питер ждёт, пока незнакомцы уйдут, чтобы не выглядеть неловко, прежде чем выйти за ними. Подросток поворачивает в другую сторону, собираясь перейти улицу. В эту секунду словно из ниоткуда появляется велосипедист, махая руками над рулем. Он летит в сторону, а Питер роняет телефон, отталкивая велосипед ногой и пошатываясь, спешит удержать мужчину, прежде чем они оба падают лицом вниз на тротуар. Питер улыбается и придерживает человека, который отвечает ему взимной добротой и хлопает по спине: — Святой… спасибо, парень… — Вы в порядке? — интересуется Паркер, пока мужчина отряхивает свои брюки. — Да, а ты? Я думал, что сейчас тебя раздавлю! — восклицает он, осматривая подростка, чтобы убедиться, что тот не пострадал. — К счастью, у меня хорошие рефлексы, — шутит Питер, поднимая для него велосипед. — О черт, парень, твой телефон… — улыбка мужчины исчезает. Питер поднимает свой разбитый телефон, морщась от вида треснувшего экрана, а затем смотрит вниз по улице. Он видит двух мужчин, которые поднимают руки, ожидая такси, и хлопает мужчину по спине, прежде чем начать бежать. Он пожимает плечами и показывает на него пальцем. — Знаете что, не беспокойтесь об этом! Хорошего дня, ладно? Будьте осторожны! Питер убегает, проталкиваясь сквозь толпу, пока не добирается до мужчин, с которыми он сейчас разговаривал. — Сэр! — кричит Паркер, поднимая свой телефон, чтобы привлечь внимание. Провнализировав ситуацию, незнакомцы улыбаются, говорят водителю ехать, а затем закрывают дверь. Такси отъезжает, когда Питер добегает до них, задыхаясь и поднимая свой сломанный телефон. Мужчина скрывает смех: — Мистер Паркер, вы так быстро передумали? — Ребята… вы выбрали очень подходящий момент, — подросток качает головой с улыбкой, показывая треснувший экран. — Думаю, я возьму этот новый телефон. Через пару минут троица возвращаются в холл, завершая все дела, и Питер кивает: — У вас есть номер моей тети, вы сможете рассказать ей, что происходит? — Да, мы свяжемся с ней сегодня вечером, а ваш телефон будет готов в ближайшее время. Нам только нужно сначала активировать его и перенести ваши данные, — объясняет мужчина. Питер кивает, всё звучит достаточно логично: — Да, iCloud — это, конечно, головная боль, но, эй, оно того стоит, правда? — Конечно, — смеётся незнакомец. — Мы как можно скорее проинформируем вашу тётю. Предупредим её, что для телефона есть период ожидания, поэтому вам, возможно, придётся провести пару дней без связи. Питер вздыхает: — Ну, ей это не понравится, но что поделать? — Для этого и существует электронная почта. — Верно, — Паркер соглашается, прежде чем протянуть руку. — Спасибо вам, ребята, за всю вашу помощь. Я действительно очень благодарен. Мужчины кивают: — Нам очень приятно. Если у вас возникнут какие-либо проблемы, дайте нам знать. Как только всё будет настроено, вам не придется беспокоиться о зарубежных счетах. — Здорово, — улыбается парень, засовывая руки обратно в карманы. Незнакомцы собираются, встают, прощаются с Питером и благодарят его за уделённое время, прежде чем выйти за дверь. Питер тянется, чтобы позвонить Неду, но понимает, что у него нет мобильного телефона. Подросток качает головой и вздыхает, а затем вспоминает, что ему нужно было пойти в магазин. Он выходит за дверь и идёт ждать автобус на остановке, который, судя по часам, прибудет через семь минут. Затем Питер замечает плакат, прикрепленный сбоку остановки. Это Старк Индастриз с изображением Тони, указывающего на зрителя. Выражение лица Питера мгновенно меняется, он поворачивается и бежит через улицу, бросая свой сломанный телефон в ближайший мусорный бак. Четыре часа спустя Паркер сбивает мужчину с ног и бросает его в другой мусорный бак на другом конце города. Контейнер с грохотом падает на землю, и его содержимое высыпается на улицу. Он помогает пострадавшему, которого ограбили, подняться на ноги, салютует ему и машет рукой на прощание. Парень бежит к главной дороге, а затем поворачивается, приклеивает левую ногу мужчины к земле паутиной и выпрямляется. — Найди себе работу, приятель, — подшучивает подросток, указывая на паутину, которая приклеила его к бордюру. — Она растворится через час или два, так что придётся подождать. Питер подмигивает, прежде чем взлететь в воздух. Бегая по крышам, он добирается до края одного из высоких зданий и с вздохом опускается на землю. Он снимает маску и включает внешний микрофон, оглядываясь по сторонам, пока холодный ветер развевает его кудри. — У тебя завтра ведь тест, Питер? Парень протирает потный лоб и кивает, оглядывая город: — Да. По математическому анализу . Ты что, в Мэй превратилась? — Карен издаёт что-то наподобие смеха, а Питер улыбается и глубоко вздыхает. — Я просто хотел немного передохнуть, сделать перерыв, понимаешь? — Конечно. — Здесь действительно красиво, правда? — тихо произносит Питер, слушая знакомые звуки клаксонов, автобусов, метро, людей, которые ещё не спят. Некоторые могут считать это шумным и хаотичным, совсем не успокаивающим, но для Питера… это дом. — Да, это так. Над городом тянется тёмное небо, служащее ровным фоном для тысяч освещённых зданий, вытянувшихся длинными полосами. Паркер смотрит вниз на огромную высоту до дороги и машет ногами на ветру. Раньше он боялся высоты, пока не поднялся на вершину Эмпайр-Стейт-Билдинг и прыгнул вниз. Это было как прыгнуть в глубокий бассейн, не умея плавать. После этого Подросток очень быстро преодолел свой страх и стал предпочитать высоту. Там всегда спокойнее, особенно в такие ночи, когда на небе совсем нет облаков. В его голове возникают воспоминания, и он улыбается: — Знаешь, мы с Тони когда-то поднялись на крышу комплекса. Глупо, — Питер усмехается про себя. — Это был единственный раз, когда мы поговорили по душам о жизни и прочем. А здесь, в городе, слишком много огней, поэтому не видно звёзд… а там можно было. Очень ясно, на самом деле. — Если не возражаешь, кто такой Тони? Улыбка Питера исчезает, и он думает над этим вопросом, прежде чем качает головой и поднимает подбородок, — Никто, — подросток проглатывает комок в горле, — просто человек из другой жизни. Я давно сжёг этот мост. Никто не может не заметить или не почувствовать боль в его голосе. Карен молчит некоторое время, затем спрашивает. — Он был… важен для тебя? — Был. Да, — Питер задумчиво кивает, затем проводит рукой по лицу и жмёт плечами. — Теперь он… ну, я не знаю. Скажем так, мы поссорились и больше не беспокоимся друг о друге. — Он тебя обидел. Паркер насмешливо спрашивает: — И что меня выдало?. — Твои жизненные показатели… Подросток морщится: — Карен, это был риторический вопрос. Может, не будем обсуждать жизненные показатели? — Да, прости. Я должна быть более чуткой. — Мы над этим поработаем, — Питер улыбается, прежде чем согласиться. — Но да. «Больно» — это слабо сказано. Я как будто развалился на части, понимаешь? Я чувствовал, что единственное, что, как я думал, всегда будет у меня, просто отобрали, и я ничего не мог с этим поделать. — Мне очень жаль, Питер. — Да, — Паркер глубоко вздыхает и делает свой голос более оптимистичным. — Но прошло уже три месяца. Так что… — он замолкает. Затем подросток вздыхает и слабо смеётся. — Теперь я в порядке. Я могу засыпать, не испытывая нервного срыва. Наступает пауза. Затем Карен спрашивает: — Но ты правда можешь расслабиться? Наступает ещё одна секунда молчания. После неё Питер прочищает горло и небрежно пожимает плечами: — Неважно. Я никогда не мог. Дело в том, что сделано, то сделано, и я пошёл дальше. Так будет лучше. Карен ничего не говорит, но она понимает: Питер лжет. В его глазах стоят слёзы, которые он не показывает, моргая. Затем герой снова надевает маску, бросает тоскливый взгляд на город и оглядывается в поисках человека, который всегда был рядом в его смутных воспоминаниях. Видя пустую крышу, Паркер прочищает горло и бормочет: — Мэй убьёт меня, если узнает, что я так поздно гулял, а я ненавижу ей лгать, так что давай вернемся до 11. — Рассчитываю самый быстрый маршрут. Через четыре минуты Питер возвращается в переулок, где он переодевается и при помощи паутины прикрепляет свой рюкзак. Он наклоняется, роется в сумке, достает одежду. Подросток, надевает джинсы и футболку, а затем запихивает костюм, который снял несколькими минутами ранее, на дно сумки, под книги. Затем Питер надевает куртку и становится на колени, чтобы застегнуть рюкзак. И тут он слышит это. Паучье чутье Паркера не даёт ложных тревог. По крайней мере, больше не даёт. Раньше оно срабатывало, когда мимо проходила кошка или когда голубь клевал крошки от бутерброда, который кто-то уронил. Но теперь — нет. В груди нарастает страх. Кто бы это ни был, он находился в конце переулка, а это означало, что он наблюдал за Питером. Он видел, как тот снял костюм и спустился с паутины, поэтому теперь знает, что Питер — Человек-паук. Но Паркер стоит к незнакомцу спиной, а это значит, если он не обернётся, тот никогда не увидит его лица. Нужно схватить рюкзак и уйти, чтобы потеряться в улицах и больше никогда не пользоваться этим переулком. Поэтому Питер спокойно и незаметно надевает паутинные метатели, которые хранит на дне сумки. Он натягивает на них рукава, встаёт, перекидывая рюкзак через плечо и решает про себя, что спрячет этот рюкзак в шкафу и поменяет его на другой. Сохраняя ровное дыхание, парень быстрым шагом направляется к главной улице, пробираясь через переулок. Как раз когда он собирается выйти на дорогу, его чувства снова бьют через край, и Питер пригибается, когда рука летит над его головой. Подросток ударяет незнакомца в живот и перекидывает его через плечо, разворачивается и бросается вперёд. Рука хочет обхватить его горло, но Паркер пригибается и переворачивается, бросая нападающего на землю. Он слышит щелчок и отскакивает в сторону, ударяясь о дальнюю стену за разбитыми коробками. Раздаётся выстрел, но Питер знает, что это не пуля. Паркер участвовал в слишком многих ограблениях и слышал слишком много выстрелов, чтобы понять — сейчас в него целятся не пистолетом. Подросток приседает, тяжело дыша, слышит, как приближаются несколько человек. Питер оглядывается и хватает металлическую трубу, готовясь к прыжку. Он бросается вперёд, заставая их врасплох, и выбивает что-то из рук одного из мужчин. Он замахивается трубой, ударяя другого человека по голове, тем самым вырубая его, а затем поворачивается и сбивает с ног следующего. Подросток кувыркается, оставаясь на земле, затем хватает в тени один из ящиков и замахивается им. Тот врезается в одного из нападающих, а Питер, бежит, скользит под ногами другого, подпрыгивает и бьёт кулаком в живот. Парень ловит нанесенный себе же удар, выкручивает руку, вращается и бросает мужчину на его напарника. Оба отлетают, и взгляд Питера перемещается в сторону, он откатывается, когда кто-то хватает его. Паркер вскакивает на ноги и бьёт незнакомца ногой по голове, отскакивая от стены, чтобы нанести ещё один удар. Питер шатается вперёд, хватает трубу и снова замахивается, но на этот раз её ловит человек, который примерно в два раза больше самого Питера. Паркер рычит и бьёт его ногой в живот, а затем перекидывается через него, удерживая трубу, заставляя мужчину отпустить её. Когда тот теряет равновесие, Питер сильно ударяет его ногой по спине, а затем ловко отскакивает в сторону. Подросток поворачивается и видит в руке нападающего транквилизатор. Питер уклоняется от выстрела, но через секунду слышит ещё один. Он не успевает уйти от него и чувствует, как что-то скользит по шее. Ругаясь, Паркер бежит вперёд и бьёт локтем по голове мужчины, одновременно прижимая руку к кровоточащей шее, уже чувствуя головокружение. Он поворачивается и уклоняется от первого удара, но не от второго. Чужой кулак попадает в челюсть, и парень тяжело падает на землю, его желудок скручивает, к горлу подкатывает тошнота. Парень с трудом поднимается на ноги, но получает удар ногой в спину. Питер врезается в стену, стонет, падая на землю, и пытается отдышаться. Мир кружится, и подросток не может дышать. Он хватается за землю, чтобы удержать равновесие, моргает, надеясь избавиться от жжения в глазах, и задыхается. Его зрение ухудшается, белые пятна застилают взгляд, когда Питер использует стену, чтобы подняться на ноги и сжать кулаки. Он наносит один хороший удар, но затем два человека швыряют его об стену. Голова парня начинает болеть после жёсткого удара об камень, и он кричит, прежде чем его грубо толкают вперёд. Подросток поворачивается, пытаясь отскочить, но его валят на землю, а когда он пытается сопротивляться, его бьют ногой в бок. Питер продолжает бороться, нанося удары кулаками, но в конце концов сила иссякает, и его прижимают к мокрой земле, живот трется о камень. Парень открывает рот, чтобы крикнуть, но вместо этого чувствует вкус грязи, когда ботинок ударяет его по челюсти, и его подбородок проезжается по влажной земле. Он чувствует, как кожа разрывается, и Питер получает ещё один удар в глаз, после которого слабо поднимает голову. Паркер стонет от боли, щека жжёт. Он чувствует, как по ней кровь стекает. — Заткнись, сопляк. Это злит Питера. В гневе его глаза сужаются, когда последний остаток адреналина даёт о себе знать. Подросток сбрасывает с себя всех и откатывается в сторону, хватая металлическую трубу и угрожающе размахивая ею. Паркер резко моргает, глядя на мужчин перед ним, не зная, сколько их, из-за двойного зрения. Он чувствует небольшой укол в спине и стонет, роняя трубу. Та с грохотом падает на землю, и в следующую секунду горло парня обхватывает тяжёлая рука. — Дай ему ещё одну дозу, на всякий случай. — Как этот пацан ещё не вырубился? Питер цепляется за руку, которая душит его, лёгкие начинают гореть, глаза закатываются. В панике лицо подростка краснеет от усилия, он пытается найти в себе прежнюю силу. Но затем чувствует, как игла вонзается в шею, что-то попадает в кровоток, из-за чего подкашиваются ноги. Конечности парня застывают, руки свисают по бокам, голова опускается. Кто бы это ни был, он толкает Питера, и тот падает на землю на бок, чувствуя, как ломается ребро. Его тело дрожит, пока Паркер борется с тем, что ему вкололи. Рука наступает на его запястье, подросток чувствует: паутинный метатель ломается и перестает работать. Питер стонет от гнева и боли, ощущая, как будто часть его только что отняли. Мужчины, которых он избил, окружают его, и Питер слышит, как подъезжает фургон, колёса которого останавливаются в нескольких метрах от его головы. Парня поднимают на ноги, срывают с него рюкзак, после чего Паркер сжимает кулак. Он с трудом открывает глаза и в тумане видит силуэт одного из мужчин, наносит ему правый удар со всей силы, а затем неаккуратно выносит колено вперёд. Он чувствует боль в затылке и падает вперёд, в две руки, которые вытягивают его запястья за спину. Но Питер ухмыляется, глядя на мучительную боль мужчины, которого он сбил с ног. Его запястья зафиксированы за спиной, и Паркер ощущает, как его другой паутинный метатель вырывают, незнакомец ломает его в кулаке. Питер обмякает, издавая крик протеста. — Парень боец, как он и говорил. Грубая рука хватает его за волосы, а кто-то другой берёт за воротник и поднимает вверх. На секунду Питер чувствует невесомость, а затем он с силой ударяется о пол машины и кашляет кровью. Подросток стонет и скручивается на боку, в этот момент боль перекрывает все его чувства. Питер слабо поднимает глаза и видит ботинок в паре сантиметров от своего лица. — Спокойной ночи, Спайди. Ботинок ударяет его по лбу, и голова парня бьётся о металлическое дно фургона, а глаза закатываются.

***

Мэй делает глоток кофе и закрывает за собой дверь, улыбаясь своему коллеге Крису, который толкает её в плечо, когда они вместе спускаются по ступенькам и выходят на тропу. — Что случилось? — Ничего, — уверяет она, плотнее закутываясь в пальто. — Я получила письмо от своего оператора. Похоже, Питер сломал свой телефон. Этот парень меня до смерти доведет, — смеётся женщина, поднимая руки. — Но! Но хорошо, что они предложили ему ранее тарифный план, который означал бы получение нового телефона, и единственная причина, по которой он не согласился, — это то, что он хотел сначала спросить моего разрешения. — О, вот это да, какой ответственный! — посмеивается мужчина. Мэй кивает: — Я знаю! Но в конце концов это было правильное решение, потому что, судя по всему, мы слишком много разговариваем. Мы бы превысили лимит на звонки. — Международные звонки, — кивает Крис, вздыхая с раздражением. — Они всегда тебя достают, да? — Точно! — восклицает Мэй, откидывая волосы с лица. — Так что Питер не сможет позвонить мне какое-то время, пока они не настроят всё и не купят ему новый телефон. Поэтому теперь мы можем общаться только по электронной почте. — Ну, по крайней мере, вы всё еще на связи, — улыбается мужчина. Мэй также приподнимает уголки губ в ответ, потирая плечо. — Да, это лучше, чем ничего. — Я уверен, что он скучает по тебе, — добавляет Крис. — Я тоже скучаю по нему, — вздыхает женщина, прежде чем издать лёгкий смешок и допить кофе. — Но я уверена, что он прекрасно справляется без меня.