Глава 5

Глава 5. После того как Мэди подошла к крыльцу, одиночество Рейвен перестало быть абсолютным. Девочка стала её тенью: не говорящей, но всегда помогающей. Мэди не знала, кто такой Мёрфи. Она знала его только визуально, но не знала, кто он. Однако она понимала, что Рейвен была уязвима. А женщина, которая плачет от страха, нуждается в защите. Пару дней спустя. Рейвен продолжала шить одежду для малыша. Она говорила с Мэди о том, каким будет мир для её пташки, не прося ответа, а просто делясь своей надеждой. Она знала, что Мэди пока не сможет ответить, так как не понимала и не могла говорить на английском, на котором говорили они, и надеялась, что девочка со временем сможет их понимать. Мэди же, в свою очередь, приносила ей лучшие ягоды, собирала ветки деревьев для костра и ловила рыбу на речке. Рейвен Этот ребенок… Мэди. Она всё же знает, что такое семья и что такое забота. Неудивительно. Возможно, у неё была нормальная семья до того, как пламя не уничтожило всё живое на этой земле, кроме неё и нас. Она не позволяет мне быть слабой и ни в коем случае не оставляет меня одну. Не знаю, смогу ли я стать идеальной матерью, но, по крайней мере, благодаря Мэди я смогу кое-чему научиться. Хотя полученные через неё знания первые пять лет могут мне не пригодиться. Но это лучше, чем ничего. К тому же, когда Мёрфи приедет и принесёт всё, что было в библиотеке Лаборатории Бекки, мы многому сможем научиться. Если не ошибаюсь, там были книги по медицине, по фермерству, инженерному делу, по садоводству, по ветеринарии, по архитектуре, по педагогике. А в разделе медицинских книг я замечала книги про беременность и роды, книгу про развитие ребенка, про психологию, по полевой медицине и, наконец, просто по анатомии. Однако я пока никак не смогла связаться с Мёрфи. Он уже пару дней не выходил на связь. А по рации слышалось только шипение. Это усиливало мою тревогу, но Мэди помогала мне отвлечься, показывая, как выслеживать животных и распознавать съедобные растения. Мёрфи Я думал, что путь до острова и обратно займет почти месяц, так как за месяц мы нашли Долину. Однако обратный путь занял гораздо меньше времени, так как я ехал на полной скорости почти без остановки, останавливаясь только по нужде и чтобы поспать пару часов. А в первый раз, когда я ездил с Рейвен, мы часто останавливались в последнюю неделю поездки. Теперь-то я знаю, почему её так часто укачивало. И так как на этот раз я не изменил курс, чтобы ездить в Полис и в Аркадию, дорога до острова заняла всего неделю.  А всё потому, что на этот раз я ехал строго по курсу и ничего не искал. А в первый раз мы даже не знали о существовании Долины и ездили пару раз, меняя курс, направление, и делали долгие перерывы, чтобы отдохнуть. Пару раз нам пришлось остановиться из-за бури. А так как всего перечисленного на этот раз не было, я доехал до острова за неделю. Я провёл там двое суток. Первые сутки работал в лаборатории как одержимый, загружая медицинские справочники, стерильные инструменты и всё то, что прошлый раз мы не забрали, в вездеход. Я решил: чтобы больше сюда не ездить, надо забрать всю технику, которая сможет поместиться в нашем большом вездеходе. Например, бытовые вещи из бункера маяка и всё, что было стерильным. Я не пожалел даже подушек от дивана и того кресла, на котором я любил изредка прокручиваться. И каждую свободную минуту между перерывами я посвящал чтению. А второй день я решил просто отдохнуть и выспаться как следует перед поездкой в долину. Мёрфи. Акушерство... Чёрт возьми, я и подумать не мог, что когда-нибудь буду интересоваться чем-то подобным. Вот что бывает, когда забываешь о предохранении в мире, в котором единственный живой человек, кроме тебя, это шестилетний ребёнок, и та, которой потребуется помощь в случае неосторожности. Не то чтобы я жалуюсь. Я не жалуюсь, так как это было невероятно прекрасно. А главное, это было с ней. С девушкой, о которой я и мечтать не посмел бы, хоть она мне и понравилась с первого дня. Но, несмотря на прошлое, она тоже хотела меня. Я чувствовал это каждой своей клеткой. Это случилось не из-за отчаяния, когда мир вокруг нас горел. Это было по любви. Я чувствовал её любовь и ни о чём не жалею. И даже не жалею, что мы не предохранялись. Потому что ребёнок для меня не проблема. Просто проблема в том, что мы абсолютно одни в этом мире. Это реально сложно. Сложнее, чем починить реактор. Хотя я и этого не умею. Вот Рейвен умеет. Но даже для такого гения, как она, это задача почти нереальная. Она не может принимать роды у самой себя, даже если она и гений. Ну ладно, хватит размышлять. Так на чём я остановился? Предлежание, раскрытие, кровотечение... Не верится, что я должен прочитать всё это. Это как-то жутко. Но ещё жутче представить себя в ситуации, в случае которой ей и ребёнку понадобится медицинская помощь, а я просто не смогу помочь им. Вот тогда пуля, которую я впустил в неё, будет не самой большой моей ошибкой. Я даже этого себе не простил, а что будет, если из-за моей безответственности и отсутствия медицинских знаний с Рейвен и ребёнком случится что-то плохое.  Так что, как бы мне ни было жутко, я обязан быть готов ко всему. Вот только если Рейвен увидит у меня в руках эти учебники, она поймет, насколько я боюсь и в каком отчаянном положении мы находимся, так как меня не так легко напугать. Она верит, что знания, которые он планирует получить из учебников, её спасут, но я-то знаю: роды — это непредсказуемый процесс, где даже её знания могут быть бесполезны, если она в какой-то момент просто потеряет сознание или под действием боли перестанет адекватно мыслить. Поэтому я должен сделать так, чтобы эти знания спасли её через мои руки. Я — её страховка. Ну а чтобы быть её страховкой, мне нужно учиться и готовиться заранее. Но я должен сделать это так, чтобы она этого не знала. Иначе она подумает, что я настолько боюсь, что сел за учебники, что не свойственно мне. Она должна видеть во мне опору и уверенного в себе мужчину и чувствовать себя в безопасности, а не переживать из-за моих и собственных страхов. Две недели спустя. Прошло две недели с того дня, как я выехал с острова. Обратный путь из-за тяжести вездехода и моих перерывов длился дольше недели. Каждый день я делал по два перерыва: один днём, а второй ночью, чтобы поспать. А во время дневных перерывов я читал, вездеход в это время заряжался от солнечных панелей. А ещё я не мог перестать думать о своём ребёнке и Рейвен. Представлял, как она страдает от боли в спине и ноге, которую она постоянно скрывает. Мы думали, что сможем общаться по рации, пока я буду в пути. Но всё оказалось не так просто. Когда я по пути понял, что не смогу связаться с ней, меня одолела паника, но назад хода не было. Я должен был поехать. Я знал, что она пока может позаботиться о самой себе, но легче от этого мне не становилось. Когда я приближался к Долине, рация зашипела. Услышав это, я сразу же схватил рацию и попытался связаться с Рейвен. Мёрфи: Рейвен, ты там? Ты меня слышишь? Рейвен: Да, я здесь. Почему ты не выходил на связь раньше? Мерфи: Я реально пытался при каждой возможности. Но не было связи. Рейвен: Похоже, вдали от Долины наши рации не работают. Кажется, мне придётся снова разабрать радио и рации. Мёпфи: К чёрту рацию. Ты сама как? Как самочувствие? Ничего не беспокоит? Как там мелкий? Рейвен: Про кого из них? Если ты про Меди, то она наконец-то решила присоединиться к нам. Правда, пока не может говорить с нами, но это тоже прогресс. А если ты про нашего ребёнка, с ним всё в порядке. Я уже чувствую, как он плавно передвигается внутри меня. А ты сам как? Как прошла поездка? Ты где сейчас? Мёрфи: Со мной всё в порядке. Поездка прошла без происшествий. И я скоро доеду!  И передай привет ему от меня. Я с нетерпением жду возможности поздороваться с ним, — ответил он, ехав на предельной скорости. Мёрфи доехал поздно вечером. Его вездеход был грязным, забитым до отказа, а сам он был похож на призрака — измотанного, но полного решимости. Он заглушил мотор. Рейвен и Мэди сидели у костра. Мэди не убежала, она спокойно наблюдала. Как только Мёрфи вышел из вездехода, Рейвен бросилась к нему. Рейвен: Мёрфи! Она примчалась так быстро, как могла. А он укутал её своими тёплыми объятиями и уткнулся в её распущенные волосы. Мёрфи почувствовал запах смеси дыма и чистого воздуха и ощутил упирающийся в него небольшой живот. Он осторожно и с трепетом коснулся его. Мёрфи: Наконец-то я дома. С вами всё в порядке? — спросил он, поцеловав её в висок. Рейвен: Да, с нами всё в порядке. Посмотри, кто здесь. — Рейвен отступила, указывая на Мэди. — Мэди всё это время, со дня твоего ухода, была здесь и помогала мне. Когда Мёрфи повернулся к Мэди, девочка спокойно смотрела на него, держа в руках крошечный, неаккуратный, но сшитый с любовью комбинезончик. Мёрфи: Спасибо, Мэди. Спасибо, что позаботилась о моей Рейвен и о нашем малыше, — сказал он. Мэди лишь кивнула. И впервые за несколько месяцев они ужинали у костра как настоящая семья. Следующие дни были посвящены разгрузке книг, оборудования и всех запасов, которые Мёрфи привёз с острова. Он с гордостью вытаскивал тонны книг, инструменты, генератор, бытовые вещи и всё, что он там нашёл. Рейвен буквально сияла от этого зрелища, так, будто он нашёл сокровище. Рейвен: Теперь у нас есть всё! Теперь я могу быть спокойна за нас, — сказала она, поглаживая живот. — Да, ты можешь больше не беспокоиться. Уверяю тебя, ничего плохого с вами не случится, — сказал он с уверенностью. Хоть он и не мог быть уверенным в этом на сто процентов, он хотел казаться таковым. Рейвен: Ну что, начинаем учиться? — Она тут же углубилась в медицинские учебники, начиная с основ анатомии и физиологии. Рейвен: Думаю, если начинаем учиться, то лучше начать с самого начала. А ты… ты можешь начать читать простейшие справочники об экстренной помощи, антисептиках, уходе за новорождёнными. Это и тебе пригодится. Мёрфи: Как скажешь. Я сегодня же начну читать всё, что надо, — ответил он, сохраняя полное спокойствие. Он достал из своей личной сумки самую тонкую книгу по гигиене и антисептикам, которую он уже знал наизусть, и начал демонстративно её листать. Мёрфи Она думает, что я только начинаю обучение в рамках того что она сочтет нужным для меня.  Ладно, так и быть. Притворюсь что читаю только то чего она предлагает. Она должна быть сосредоточена на своей учебе и на своем состоянии. Я буду читать то, что она дала мне, и ночами буду изучать то, что на самом деле может пригодиться. А хотя..... можно маскировать учебники с справочниками которых она попросила читать. Не хочу что бы она увидев то что я читаю начала думать о возможных рисков и о том что  кроме меня не кому будет оказать ей помошь. Такое излишнее волнение  в её состояние не к чему.   Я не скажу ей, как много я знаю о том, что должно произойти. Я должен быть готов. Я уверен , что за эти четыре года мы сделаем эту Долину настоящим домом для Мэди и нашего ребенка. Именно с этого момента начались четыре года тишины и роста. Рейвен занималась наукой и медициной, а Мёрфи  охотой, строительством, тайной учебой и обучением  Мэди  которая хорошей  ученицей и помощницей.  Конец 5 главы.