Глава II: Hardwork

Автосервис «Карбюратор» оказался ржавым сараем с облупленной вывеской, где когда-то красовалась неоновая надпись, но теперь остались лишь осколки букв и провода, торчащие, как обнажённые нервы. Ветер гулял между разбитыми машинами, шелестя обрывками пластика и металла. Запах бензина, масла и чего-то прогорклого висел в воздухе, словно туман над болотом. Эмти шёл медленно, но без колебаний. Его тень, вытянутая под косым светом уличного фонаря, казалась длиннее его самого — будто тёмный двойник, готовый на всё то, на что он сам ещё не решился. Дверь без таблички. С глазом. Она была там, в глубине, за грудой запчастей. Металлическая, покрытая слоями краски и граффити, с глазком, который блестел, как паучий глаз. Эмти остановился перед ней, ощущая холод металла в кармане. «Если за этим глазом кто-то есть — он уже меня видит.» Он постучал. Не ждал ответа. Просто постучал — два резких удара, будто стучал в дверь собственной судьбы. Молчание. Потом — щелчок. Дверь приоткрылась на пару сантиметров, выпуская наружу волну тёплого, спёртого воздуха, пахнущего потом, химией и деньгами. — Чего? — хриплый голос из темноты. — Меня Япис звал, — сказал Эмти. Без угрозы. Без просьбы. Просто констатация. Дверь распахнулась шире. Внутри было тесно, как в гробу, заваленном деньгами. Комната — точнее, конура — освещалась тусклой красной лампой, отбрасывающей кровавые блики на стены, заклеенные газетами и обшарпанными постерами. В углу — стол, заваленный пачками купюр, блистерами с таблетками и парой стволов. На стене — календарь с полуобнажённой девушкой, испещрённый отметками и цифрами. За столом, освещённым тусклой лампой с треснутым абажуром, сидел Япис. Молодой. Худой. С длинными, грязно-русыми волосами до подбородка, скрывающими половину лица. Сигарета в зубах, дым струйкой ползёт вверх, сливаясь с копотью на потолке. Без футболки — только широкие джинсы, низко сидящие на бёдрах, и татуировки, как карта бессмысленных решений: перечёркнутые имена, цифры, кривые символы. Перед ним — деньги. Пачки. Перетянутые резинками, потрёпанные, будто их уже тысячу раз пересчитывали грязными пальцами. Эмти вошёл, остановился в двух шагах от стола. — Япис! — раздалось сзади. — Тут, говорят, ты кого-то звал. -Голос грубый, с хрипотцой. Япис даже не повернулся. Протянул руку, взял одну из пачек, швырнул её под стол. — Двести тысяч, Джой. Деньги шлёпнулись об пол. Только тогда он поднял глаза на Эмти. — А ты ещё кто? -Голос у него был странный — негромкий, но с металлическим отзвуком, будто говорил не человек, а пустой ствол. Эмти не моргнул. — Работать хочу. На вашу шарашкину контору. Япис замер на секунду. Потом рассмеялся — резко, беззвучно, только плечи дёрнулись. -На нашу? -переспросил он, вынимая сигарету изо рта- Откуда ты меня вообще нашёл? Молчание. Эмти окинул взглядом комнатушку: голые стены, заляпанные чем-то тёмным. Пол — линолеум, потрёскавшийся, с пятнами. На столе — кроме денег, пара телефонов, нож, пачка сигарет. В углу — камера наблюдения, но индикатор не горел. «Либо выключена, либо бутафория.» — Ну так что, берёшь? -спросил Эмти. Япис прищурился. — С чего это вдруг? -он наклонился вперёд, и свет лампы скользнул по его лицу, высветив жёсткие скулы, тонкие губы-Ты вообще, видимо, не смыслишь, как наркокартели работают. Тишина. Эмти не ответил. Вместо этого — резкое движение. Глок в руке. Мгновение — и ещё два ствола уже упираются ему в затылок. — Ствол бросил! Живо! — рёв прямо в ухо. Эмти не дрогнул. — Смотри, Япис… -его голос был спокоен, как лёд- Твои недоохранники даже не удосужились меня прошмонать на входе. Да и сейчас курок не спущен. Я могу прямо сейчас вальнуть тебя. Они проебутся на ровном месте. А если мне выстрелят в голову — я всё равно успею спустить курок. -по комнате прошлась короткая пауза- Ты в ловушке. Япис замер. Потом медленно поднял руку – «стоп» — Майк, Джой… опустите стволы. Давление на затылок исчезло. Япис откинулся на спинку стула, затянулся. — Неизвестный мне пацан… — дым вырвался из его ноздрей, как пар из ноздрей разъярённого быка. — Ты весьма умен. Он бросил сигарету на пол, раздавил её кроссовком. — А теперь убери свой водный пистолетик… и дай мне минутку на раздумье. Эмти медленно опустил ствол, но не убрал. Япис ухмыльнулся. —Ты принят. У нас некому выполнять некоторые задания… будешь ты их делать. Вечер накрыл город, как старая рваная простыня. Эмти сидел у себя в квартире, разбирая пистолет — привычный ритуал, почти медитация. Металл холодный, масло пахнет резко, пальцы сами помнят каждое движение. Кот свернулся на подоконнике, наблюдая желтым глазом за тем, как за окном гаснут последние отсветы солнца. — Ты бы хоть спать пошел, — пробормотал Эмти, но кот лишь зевнул, демонстративно отвернувшись. В голове — пустота. Не та, что перед сном, а другая — густая, как дым после выстрела. Мысли вязли, будто в болоте. Он бросил взгляд на телефон: ни звонков, ни сообщений. Мир словно забыл о его существовании. И тут — стук в дверь. Неожиданный. Твердый. Три удара — четко, без лишних слов. Эмти замер на секунду, потом медленно поднялся, направляя пистолет на дверь. — Кто? — Открывай, Эмти Тотосиодо. Голос за дверью был знакомый — низкий, с хрипотцой. Япис. Эмти щелкнул замком. На пороге стоял Япис, закутанный в черную ветровку, руки в карманах. Лицо — как всегда, полускрыто волосами, но в глазах — холодный блеск. Эмти опустил глок, но не убрал его. — Так и так, — начал он, не здороваясь. — Короче, вон там, на старом складе у реки, стоит фургон конкурентов. Внутри — бабки. Наши бабки. Эмти молчал. — Тачка снизу, — Япис бросил ключи. Эмти поймал их на лету. — Лови. — И что с ним делать? -спросил Эмти, кидая ключи на кровать. — Привезти сюда. Или то, что от него останется. Япис развернулся и ушел, даже не дожидаясь ответа. Его шаги по лестнице звучали, как удары молотка по гробу. Дверь захлопнулась. Эмти стоял посреди комнаты, сжимая ключи в кулаке. Кот уставился на него, будто спрашивая: «Ну и куда теперь?» — Никуда, — ответил Эмти вслух. — Просто работа. Машина ждала у подъезда — старая, но на ходу, с потертыми боками и глушителем, который дребезжал, как консервная банка. Эмти сел за руль, завел мотор. Двигатель кашлянул, потом заурчал. Город проплывал за окном — тусклые огни, грязные улицы, люди, которые шли куда-то, не поднимая глаз. Эмти смотрел на них и думал: «Вот они — нормальные. Те, кто не лезет в чужие дела. Те, кто не таскает чужие деньги под дулом пистолета.» Но он уже не был одним из них. Пистолет лежал на пассажирском сиденье, тяжелый и немой. Эмти положил на него руку — просто так, для уверенности. Металл был холодным. — Ладно, — пробормотал он. — Поехали. Склад оказался на отшибе — ржавый ангар, обнесенный колючкой, с разбитыми фонарями и лужами мазута под ногами. Эмти припарковался в тени, достал бинокль. Фургон стоял у дальнего угла — белый, с потускневшей краской, будто его специально маскировали под ничего не значащий хлам. Но детали выдавали: новые шины, чистое стекло, следы свежей покраски на дверях. «Не просто так» пронеслось у него в голове. Эмти прикинул расстояние. До фургона — метров пятьдесят. Между ними — пустота, разбитые ящики, лужи. И тишина — слишком тихая для такого места. — Засада, — прошептал он. Эмти сидел в машине, сжимая руль так, будто хотел выдавить из него соки. Ветер гулял по пустырю, шевеля клочья мусора и ржавые банки. В голове — пульсация, ровная и монотонная, как тиканье часов перед взрывом. Он потянулся к бардачку. Внутри лежала веревка — старая, потрепанная, но крепкая. Рядом — рулон скотча, почти новый, с блестящей кромкой. Эмти вытащил оба предмета, положил на сиденье, затем из под него достал пистолет и сунул его в карман толстовки. резко дернув за рычаг, он открыл дверь машины. Холодный воздух ударил в лицо. Он вышел, оставив дверь приоткрытой. Веревка и скотч остались лежать на сиденье — будто невинные предметы, которые вот-вот станут орудиями. Фургон стоял неподалеку. Эмти подошел ближе, шаги его были бесшумны, как у кота, который крадется к добыче. В кабине фургона сидел водитель — мужчина лет сорока, в мятом кожаном пиджаке, с сигаретой в зубах. Он смотрел в телефон, даже не подозревая, что за ним наблюдают. Эмти постучал в стекло. Водитель вздрогнул, поднял голову. — Чё надо? — голос хриплый, будто прожженный алкоголем и сигаретами. — У тебя масло течет, — сказал Эмти, указывая пальцем под фургон. — Посмотри. Водитель закатил глаза, но все же открыл дверь и спрыгнул на землю. — Где там? — Вот тут. Водитель наклонился, чтобы заглянуть под машину. В этот момент Эмти достал пистолет. — Не дергайся, и ты обойдешься без боли. Глаза водителя расширились. Он замер, словно превратился в статую. — Бля… — прошептал он. Эмти кивнул в сторону земли. - Лежать. Водитель медленно опустился на колени, затем лег лицом в грязь. Эмти достал веревку. Он работал быстро, без лишних движений — петля на запястья, узел, еще один узел. Веревка впивалась в кожу, но водитель даже не пискнул. Потом — скотч. Эмти отмотал кусок, прижал его ко рту водителя, затем еще один, для надежности. — Лежи. Он обыскал карманы водителя — ключи от фургона, кошелек, пистолет (дешевый, но смертельный). Все это отправилось в его собственные карманы. Фургон открылся с глухим скрипом. Внутри — мешки. Эмти разрезал один ножом — пачки денег, перетянутые резинками. Он не стал считать, просто забрал все. Машина мчалась по ночному городу, фары резали тьму, как нож. Эмти смотрел на дорогу, но мысли его были далеко. — Ты сделал это, — сказал он себе. Но голос в голове не ответил. Эмти ввалился в конуру Яписа, швырнув ключи от фургона на стол с таким звоном, что один из охранников непроизвольно дёрнулся за стволом. — Ну что, падаль, — Япис не поднял глаз от разбора пачек, — принёс или проебал? — Сам посмотри, — Эмти пнул тяжёлый рюкзак с деньгами, тот с глухим стуком упал перед боссом. Япис наконец оторвался от своих денег. Медленно, как хищник, обошёл стол и развязал рюкзак. Пачки посыпались на пол. — Ого-го… — протянул он, подбирая одну и шлёпая её по ладони. — И водик? — Связанный в кустах у склада. — Живой? — Япис резко поднял голову, и в его глазах мелькнуло что-то опасное. — Дышит. Хотя мог бы и не дышать, — Эмти пожал плечами. — Слюни пускает в тряпочку, как щенок. Охранники заржали. Япис хмыкнул и плюхнулся обратно в кресло. — Ну ты и сухарь, новичок. Обычно у пацанов руки трясутся после первого раза. А ты… — он сделал многозначительную паузу, — будто всю жизнь этим занимался. Эмти молча достал из кармана пистолет водителя — дешёвую «попугайку» — и бросил на стол. — Вот его ствол. Херня, а не оружие. — О-о-о, — зашипел Япис, подбирая пистолет и крутя его в пальцах. — Смотри-ка, «Ка эф пятый» девяностых годов. Этим разве что в сортире стреляться. Один из охранников, здоровый детина с перебитым носом, не выдержал: — Босс, а может он деньги себе часть оставил? Давай проверим… Япис резко встал, и его стул с грохотом упал назад. — Ты что, Майк, совсем еблан? — он подошёл вплотную к охраннику. — Если бы он хотел кинуть, то оставил бы того мокруху в канаве, а не тащил бы всю пачку сюда. Майк потупился. Япис повернулся к Эмти: — Ладно, засранец, сегодня ты заслужил бухнуть. Джой! — он хлопнул в ладоши, — тащи бутылку и два стакана. Будем знакомиться поближе. Эмти покачал головой: — Не пью на работе. В комнате повисла тишина. Даже котёл где-то на складе перестал шипеть. Япис медленно обвёл его взглядом: — Ну ты и загадка, блядь. То лезешь в самое пекло, то от водки отказываешься. — Он почесал репу. — Ладно, тогда просто слушай. Завтра в десять тут же. Будет дельце посерьёзнее. — Какое? — спросил Эмти. Япис ухмыльнулся: — А вот это, дружок, ты завтра узнаешь. А теперь катись отсюда. И… — он вдруг криво улыбнулся, — молодец, чо. Эмти развернулся и пошёл к выходу. За спиной услышал, как Джой шепчет Майку: — Видал, падла? Босс ему «молодец» сказал. В прошлый раз, кто такую похвалу получил… — …уже в мусорке гниёт, — закончил Майк. -Да-да правильно… так так так, я тебе должен денег, верно? -обернулся Япис к Эмти. Тот кивнул- Услышано. -патлатый поднял с пола вывалившуюся пачку наличных и посмотрел на резинку. Затем подобрал еще одну, такую же, и всучил их Эмти- Здесь - тысяча койлов. Хватит на примитивную машину по низу рынка. Или же ремонт твоей хаты. Эмти принял деньги и, кивнув на прощание, вышел из «сарая» Яписа. Дверь захлопнулась. Эмти стоял в тёмном коридоре, вдыхая запах плесени и маши нного масла. Где-то вдали капала вода. Он достал сигарету, закурил и пошёл прочь, оставляя за собой шлейф дыма и невысказанных мыслей.