Глава III: Восхождение

Дождь стучал по крыше общежития Юпитерского Технического Университета, как тысячи иголок, пытающихся проткнуть дешевый шифер. Янис К. — тогда еще не Япис — сидел у окна на четвертом этаже, уставившись в ночную мглу кампуса. Его комната была капсулой запустения: стопки конспектов по квантовой химии, вонь немытой посуды из-под лапши, гитара с порванной струной в углу. На стене — плакат с надписью «Будущее за нанотехнологиями», но пыль уже съедала буквы. Он затянулся дешевой сигаретой до хруста в легких, пытаясь заглушить гул в голове. Гул пустоты. Три года назад. -Янис! К доске! Голос профессора Громова резал аудиторию, как тупой нож. Янис встал, ощущая на себе десятки глаз. Его пальцы мелом скользили по формуле синтеза полимеров — чисто, точно, машинально.   — Идеально, — процедил Громов, но в его глазах читалось не одобрение, а раздражение. — Жаль, талант в грязных кроссовках и с сигаретным перегаром. Дисциплина, Янис! Вы — не на помойке! Смешки с задних рядов. Янис стиснул зубы. Он ненавидел это место. Университет пахший тлением старых идей, лицемерными улыбками «перспективных» студентов и плесенью в душах преподавателей. Его мозг, острый как бритва, резал не формулы, а схемы: как продать ответы к экзамену через темный форум, как сварить дешевый стимулятор из аптечных компонентов для ночных клубов. Наука была инструментом. Инструментом выживания. Дождь лил как из ведра, когда деканат вызвал его «на беседу». Кабинет пах дорогим кофе и влажным деревом. Декан, мужчина с лицом заплывшего бюста, тыкал пальцем в распечатку:   — Продажа контрольных, Янис! Через анонимный прокси! Думал, не вычислят? — Доказательства? — Янис держался насмешливо, но под столом нога дрожала.   — Не играй в дурака. Отчисление или… — Старан откинулся в кресле, — …ты закрываешь долги группы по химии. Бесплатно. И мы забываем. Янис рассмеялся. Громко, резко, до слёз.   — Вы хотите, чтобы я чистил ваше дерьмо за спасибо? Нет. — Тогда завтра приказ об отчислении. И рекомендация… ни в какое приличное место.   В ту ночь Янис не спал. Он сжёг конспекты в раковине, наблюдая, как пламя лижет формулы его прошлого. Университет был клеткой. А он ненавидел клетки. Два года назад. Бункер. Подвал заброшенной фабрики на окраине Автостроя. Воздух — коктейль из аммиака, пота и страха. Янис, теперь уже «Япис» (кличка от старого химического термина «япизаторы» — разрушители связей), мешал субстанцию в колбе. Рядом хрипел самодельный холодильник.   — Опять эта хрень кристаллизуется! — плюнул его напарник, Дарио, бывший лаборант с перебитыми суставами за долги.   — Температура! — Япис не отрывал глаз от термометра. — Держи ровно 5°C, а не «примерно»! Они варили «Детрофенол» — дешевый стимулятор для улиц. Бизнес был крысиным: перепады качества, обстрелы конкурентов, вечная беготня от УБН. Япис ненавидел хаос. Его мозг требовал системы, иерархии, контроля.   — Нам нужен выход на крупных, — сказал он как-то, вытирая руки, испачканные в красном фосфоре. — Иначе сожрут. — Крупные? — Дарио фыркнул. — Они сожрут первыми. Тут либо ты крыса, либо корм. Клуб «Ржавый Болт». Музыка била по ребрам, лазеры резали дым. Япис продавал кокаин у туалетов, когда его вдруг грубо оттолкнули.   — Место занято, сопляк. Трое. Костюмы дешевые, но новые. Глаза пустые, как гильзы. Группировка «Kersano» — мелкие шакалы, охранявшие точку конкурентов.   — Я тут первый, — Япис не отступил. Адреналин ударил в виски.   — Слышь, он умный! — засмеялся самый крупный, тыча пальцем в его грудь. — Объясни ему, Вильт! Вильт достал нож-бабочку. Лезвие блеснуло.   Время замедлилось. Япис увидел всё: грязную плитку пола, капли пива на ботинке, трещину в стене. Его рука сама рванулась в карман — не за оружие, за «пятку» кокаина. Он швырнул белый порошок Вильту в лицо.   — Бля! — тот взвыл, зажимая глаза.   Япис не ждал. Его удар в солнечное сплетение сложил второго. Третий замер.   — Убери нож. Или слепой будешь, как твой друг, — голос Яписа был тише музыки, но они услышали.   Их уволокли охранники. Япис вытер ладони о джинсы. Руки тряслись.   — Не плохо. Голос пришел из тени у выхода. Мужчина в темном плаще, лицо скрыто капюшоном. Сигара дымила, как маленький вулкан.   — Холодный расчет. Грязь не помешала. Япис молчал. Инстинкт кричал: беги.  — Твой продукт — дерьмо. Но мозги… — незнакомец сделал шаг вперед. Запах дорогого табака и мороза перебил вонь клуба. — …они интересны. Работаешь на себя? — Пока да. — «Пока» — ключевое слово. — Сигара вспыхнула красным. — Poizon Kartel ищет химиков. Не дворовых алхимиков, а стратегов. Платим в разы больше. Риск… контролируемый. Япис почувствовал, как земля уходит из-под ног. Poizon Kartel? Миф. Призрак, о котором шептались в каждом подпольном чате.   — Почему я? — Видел, как ты работаешь. Видел твою лабораторию. — Голос за капюшоном искажался, будто пропущен через синтезатор. — Ты ненавидишь бардак. Мы тоже. Мы строим империю. Хочешь класть кирпичи? Через три дня Япис стоял в полуразрушенном цеху на окраине города. Перед ним — «Директор» (так велели называть незнакомца). Рядом — ящики с прекурсорами, оборудование получше его самодельного.   — Задача, — сказал Директор, указывая на стол. — Упрости синтез «Гидрофтеланола». Сейчас — 8 стадий, выход 40%. Нужно 5 стадий, 70%. Срок — 48 часов. — Это невозможно! —вырвалось у Яписа.   — Возможно. Или ты не тот, кого мы ищем? Он не спал двое суток. Формулы плясали перед глазами, руки пахли ацетоном и отчаянием. На 40-м часу щелкнуло. Катализатор. Старый забытый реагент из университетской практики. Он добавил его на третьей стадии…   — Выход 68%, — голос Девила звучал… почти тепло. — Принято. Год спустя. Япис сидел уже в своей «конуре» — бывшей диспетчерской того самого цеха. На стене висел календарь с отметками поставок. Перед ним — пачки денег. Его денег.   — Ты быстро учишься, — сказал Девил, появляясь как тень. Он никогда не звонил, не предупреждал. — Но запомни: эмоции — слабость. Тот инцидент в клубе… больше не повторится? Япис вспомнил Виктора из «Стали». Того нашли в канаве с перерезанным горлом через неделю после их разговора.   — Не повторится. — Хорошо. Теперь твоя зона — весь Автострой. Сети сбыта, лаборатории, охрана. — Девил положил перед ним толстую папку. — Твои люди. Твои правила. Наш процент. Когда тень исчезла, Япис взял в руки пачку купюр. Они пахли не свободой. Они пахли властью. Он разорвал свою студенческую карточку и бросил клочки в мусорное ведро.   — Прошлое сгорело, — прошептал он, закуривая. — «Теперь только вперед. В темноту.» Эмти, стоявший у двери конторы Яписа, не знал, что стены вокруг него помнят крики профессоров и запах сожженных конспектов. А Япис, считавший пачки денег, иногда ловил себя на мысли, что формулы на банкнотах куда красивее тех, что были на университетской доске. Он построил свою систему. И теперь система требовала новых винтиков. Как Эмти.   «Университет… — мелькнуло в голове Яписа, когда он бросил пачку денег Эмти. — Они учили меня химии. Но настоящую науку выживания преподала улица. И теперь я — профессор этой тьмы.» Он потушил сигарету о стопку купюр. Пепел смешался с бумагой. Символично. Все превращается в пепел. Даже прошлое. Особенно прошлое.